Авиация СГВ
Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск Лента RSS

Модератор форума: Томик, Саня, Геннадий_, Viktor7  
Авиация СГВ » ВОЕННОПЛЕННЫЕ - ШТАЛАГИ, ОФЛАГИ, КОНЦЛАГЕРЯ » Концлагеря » Kgf.Lager Auschwitz (KZ Auschwitz) (Oświęcim , Poland)
Kgf.Lager Auschwitz (KZ Auschwitz)
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 13.20.15 | Сообщение # 181
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Вот тот Гурьянов,о котором я говорил.В ОБД я такой карточки не обнаружил.Судя по дате отправки в Аушвитц он из Нойхаммера.
Прикрепления: 2105101.jpg(60.6 Kb)


Сообщение отредактировал Alexej - Воскресенье, 06 Января 2013, 13.23.48
 
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 13.30.05 | Сообщение # 182
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Лист с записями учёта смертей военнопленных за октябрь 1941.Указаны блоки,где они содержались.
Прикрепления: 1749204.jpg(73.7 Kb)
 
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 15.43.05 | Сообщение # 183
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
Gurjanow, Aleksij
b.1905-03-10, camp serial number:R-4390
Номер 4390 ,согласно картотеке мемориального музея это учётный регистрационный номер узника Аушвитца!!! Получается,что военнопленным сменили номера в связи с подчинённостью лагеря СС? Какие будут мнения по этому поводу?

Прикрепления: 1686929.jpg(97.6 Kb)


Сообщение отредактировал Alexej - Воскресенье, 06 Января 2013, 15.49.32
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 15.53.25 | Сообщение # 184
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Цитата (Alexej)
Цитата (Геннадий_)
Gurjanow, Aleksij
b.1905-03-10, camp serial number:R-4390
Номер 4390 ,согласно картотеке мемориального музея это учётный регистрационный номер узника Аушвитца!!! Получается,что военнопленным сменили номера в связи с подчинённостью лагеря СС? Какие будут мнения по этому поводу?

Я думал, Вы давно это знаете. :)
есть четкая закономерность между номером в шталаге 318 и номером в Аушвитце, например.
Не знаю, когда начали татуировать номер в концлагере на груди пленного, но в 1944-м это отмечалось самими немцами при сообщении о побегах из Аушвитца.


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 15.54.30 | Сообщение # 185
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Вдогонку: иногда операторы ОБД путали два номера при записи.

С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 18.08.23 | Сообщение # 186
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
есть четкая закономерность между номером в шталаге 318 и номером в Аушвитце, например.

Какая закономерность?
 
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 18.14.23 | Сообщение # 187
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
Цитата (Alexej)
Цитата (Геннадий_)
Gurjanow, Aleksij
b.1905-03-10, camp serial number:R-4390
Номер 4390 ,согласно картотеке мемориального музея это учётный регистрационный номер узника Аушвитца!!! Получается,что военнопленным сменили номера в связи с подчинённостью лагеря СС? Какие будут мнения по этому поводу?

Я думал, Вы давно это знаете.

Я так давно предполагал,но выписка из лагерной картотеки прибавляет к этой версии весомый аргумент.


Сообщение отредактировал Alexej - Воскресенье, 06 Января 2013, 18.15.43
 
AlexejДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 18.19.43 | Сообщение # 188
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Саня)
Цитата (Alexej)
Номер 4390 ,согласно картотеке мемориального музея это учётный регистрационный номер узника Аушвитца!!! Получается,что военнопленным сменили номера в связи с подчинённостью лагеря СС? Какие будут мнения по этому поводу?

У меня другое мнение.Думаю,что эти номера причастны только к лазарету лагеря ,как регис трационные в нем и не более.

Поясните,почему именно к лазарету? Что на это указывает?
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 22.36.36 | Сообщение # 189
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Цитата (Alexej)
Цитата (Геннадий_)
Цитата (Alexej)
Цитата (Геннадий_)
Gurjanow, Aleksij
b.1905-03-10, camp serial number:R-4390
Номер 4390 ,согласно картотеке мемориального музея это учётный регистрационный номер узника Аушвитца!!! Получается,что военнопленным сменили номера в связи с подчинённостью лагеря СС? Какие будут мнения по этому поводу?

Я думал, Вы давно это знаете.

Я так давно предполагал,но выписка из лагерной картотеки прибавляет к этой версии весомый аргумент.

Эта "выписка" основана на номере регистрации в Аушвитце. У Гурьянова номер в последнем 4390 (правый верхний угол "аушвитской" карты). Одновременно указано, из какого шталага и с каким шталаговским номером пленный прибыл в Освенцим.
Если посмотрите аналогичные карты, по которым мы обсуждали дислокацию в/ч отправленных в Аушвитц, то увидите ТУ ЖЕ картину: старый номер в шталаге вермахта и новый - в ведомстве СС.
Отдельные сбои в этой двойной регистрации я приводил на форуме.
Повторю, что у сбежавших из Аушвитца в немецком полицейском криминальном листке ТАКЖЕ указаны по два номера.
За все концлагеря не скажу, но в Заксенхаузене однозначно была СВОЯ нумерация. Думаю, что и в других тоже, т.к. военнопленный не только фактически, но и формально снимался с учета вермахта при передаче СС.


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 06 Января 2013, 23.11.32 | Сообщение # 190
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Бежавший из Аушвитца Николай Тарасов имел два номера: 37193 (под этим номером он ранее уже бежал из Ламсдорфа) и вытатуированный на груди 11360 (т.е. есть номер в концлагере):
Номер записи 84474274
Фамилия Тарасов
Имя Николай
Дата рождения 17.01.1910
Место рождения Саратовская обл.
Лагерный номер 37193
Дата пленения Не позднее 24.02.1944
Лагерь шталаг 336, Каунас; конц. лагерь Аушвиц (Освенцим)
Судьба сбежал из плена
Название источника информации РГВА
Номер фонда источника информации 1323
Номер описи источника информации 2
Номер дела источника информации 329
http://obd-memorial.ru/Image2....03e1d9e

Обратите внимание на его товарищей по побегу: поляк и еврей.


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
AlexejДата: Понедельник, 07 Января 2013, 10.19.01 | Сообщение # 191
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)

Поиск затрудняет некачественный перевод на польский фамилий узников (при поиске по фамилии),но ресурс тем не менее очень ценен как справочный!
 
ГеннадийДата: Понедельник, 07 Января 2013, 11.26.05 | Сообщение # 192
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Для пущей важности перекопирую сюда свое сообщение из темы "Загадки и ошибки на картах в/пл."

"В первом из двух нижеприведенных документов немцы в WASt неправильно указали шталаг регистрации 308 вместо шталага 318.

Номер записи 300976722
Фамилия Баринов
Имя Василий
Дата рождения 28.02.1910
Место рождения Матвеевская
Воинское звание солдат (рядовой)
Лагерный номер 8901
Лагерь шталаг VIII E (308)
Судьба Погиб в плену
Место захоронения Аушвитц
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 977526
Номер дела источника информации 8
http://www.obd-memorial.ru/Image2....f3e073f

Номер записи 300903443
Фамилия Баринов
Имя Василий
Отчество Егорович
Дата рождения 28.02.1910
Место рождения Московская обл., Матвеевская
Воинское звание солдат (рядовой)
Лагерный номер 8901
Дата пленения 26.08.1941
Место пленения Почеп
Лагерь шталаг VIII F (318)
Судьба Погиб в плену
Дата смерти 24.11.1941
Место захоронения Аушвитц
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 977521
Номер дела источника информации 2277
http://www.obd-memorial.ru/Image2....061d8a3


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Четверг, 10 Января 2013, 15.53.17 | Сообщение # 193
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Только по Ивановым - 98 записей в картотеке.

Advanced search

Partially preserved data about Auschwitz prisoners
98 item(s) found.


Items 0 to 20 out of 98

Iwanow, Aleksander
b.1922-04-22, camp serial number:E-1786

Iwanow, Aleksander
b.1915-11-29, camp serial number:R-1358

Iwanow, Aleksander
b.1908-05-15, camp serial number:R-6319

Iwanow, Aleksandr
Chodorowo
b.1876-00-00 (Chodorowo), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-10-11 w Auschwitz

Iwanow, Aleksandr
b.1876-00-00

Iwanow, Aleksjej
b.1920-03-14, camp serial number:R-9690

Iwanow, Aleksjej
b.1919-00-00, camp serial number:R-2252

Iwanow, Aleksjej
b.1908-09-27, camp serial number:R-8292

Iwanow, Aleksjej
b.1907-03-17, camp serial number:R-7713

Iwanow, Aleksy
b.1917-10-05, camp serial number:73171

Iwanow, Alexander
b.1922-04-22, camp serial number:EH-1786

Iwanow, Alexij
b.1917-10-05, camp serial number:73171

Iwanow, Andrjej
b.1917-10-12, camp serial number:R-7458

Iwanow, Antonina
Minsk
b.1918-06-22 (Gomel), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-12-26 w Auschwitz

Iwanow, Antonina
b.1918-06-22

Iwanow, Boris
b.1917-07-21, camp serial number:R-5982

Iwanow, Borys
b.1921-05-10, camp serial number:4060, remarks:zgin. 29.11.1940 w KL Auschwitz

Iwanow, Dymitry
b.1910-00-00, camp serial number:R-4243

Iwanow, Fjodor
b.1914-11-23, camp serial number:R-2675

Iwanow, Genadij
b.1919-09-12, camp serial number:R-7055

Advanced search

Partially preserved data about Auschwitz prisoners
98 item(s) found.


Items 20 to 40 out of 98

Iwanow, Grigorij
b.1905-10-20, camp serial number:R-6832

Iwanow, Grigorij
b.1899-03-25, camp serial number:R-4083

Iwanow, Ilja
b.1909-07-11, camp serial number:R-2183

Iwanow, Iwan
Winnica
b.1923-02-21 (Winnica), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1942-09-09 w Auschwitz

Iwanow, Iwan
Charkow
b.1926-03-03 (Charkow), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-01-16 w Auschwitz

Iwanow, Iwan
b.1926-03-03

Iwanow, Iwan
b.1923-02-21

Iwanow, Iwan
b.1912-07-28, camp serial number:R-7329

Iwanow, Iwan
b.1908-06-05, camp serial number:R-7645

Iwanow, Iwan
b.1907-05-15, camp serial number:R-3122

Iwanow, Jakow
b.1914-08-15, camp serial number:R-3467

Iwanow, Julia
b.1881-00-00

Iwanow, Kondratiej
b.1917-03-15

Iwanow, Kondratjej
b.1912-03-15, camp serial number:R-2999

Iwanow, Kuzma
b.1904-08-13, camp serial number:R-9682

Iwanow, Leonid
b.1917-06-05, camp serial number:R-8141

Iwanow, Michael
b.1920-12-02

Iwanow, Michael
b.1915-10-15

Iwanow, Michail
b.1920-12-02, camp serial number:R-2378

Iwanow, Michail
b.1920-10-13, camp serial number:R-6534


Advanced search

Partially preserved data about Auschwitz prisoners
98 item(s) found.


Items 40 to 60 out of 98

Iwanow, Michail
b.1918-06-12, camp serial number:R-1229

Iwanow, Michail
b.1912-12-05, camp serial number:R-7513

Iwanow, Michail
b.1911-04-27, camp serial number:R-8877

Iwanow, Michail
b.1907-10-07, camp serial number:R-7746

Iwanow, Michail
b.1901-05-15, camp serial number:R-1893

Iwanow, Natalja
Bujewo
b.1903-00-00 (Bobruszka), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-12-28 w Auschwitz

Iwanow, Natalja
b.1903-00-00

Iwanow, Nigit
b.1900-05-27, camp serial number:R-5578

Iwanow, Nikandr
b.1906-10-05, camp serial number:R-8864

Iwanow, Nikolai
b.1925-11-25, camp serial number:46400

Iwanow, Nikolaj
Oriel
b.1922-08-09 (Charkow), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-02-17 w Auschwitz

Iwanow, Nikolaj
Pinsk
b.1920-03-03 (Pinsk), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-12-14 w Auschwitz

Iwanow, Nikolaj
b.1922-08-09

Iwanow, Nikolaj
b.1921-05-08, camp serial number:174270

Iwanow, Nikolaj
b.1920-09-19, camp serial number:R-8965

Iwanow, Nikolaj
b.1920-03-03

Iwanow, Nikolaj
b.1913-05-10, camp serial number:R-1644, remarks:W archiwum i zintegrowanych danych cyfrowych znajduje się więcej niż jeden dokument dla tej osoby/In the Archives and integrated digital collection are more than one document for this person

Iwanow, Nikolaj
b.1912-07-00, camp serial number:R-3436

Iwanow, Nikolaj
b.1909-10-00, camp serial number:R-2611

Iwanow, Nikolaj
b.0000-00-00, camp serial number:R-3496, remarks:W archiwum i zintegrowanych danych cyfrowych znajduje się więcej niż jeden dokument dla tej osoby/In the Archives and integrated digital collection are more than one document for this person

Advanced search

Partially preserved data about Auschwitz prisoners
98 item(s) found.


Items 60 to 80 out of 98

Iwanow, Nikolaus
Romny
b.1925-11-25 (Romny), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1942-09-05 w Auschwitz

Iwanow, Nikolaus
b.1925-11-25

Iwanow, Nikolaus
b.1920-05-17

Iwanow, Nikolaus
b.1913-05-10, camp serial number:R-1644, remarks:W archiwum i zintegrowanych danych cyfrowych znajduje się więcej niż jeden dokument dla tej osoby/In the Archives and integrated digital collection are more than one document for this person

Iwanow, Nikolei
b.0000-00-00, camp serial number:104132

Iwanow, Nikołaj
b.1907-00-00, camp serial number:R-8304

Iwanow, Nikon
b.1919-00-00, camp serial number:R-4105

Iwanow, Pawjel
b.1921-07-27, camp serial number:R-7711

Iwanow, Pawjel
b.1900-01-06, camp serial number:R-6160

Iwanow, Peter
b.1917-11-07, camp serial number:125801

Iwanow, Pjotr
b.1914-01-16, camp serial number:R-718

Iwanow, Prokopjej
b.1914-07-20, camp serial number:R-4443

Iwanow, Sergej
b.1919-09-07

Iwanow, Sergiev
b.1908-06-25, camp serial number:27432

Iwanow, Siergiej
Kanakowa
b.1901-07-05 (Nikolaskaja), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-10-12 w Auschwitz

Iwanow, Siergiej
b.1901-07-05

Iwanow, Sjergjej
b.1921-10-03, camp serial number:R-8165

Iwanow, Sjergjej
b.1906-09-25, camp serial number:R-5788

Iwanow, Stiepan
b.1921-07-12, camp serial number:R-6985

Iwanow, Stjepan
b.1905-12-25, camp serial number:R-2098

Advanced search

Partially preserved data about Auschwitz prisoners
98 item(s) found.


Items 80 to 98 out of 98

Iwanow, Timofjej
b.1915-07-15, camp serial number:R-5233

Iwanow, Valentin
b.1921-07-20, camp serial number:175018

Iwanow, Viktor
b.1909-...?, camp serial number:164258

Iwanow, Wasil
b.1921-00-00, camp serial number:77549

Iwanow, Wasil
b.1914-05-24, camp serial number:152196

Iwanow, Wasilij
Poryzki
b.1921-00-00 (Seliwanowka), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-02-06 w Auschwitz

Iwanow, Wasilij
Pronino
b.1942-00-00 (Pronino), denomination:griechischorthodox, remarks:zgin.1943-10-15 w Auschwitz

Iwanow, Wasilij
b.1942-00-00

Iwanow, Wasilij
b.1921-00-00, camp serial number:77549, remarks:W archiwum i zintegrowanych danych cyfrowych znajduje się więcej niż jeden dokument dla tej osoby/In the Archives and integrated digital collection are more than one document for this person

Iwanow, Wasilij
b.1917-03-03, camp serial number:R-7049

Iwanow, Wasilij
b.1913-07-19, camp serial number:R-1765

Iwanow, Wasilij
b.1909-04-14, camp serial number:R-6325

Iwanow, Wasyl
b.1926-00-00, camp serial number:68257

Iwanow, Wiktor
b.1921-11-15, camp serial number:R-3505

Iwanow, Wiktor
b.1921-08-10, camp serial number:R-1732

Iwanow, Wiktor
b.1913-02-01, camp serial number:R-5814

Iwanow, Wladimir
b.1930-06-15, camp serial number:193141

Iwanow, Wladimir
b.1918-10-14, camp serial number:136899


Items 80 to 98 out of 98


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Суббота, 12 Января 2013, 10.07.06 | Сообщение # 194
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
7. Станция Аушвиц. Лагерь Освенцим.

Встреча с генерал — лейтенантом

Д.М. Карбышевым

"Поезд шел недолго, может быть, 2—3 часа. Он остановился у какой-то станции. «Аушвиц» — прочел я на перроне. Здесь мы увидели группу мужчин и женщин, человек пятьдесят, под охраной эсэсовцев. У них на груди и спине были большие желтые звезды. Все были хорошо одеты, и, если бы не звезды и охрана, их можно было принять за группу куда-то едущих туристов.

Станция была совершенно пуста, если не считать нескольких солдат. Мы стояли, по-видимому, в ожидании кого-то так как старший нашего конвоя то и дело смотрел на дорогу и, с нетерпением, на часы.

Наконец мы увидели десятка два эсэсовцев, которые шли к нам. Мы были по счету переданы из рук в руки. Гестаповцы удалились.

— Марш! — услышали мы команду и двинулись по дороге.

Я успел заметить, как немного позже вслед за нами тронулась группа евреев, охраняемая только двумя эсэсовцами. Они шли молча с чемоданами и свертками.

Мы поднялись на небольшое возвышение. Странная картина представилась нам: огромная территория, насколько хватало глаз, была усеяна правильными рядами бараков. Справа виднелись несколько двух-трехэтажных каменных домов казарменного типа. Территория была так огромна, и бараков было так много, что невозможно было все это охватить одним взглядом. Я услышал, что кто-то сзади подавленным голосом с ужасом сказал: «Неужели это тот самый концлагерь Аушвиц, о котором я как-то слышал? Поляки его называли Освенцим».

Вот куда мы попали! Да, это похуже смерти! Мы шли вперед, приближаясь к каменным зданиям. Было уже, вероятно, около полудня. Солнце жгло немилосердно. Мы не успели дойти до здания, как дорогу нам пересекла колонна женщин. Странное и мрачное зрелище представляла собой эта колонна: одетые в одинаковые темно-серые

- 108 -
платья, висевшие на их невероятно худых плечах как мешки, остриженные наголо, с мертвенно-бледными, серыми лицами, они медленно плелись, пересекая нам дорогу.

Впереди группы шла женщина, одетая в мундир «СС», с резиновой палкой в одной руке и с цепью от собаки, шедшей с нею рядом, в другой. Откормленное лицо эсэсовки с угрозой смотрело на женщин, предупреждая, очевидно, попытки заговорить с нами. Установить национальность женщин было невозможно. Я увидел, что на груди у них был какой-то треугольник и номер. Среди них, несомненно, были женщины разного возраста, но худоба уничтожила разницу, сделав их всех старухами. Они молча шли, глядя на нас. Колонну замыкала еще одна эсэсовка.

— Что это такое?! — услышал я шепот Ильина. Они прошли мимо. Мы тронулись снова, потрясенные этим зрелищем.

Это было только начало тех деяний, свидетелями и жертвами которых мы становились с этого момента...

19 мая 1944 года началась для нас новая жизнь, каждый день которой приносил столько потрясений и событий, что трудно было быстро все осмыслить и оценить.

Мы подошли к зданиям. Они были окружены двойным рядом бетонных столбов, между которыми на изоляторах была натянута проволока. У входа стояла будка, мы остановились, и туда вошел начальник конвоя. Через несколько минут он вышел с кем-то из местной охраны и, пересчитав нас, проверил номера. На троих из нас он показал начальнику конвоя, сказав что-то при этом. Это были трое, которых присоединили к нам у ворот лагеря. Их отвели в сторону и поставили отдельно.

Мы тронулись дальше, удаляясь от каменных зданий и приближаясь к баракам. Пройдя через новые ворота и заграждение, которое, очевидно, отделяло всю территории лагеря, мы увидели, что каждые два-три ряда бараков были отдельно замкнуты проволокой, образуя таким образом самостоятельную секцию. Мы шли по широкой лагер-

- 109 -
ной улице, на которую выходили ворота всех этих секций. Дойдя до конца улицы, мы свернули в сторону и вдалеке, вероятно, метрах в 200—300, увидели несколько зданий с высокими трубами. Мы шли туда.

Какие-то люди в странных полосатых костюмах виднелись за оградой некоторых секций. Они бродили и смотрели на дорогу. Это было далеко, и я не мог их хорошо разглядеть.

Ошеломленные всем окружающим, мы только изредка шепотом переговаривались друг с другом. Куда же мы идем?! Уже два часа, как мы шли по этому огромному, почти пустому, как нам казалось, лагерю. Наконец мы приблизились к зданиям.

Совершенно невозможно было определить их назначение. Деревянные, с кирпичными трубами, они стояли особняком. Конвоиры подвели нас к одному из них и, поставив у одного из углов здания, удалились. Остался только один, который вскоре также исчез, оставив нас одних. Мы осматривались кругом, обмениваясь впечатлениями. Некоторые облегченно вздыхали. Ну, кажется, живы пока, говорили они. Вдруг я услышал чей-то радостный возглас:

— Товарищи, смотрите сюда!

Он стоял у угла здания, у какой-то кучи, и, роясь там, что-то жевал. Все подошли ближе, я тоже всмотрелся. Там в хаотическом беспорядке, в грязи и пыли валялись самые разнообразные предметы: хлеб, белые булки, куски сала, бутылки с чем-то, коробки сигарет, банки консервов, сумки, портфели, армейские ножи, вилки, зеркала, бритвы и множество других предметов, сваленных в кучу. И главное — еда! Да еще какая! Такую мы не видели уже годы! Вот, что представляло для нас особую ценность. Забыв все на свете, мои спутники рылись в этой куче, набивая рты и карманы.

Ко мне подошел Ильин, в одной руке у него был большой кусок белого хлеба, в другой — банка меда.

— Возьмите! — сказал он. — Будь что будет, а пока поедим.

- 110 -
В этот момент дверь в здание открылась, и на пороге показалась девушка лет 20. Ни до этого, ни после я не встречал более прекрасного лица. Ее огромные синие глаза с каким-то странным выражением страха, любопытства и радости смотрели на нас. Это было так неожиданно, что Ильин так и остался стоять с протянутым мне куском хлеба. Я тоже стоял потрясенный. Она сделала несколько шагов и подошла ко мне. Она произнесла несколько фраз по-французски, дотрагиваясь пальцем до моей пуговицы со звездой. Я покачал головой, не понимая ее. Она повторила фразу на смеси русского, польского и немецкого языков:

— Вы кто такие? Жолнеры? Откуда вы?

— Советские солдаты и офицеры, военнопленные, нас привезли сюда.

Она улыбнулась, радостно и удивленно раскрыв глаза:

— О, Совиет Унион, русский офицер, солдат!

— Что здесь? Что это за место? — спросил я ее. Она нахмурилась, и ее лицо сразу помрачнело:

— Здесь смерть, только смерть. Это Аушвиц. Концлагерь Биркенау.

— А что здесь? — показал я на здание и дверь, откуда она вышла.

— Это баня и дезкамера.

— А там? — я показал рукой на другое здание, с длинными трубами в стороне.

— Это? — она замолчала, ее глаза наполнились слезами. Взволнованные, мы с Ильиным стояли, ничего не понимая.

— Это крематориум, — сказала она.

Крематорий — это было так естественно: иметь в большом лагере крематорий.

Она заметила, что это слово не произвело на нас должного впечатления.

— Вы не понимаете? — спросила она.

Я отрицательно покачал головой.

Вдруг, совершенно внезапно, она вздрогнула и побледнела, глядя куда-то в сторону зданий (в этот момент мы стояли спиной к ним), по ее щекам катились слезы, и она

- 111 -
вздрагивала, видимо, сдерживая себя от рыданий. Мы оба повернулись лицом к зданиям — и увидели...

Параллельно нашей дороге, в 50—60 метрах от нее, в сторону к зданию с трубами шла длинная плотная колонна людей. Люди шли необычайно медленно, казалось, что они еле передвигают ноги. Хвост колонны терялся где-то далеко сзади. Это были только мужчины: молодые и старые, полные и худые, многие с бородой, хорошо одетые, в пальто, шляпах, котелках... многие из них вели за руку детей, некоторые несли их на руках. Казалось, что эти люди вырваны прямо с улиц какого-то европейского города.

С обеих сторон колонны, через интервалы в 7—10 метров, шли солдаты с собаками, держа наизготовку автоматы.

Мы смотрели на эту процессию. Какое-то непонятное, страшное ощущение охватило меня.

— Что это? Куда их ведут? — спросил я, еще не догадываясь, вернее — не смея догадаться.

— О! О! — простонала она. — Эти люди будут сейчас мертвы!

Я не заметил, как вокруг нас собрались все, кто за минуту до этого был поглощен едой и добыванием пищи. Они перестали есть и смотрели туда, где двигалась колонна. Они слышали, что сказала девушка, и не могли поверить сказанному. Мы, так часто видевшие кровь и смерть, стояли оцепеневшие, так как все это казалось настолько невероятным, что никак не укладывалось в сознании.

— Как?! Все эти люди и дети? — спросил кто-то шепотом.

Девушка кивнула головой.

— Вы увидите сейчас! Новый транспорт! Новый транспорт! — произнесла она снова сквозь слезы.

Не веря своим глазам, мы смотрели на здание. Голова колонны подошла к открытой площадке здания с трубами. Мы увидели, как передние ряды колонны начали раздеваться под крики и лай собак, которые рвались с цепей. Тишина сменилась отчаянным шумом: крики и ругань охраны, лай собак смешались с плачем и криком детей, бегающих в кольце охраны и собак.

- 112 -
Мы видели, как теряющие, по-видимому, своих родителей дети, бегали с плачем, падая под ударами резиновых палок. Мужчины тоже кричали...

Мы видели, как росли горы одежды и голые люди исчезали в здании, загоняемые туда палками и собаками.

Колонна постепенно уменьшалась, приближаясь к площадке и зданию.

Я видел Ильина: его дрожащие губы что-то шептали.

— Что делается! — с отчаянием воскликнул кто-то. Мы стояли, смотрели на все это, не видя и не слыша, что происходит около нас.

Девушка продолжала стоять у дверей, прислонившись к косяку. Последние ряды колонны подходили к зданию. Горы одежды высились в нескольких местах. Кто-то спросил девушку:

— Что с ними будут делать?

— Их убьют, а потом сожгут, — ответила она каким-то мертвым голосом. — Мои мать, отец и маленькая сестренка погибли там!

Она закрыла глаза и стояла так несколько минут. Что можно было сказать ей?

— Слышите?! — снова вздрогнула она и побледнела. Какой-то стонущий хор голосов, криков и воплей, заглушаемый стенами и расстоянием, донесся до нас. Мы замерли, прислушиваясь. Потом все смолкло. Только лай собак нарушал тишину.

Отчаянный крик и ругань раздались рядом, нарушив оцепенение. Девушка исчезла за дверями, откуда-то выскочил эсэсовец, он подскочил к нам и с размаху ударил ближайшего, что-то крича; ничего не понимая, мы стояли кучкой. Он показал на дверь. Мы вошли, нам сказали, что это баня. Действительно, это было похоже на баню. В длинном коридоре стояли несколько человек, одетых в ту самую полосатую одежду, которая по дороге обратила на себя наше внимание. Эсэсовец что-то приказывал им. Они стояли перед ним, вытянувшись и сняв шапки. Закончив, эсэсовец вышел, люди в полосатом подошли к нам. Одетые в брюки и куртку из грубой в синюю и серую полоску

- 113 -
материи, они смотрели на нас с жадным любопытством. У каждого на левой стороне груди была нашита белая полоска с номером, перед цифрой был нарисован зеленый треугольник с буквами «СС» внутри. Все были наголо острижены. Один из них подошел ко мне.

— Ты!— резко сказал он на ломаном русском языке. — Что стоишь, иди туда! — он показал на дверь.

— Зачем? Что там? — спросил я его. Он выругался и схватил меня за плечо, дернув изо всей силы. Страшная злоба охватила меня. Отбросив его руку с плеча, я отшвырнул его в сторону, закричав:

— Как ты смеешь, негодяй, так обращаться с советским офицером?!

Все затихли кругом. Пошатнувшись, он стоял и остолбенело смотрел на меня. Я видел, как выражение удивления и злобы сменилось у него какой-то странной усмешкой, однако было в ней что-то доброжелательное. Двое или трое его товарищей, с угрожающим видом подвинувшиеся было ко мне, стояли, ничего не предпринимая.

Он снова заговорил, но уже совсем другим тоном:

— Ты сумасшедший! Ты разве не знаешь, где ты находишься? Здесь нет офицеров. Здесь все одинаковые. Я могу сказать одно слово — и ты будешь сейчас там! — он показал на крематорий. — Здесь такой режим, что... — он не закончил. — Ну, если вы все останетесь живы, сами увидите. Здесь надо молчать и делать то, что приказывают. Иначе... — он снова показал на крематорий.

Я чувствовал, что отпор, который он получил, подействовал на него.

— Ты, наверное, такой же, как и мы, — сказал я. — Почему же ты так обращаешься с нами?

— Когда каждый день видишь все это, становится все равно. Я здесь работаю, — он махнул рукой.

Я решил воспользоваться благоприятной обстановкой и его изменившимся настроением.

— Мы все здесь, — я показал на своих товарищей, стоящих вокруг и слушающих наш разговор, — советские солдаты и офицеры, военнопленные. Мы были в лагерях для

- 114 -
военнопленных, теперь нас привезли сюда. Скажи нам — что это такое здесь? Что с нами будут делать? Он опять усмехнулся:

— Это концлагерь Аушвиц. Здесь сидят люди из многих стран. Это политический лагерь. Кого не убивают сразу, те живут пока в бараках. Сейчас сжигают евреев из Венгрии, каждый день приходят транспорты из Венгрии, и их сразу с платформы ведут в крематорий. Только самых молодых и здоровых оставляют пока для работы.

— А нас? — спросил кто-то из наших.

— Не знаю, — сказал он, — если вас будут стричь, то будете живы, если нет — то пойдете туда.

— А есть здесь русские солдаты-военнопленные? — спросил я его.

— Очень мало. Было раньше много, но все они умерли в 42—43-м годах. Я здесь уже три года работаю. Русские есть, но гражданские, привезенные из России. Их тоже убивают постепенно.

— А кто ты? Поляк?

— Нет, я немец — фольксдойч, — он показал на треугольник. — Я из тюрьмы, за побег. У кого зеленый винкель и «СС», тот криминал, у вас будет красный — вы политические. — Он вдруг заторопился: — Ну, заходите сюда, — на этот раз он миролюбиво показал на дверь.

Мы начали входить.

— Раздевайтесь и всю одежду оставьте здесь! — продолжил он. — Унтер-шеф-фюрер приказал раздеть вас, он придет.

Мы стали раздеваться. Голые, мы стояли в большом пустом помещении с несколькими дверями. Снова перед глазами встала картина, которую мы наблюдали перед баней; крики и плач стояли в ушах.

В комнату вошел эсэсовец, не обращая на нас никакого внимания, он что-то опять приказал нашему знакомому с зеленым винкелем. Тот скомандовал:

— Сюда!

Мы вошли в другое помещение. Несколько скамеек с людьми в полосатых костюмах: они сидели, держа в руках

- 115 -
машинки для стрижки волос и бритвы. Они с радостью смотрели на нас:

— Подходите по очереди.

Я подошел к крайнему. Кто они, почему радуются?

— Садитесь, товарищ офицер, я постригу вас.

— Чему вы радуетесь? Вы русский? — спросил я.

— Да, я русский, из Франции. Мы уже давно ждем вас. Вы, вероятно, и не знаете, что сейчас где-то решалась ваша судьба. Раз мы вас стрижём, значит, вы пока будете живы. Мы уже знаем этот порядок. Унтер-шеф-фюрер звонил в комендатуру и узнавал, что с вами делать. Нам рассказала о вас Елен!

— Какая Елен?

— Она с вами разговаривала во дворе.

— Да, — вспомнил я. — Кто она такая и почему здесь?

— Она тоже из Франции. У нее мать еврейка, а отец француз, партизан; их сожгли недавно, а ее оставили в живых при дезкамере. Она очень красива, наверное, поэтому. Несчастная девушка! Лучше бы ее тоже сожгли. — Он стриг меня наголо. — Мне придется уничтожить всю растительность у вас, — сказал он, — потому что, если после проверки немцы увидят у вас хоть один волос, мы все получим 25 палок, на первый раз.

— Почему вы здесь?

— Я русский. Жил во Франции до 1943 года, за помощь партизанским отрядам немцы арестовали меня и жену и привезли сюда. Жена в женском лагере, и я ничего не знаю о ней уже год. Мы сидели здесь и волновались за вас: будут ли вас стричь?

Он стал расспрашивать меня о Советском Союзе и Красной Армии. Рядом стригли моих товарищей. Вскоре эта процедура кончилась, и мы вышли в другие двери: там в большой комнате была душевая; после 15 минут омовения подача воды была прекращена, и мы успели только размазать на себе грязь.

Уже темнело, когда нас вывели в противоположные двери. Мокрые, мы стояли в пустой камере и ждали. Одежды нашей мы не видели. Опять появился зеленый винкель.

- 116 -
— Почему нам не дают одежду? — спросил я его.

— Вы будете одеты в арестантскую одежду, это ваша форма здесь, — сказал он.

Я посмотрел на своих товарищей, я видел их озлобленные и растерянные лица. На какой-то момент я почувствовал, что во мне они видят своего старшего товарища и ждут какого-то решения.

— Нет, — сказал я ему, — мы не наденем арестантскую одежду. Все равно с нами расправятся, так пусть мы погибнем в своей одежде и форме. — Я услышал протестующие возгласы некоторых:

— Что он говорит? Пусть отвечает за себя! Какая разница! — эти возражения были заглушены хором голосов во главе с Ильиным:

— Правильно, товарищ майор, погибать — так в своем. Не одеваться, товарищи! Пусть дадут наше! Зеленый винкель стоял в нерешительности.

— Ты глупый! Что, ты не хочешь жить? — сказал он, обращаясь к одному из кричавших громче других.

— Все равно, — ответил за него Ильин, — не будем одеваться!

Зеленый винкель постоял немного и сказал:

— Я скажу унтер-шеф-фюреру. Он вышел. Мы стояли в ожидании. Некоторые вполголоса ругались.

— Ну, уж теперь с нами расправятся! Подумаешь, геройство! — особенно горячился один из наших. Его обычно вялое, бледное лицо, с какими-то бесцветными глазами, покраснело. Он с отчаянием смотрел на других: — Что мы наделали! Надо соглашаться, пока не поздно!

— Заткнись! — сурово оборвал его Вася, высокий молодой парень с большим шрамом на груди. Моряк с подводной лодки, он был списан на берег после ранения и взят в плен при занятии немцами Севастополя, в 1942 году. — Скажи только что-нибудь, мы устроим тебе крематорий. Всем вместе надо действовать.

— Ой, как нас много! — сказал еще один. —А ты видел, сколько их было там, на улице?

- 117 -
— Те — старики и дети, — ответил Вася.

Я услышал, как капитан Тархов, до этого момента спокойно и молча стоявший и смотревший на все происходящее, одобрительно проговорил вполголоса:

— Молодец моряк!

Большинство были также настроены решительно:

— Мы с вами, товарищ майор! — сказал один из них. — Надо держаться твердо!

Чувство радости и какой-то непонятной уверенности охватило меня, когда я увидел, как решительно был дан отпор малодушным. Уже полчаса прошло, как мы стояли голые в этой огромной пустой комнате. Вошел зеленый винкель с испуганным лицом и заявил:

—Нет! Капут вам будет!

Все напряглись в ожидании. Вслед за ним вошел эсэсовец. Он что-то сказал зеленому винкелю, тот удивленно его слушал, потом повернулся к нам и сказал:

— Унтер-шеф-фюрер сказал, что вам сейчас не дадут лагерь-униформ (лагерной одежды), ее сейчас мало.

В дверь внесли носилки, на которых лежала наша дымящаяся паром одежда.

— Одеваться! — закричал зеленый винкель. Все бросились к носилкам.

Что произошло за эти полчаса? Почему протест такой жалкой кучки обреченных людей мог дать такой неожиданный эффект? Так просто было расправиться с нами! Я не понимал тогда ничего. Однако несколько позже, размышляя об этом эпизоде, я понял что именно наша малочисленность помешала немцам расправиться с нами сразу. По сравнению с операциями уничтожения людей тысячами ежедневно, выполняемыми по плану с неуклонной методичностью, наша кучка только отвлекла бы немцев от основной деятельности. Немного раньше или позже — здесь, в Аушвице, это не имело никакого значения. Наконец, может быть, действительно в этот момент у них под рукой не было лагерной одежды. Мы стояли, уже одетые в горячую мятую одежду.

— Марш! — скомандовал эсэсовец.

- 118 -
Мы вышли. Несмотря на обстановку, у многих был довольный вид. Правда, все содержимое наших карманов исчезло, но зато мы были в своей одежде, а не в этих страшных полосатых костюмах.

Мы попали опять во двор, но уже с другой стороны. Все сразу, как по команде, посмотрели на здание крематория. Из труб здания валил черный дым; из-за здания тоже вырывались клубы темного дыма. Мы видели, как какие-то люди в полосатых костюмах волокли что-то, почти бегом, за угол крематория — какие-то длинные желтые предметы, они несли их вдвоем или волокли по земле.

— Трупы! — шепотом проговорил кто-то.

Да, это были трупы убитых: их сжигали в этот момент. Все было так очевидно, что ничего другого нельзя было предположить. Тошнотворный запах горелой кожи носился в воздухе, мы его почувствовали сразу. Как часто он потом преследовал нас!

Мы стояли бледные, к горлу подступал какой-то ком. Было видно, как позеленело лицо Ильина. Нам, привыкшим ко всяким запахам лагерных лазаретов, бараков и карцеров, этот ужасный запах казался чем-то нереальным. До нас доносились крики эсэсовцев, подгонявших людей в полосатых костюмах там, у крематория.

Что это за люди? Почему они там работают, помогая уничтожению своих же?

Позже, узнав все подробности организации этого дьявольского механизма уничтожения людей, мы многое поняли. Мы узнали также, кто были эти люди в полосатых костюмах, выполняющие эту ужасную работу.

Темнело. Все виденное и пережитое давило меня. Только сейчас я почувствовал ужасную усталость. Еле держась на ногах, я думал в этот момент: когда же наконец закончится этот проклятый день и нас поведут когда-нибудь и оставят в покое хотя бы на несколько часов? Остальные также еле стояли. Впечатления дня наложили печать и на их лица.

Наконец показались двое арестантов в чистой одежде, также с зелеными треугольниками. Они подходили к нам,

- 119 -
размахивая резиновыми палками. Наш зеленый винкель подошел к ним и что-то почтительно стал говорить им по-немецки. Он показывал на нас, и на меня в частности. Я подумал, что он рассказал об инциденте, который произошел у меня с ним в бане. Оба высоких удивленно слушали и иногда восклицали что-то.

Они подошли к нам, один из них спросил по-польски Ильина:

— Ты ругался с ним? — и показал на нашего знакомого из бани.

Ильин покачал головой.

Зеленый винкель показал на меня. Высокий подскочил ко мне и хлопнул по плечу. Инстинктивно я отодвинулся, вопросительно глядя на него.

— Хорошо, не бойся, будешь жить пока!

Я пожал плечами, внутренне довольный.

В этой обстановке покорности и пассивного равнодушия, с которым, казалось, шли люди на смерть, не делая попыток к сопротивлению, наша организованная готовность к протесту произвела, наверное, большое впечатление. Однако в этот момент никто из нас, и я в том числе, не отдавали себе отчета в том, какую роль это может сыграть здесь, в нашей дальнейшей лагерной жизни.

Они построили нас. Было уже часов 9—10 вечера. Территория лагеря была погружена во мрак. Только у крематория было светло: из труб временами вырывалось пламя, и за крематорием тоже что-то горело. Запах горелой кожи продолжал носиться в воздухе. У ограждения на столбах горели лампочки, указывая границы лагерных отделений.

Наша группа тронулась в путь по той дороге, которая привела нас сюда. Усталость все сильнее ощущалась нами, и мы с трудом волочили ноги. Я обратил внимание на белые повязки на рукавах сопровождающих нас. «Лагерьальтестер» — черными буквами было написано на них. Видимо, это были представители какой-то администрации лагеря из арестантов.

Через 15 минут мы были в среднем отделении этого огромного лагеря. Пройдя мимо длинного ряда бараков,

- 120 -
цы, по которой мы двигались, сопровождающие завели нас в крайний барак. Он представлял собой огромное помещение, с обеих сторон которого были устроены четырехэтажные нары; в середине проходила какая-то труба с печками по краям, очевидно, устройство для обогрева помещения. Барак был пуст и освещался крошечной лампочкой, висящей посредине.

Мы не заметили, как около нас, стоящих кучкой в проходе, очутился полуодетый человек. Он выслушивал наших сопровождающих, которые, как и у бани, что-то рассказывали ему, показывая на нас. В этом случае, по-видимому, в рассказе фигурировал и инцидент в бане. Полуодетый человек объявил:

— Ложитесь на нары все вместе. В двенадцать часов эсэсовец делает обход, и если кто-либо не будет лежать, всем будет плохо. Я шрейбер барака.

Нас не нужно было заставлять: совершенно измученные переживаниями дня, мы повалились на нары словно снопы соломы.

Полуодетый сел на нары рядом со мной и начал расспрашивать нас с Ильиным.

Как всегда, мы лежали втроем: Ильин, Тархов и я. Впечатления дня не давали мне уснуть. Перед глазами стояла картина, увиденная у крематория всего несколько часов назад... Мы не могли уснуть, переговаривались вполголоса или шепотом. Полуодетый — он оказался польским немцем из Познани, — удовлетворив свое любопытство, стал рассказывать о лагере. Мы, забыв усталость, жадно слушали его: он говорил на невероятно ломаном языке, мешая польские, чешские, русские и немецкие слова. Это был какой-то жаргон, который, как потом мы узнали, широко использовался в этом лагере. То, что мы услышали, поняв только часть из того, что он рассказал, нарисовало нам картину лагеря, его жизни и режима.

Весь лагерь называется Аушвиц, или Освенцим. Это бывший польский городок, и состоит он из двух частей: собственно Аушвиц — старый лагерь, состоящий из каменных

- 121 -
зданий (мы были в нем по пути со станции в лагерь), и новый лагерь Биркенау.

В Биркенау два лагеря: мужской, где мы находимся, и женский.

Мужской лагерь состоит из отделений, называемых также лагерями. Лагерь «А» — карантин, «В», «С», «D», «Е» и еще какие-то отделения, какие, он не знает. Здесь очень много народу. Он думает, не меньше 200 тысяч человек. Русских много, но военнопленных очень мало. В 1942 году сюда привели 10 тысяч русских военнопленных и дали им отдельную нумерацию — от 1 до 10 000, причем эти номера они носили с правой стороны груди, без треугольника. Они почти все погибли. Только несколько десятков человек сейчас имеют такие номера. Время от времени приводят партии военнопленных, таких, как мы, но их уже не нумеруют отдельно. Здесь находятся люди из многих стран. Больше всего русских, поляков, чехов, французов, но есть и другие: сербы, греки, югославы. Англичан почти нет. Немцев несколько тысяч, большей частью уголовники. Все они занимают какие-либо должности внутри лагеря. Указав на себя, он с гордостью сказал:

— Я политический, социал-демократ. Меня арестовали еще в 1939 году за выступление на собрании против фашистов. Уже пять лет, как я здесь. Уголовники — это страшная сволочь, — заявил он.

Несколько позже мы убедились, что социал-демократические взгляды, не мешали ему быть такой же сволочью, как и уголовники, и с таким же успехом использовать свою власть в бараке для ухудшения и без того ужасного положения пленных.

Он продолжал рассказывать дальше:

— Сюда каждый день привозят транспорты евреев со всей Европы и уничтожают, сейчас сжигают евреев из Венгрии. По нашим подсчетам, с начала месяца, сожгли уже 70—80 тысяч человек. Только несколько тысяч здоровых мужчин, знающих какое-либо ремесло, оставлены в живых. Крематорий не справляется, и поэтому немцы сжигают убитых газом, в траншеях у крематория.

- 122 -
Мы поняли, что это были за пламя и дым за крематорием.

— Сейчас немцы так заняты сжиганием евреев из Венгрии, что последние три недели не трогают других. Раньше, каждую неделю они сортировали всех арестантов и всех истощенных и больных отправляли туда. Кроме того, здесь есть штрафное отделение, куда берут всех, кто много разговаривает. Здесь очень много шпионов среди арестантов. Одно лишнее слово — и... капут. Из штрафного, как только оно заполняется, всех уводят в крематорий. — Он рассказывал это совершенно спокойным тоном, чувствовалось, как много он видел за эти пять лет своего пребывания здесь.

— Вас не переодели, — сказал он. — Это плохо, так как вас возьмут на заметку и расправятся, когда освободятся от евреев.

Это зловещее предупреждение он изрек также совершенно спокойно.

Опять я услышал шепот того, кто возражал против нашего протеста:

— Я же говорил! Что будем теперь делать? Вася оборвал его:

— Ничего, еще поживем, дальше видно будет. Его великолепное хладнокровие восхищало меня, и я похвалил его:

— Правильно, Вася, надо спать пока. Потом увидим, что делать!

Немец или поляк из Познани слез с нар и скомандовал совсем тихо:

— Надо спать, а то придут эсэсовцы, — и он ушел в другой конец барака.

Все затихли, однако долго никто не спал. Мы услышали у входа какой-то шум. Кто-то прошел по бараку в сопровождении поляка из Познани. Вдруг раздался крик:

— Ауфштейн... встать! Все вскочили.

— Построиться! — раздалась команда.

Мы встали у нар, двое эсэсовцев прошли вдоль рядов, пересчитывая нас. Потом они удалились, и мы снова легли на нары.

- 123 -
Разбуженные, мы снова долго не могли уснуть. Я ворочался, пытаясь уснуть, но мне это не удавалось, Тархов тоже не спал. Я видел, что он лежит с открытыми глазами устремленными куда-то вдаль.

Было 5—6 часов утра, когда шум в лагере разбудил многих, в том числе и меня.

Познанский немец, уже одетый, был около нас.

— Никому не выходить из барака, — объявил он. — Лагерь идет на работу.

Мы слышали какие-то команды и шум большого числа людей. Вдруг совершенно неожиданно все стихло. Это было так ошеломляюще и так не вязалось с обстановкой, что мы не поверили своим ушам: мы услышали звуки музыки! Большой, хороший оркестр играл какой-то бравурный марш!

— Что это такое? — спрашивали все друг друга.

— Идут на работу, — ответил познанский немец.

— Почему с музыкой?

— Увидите потом сами, — усмехнулся он.

Лагерь был пуст, когда нас вывели на улицу, в уборную и в какое-то грязное помещение, служившее, очевидно, умывальной. Было совсем светло, и мы могли разглядеть лагерь. Огромные бараки имели номера, мы находились в бараке №16, всего их было 24, по 12 с каждой стороны. У каждого барака мы видели фигуры людей в полосатых робах. Они, очевидно, производили уборку. Наш барак был по-прежнему пуст. «Лагерь D» — было написано на каждом бараке. Мы ждали пищи. Вскоре принесли бак с супом, и нам раздали по литру: безвкусная похлебка без жиров приготовлена была, видимо, на кукурузе.

Мы вспоминали вчерашнее изобилие и жалели, что ничего не удалось оставить про запас.

Мы не успели доесть суп — на всю группу было всего несколько котелков и приходилось ждать очереди, — как в барак вошел эсэсовец. Он стал кричать, размахивая палкой, познанский немец стоял навытяжку, бледный, с шапкой в руках. Кончив кричать, эсэсовец ударил его раза два палкой по спине и вышел. Нас построили и вывели.

- 124 -
Опять появились вчерашние знакомые с повязками на рукавах.

— Марш! — мы тронулись, прошли по улице и свернули в лагерь «А».

«Карантин» — было написано на воротах. У всех ворот, ведущих в каждое отделение, стояли небольшие здания для охраны. Мы подошли к входу в лагерь «А», из здания высыпали эсэсовцы. Одни довольно издевательски улыбались, глядя на нас, другие злобно хмурились.

— Русский большевик. Битте, битте! — говорили они, показывая на вход.

Мы вошли в лагерь. В отличие от лагеря «D», мы сразу увидели группы пленных, стоящих у входа в бараки. Навстречу нам двигалась группа пленных, тянувших изо всех сил тяжелый каток огромных размеров, сбоку шел, размахивая резиновой палкой, мужчина в гражданской одежде, с желтой повязкой со свастикой на рукаве. Он покрикивал на пленных и бил их по спинам и головам, как только они замедляли шаг. Пот катился с их изможденных лиц.

Мы остановились у барака №6, он был отделен от остальных проволочной перегородкой временного типа. Войдя в барак, мы были ошеломлены: он весь сверху донизу был забит людьми: они сидели, стояли, лежали на нарах, все головы повернулись в нашу сторону, и мы услышали тихие голоса.

— Русские, русские солдаты! — говорили они. Многие повскакали со своих мест и окружили нас. Наши сопровождающие зашли в небольшую комнату у входа, так что мы были предоставлены самим себе. Град вопросов на разных языках посыпался на нас. Взволнованные, родные лица!

— О! Русские солдаты, русские солдаты! — они пожимали нам руки. Хор восклицаний не давал нам возможности осмотреться, отвечать на вопросы.

Вдруг какой-то скорее рев, чем крик, раздался в бараке. Мы увидели, как люди, толкая друг друга, бросились к нарам, все стихло кругом. Человек невысокого роста, в полосатой робе, с палкой бросился на толпу, колотя с размаху

- 125 -
направо и налево. Он продолжал что-то рычать. Я видел его лицо: оно было довольно красивым, с правильными чертами, однако темные круги под глазами и какие-то жесткие складки у рта делали это лицо отталкивающим. Он продолжал колотить всех, пока последний не залез на нары. У дверей стояли двое наших сопровождающих и с довольными лицами ухмылялись, глядя на эту сцену. Мы стояли кучкой. Загнав последнего, он пошел к нам крадущейся походкой. Я смотрел в его глаза. Это были глаза садиста и убийцы: мутные, с неподвижным выражением, вернее — без всякого выражения, они были какого-то свинцового цвета. Инстинктивно мы еще теснее сгрудились вместе. Опять, как и раньше, я чувствовал, как взгляды моих товарищей переходили с меня на него. Опять, как и раньше, представительствовать в этом первом соприкосновении с новым режимом в лице этого человека со свинцовыми глазами выпало, видимо, мне.

Он подошел к нам вплотную, держа палку за спиной. До сих пор безмолвный свидетель его расправы с арестантами — лагерная администрация подошла также. Он стоял напротив меня молча и смотрел мне в глаза. Все напряглось во мне.

— Ты кто? — по-польски спросил он спокойным тоном. Это было зловещее спокойствие: чувствовалось, что в следующую минуту оно может смениться взрывом.

— Я русский офицер, это мои товарищи. А ты? — инстинктивно спросил я его резким голосом.

— Я? — Он улыбнулся какой-то мертвой улыбкой и посмотрел на администраторов. В этой улыбке я почувствовал удивление дерзости этого вопроса. Один из них что-то быстро сказал по-немецки.

— Я блокальтестер блока номер шесть, это мой блок, а ты со своими будешь здесь жить. Если ты будешь агитировать здесь — будет плохо!

Я молчал. Обстановка разрядилась, это чувствовали все. В бараке стояла мертвая тишина. Он обвел глазами нары.

— Занимайте свободные места, — сказал он презрительно.

- 126 -
— Мы, русские военнопленные, хотим быть все вместе, возразил Я. Он опять удивленно посмотрел на меня.

— Ты очень дерзкий. Мне уже говорил лагерьальтестер, смотри! — с угрозой процедил он сквозь зубы. — Шрейбер! — крикнул он. К нему приблизился пожилой еврей с повязкой. — Вот эти нары освободите для русских! — показав на угол барака у входа, он повернулся и быстро вышел.

Сразу в бараке стало как будто чище и свободней.

Мне показалось, что все вздохнули свободней, да и я почувствовал, как исчезло что-то давящее на меня.

Так исключительно благополучно, по общему мнению старых обитателей барака, закончилось наше первое знакомство с начальником барака, или блокальтестером, по лагерной терминологии, — Кровавым Метеком, как его называли в лагере.

Уже через несколько дней мы узнали, насколько он оправдывал это прозвище."


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Четверг, 17 Января 2013, 03.11.00 | Сообщение # 195
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Об этапе из Ламсдорфа в Аушвитц также здесь на конкретном примере:
http://www.sgvavia.ru/forum/109-92-22


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
AlexejДата: Четверг, 17 Января 2013, 16.15.55 | Сообщение # 196
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
Только по Ивановым - 98 записей в картотеке.

Не все из этих заключённых военнопленные.
 
AlexejДата: Воскресенье, 27 Января 2013, 19.33.23 | Сообщение # 197
Поиск
Сообщений: 132

Отсутствует
27 января 1945 года воины Красной Армии освободили узников Аушвитца.Сегодня -27.01.2013 в бывшем блоке №14 Аушвитца открывается постоянная российская экспозиция в память о наших согражданах-жертвах фашизма.

Сообщение отредактировал Alexej - Воскресенье, 27 Января 2013, 19.34.26
 
СерегаКДата: Понедельник, 28 Января 2013, 00.06.45 | Сообщение # 198
Поиск
Сообщений: 1875

Отсутствует
КОЛОБОВ Павел Иванович (1907-07.12.1941). Родился в 1907 г. в д. Демьяны. Крестьянин по социальному положению.
Был женат. Жена – Колобова Клавдия Васильевна, проживала по адресу: пос. Борисоглебский, ул. Профессиональная, д. 10.
В Красную Армию мобилизован Борисоглебским РВК 16 июля 1941 г. Учтен в 1946 г. по материалу Борисоглебского РВК как условно пропавший без вести в сентябре 1941 г., так как сведений о его судьбе из воинской части не поступало.
Красноармеец 887-го стрелкового полка 211-й стрелковой дивизии (1 ф). Пленен 1 августа 1941 г. в районе Десны (судя по всему, имеется ввиду река в Московской области). Узник шталага 318 Ламсдорф (г. Ламбиновице, Республика Польша). Присвоенный здесь лагерный номер “9816“.
25 октября 1941 г. переведен в концлагерь Аушвиц (г. Освенцим, Республика Польша).
Умер в немецком плену в концлагере Аушвиц от нефрита 7 декабря 1941 г.
В Книге Памяти Ярославской области увековечен с ошибочным годом рождения, точной датой смерти, но без указания факта смерти в концлагере.


Сергей Кудрявцев

Сообщение отредактировал СерегаК - Понедельник, 28 Января 2013, 00.07.58
 
СерегаКДата: Четверг, 14 Февраля 2013, 12.34.21 | Сообщение # 199
Поиск
Сообщений: 1875

Отсутствует
Цитата (СерегаК)
КОЛОБОВ Павел Иванович (1907-07.12.1941).


Сегодня найдены родственники.


Сергей Кудрявцев
 
СаняДата: Четверг, 14 Февраля 2013, 12.38.09 | Сообщение # 200
Админ
Сообщений: 65535

Отсутствует
СерегаК,
Цитата (СерегаК)
Сегодня найдены родственники.

Молодец,Сережа!


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Пятница, 15 Февраля 2013, 13.09.07 | Сообщение # 201
Админ
Сообщений: 65535

Отсутствует
Советский комендант гарнизона Освенцим Елизаветский Григорий Давыдович , в своем письме супруге от 4 февраля 1945 года упоминает следующее:

Представь себе город, вокруг которого устроено 9 лагерей, в которых в среднем 60-80 тыс. народа со всех сторон мира.

http://www.e-slovo.ru/227/6pol1.htm


Qui quaerit, reperit
 
ГеннадийДата: Пятница, 15 Февраля 2013, 14.56.04 | Сообщение # 202
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Номер записи 300517239
Фамилия Виноградов
Имя Константин
Отчество Васильевич
Дата рождения __.__.1918
Место рождения Ярославская обл.
Воинское звание солдат (рядовой)
Лагерный номер 11795
Дата пленения 21.08.1941
Место пленения Кричев
Лагерь шталаг VIII F (318)
Судьба Погиб в плену
Дата смерти __.11.1941
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 977521
Номер дела источника информации 991
http://obd-memorial.ru/Image2....4123026
http://obd-memorial.ru/Image2....dd92d28


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 17 Февраля 2013, 17.29.48 | Сообщение # 203
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Наум ГУТНЕР



НАД ГОРОДОМ СТОЯЛ ЖИРНЫЙ ПЕПЕЛ И ПРИТОРНЫЙ ЗАПАХ…








В конце войны, в 1945 году, будучи ограниченно годным 2-й степени, я служил помощником начальника 2-го отделения отдела учета и укомплектования (ООУУ) 60-й армии 4-го Украинского фронта. Командовал армией генерал-полковник П. А. Курочкин.

Наш штаб находился в Скотнице, маленьком польском городке недалеко от Освенцима.

22-го или 23-го января меня вызвал начальник нашего отдела Петр Исаакович Чернышев, приказал отбыть в поселок Жарки за 8 километров от Скотнице – организовать там сбор и прием угнанных в рабство советских людей и отправку их на родину.

— Возьми с собой солдат из роты охраны, а я пришлю ПАХ (полевая армейская хлебопекарня) и несколько армейских кухонь.

Дали мне отделение из роты охраны, и поехал я в Жарки. Что такое Жарки? Поселок из 12-15 домов и большой костел. Рано утром поселок был почти пуст. Жители все попрятались, в костеле тоже никого не было, ксендз вместе со своими служками спрятался.

Как раз в костеле и было решено разместить освобожденных людей.

Через Жарки проходила дорога с фронта на Краков, который был уже в нашем тылу. По ней ежедневно возвращались порожняком грузовые машины, возившие снаряды для фронта. Этими машинами было решено осуществить переброску наших людей на родину.

Часам к четырем-пяти стали появляться женщины, везущие на повозках узлы с вещами, одиночки и группы.

— Откуда идете?

— Из Аушвица.

— Что там?

— Большой концентрационный лагерь. На миллион человек. Не поверив, стали расспрашивать. Отвечают:

— Там в одном большом лагере – десять лагерей. В первом – англичане и американцы, во втором – офицерский состав пленных французов и бельгийцев, третий лагерь – советский сержантский состав, пятый – публичный дом, а следующие пять лагерей для рядовых военнопленных: русских, польских и других солдат.

Когда я впервые услышал о лагере в один миллион человек, я сразу поехал в штаб армии и доложил полковнику Чернышеву, а тот доложил генералу Гончарову. Вызвали начальника разведки. Он заявил, что по его данным никакого лагеря там нет. Я предложил:

— Поедем со мной в Жарки, послушаете людей.

Начальник разведки отказался, и я вернулся в Жарки. Женщины, вышедшие из лесов, узнав советских солдат, рыдали, обнимали нас, целовали. Там была вся Европа: польки, русские, француженки, украинки, чешки, венгерки… Мужчин почти не было. Может быть 12-15 человек. Всех мужчин немцы накануне вывезли, и о них никто ничего не знал* .

Несколько мужчин, оказавшихся в общей толпе, были те, кто бежал из немецких транспортов.

Среди толпы изможденных женщин я увидел девочку лет шести. Сама, как скелет, а глаза,

как у древней старухи…

Из расспросов выяснилось, что все эти люди ускользнули из Аушвица во время нашей бомбежки рано утром, а к четырем-пяти часам вечера вышли в Жарки. Стало очевидно, что Аушвиц находится в районе, расположенном не далее 40 километров, но на наших картах никакого Аушвица не было. Я проверил: взял циркуль и сделал круг с центром в Жарки – Аушвиц на карте не был обозначен.

Между тем люди прибывали. В первый день мы разместили в костеле около 200 человек, на другой день их было уже не меньше 900, а на третий скопилось уже несколько тысяч…

На третий день на нас вышел один поляк. Когда его спросили – где Аушвиц, он сразу ткнул пальцем в Освенцим и сказал, что это и есть «Аушвиц» по-немецки (по-швабски).

Мы немедленно доложили об этом в штаб армии, и тут же был отдан приказ: лагерь в Освенциме взять до рассвета. Одновременно к нам были переброшены ПАХи и банно-прачечный комбинат. Вместе с батальоном, которому поручили взять Освенцим, отправился и я. На речке Пшемпше нас встретил немецкий заслон, который мы уничтожили. Вошли в Освенцим, маленький польский городок. И на окраине его увидели колоссальное поле, обнесенное бетонными столбами с колючей проволокой, по которой, как нам сказали, немцы пропускали электрический ток. Вдоль ограды стояли сторожевые вышки, а за вторым рядом колючей проволоки темнели многочисленные ряды бараков для заключенных. С другой стороны проволоки размещались коттеджи, где жили эсэсовцы – охрана лагеря; рядом – трехэтажный бетонный куб-бункер с бойницами на случай восстания заключенных**.

В бараках мы обнаружили около 10 000 женщин, которые лежали на нарах и от истощения не могли пошевелиться. Об этом всем мы снова сообщили в штаб армии, оттуда информацию передали в штаб фронта и сюда, к лагерю, сразу направили несколько армейских госпиталей. Освобожденных людей начали кормить, лечить и отправлять в тыл попутными машинами.

Что рассказывали люди из бараков?

Когда в Освенцим прибывали эшелоны с людьми, всю поездную бригаду меняли на эсэсовцев. Эшелоны выгружали за колючкой и людей делили на две части – нетрудоспособных вели якобы в баню, где их сразу травили газом и сжигали в печах. После восстания в Варшавском гетто немцы сожгли за неделю около 300 000 заключенных. В лагере работало два крематория, шесть печей… После «бани» трупы грузили на вагонетки и отправляли в печи. Обслуживали крематории заключенные, которых на другой день сжигали. Трудоспособную часть заключенных размещали в бараках и заставляли работать на заводе, расположенном в соседнем лесу. Там вырабатывался газ «Циклон».

В районе вокзала стояли железнодорожные пакгаузы по 200 метров в длину. В каждом было по четыре отделения, где сортировались вещи привезенных: одежда, обувь, детская обувь, мужские костюмы, меха чернобурых лисиц, золотые зубы, женские волосы… Все это переправлялось немцами в Германию.

Что еще рассказывали поляки?

Был овраг, куда эсэсовцы накидали сухого спирта и сожгли там несколько тысяч детей. Над городом в течение нескольких дней стоял жирный пепел и приторный запах…

Через некоторое время появились офицеры из СМЕРШа и стали расспрашивать людей о подробностях их заключения. Потом из Москвы прилетела комиссия по приказу Молотова. Я там был с 23-го по 26-е января 1945 года и занимался отправкой советских людей на родину.

Всего в Освенциме за четыре года было уничтожено несколько миллионов людей, в основном евреев и поляков.



* «18 января 1945 года лагерные власти спешно эвакуировали из Освенцима приблизительно 58000 человек и оставили в лагере лишь 5000–6000 тяжело больных. В одном из боковых лагерей (Фюрстенгрубе) сожгли в бараках всех больных заключенных».

Д-р Ян Зэн. Концентрационный лагерь Освенцим-Бжезинка. Варшава, 1961. С. 179.



** «Между сторожевыми башнями были построены бомбоубежища (бункеры), в которых отверстия для огня были направлены в сторону лагеря». Д-р Ян Зэн, член Главной комиссии по расследованию гитлеровских преступлений в Польше, судья. Концентрационный лагерь Освенцим-Бжезинка. Варшава, 1961. С. 24.
http://interlibrary.narod.ru/GenCat....033.htm


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
СаняДата: Вторник, 26 Февраля 2013, 19.12.06 | Сообщение # 204
Админ
Сообщений: 65535

Отсутствует
Умер в лагере:

Фамилия Андреев
Имя Иван
Отчество Андреевич
Дата рождения/Возраст 22.08.1911
Место рождения Мордовская АССР
Лагерный номер 8326
Дата пленения 24.01.1941
Место пленения Стародуб
Лагерь шталаг VIII F (318)
Судьба Погиб в плену
Воинское звание солдат (рядовой)
Дата смерти 09.11.1941
Фамилия на латинице Andrejew
Название источника информации ЦАМО
Номер фонда источника информации 58
Номер описи источника информации 977520
Номер дела источника информации 1191

http://obd-memorial.ru/html/info.htm?id=300000120



Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Четверг, 28 Февраля 2013, 01.41.10 | Сообщение # 205
Админ
Сообщений: 65535

Отсутствует
Кристиан Штрайт "Вермахт и советские военнопленные в 1941-1945 гг"

IX. СОВЕТСКИЕ ВОЕННОПЛЕННЫЕ В ЛАГЕРЯХ СС

Существование «трудовых лагерей для военнопленных», принадлежащих войскам СС, до сих пор привлекало к себе сравнительно мало внимания. Состояние источников, освещающих это явление, оставляет желать лучшего, но всё же позволяет описать важнейшие черты этого процесса.

Как уже говорилось, ещё 1 марта 1941 г. Гиммлер отдал приказ коменданту концлагеря в Освенциме штурмбанфюреру СС Рудольфу Хёссу построить «лагерь для военнопленных» на 100000 человек, - речь при этом могла идти только о советских пленных1. Этот проект находился в теснейшей связи с планированием поблизости от концлагеря крупного промышленного комплекса по производству синтетического каучука и синтетического горючего, к строительству которого концерн «ИГ Фарбен АГ» приступил на рубеже 1940-1941 гг. Поскольку возникновение этого промышленного комплекса, который должен был стать «краеугольным камнем здоровой немецкой нации на Востоке»2, даёт важные разъяснения относительно перспектив на будущее, существовавших в начале 1941 г. в важнейших отраслях немецкой промышленности, и относительно планов в отношении советских пленных, на нём следует кратко остановиться3.

В ноябре 1940 г. на совещании между представителями «ИГ Фарбен АГ» и имперского правительства было решено, что для увеличения годового производства синтетического каучука до 150000 тонн нужно построить ещё два таких же завода4 по производству каучука, как завод III в Людвигсхафене и завод IV в Верхней Силезии. Дальнейшее планирование осуществлялось очень быстро. В начале декабря 1940 г. проектировщики «ИГ Фарбен АГ» обратили внимание на участок земли площадью в 5 кв. км возле Освенцима, который наряду с близостью к необходимому основному сырью, - углю и извести, - отличался ещё и тем, что после запланированного выселения поляков и евреев из Освенцима и окрестностей должна была освободиться жилая площадь для необходимой рабочей силы5. Немного позже стало ясно, что евреи и поляки, несмотря на «выселение», могут пригодиться в качестве рабочей силы, и что из концлагеря Освенцим, - в котором в это время находилось целых 8000 заключённых!6 - вероятно, также можно будет получить рабочих7. Вместе с близостью к углю это уже в конце января 1941 г. сыграло решающую роль для принятия решения в пользу Освенцима, хотя президент правительства Нижней Силезии выступал за иной вариант, - в пользу Ратвица возле Бреслау, - обещая в этом случае значительную помощь и льготы8. Так как «выселение» поляков и евреев по планам Гиммлера в отношении восточных поселенцев весной 1942 г. привело бы к нехватке рабочей силы, концерну «ИГ Фарбен АГ» вскоре пришлось «вступить с

рейхсфюрером СС в переговоры, чтобы обсудить необходимые меры»9. Соответствующие распоряжения были отданы очень быстро. Уже 18 февраля 1941 г. Геринг, как уполномоченный по выполнению 4-хлетнего плана, поручил Гиммлеру принять меры по обеспечению рабочей силой строительства завода по производству каучука в Освенциме, которое должно было начаться в апреле 1941 г. Евреев из Освенцима и окрестностей следовало «удалить», чтобы освободить жильё для строительных рабочих; работоспособные поляки должны были получить «разрешение на пребывание» до конца строительных работ, а из концлагеря Освенцим10 следовало брать «максимально возможное количество обученных и необученных строительных рабочих». Это было сделано по требованию11 Карла Крауха, который после своего назначения генеральным уполномоченным по специальным вопросам химического производства (Гебехем) в управлении 4-хлетнего плана продолжал оставаться членом правления и председателем наблюдательного совета «ИГ Фарбен АГ»12. 26 февраля Гиммлер по распоряжению Геринга и по предложению Крауха отдал приказ о выселении евреев из Освенцима. Инспектору концентрационных лагерей бригаденфюреру СС Рихарду Глюксу и начальнику главных управлений СС «бюджет и строительство» и «администрация и экономика» группенфюреру СС Освальду Полю, было поручено немедленно связаться с руководителем строительства «ИГ Фарбен АГ» в Освенциме и оказывать ему любую возможную помощь путём поставки заключённых из концентрационных лагерей. Начальник личного штаба рейхсфюрера СС, группен-фюрер СС Карл Вольф, был назначен офицером связи Гиммлера по «проекту Освенцим» и получил полномочия13, - одно из многочисленных указаний на то, насколько важно это было для Гиммлера, - вступить в деловые отношения с «ИГ Фарбен АГ».

Вслед за тем 1 марта в Освенцим прибыл сам Гиммлер. Среди сопровождавших его лиц наряду с гауляйтером Верхней Силезии Брахтом и инспектором полиции и СС обер-группенфюрером СС Шмаузером, находились также инспектор концентрационных лагерей Глюке и «руководящие лица концерна «ИГ Фарбен Индустри»14. Во время совещания Хёсс получил от Гиммлера задание построить лагерь на 100000 военнопленных:

Для «ИГ» следует подготовить 10000 заключённых в зависимости от потребности и для ускорения строительных работ. Концлагерь Освенцим следует расширить до 30000 заключённых в мирное время [то есть на будущее]. Я собираюсь перевести сюда важнейшие отрасли оборонной промышленности.

На целях, которые преследовал при этом Гиммлер, следует остановиться более подробно. Следующий шаг сотрудничества Гиммлера с «ИГ Фарбен АГ» состоял в уточнении и заключении договора в два этапа. 20 марта в Берлине член правления «ИГ Фарбен АГ» доктор Генрих Бютефиш провёл переговоры с уполномоченным Гиммлера Вольфом, инспектором концентрационных лагерей Глюксом и начальником I управления по бюджету в возглавляемом Полем главном управлении СС «бюджет и строительство» обер-фюрером СС Георгом Лёрнером о «деталях [.,.] помощи, которую концлагерь может на себя взять при строительстве завода»15. При этом отнюдь не случайным был тот факт, что концерн «ИГ Фарбен АГ» представлял некомпетентный в этом деле Бютефиш, так как он был представителем «ИГ Фарбен АГ» в промышленных кругах, дружественных Гиммлеру и благодаря этому был знаком с Вольфом и Полем16.

Договорились быстро; предупредительность СС вновь показывает, какое значение придавал Гиммлер установлению этой связи. Вольф обещал, что из концлагеря не только будут мобилизованы все имеющиеся в его распоряжении заключённые, но и что главное управление личного штаба рейхсфюрера СС использует всё своё влияние, чтобы с помощью обмена между концлагерями в Освенцим было доставлено достаточное количество квалифицированных рабочих [!]. Кроме того, строительная площадка должна была охраняться часовыми концлагеря, а в самом лагере будут по мере возможности построены мастерские для потребностей «ИГ Фарбен АГ»17.

Неделю спустя в Освенциме состоялись переговоры руководителя проекта, доктора Вальтера Дюрфельда и руководителя строительства, главного инженера Фауста с Хёссом, представителями Глюкса и Поля и ответственным за использование труда заключённых Бурбёком18. На этих переговорах, которые «проходили в чрезвычайно деловой, но тем не менее тёплой атмосфере», «ИГ Фарбен АГ» потребовал 1000 подсобных рабочих на 1941 г. и 3000 - на 1942 г. Хёсс дал согласие на первое и второе, заявив, что в случае надобности в их распоряжение будет предоставлена и дополнительная рабочая сила19. 7 апреля 1941 г. в Катовице состоялось учредительное собрание акционеров. Ожидания концерна «ИГ Фарбен АГ» на будущее после благоприятного результата переговоров с СС возросли: вместо 25000 тонн синтетического каучука в год, как было предусмотрено ещё в феврале, теперь намеревались произвести 30000 тонн. Кроме того, по поручению имперского управления по вопросам хозяйственного строительства, которое также подчинялось Крауху, на участке следовало как можно скорее построить гидролизный завод с годовой производительностью 75 000 тонн20. Ввиду готовности Гиммлера к сотрудничеству отнюдь не вызывает удивления тот факт, что 12 апреля Амброс писал в центральное правление «ИГ Фарбен АГ» во Франкфурте, что «новая дружба» «ИГ Фарбен АГ» с СС оказывается «очень плодотворной»21.

Описанный здесь процесс был в равной степени важен как для развития системы концентрационных лагерей, так и для общих тенденций развития отдельных отраслей немецкой промышленности. Во взаимодействии с крупной промышленностью Гиммлер видел возможность придать экономическим предприятиям СС новое качество, перевести их из стадии мануфактуры на самый современный промышленный уровень, причём действующая модель промышленных предприятий должна была возникнуть в завоёванных восточных областях: предприятия, на которых под руководством немецких специалистов по новейшим технологиям будет трудиться армия рабочих-рабов, - склонный к анахронизму проект будущего22. Сотрудничество с крупными промышленными предприятиями должно было позволить Гиммлеру при этом получить доступ к современным управлению и технологиям и к созданию армии квалифицированных рабочих-заключённых, что со временем позволило бы ему освободиться от зависимости со стороны промышленников. До этого момента времени союз обещал, однако, гораздо больше служить интересам промышленников, которые тем самым на долгое время рассчитывали остаться, по крайней мере, равноправными партнёрами23.

Эти планы по принципиальному изменению экономической функции концентрационных лагерей, которые, насколько известно, возникли в короткий срок на рубеже 1940/1941 гг. и находились, вероятно, в самой тесной связи с проектом «ИГ Фарбен АГ», означали в то же время принципиальное изменение самих концлагерей. Только теперь возникли те гигантские комплексы, в которых насчитывались уже не тысячи, а десятки и сотни тысяч заключённых. Расширение лагеря Освенцим с 8000 до более чем 100000 узников в течение года должно было послужить этому началом.

В расчётах Гиммлера Освенцим ни коим образом не должен был стать лишь поставщиком рабов для «ИГ Фарбен АГ»; скорее Освенциму предстояло уже в ближайшем будущем стать «мощным центром оборонной промышленности, использующим в качестве рабочей силы заключённых»24. Однако планы Гиммлера не ограничивались только промышленной эксплуатацией казавшегося неисчерпаемым резервуара рабочих-рабов, они были обусловлены также специфическими взглядами партийной верхушки. Из 130000 заключённых, которые по планам Гиммлера должны были быть собраны в Освенциме в 1942 г., на долю завода по производству каучука в соответствие с планами марта 1941 г. приходилось не более 10%. Одной из центральных задач концлагеря в Освенциме было стать «сельскохозяйственной опытной станцией для Востока»25. Ещё одна часть заключённых должна была производить необходимые для расширения лагеря и для «ИГ Фарбен АГ» материалы -кирпичи и щебень. Однако его задачи не ограничивались только этой целью; более того, принадлежащий СС концерн «Немецкие карьеры и каменоломни», основанный главным образом на труде заключённых, был наилучшим образом оборудован для безумных послевоенных строительных проектов СС26.

Для развития промышленной составляющей его вожделенной цели - экономической империи - сотрудничество с «ИГ Фарбен АГ» было чрезвычайно важным. Какое значение при этом должно было иметь использование советских пленных, по имеющимся источникам установить невозможно. Но когда Гиммлер хотел предоставить в распоряжение «ИГ Фарбен АГ» 10000 заключённых, а концлагерь Освенцим предстояло расширить «в мирное время» всего до 30000 заключённых, то он при этом, должно быть, думал уже о 100000 военнопленных.

Действительно ли советские пленные использовались осенью 1941 г. на строительной площадке концерна «ИГ Фарбен АГ» - точно сказать нельзя 27. Неясно также, получил ли Гиммлер уже весной 1941 года твёрдое обещание ОКВ предоставить ему его контингент военнопленных. Ответственные в ОКВ лица - Кейтель и Рейнеке - постоянно заявляли после войны, что ничего не знали об этом контингенте Гиммлера. Рейнеке уверял, что не мог передать пленных СС, поскольку лагеря в зоне ответственности ОКВ подчинялись командующему армией резерва. Возможно, Гиммлер получил этих пленных от генерал-квартирмейстера28. Однако соответствующие распоряжения могли отдавать лишь Кейтель и Рейнеке29, и они это делали. 25 сентября 1941 года отдел по делам военнопленных в ОКВ распорядился,

чтобы до 100000 [советских] военнопленных было передано рейхсфюреру СС и

начальнику немецкой полиции в районе Люблина по мере поступления от ОКВ

особых указаний30.

На основании этого распоряжения в Октябре 1941 года в Освенцим31 было доставлено около 10000 советских пленных. Уже в середине сентября часть концлагеря была огорожена колючей проволокой и по ней пущен сильный ток, - указание на то, каким опасным элементом считались военнопленные даже в лагере, уже отрезанном от внешнего мира. Первые 2014 пленных прибыли 7 октября 32. Они должны были построить «лагерь для военнопленных в Биркенау», для которого с момента мартовского приказа Гиммлера33, по-видимому, ещё ничего не было сделано. Пленные, якобы «лучшие из тех, что были в Ламсдорфе [318-й стационарный лагерь]», были совершенно измучены и истощены голодом34 после недельных маршей с линии фронта. К 25 октября в лагере находилось около 10000 пленных. В ноябре в лагерь прибыла команда СД, которая рассортировала пленных по четырём категориям: «фанатичные коммунисты», «политически нежелательные», «политически внушающие доверие» и «пригодные для перевоспитания». В первые две категории попало около 1000 пленных, которые в течение короткого времени были расстреляны или брошены в газовые камеры35. Остальные пленные в жесточайших условиях использовались на работах по строительству лагеря в Биркенау. Те из них, которые выжили несмотря на болезни и голод, в последующем были замучены охраной и надзирателями из числа немецких преступников, которых набрали в концлагере Заксенхаузен36. До конца февраля 1942 г. умерло 8320 пленных, причём только в ноябре 1941 г. - 3726 человек37. В августе 1942 г. было зарегистрировано ещё 163 смертных случая, а при последней лагерной перекличке 17 января 1945 г. - ещё 96 38. «Трудовой лагерь для военнопленных» Освенцим-Биркенау, построенный летом 1942 г., должен был теперь служить другой цели - стать крупнейшим лагерем по уничтожению людей в оккупированной Польше.

Освенцим не был единственным концлагерем, в который осенью 1941 г. привозили советских военнопленных. В большинстве других концлагерей также были огорожены забором «трудовые лагеря для военнопленных»; осенью 1941 г. туда завезли несколько тысяч советских пленных39. Как и пленные в лагерях вермахта, они находились в жалком состоянии, а ужасные условия в концентрационных лагерях в сочетании со зверским обращением быстро приводили эти «трудовые лагеря СС для военнопленных» к вымиранию40.

Кроме этих, включённых в состав концлагеря лагерей, существовало ещё два лагеря, которые призваны были служить исключительно или по крайней мере в первую очередь для размещения и эксплуатации советских военнопленных. Вблизи Люблина в генерал-губернаторстве в сентябре 1941 г. появился «лагерь СС для военнопленных в Люблине». Там пленные также истреблялись очень быстро: из 5000 человек, которых доставили ранней весной, в конце ноября в живых оставалось всего 1500, а в июне 1942 г. - лишь несколько сотен, которые все были убиты при попытке к бегству41. Хотя лагерь в дальнейшем назывался «трудовой лагерь для военнопленных», у него уже весной 1942 г. были все признаки «обычного» концентрационного лагеря42. Тем не менее, от «больших» перспектив на будущее отказались не столь быстро: уже 19 марта 1942 г. генерал-губернатор Франк был информирован о планах «создания лагеря [СС] для военнопленных в Люблине на 150000 [!] военнопленных»43. В концлагере Штутгоф под Данцигом, который только в декабре 1941 г. был преобразован в концлагерь, в начале декабря 1941 г. по плану также следовало разместить 25 000 советских пленных. Здесь заметно поэтапное изменение планов: по приказу Гиммлера с начала января 1942 г. здесь следовало разместить 25000 заключённых - включая военнопленных44. То, что затем в 1942 г. советские военнопленные прибывали в этот лагерь в большом количестве - маловероятно.

В прифронтовой зоне сухопутных войск также существовало несколько лагерей СС для военнопленных. В то время как обычно лагеря в зоне ответственности ОКХ - армейские пункты сбора пленных и пересыльные лагеря - управлялись специально для этого сформированными и обученными подразделениями, четыре лагеря для военнопленных в тыловом районе группы армий «Центр» в районе Ко-нотопа в период с октября по декабрь 1941 года были подчинены 1-й (мот.) пехотной бригаде СС и «обслуживались» исключительно подразделениями этой бригады. Во всех этих лагерях господствовало мнение, «что было бы очень хорошо, если бы пленные исчезли - были расстреляны или умерли сами»45.

Наряду с этой общей тенденцией в концлагерях источники позволяют узнать также некоторые подробности о порядке передачи пленных, осуществляемой ОКВ, и об организации использования труда пленных, проводимой инспекцией концлагерей.

4 октября 1941 года отдел по делам военнопленных в ОКВ издал директивы о порядке «перемещения 25 ООО советских военнопленных для использования их на работах на предприятиях СС на территории рейха». Согласно этим директивам разрешалось передавать лишь таких пленных, которые уже были внесены в картотеку в стационарных лагерях. Пленные, хотя и подчинялись «во всех отношениях» СС, и в последующем должны были оставаться «на учёте в картотеке» справочного бюро вермахта. СС взяли на себя обязанность сообщать в справочное бюро о передаче, изменениях и тому подобном в используемых вермахтом карточках4*. Обязанность информирования следует расценивать как попытку начальника отдела по делам военнопленных, подполковника Брейера, добиться от СС более-менее «нормального» обращения с пленными.

Соответствующие приказы инспекции концлагерей показывают, что поначалу там действовали осторожно. 23 октября вышло предписание сообщать в требуемых со стороны справочного бюро вермахта донесениях «пока только» о пленных, уже учтённых справочным бюро; по поводу других пленных в «надлежащее время» будут якобы оглашены особые распоряжения47. О том же намерении свидетельствует ещё один приказ от 29 октября, в котором при неестественных случаях смерти советских пленных кроме предписанного извещения о смерти требовался также краткий отчёт офицера-юриста. Но и этот отчёт «пока» не следовало подавать в справочное бюро48. Правда, не заметно, чтобы справочное бюро вермахта или отдел по делам военнопленных в ОКВ использовали эту возможность.

Кажется, что, несмотря на прежние поручения Гиммлера, инспекция концентрационных лагерей и сами концлагеря осенью 1941 г. ни коим образом не были готовы к использованию советских пленных. Хотя самое позднее в начале октября в концлагеря прибыли десятки тысяч пленных, организационные вопросы по их трудовому использованию были разрешены только в ноябре, когда количество пленных вследствие убийств, голода и эпидемий уже сильно сократилось. 10/ 11 ноября 1941 г. Глюке на съезде комендантов лагерей и ответственных за лагеря военнопленных «начальников лагерей превентивного заключения Е» дал устные указания, а 29 ноября в приказе «уполномоченного по использованию рабочей силы [заключённых]» значилось, что «вероятно, уже пришло то время, когда русских военнопленных можно привлекать к работам»49.

Главное управление имперской безопасности, по-видимому, также поначалу с недоверием относилось к этому использованию труда в концлагерях. Особенно были озабочены тем, что отобранные «нежелательные» пленные могли таким образом стать ещё опаснее. Поэтому начальник гестапо Мюллер 11 октября 1941 г. проинструктировал органы гестапо по телеграфу «во избежание ошибок» позаботиться о том, чтобы о «транспортах с приговорёнными к казни пленными» своевременно оповещали и чтобы

из транспортных сопроводительных документов было ясно, что в данном транспорте речь идёт о советских военнопленных, о казни которых имеется распоряжение начальника полиции безопасности и СД50.

Напротив, предположительно Глюке добился от Гиммлера согласия на то, чтобы казнь тех русских военнопленных (в особенности комиссаров), переданных для уничтожения в концлагерь, которых по причине физической пригодности можно использовать на работах в каменоломнях, была отложена51. Использование в каменоломнях означало в данном случае один из самых жестоких способов «уничтожения трудом». То, что это должно было применяться именно в отношении пленных, которых национал-социалисты считали воплощением «большевистских бестий», говорит о том, что здесь совершенно осознанно стремились к зверской «мести»52.

В стремлении Гиммлера к эксплуатации рабочей силы советских пленных с самого начала содержалась скрытый план «уничтожения трудом». Сохранять пленных в качестве ценной рабочей силы противоречило логике системы концлагерей. В парадоксальном стремлении, с одной стороны, сделать концлагеря продуктивными экономическими предприятиями, а с другой - проводить в них устранение расово и политически нежелательных групп53, слишком большую роль играло желание в лице советских пленных уничтожить «большевистского мирового врага» в его основе. Коменданты концлагерей, наподобие Хёсса, который верил в то, «что никакую работу невозможно выполнить без палки»54, вероятно, благодаря противоречивым приказам Гиммлера и Глюкса ещё больше укрепились во мнении, что «резерв» пленных неисчерпаем, и не ограничивается несколькими тысячами55. Уже в середине декабря 1941 г., когда немецкому руководству уже было ясно, что массовая смертность вообще может поставить под сомнение длительное использование труда военнопленных, Хёсс заявил представителям «ИГ Фарбен АГ», что он не может больше откомандировывать на стройку каучукового завода заключённых, поскольку должен как можно быстрее построить бараки для размещения 120000 советских пленных56.

Лишь в конце января 1942 г. Гиммлер также признал, что его планы, связанные с советскими пленными, по крайней мере, временно потерпели неудачу. Через неделю после конференции в Ванзее он сделал из этого отразившийся в приказе Глюксу примечательный вывод:

Поскольку русских военнопленных в ближайшее время ожидать не приходится, я буду отправлять в лагеря большое количество тех евреев и евреек, которых депортируют из Германии. Приготовьтесь к тому, чтобы в ближайшие четыре не-

дели принять в концлагеря 100000 мужчин и до 50000 женщин еврейской национальности. В ближайшие недели перед концлагерями встанут большие экономические задачи57.

Тем самым, как показал дальнейший ход событий, планы Гиммлера в отношении советских военнопленных вообще потерпели крах. После ноября - декабря 1941 г. Гиммлер больше не получал пленных для предприятий СС, не считая, конечно, тех пленных, которые до 1945 г. поступали в концлагеря на основании приказов об отборе и которых, в основном, убивали в течение короткого времени. При этом ничего не изменилось даже тогда, когда Гиммлер в октябре 1942 г. ещё раз договорился с Рейнеке и Заукелем о путях направления советских военнопленных58. Замыслам Гиммлера больше не предоставлялись соответствующие приоритеты59. Однако планы по эксплуатации рабочей силы советских военнопленных в концлагере Освенцим подготовили проведение «окончательного решения еврейского вопроса» двумя способами. С помощью «лагеря для военнопленных в Биркенау», - включая подъездные железнодорожные пути, - была создана основа инфраструктуры, которая позволяла перебрасывать в Освенцим сотни тысяч европейских евреев. А Хёсс и его заместитель Фрич изобрели в ходе экспериментов, -совершенно случайно, - техническое средство, позволившее истребить миллионы людей с минимальными затратами труда.

http://www.fedy-diary.ru/?page_id=5267


Qui quaerit, reperit
 
СерегаКДата: Пятница, 08 Марта 2013, 01.03.47 | Сообщение # 206
Поиск
Сообщений: 1875

Отсутствует
Цитата (СерегаК)
КОЛОБОВ Павел Иванович (1907-07.12.1941). Родился в 1907 г. в д. Демьяны. Крестьянин по социальному положению.
Был женат. Жена – Колобова Клавдия Васильевна, проживала по адресу: пос. Борисоглебский, ул. Профессиональная, д. 10.
В Красную Армию мобилизован Борисоглебским РВК 16 июля 1941 г. Учтен в 1946 г. по материалу Борисоглебского РВК как условно пропавший без вести в сентябре 1941 г., так как сведений о его судьбе из воинской части не поступало.
Красноармеец 887-го стрелкового полка 211-й стрелковой дивизии (1 ф). Пленен 1 августа 1941 г. в районе Десны (судя по всему, имеется ввиду река в Московской области). Узник шталага 318 Ламсдорф (г. Ламбиновице, Республика Польша). Присвоенный здесь лагерный номер “9816“. 25 октября 1941 г. переведен в концлагерь Аушвиц (г. Освенцим, Республика Польша). Умер в немецком плену в концлагере Аушвиц от нефрита 7 декабря 1941 г.


Получил сегодня письмо от внучки Павла Ивановича.
Выдержки из письма:

Пишет Вам внучка Колобова Павла Ивановича. Зовут меня Светлана, я дочь его сына Колобова Владимира Павловича. Кроме моего отца у него было еще три дочери. Жена его Колобова Клавдия Васильевна всю свою жизнь посвятила детям и внукам. Из всех детей… жива одна только Колобова (Орехова) Полина Павловна…, но нас 8 внуков и все живем в разных уголках России – большинство из нас живут в Питере, один брат в г. Балашов, две сестры на Украине, одна сестра в Италии, и из всех наших родственников одна только я живу в поселке Борисоглебский


Сергей Кудрявцев
 
ГеннадийДата: Воскресенье, 24 Марта 2013, 15.33.45 | Сообщение # 207
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Освенцим глазами доктора СС

Дневник немецкого врача Иоганна Пауля Кремера – единственный аутентичный документ, описывающий будни концлагеря СС «онлайн» (все остальные – это воспоминания, сделанные после войны). Академический учёный, он покинул университет, чтобы ставить опыты над заключёнными. А после – также легко снова вернулся к науке.

Существуют три больших документа, описывающих жизнедеятельность концлагеря Освенцим – воспоминания его коменданта Рудольфа Гёсса, мелкого служки Пери Броада и личный дневник врача СС Иоганна Пауля Кремера. Есть ещё многочисленные воспоминания узников, судебные дела польских и немецких властей. Их объединяет одно – все они сделаны после окончания войны (Гесс и Броад вообще делали записи в тюрьме, ожидая приговора за геноцид). Понятно, что во многие бумаги вошли эмоции пострадавших или, наоборот, желание себя выгородить (Гёсс и Броад). Значительная часть допросов польских следователей вообще была проведена в 1960-е годы, когда фигуранты дел многое позабыли.

И лишь дневник доктора Иоганна Пауля Кремера, профессора и одновременно врача Освенцима, члена НСДАП и офицера СС, можно признать беспристрастным документом. Он начал вести свой дневник в ноябре 1940 года, последняя запись датирована 11 августа 1945 года. Записи были случайно обнаружены членом английской комендатуры при обыске в его доме (эта была стандартная проверка оккупационных властей – тогда в домах многих немцев искали оружие). Дневник Кремера стал главной уликой при обвинении его в преступлениях против человечности.

На личности Кремера стоит остановиться особо, так как её рассмотрение позволяет понять, что представлял из себя среднестатистический немец эпохи Гитлера, без раздумья исполнявший самые ужасные приказы. Выясняется, что он руководствовался принципом «Это обычная работа, ничего более».

Кремер к тому же не был «оболванен пропагандой», шёл на грязные дела не из-за нужды, не был психически больным. Более того – он заслуженный учёный, уважаемый член академического общества страны.

Кремер был самым старым работником Освенцима: в 1942-м, когда он поступил туда на «работу», ему было 58 лет.

Иоганн Пауль Кремер родился в 1884 году в многодетной семье зажиточного землевладельца (бауэра). Добровольцем пошёл служить в армию, а потому диплом обо окончании средней школы получил только после демобилизации, в 1909 году – в 25 лет. Т.е. настоящий патриот Германии. В 1914-м году сразу после окончания Берлинского университета становится доктором философии. Одновременно изучал медицину и биологию. Во время Первой мировой получает диплом врача, а также доктора биологии. В это время он работает в госпитале, лечит раненых солдат. В 1919-м Кремер становится и доктором медицины. Т.е. он к этому сроку – доктор трёх наук: философии, медицины и биологии.

В 1929-м он выдержал экзамен на звание доцента анатомии в университете Мюнцера, предмет его изучения – наследственность. В июле 1932 года становится членом НСДАП, т.е. ещё до прихода Гитлера к власти. В 1935 году он вступает в СС, получая звание лейтенанта.

Когда началась Вторая мировая, он – профессор университета в Мюнстере. В 1942-м его призывают в СС и отправляют на 3 месяца работать в Освенцим – подменять нескольких врачей, отбывших в отпуск или на временную работу в другие лагеря. После недолгой службы в концлагере, снова возвращается в университет и продолжает заниматься привычными ему научными вещами.

(Фотография Освенцима с английского самолёта, дым – из трубы крематория)

После того, как англичане обнаружили его дневник, Кремера выдали польским властям (Освенцим находился на территории этого государства). 22 декабря 1947 польский суд приговаривает его к смертной казни, но из-за преклонного возраста (ему уже 63 года) она заменяется тюремным заключением. 10 января 1958 года его освобождают из польской тюрьмы, и он возвращается в Германию.

В ФРГ Кремер разворачивает шумную кампанию – «Меня оклеветали поляки!». Но шумиха привела к обратному эффекту: в Германии его снова приговаривают к 10 годам тюрьмы, но с учётом отбытия прежнего срока. Т.е. Кремера не помещают в тюрьму и оставляют на воле. Этот процедура была нужна лишь для того, чтобы на основании приговора уже немецкого суда официально лишить его звания профессора и запретить преподавать в университете.

За время 3-месячной службы в Освенциме Кремер послал в газовые камеры 12291 человека. Это ещё не считая тех, кого по его приказу умертвили в «индивидуальном порядке», как это было принято в Освенциме – уколом фенола в сердце.

Но самым отвратительным фактом во время службы в концлагере было то, что использовал «сложившиеся обстоятельства» для научных целей – к примеру, вырезая печень, поджелудочную железу или селезёнку ещё из живого человека. Эти органы были материалом для изучения биологических изменений, происшедших в человеческом организме под воздействием голода.

В свой дневник Кремер записывал события и ощущения от прожитого дня. Записи полны бытовых подробностей, рассказов о взаимоотношениях с родственниками, кулинарных рецептов и просто, как назвали бы сегодня блогеры, «лытдыбра». Мы приводим часть записей Кремера, относящиеся ко времени его службы в концлагере Освенцим (или Аушвиц – как называли его немцы).

30 августа 1942

Отъезд из Праги в 8.15. Прибыл в Аушвиц в 17.36. Располагаюсь в номере гостиницы в доме войск СС.

31 августа 1942

Климат тропический – 28 градусов в тени, пыль и тучи мух. Казино снабжено прекрасно. Сегодня вечером была печенка по 40 пфеннингов, фаршированные помидоры, и т.д. Вода заразная, поэтому пью минеральную воду Маттони, которую нам выдают. Первая прививка против сыпного тифа. Фото для служебного удостоверения.

1 сентября 1942

Отправил в Берлин заказ на офицерскую фуражку, ремень и подтяжки. После обеда присутствовал при газовании одного из блоков циклоном Б, который должен был уничтожить вшей.

2 сентября 1942

В 3 часа утра я в первый раз лично участвовал в специальной операции (в этот день в Освенцим из концлагеря Дранси во Франции были привезены 957 евреев, из которых только 39 были оставлены в лагере, остальные погибли в газовых камерах в тот же день – Блог Толкователя). В сравнении с ней ад Данте показался мне почти комедией.

(«Сортировка» узников, прибывших в Освенцим из других лагерей. Обычно из каждой «партии» отбиралось не более 10-15% людей – тех, кто являлся ценным специалистом, способным работать на производстве в Освенциме (мебельная фабрика, текстильное производство, и т.п.). Остальные в этот же день уничтожались в газовых камерах)

4 сенятбря 1942

Против поноса: один день отвар и чай с мятой, а потом недельная диета; а между абсорбирующий уголь и танальбин. Видно заметное улучшение.

5 сентября 1942

Сегодня в полдень на специальной операции в женском лагере мусульманки (мусульманки – на жаргоне лагеря сверхистощённые люди – БТ): ужас из ужасов (в этот день в женском лагере Бжезинка в газовые камеры были отправлены 800 узниц – БТ). Гауптшарфюрер Тило, гарнизонный врач, был прав сегодня, говоря мне, что мы здесь находимся при анус мунди (анальное отверстие мира).

Вечером около 8 часов снова на специальной операции, транспорт из Голландии (в этот день из концлагеря Вестерборк в Голландии в Освенцим было привезено 714 евреев, из них в лагере были оставлены только 53 женщины, остальные в тот же день были умерщвлены в газовых камерах – БТ). Участвующие в этом получают спецпаёк: 200 гр. водки, 100 гр. колбасы, 5 папирос и хлеб. Поэтому люди стремятся участвовать в таких операциях. Сегодня и завтра (воскресенье) служба.

6 сентября 1942

Сегодня великолепный обед: томатный суп, половина курицы с картофелем и красной капустой (20 г. жиров), сладкий мусс и очень вкусное ванильное мороженое. После еды первая встреча с новым гарнизонным врачом оберштурмфюрером Виртсом из города Вальдбрёль.

Положительное впечатление на меня произвёл тот факт, что над кабинетом коменданта лагеря я прочитал написанный огромными буквами лозунг: «Велосипедисты, слезать!». В канцелярии нашего госпиталя СС висит такой плакат:

Когда в жизни тебе везёт, / видят это, кивают головам и проходят мимо; / но не забудет никто, / если ты хоть раз промахнёшься!

Вечером около 8-ми на специальной операции (в этот день в Освенцим из концлагеря Дранси во Франции были привезены 981 еврей, 54 человека оставлены в лагере, остальные в тот же день умерщвлены в газовых камерах – БТ).

7 сентября 1942

Сегодня дождливая, прохладная погода.

9 сентября 1942

Сегодня утром я получил от моего адвоката в Мюнстере проф., д-ра Галлермана чрезвычайно радостное событие, что 1 сентября я получил развод с своей женой. Потом, как врач, присутствовал при наказании плетью 8 узников, а также при расстреле узников из малокалиберного оружия. Получил мыльные хлопья и два куска мыла. В полдень перед госпиталем СС к моему велосипеду (администрация поощряла передвижение сотрудников по лагерю на велосипедах, были проложены велодорожки – БТ) бежит какой-то тип в гражданском и просит сказать ему, не являюсь ли я государственным советником Гейнером из Вроцлава, на которого я необыкновенно похож. Этот человек был с ним в армии во время Первой мировой. Вечером снова на специальной операции (в этот день из концлагеря Вестерборк из Голландии прибыли эшелон с 893 евреями, 107 человек были оставлены в лагере, остальные умерщвлены в газовых камерах – БТ).

10 сентября 1942

Вечером был на специальной операции (эшелон с евреями из концлагеря Малин в Бельгии – БТ).

17 сентября 1942

Заказал в Берлине универсальный плащ. К заказу приложил ордер на защитный плащ. Вместе с доктором Мейером был сегодня в женском лагере.

(Рихард Баер (комендант лагеря в 1944 году), неизвестная персона, лагерный врач Йозеф Менгеле, комендант лагеря Биркенау Йозеф Крамер (частично заслонен) и предыдущий комендант Освенцима Рудольф Гёсс)

20 сентября 1942

Сегодня после обеда с 3 до 6 часов слушал концерт капеллы узников, была великолепная солнечная погода; капельмейстер является дирижёром государственной варшавской оперы. 80 музыкантов. На обед была свинина, вечером жареный линь.

23 сентября 1942

Сегодня ночью принимал участие в дух специальных операциях (эшелоны с евреями, прибывшие из Словакии и Франции; как обычно, бОльшая часть узников погибла в этот же день в газовых камерах – БТ). Вечером в 8 часов ужин вместе с обергруппенфюрером Полем в офицерском казино, праздничный ужин. Был подана жареная щука, кофе, хорошее пиво и бутерброды.

27 сентября 1942

Сегодня после обеда, с 16 до 20 часов товарищеская встреча в клубе с ужином, бесплатным пивом и курением. Речь коменданта Гесса, музыкальные и театральные выступления.

30 сентября 1942

Сегодня ночью присутствовал при специальной операции. Узнал, что при лагере находится 6720 га полевых культур и 112 га занято прудами рыбного хозяйства.

3 октября 1942

Сегодня закрепил абсолютно свежий материал из человеческой печени, селезёнки и поджелудочной железы, к тому же заспиртовал вшей, взятых у больных сыпным тифом.

6 октября 1942

Комендант Гесс упал с лошади.

7 октября 1942

Присутствовал на специальной операции (новоприбывшие и мусульманки). Замещаю Энтресса в мужском лагере (осмотр больных и т.д.).

9 октября 1942

Выслал в Мюнстер посылку с 9 фунтами мыла. Дождливая погода.

10 октября 1942

Взял и закрепил пробы со свежих трупов: печень, селезёнка и поджелудочная железа. Приказал узникам сделать факсимиле с моей подписью. Первый раз в комнате затопили.

(Футбольная команда, созданная в Освенциме из английских пленных. Английские узники в этом концлагере были на особом режиме)

11 октября 1942

Сегодня на обед был кролик с галушками и красная капуста за 1.25 марки.

12 октября 1942

Присутствовал на специальной операции (1600 человек из Голландии). Ужасающая сцена была перед последним бункером!

13 октября 1942

Прибыл унтерштурмфюрер Феттер. Присутствовал при выполнении наказания, потом при смертной казни 7 польских граждан.

14 октября 1942

Получил из Берлина защитный плащ (52 размер). Написал в ректорат университета в Мюнстере, спрашивая, когда начинается зимний семестр.

(Работники Освенцима на отдыхе)

15 октября 1942

Сегодня ночью первый иней, после обеда снова солнечно и тепло. Взял абсолютно свежий материал из печени, поджелудочной железы и селезёнки от желтушечного больного.

16 октября 1942

В полдень выслал посылку. Приказал сфотографировать в лагере еврея со сросшимися пальцами (тот же недостаток у отца и дяди).

1 ноября 1942

Выехал в 5-дневный отпуск, скорым поездом в 13.01 в Прагу. Дорогой шёл дождь.

2 ноября 1942

Обед в «Немецком доме» Праги. Позже получил свои галоши на Герстенгассе и вернулся на ужин с мясом в офицерском казино. Гауптштурмфюрер Рютнер рассказывал мне о своей новой технике удаления гланд.

14 ноября 1942

Сегодня в субботу концерт в клубе лагеря (великолепный!). Особенное удовольствие доставили танцевавшие собаки, два петуха-лилипута, запакованный человек и группа велосипедистов.

15 ноября 1942

До обеда присутствовал при наказании.

17 ноября 1942

Послал маленький чемоданчик фрау Вицеман. В посылке было: 2 бутылки водки, витамины и укрепляющие средства, бритвы, мыло, термометр, маникюрные ножницы, пузырьки с йодом, медицинский спирт, рентгеновские снимки, рыбий жир, конверты, духи, приборы для штопки, иголки, зубной порошок и т.д. Зубной врач Заутер переведён в Минск.

(Офицеры СС с семьями расслабляются на террасе дома отдыха в Освенциме)

20 ноября 1942

Демобилизация. Отъезд через Дрезден и Ганновер. Приезд в Мюнстер в 6.38. Первый раз в новом помещении кафедры анатомии на Вестринг.

1 декабря 1942

Был сегодня у нового окружного начальника управления здоровья д-ра Феннера, который встретил меня очень дружелюбно и назначил председателем окружного дисциплинарного суда.

(Дневник цитируется по книге «Освенцим глазами СС», Общепольское издательское агентство,
http://ttolk.ru/?p=16423

Благодарю А.А.Беляева за предоставленную информацию.


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
NestorДата: Понедельник, 25 Марта 2013, 00.56.08 | Сообщение # 208
Эксперт поиска
Сообщений: 22804

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
Зубной врач Заутер переведён в Минск.

К теме гольдзухерай, в т. ч. в 352.


Будьте здоровы!
 
ГеннадийДата: Понедельник, 25 Марта 2013, 16.14.22 | Сообщение # 209
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Цитата (Геннадий_)
9 сентября 1942
Сегодня утром я получил от моего адвоката в Мюнстере проф., д-ра Галлермана чрезвычайно радостное событие, что 1 сентября я получил развод с своей женой. Потом, как врач, присутствовал при наказании плетью 8 узников, а также при расстреле узников из малокалиберного оружия.

Меня попросили обратить твое внимание на выделенную фразу.


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ГеннадийДата: Вторник, 04 Июня 2013, 22.01.15 | Сообщение # 210
Модератор
Сообщений: 24675

Отсутствует
Фамилия Мошкин
Имя Степан
Отчество Алексеевич
Дата рождения/Возраст 28.12.1915
Место рождения Кировская обл., Малмыжский р-н, Мало-Сакнурский с/с, д. Новый Кокуй
Лагерный номер 13430
Дата пленения 26.06.1941
Место пленения Волковыск
Лагерь шталаг 308
Судьба попал в плен
Последнее место службы 8350 полк
Воинское звание солдат
Фамилия на латинице Moshkin
Название источника информации ГА Кировской области
http://obd-memorial.ru/memoria....щик 12_6901-7800/7005/00000019.jpg


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
Авиация СГВ » ВОЕННОПЛЕННЫЕ - ШТАЛАГИ, ОФЛАГИ, КОНЦЛАГЕРЯ » Концлагеря » Kgf.Lager Auschwitz (KZ Auschwitz) (Oświęcim , Poland)
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2019
Хостинг от uCoz
Счетчик PR-CY.Rank Яндекс.Метрика