Авиация СГВ
Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск Лента RSS

  • Страница 39 из 39
  • «
  • 1
  • 2
  • 37
  • 38
  • 39
Модератор форума: Томик, Viktor7, Назаров  
Авиация СГВ » ВОЕННОПЛЕННЫЕ - ШТАЛАГИ, ОФЛАГИ, КОНЦЛАГЕРЯ » ЛИТЕРАТУРА О ПЛЕНЕ И ПОСЛЕ ПЛЕНА » Красная Армия против власовцев
Красная Армия против власовцев
СаняДата: Понедельник, 22 Октября 2018, 20.53.21 | Сообщение # 1141
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата Геннадий_ ()
"Спаситель" что-то не очень спасал "русского мужика" от невзгод жизни.

Спаситель верой дает силы душевные пережить невзгоды.


Qui quaerit, reperit
 
Viktor7Дата: Понедельник, 22 Октября 2018, 21.12.12 | Сообщение # 1142
Группа: Модератор
Сообщений: 7851
Статус: Отсутствует
Цитата Геннадий_ ()
Ты русское правописание в Германии забыл?

В отличие от тебя я стучу по "клаве" почти наугад, по латинским буквам, в итоге выходит то, что выходит - не обессудь...

А мне вообще проще писать как в оригинале - Goebbels, тоже кстати без мягкого знака.


С уважением
Виктор
 
Viktor7Дата: Понедельник, 22 Октября 2018, 21.15.46 | Сообщение # 1143
Группа: Модератор
Сообщений: 7851
Статус: Отсутствует
Цитата Геннадий_ ()
"Спаситель" что-то не очень спасал "русского мужика" от невзгод жизни

У евреев распространено обоснование Холокосту: это была кара Всевышнего за Ассимиляцию евреев и за то, что позабыли или проигнорировали Ветхие заветы... Может и с русским мужиком то же самое?!


С уважением
Виктор
 
MSDNO17Дата: Понедельник, 22 Октября 2018, 21.39.49 | Сообщение # 1144
Группа: Поиск
Сообщений: 611
Статус: Отсутствует
Цитата Саня ()
Спаситель верой дает силы душевные пережить невзгоды и гонения, перетерпеть пытки и истязания.
Этим и спасается русский мужик и Россия стоит как стояла!

Извините, что снова встреваю в вашу мужскую беседу. Одно из направлений моих исследований, это именно религиозность и вера советских военнопленных. И даже не всех, а ее малой части, - старшего и высшего комсостава. И еще локальней - офлаг Хаммельбург. 1942 год.Подступаюсь к нему, потом снова откладываю за более неотложным и кажущимся важнее. Интересен и фольклор военнопленных и остарбайтеров. Так как тоже является источником, позволяющим приблизиться к познанию психологии человека в плену. Интересно и психологическое переживание плена уже после освобождения. Несколько лет назад попался в Сети авторский стих, но сих пор не нашлось времени заняться его историей, узнать что-либо о его авторе. Можно, я поделюсь здесь этим стихом,а потом лишнее удалите. Вероятно, что стих отражает положение и мировоззрение именно категории "власовцев" и "остовцев":

БОГОМАТЕРЬ УЗНИКОВ

Отнюдь не холодные ветры неслись над «колючкой»,
над лагерем девичьи ленты , казалось, летели,
и буки чёрнели, как ноты для пришлых метелей,
от буков пришла Богоматерь в судьбу невезучих.

На волосы пленному вдруг положила истомой
ладони, чтоб стал он с другими пленёнными стойким.
Просила молиться и в этой звериной помолке,
тогда их она, Богоматерь, навечно запомнит.

Тихонько сказала : «Я знаю все ваши печали,
бессонные ночи и письма, они в никуда ведь.
В букет соберу всё, что издавна сердце вам давит,
Иисусу к стопам положу всё, что в душах кричало.

По-новому каждую боль назовёт Он, воскреснув,
отточит он каждой ещё неизвестные грани,
и станут рубинами, перлами слезы страданий,
кровавые – станут деревьями вечными в песне.

Я знаю, вам больно, я слышу — сердца застучали,
я с вами в снегу под не гибкими ветками вербы,
венец я для тех, кто здесь зубы сжимает и терпит,
я сладким дождём, как цветы, воскрешу вас, печальных.

Пора уходить мне. К тем женщинам, что, обессилев,
мечтают о детях, одеждах. И в лагерной муке
к далёким мужьям за защитой их тянутся руки.
Я в умерших буду рябиной на тихой могиле».

Константин Галчински
(в переводе Сергея Гупало)


http://17sd.ru/ в память о бойцах и командирах дивизии, в память о полковнике П.С. Козлове

Сообщение отредактировал MSDNO17 - Понедельник, 22 Октября 2018, 21.42.01
 
ЕдиномышленникДата: Вторник, 23 Октября 2018, 10.48.25 | Сообщение # 1145
Группа: Эксперт
Сообщений: 5390
Статус: Отсутствует
Цитата Саня ()
Это самый упрощенный взгляд атеистов на христианство, причем по большевистки грубо однобокий. Сурогат оставшийся от советов по вопросам веры.
Само христианство, это не тупая вера в загробную жизнь,


Спасибо за то,что хотя бы не приписали большевикам и атеистам авторство про "загробную жизнь" и Воскресение Христово (жизнь после смерти, однако).


ОЛЬГА
 
NestorДата: Воскресенье, 18 Ноября 2018, 09.21.14 | Сообщение # 1146
Группа: Эксперт
Сообщений: 23457
Статус: Отсутствует


Будьте здоровы!
 
ГеннадийДата: Суббота, 24 Ноября 2018, 10.31.39 | Сообщение # 1147
Группа: Модератор
Сообщений: 25299
Статус: Отсутствует
"...Но некоторые пошли к немцам. Из бывших воспитанников приюта таким был один из братьев Гординских, Глеб Иванович, который пошёл добровольцем в немецкую армию на русский фронт. Несколько моих русских знакомых записались в Валлонский легион, тоже на русский фронт. После войны Глеб вернулся и много лет сидел в тюрьме за сотрудничество с немцами. Местных за такое расстреливали, а его только в тюрьму, т.к. был русского происхождения и антикоммунист. Так было и с другими русскими, кто служил у немцев. Бельгийцы видели разницу между своими предателями и теми, кто шёл освобождать Родину, хотя и такими вот путями.

Был ещё, например, такой Сашка Б-ф. Не из приютских, но их семья часто бывала у нас на Tourelle. Весёлый мальчишка. Вначале был на русском фронте, потом во Вьетнаме в Иностранном легионе у французов, затем в Корее. В общем, воевал по всему миру с коммунистами где только можно.

А второй брат, Жора Гординский, был послан в Германию работать на пивоваренном заводе. Вернулся, работал тут вместе с русскими военнопленными, а затем поехал с ними в Россию.

Ещё был такой Светозар («Свет») С-й, бывший «дружинник». Тоже поехал на русский фронт. В общем, мы все были друзьями и нас старшее поколение учило, что надо спасать Россиию. А пути оказались разными...

Ну а самый известный случай – Юрий Войцеховский. Он был старше нас лет на 20. Немцы назначили его главой русских эмигрантов в Бельгии и его контора выдавала им особые удостоверения. Ведь мы в большинстве были с документами «лица без гражданства», а немцы этого не принимали. И человек должен был прийти в эту контору и доказать, что он действительно эмигрант из России. Неугодных Войцеховский сдавал немцам.

Нельзя сказать, что немцы и Войцеховский особо агитировали наших эмигрантов ехать на русский фронт. Но, например, в 1943 г. устроили торжественную панихиду на 25-летие убийства царской семьи в Екатеринбурге. Было это в храме-памятнике в Уккле, с караулом немецких войск. А в тот же день устроили в Bozar (Дворце изящных искусств) что-то вроде лекции ген. Трухина и проф. Гротова, которые рассказывали об ужасах коммунизма и т.п. Трухин был из числа советских военнопленных. Гротов, я думаю, тоже приехал из Германии, потому что раньше мы его тут не видели.

Меня и Игоря Мельникова, друга моего, послали от приюта на эту лекцию. Надо было кому-то пойти, чтобы не было разговоров, что приют демонстративно её проигнорировал.

Были разговоры о Власове. Бывали тут несколько солдат из его частей. Один из них в день отступления немцев из Брюсселя пришёл к нам приют. Его переодели, но в тот же день пришла полиция и забрала его. Затем отпустили, т.к. увидели, что это не немец. А в Лимбург, в Зватерберг, где работал муж тёти, приезжал власовский солдат или офицер, который старался завербовать военнопленных. Кажется, безрезультатно. Ходил, пытался разговаривать, но Гайдовский-Потапович рассказывал, что пленные избегали этого человека из РОА.

В войну жизнь в Брюсселе была обычной, только по вечерам соблюдали комендантский час: с 10 вечера до 6 утра нельзя было выходить из дома, кроме служебных дел. Свет можно было зажигать только при закрытых окнах. Несколько раз немцы приходили проверять приют, т.к. то один воспитанник куда-то уехал, то другой. Часто вызывали в комендатуру о. Георгия для проверки, хотели удалить его из Брюсселя, поскольку он был «евлогианцем», а немцы признавали только Зарубежную Церковь. Несколько раз его задерживали на улице за «еврейский» вид (борода, шляпа...) и допрашивали.

Сам Брюссель англичане бомбили очень мало, в основном только окрестности с заводами, железными дорогами, складами. Но всё равно воздушная тревога была каждую ночь. Рядом с нашей церковью на трёх высотных домах стояли немецкие четырёхствольные зенитные орудия. Небольшие, стрелявшие, может быть, на 2-3 тысячи метров. Одна из этих позиций была на здании музея Wirtz. С чердака приюта было видно, как там хотят часовые, как носят ящики, готовятся к стрельбе. Другая позиция была ниже, на крыше здания на rue Belliard. Третья – самая близкая – два высотных дома на avenue d’Auderghem.

Прожекторов тут не было; они были за городом, где стояли большие зенитные орудия, стрелявшие километров на 10. Т.к. англичане бомбили примерно с такой высоты, то и аэростатов заграждения, как в России, тут не было. Вообще самолёты над Брюсселем сбивали редко. Помню ещё, что против радаров англичане применяли такую хитрость – разбрасывали с самолётов алюминиевую фольгу. Эти ленты медленно падали на город...

3-го сентября 1944 г. Брюссель освободили. Жители просто с ума сходили от радости и очень тепло принимали англичан. Было некоторое количество пленных немцев, т.к. их отступление было организовано неудачно: многие уезжали на велосипедах, а далеко ли на них уедешь? При отходе они взорвали часть мостов, а в общем город остался цел.

И надо же было такому случиться, что в последний день был убит наш парнишка, лет 16-17-ти, сын Елены Виттук. Он сидел на дереве у дороги. Публика начала кричать что-то ругательное на отступающих немцев, один из них выстрелил в воздух и случайно в него попал.

В самый последний день оккупации Брюсселя, когда немцы уходили, убили и Войцеховского, прямо на пороге его конторы. Говорили, что это сделал какой-то военный из РОА. Но следов не нашли. Был такой хаос, беспорядок, что убивали направо и налево, без расследований..."
https://iremember.ru/memoirs....f-levon


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
NestorДата: Пятница, 07 Декабря 2018, 18.53.19 | Сообщение # 1148
Группа: Эксперт
Сообщений: 23457
Статус: Отсутствует


Будьте здоровы!
 
NestorДата: Пятница, 28 Декабря 2018, 19.36.29 | Сообщение # 1149
Группа: Эксперт
Сообщений: 23457
Статус: Отсутствует
Тень повешенного атамана

Оттуда:

Станица Еланская находится в 24 километрах от знаменитой станицы Вешенской, где жил писатель Михаил Шолохов. Дорога к Еланской — узкая, еле прочищенная от снега. Мелькают указатели хуторов, где почти никто не живет. Ближе к станице дорога становится грунтовой. Выбоины и ухабы. Глухая сторона. Красный отблеск заката падает на старинные казачьи хаты, советские кирпичные дома, современные дома из итальянского кирпича и дома-декорации из досок к фильму Сергея Урсуляка, который снимал в Еланской очередную версию «Тихого Дона».

Школа, где когда-то учились 700 советских детей, давно закрылась. Газа нет. В станице почти не осталось молодежи. На улицах пустынно.
...
Мы позвонили. Дверь открыл человек в казачьей папахе. Это — Максим Ештокин. В 2015 его осудили за распространение экстремистских материалов. Ештокин охраняет территорию.

Хозяина, Владимира Мелихова, нет. Мелихов живет в Подольске, где находится еще один его дом. Он осужден условно сроком на один год по части 1 статьи 222 УК (незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов). Никакого отношения к станице Еланской Мелихов до недавнего времени не имел. Его дед был родом с хутора Варваринского, который находится в 65 километрах от станицы Еланской.
...
Закончил советский вуз, и в 1986 году его, молодого инженера, назначили директором цементного завода в Подольске. Началась перестройка, стало возможным не только организовывать свои фирмы, но и в открытую говорить о казаках. Мелихов примыкал к разным движениям, и в конце концов построил у себя в Подмосковье музей казачества.

А когда власти обратили внимание, что в этом музее есть и генералы — пособники фашизма, Мелихов решил, что в глухой станице Еланской можно построить второй частный музей для своих кумиров.
...

— Как получилось, что в глухой станице появился памятник атаману СС — нужно спросить местные власти.

— Мелихов, когда приехал в станицу Вешенскую, пообещал главе администрации построить детский спортивный лагерь, — рассказал Андрей Попов, командир поискового отряда «Патриот» Шолоховского района. — И ему пошли навстречу — ведь в район пришел крупный бизнесмен. Все разрешительные документы были подписаны. Началось строительство. Все радовались. На открытие были приглашены ветераны Русской освободительной армии(РОА) и 15 казачьего кавалерийского корпуса СС: Пивоваров, Болоцков, Аксенов. Стали здесь проводить экскурсии для детей. Казачьи съезды. Приезжали бывшие казаки СС, которые отсидев срок в тюрьме, спокойно жили в своих хуторах, но Мелихов их разыскал и заставил говорить о служении фашистам. «Зиг хайль» в станице стал обычным.
...

В том, что появился музей Краснову, нет ничего плохого, — считает Александр Кожин, руководитель Ростовского регионального отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. — Он был символом для казачества. И хотя в его биографии был факт сотрудничества с немецким режимом, сегодня можно смотреть на это по-другому. Приезжают же к нам бывшие немецкие солдаты, что воевали против СССР. Время изменилось.


Будьте здоровы!

Сообщение отредактировал Nestor - Пятница, 28 Декабря 2018, 19.51.51
 
СаняДата: Понедельник, 01 Апреля 2019, 08.46.31 | Сообщение # 1150
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
КОЙДА Самуил Трофимович (Семен Михайлович)

Полковник РККА

Полковник ВС КОНР

Родился 5 мая 1901 г. в станице Елизаветинская Области Войска Кубанского. Русский. Из крестьян. В 1915 г. окончил сельскую школу станицы Елизаветинская. Участник Гражданской войны. В 1920–1921 гг. принимал участие в боевых действиях против горских повстанцев, в 1921 г. — дашнаков. Член КП с 1927 г. (билет № 1992093). В РККА с июля 1920 г.

В августе 1921 г. зачислен красноармейцем в 176-й стрелковый полк 3-й стрелковой дивизии ЗакВО. В июне 1922 г. переведен в 175-й стрелковый полк. В сентябре 1923 г. назначен командиром отделения в 8-й Кавказский полк. В 1926 г. зачислен курсантом в Тифлисскую пехотную школу. По окончании школы в декабре 1928 г. назначен командиром взвода в 65-й стрелковый полк 22-й стрелковой дивизии СКВО. В декабре 1930 г. переведен на должность командира взвода полковой школы. В июле 1931 г. зачислен слушателем на Военно-политические курсы, по окончании продолжал службу в 65-м полку помощником политрука роты и начальником клуба. С февраля 1932 г. — командир роты. В июне 1935 г. переведен на аналогичную должность в 282-й стрелковый полк 94-й стрелковой дивизии СибВО. С января 1937 г. — начальник штаба батальона 280-го стрелкового полка СибВО, с декабря — командир батальона и начальник полковой школы 213-го стрелкового полка СибВО. Приказом НКО СССР № 252/11 в 1938 г. присвоено воинское звание майор. По документально не подтвержденным данным, в 1938 г. арестован органами НКВД и в 1939 г. освобожден. 4 сентября 1939 г. приказом НКО СССР № 00631 назначен командиром 735-го, а затем 457-го стрелкового полка 222-й стрелковой дивизии. 26 марта 1941 г. приказом № 0782 НКО СССР присвоено воинское звание подполковник, 19 мая 1942 г. (приказ НКО СССР № 04077) присвоено воинское звание полковник с назначением на должность командира 184-й стрелковой дивизии.

23 января 1943 г. шифротелеграммой штаба Воронежского фронта по неизвестной причине отстранен от командования дивизией. 27 февраля восстановлен в должности шифротелеграммой № 0903. В марте 184-я дивизия была разбита. Пленен. Приказом ГУК НКО СССР № 0959 от 27 августа 1943 г. исключен из списков РККА как пропавший без вести.

Содержался в различных лагерях военнопленных. В 1944 г. добровольно присоединился к Власовскому движению. В ноябре недолго являлся начальником офицерских курсов при 1-й пехотной дивизии ВС КОНР. С декабря — командир запасной бригады ВС КОНР. В апреле 1945 г. вместе с семитысячной бригадой присоединился к Южной группе ВС КОНР генерал-майора ВС КОНР Ф.И. Трухина и совершил с ней марш в Чехию. 8 мая в районе Каплице — Крумау перевел запасную бригаду ВС КОНР в полосу дислокации 26-й пехотной дивизии 3-й американской армии. Благодаря коменданту Фридберга, выписавшему пропуска вглубь американской оккупационной зоны для всей бригады, подавляющее большинство ее личного состава сумело избежать насильственной репатриации. Некоторое время спустя интернирован в лагере Ганакер (Ландау), откуда бежал в августе и скрывался под Мюнхеном. В 1948 г. стал одним из создателей правой власовской организации Союз Андреевского Флага, во главе с генерал-лейтенантом П.В. Глазенапом. 17 февраля 1950 г. возглавил «Деловую оппозицию» Глазенапа и позднее покинул САФ. 6 августа избран в правление Комитета Объединенных Власовцев во главе с генерал-майором А.В. Туркулом. Активно участвовал в политической жизни Русского Зарубежья в 1950-е гг. После самоликвидации КОВ в конце 50-х гг. от политики отошел.
https://biography.wikireading.ru/109916

Фамилия Койда
Имя Самуил
Отчество Иванович
Дата рождения/Возраст 05.05.1901
Место рождения Елизаветинская
Дата пленения 04.03.1943
Лагерь шталаг 367, шталаг XII A
Лагерный номер 36529
Судьба попал в плен
Воинское звание полковник
Название источника донесения Архив ФСБ - Краснодарский край
Номер дела источника информации 22_11_а
https://obd-memorial.ru/html/info.htm?id=915795155

Койда Самуил Трофимович 1901г.р.
Представление на награждение

Звание: подполковник
в РККА с 1920 года Место службы: 457 сп 222 сд 33 А

Дата подвига: 24.12.1941-27.12.1941
№ записи: 28000632

Орден Красного Знамени

http://podvignaroda.ru/?#id=28000632&tab=navDetailManAward

Награды не лишен.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 07 Сентября 2019, 19.55.36 | Сообщение # 1151
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
№ 189
Протокол допроса И.Н. Зуева, рядового 6-й армии

опрос: Расскажите, когда и где вступили добровольно в ряды власовской армии?

Ответ: Во власовскую армию я вступил примерно в сентябре м-це 1944 года [в] местечке Райновиц Судетской области.

Вопрос: Что Вас заставило добровольно вступись в армию Власова?

Ответ: Так как в лагере русских военнопленных кормили очень плохо, я был вынужден добровольно изъявить желание вступить в ряды власовской армии, потому что там лучше кормили и другие создавали условия для власовцев.

Вопрос: Расскажите, какая проводилась вами антипропаганда среди русских военнопленных и других иностранных рабочих?

Ответ: Передо мной была поставлена задача пропагандистами Власова вести в открытой форме антипропаганду среди русских военнопленных внутри лагеря. С целью больше втянуть людей в ряды [армии] Власова. Я лично проводил агитацию среди военнопленных больше входить в ряды [армии] Власова, а затем пойти против Красной Армии и освобождать своих кровных братьев, находящихся в тылу Красной Армии.

Вопрос: Какая вами проводилась практическая деятельность по поручению немецкого командования лагеря?

Ответ: По поручению немецкого командования лагеря – коменданта и его заместителя была поставлена задача:

1) Смотреть и прислушиваться о настроениях русских военнопленных.

2) Не допустить случаев побега из лагеря.

3) Также не допустить случаев порчи станков при заводе.

Обо всех этих явлениях я должен был сообщать коменданту лагеря или его помощнику.

Вопрос: Что вами именно было выполнено в разрезе этих поручений немецкого командования лагеря?

Ответ: В сентябре м-це 1944 года в лагере был совершен групповой побег шести русских военнопленных. Об этом я донес русскому полицейскому, которого фамилию я не помню. Вторично вместе с одним пропагандистом также донесли о порче станка.

Вопрос: Был ли случай вами избиений русских военнопленных?

Ответ: Да, случаи избиений русских военнопленных у меня были. Как-то во время работы летом в 1944 г. я избил в/пленного Крылова Петра Ивановича, кулаком стукнул два раза по щеке, где ему раскроил нос. Случаи проводились с моей стороны неоднократно по избиению Крылова.

Вопрос: Когда и кем был послан на курсы пропагандистов и где учился?

Ответ: В феврале м-це 1945 года я и мои два товарища – Трифонов Петр Никитович, Кузнецов Алексей были посланы немецким командованием лагеря на курсы пропагандистов в город Берлин, где я пробыл всего два м-ца, т.е. до мая 1945 года. После чего по малограмотности меня отправили на один из военных заводов, недалеко от Берлина, [в] 30 км, где вырабатывали танки. При отъезде меня из г. Берлина была поставлена задача офицером власовской армии также вести пропагандистскую работу среди военнопленных.

http://pmem.ru/index.php?id=57


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 07 Сентября 2019, 21.14.29 | Сообщение # 1152
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
№ 228
Из протокола допроса И.Е. Шадрина[576],
рядового 228-го Краснознаменного полка 78-й гвардейской стрелковой дивизии

Вопрос: При каких обстоятельствах были пленены немецкими войсками?

Ответ: 5 июля немецкие войска пошли в контрнаступление и во время наступления окружили наш полк. По приказу командования мы заняли кольцевую оборону и до 6 июля мы держали натиск немецких войск. К вечеру 6 июля немецкие танки и бронемашины пошли в наступление на наш участок. Наш взвод, в котором я находился, израсходовал все боеприпасы, и без сопротивления сдался в плен немецким войскам.

Вопрос: Чем занимались в плену у немцев?

Ответ: С [начала] июля 1943 года по 29 июля находился в лагере военнопленных в г. Харькове. На работу не выводили. С 29 июля 1943 г. были направлены в г. Дергачи в лагерь военнопленных. И с этого лагеря военнопленных перешел работать в 5/142-ю немецкую компанию.

Вопрос: При каких обстоятельствах вы поступили на службу в немецкую компанию?

Ответ: Будучи в лагере военнопленных, видел голод и издевательство над советскими военнопленными со стороны немецких властей. Решил пойти работать в немецкую армию, и был направлен на работу в 5/142-ю немецкую компанию.

Вопрос: Когда приняли присягу в немецкой армии?

Ответ: Присягу в немецкой армии не принимал, оружия не имел.

Вопрос: Часть, в которой вы находились? Какие функции выполняли?

Ответ: Часть, в которой я работал, она выполняла функции как подсобная, снабжала боеприпасами стрелковые подразделения, бензином снабжала автотранспорт и ремонтировала дороги.

Вопрос: Ваша часть принимала участие в боях против Красной Армии?

Ответ: Часть, в которой я работал, не принимала участия в борьбе против Красной Армии.

Вопрос: А вы лично принимали участие в борьбе против Красной Армии?

Ответ: Участие в борьбе против Красной Армии я не принимал. На работе в немецкой компании я не способствовал немецким войскам [бороться] против Красной Армии.

Вопрос: Вы получали денежное содержание в немецкой армии?

Ответ: Денежное содержание я стал получать последние три месяца, по 18 крон в месяц.

Вопрос: Почему вы не принимали никаких мер к совершению побега на сторону Красной Армии или партизан?

Ответ: Будучи в лагере военнопленных и в компании, [мы] были все время под надзором немецких солдат, и к побегу не удалось возможности.

Вопрос: Кого знаете по совместной работе в немецкой компании?

Ответ: По совместной работе в немецкой компании 5/142 я знаю NN[578].

Вопрос: Что можете дополнить к своим показаниям?

Ответ: Дополнить к своим показаниям ничего не имею. Протокол с моих слов записан правильно и мне прочитан.

Шадрин

Допросил: Сотрудник спецкомендатуры Аксентьев

Д.4870. Л.3-4об. Подлинник. Рукопись.
№ 229
Заключение заместителя начальника Норильского ИТЛ НКВД СССР
об окончании проверки И.Е. Шадрина[579], переводе его на положение спецпереселенца и прикреплении к предприятиям Норильского комбината НКВД СССР



25 мая 1946 г.

п. Норильск

Красноярского края



«УТВЕРЖДАЮ»


Согласовано:

Зам. начальника

Норильского ИТЛ НКВД

генерал-майор[580]


Прокурор

Норильского ИТЛ НКВД

советник юстиции Случанко

25 мая 1946 г.






23 мая 1946 г. я, начальник 6-го отделения оперчекотдела Норильского ИТЛ НКВД лейтенант Пустовойтов, рассмотрев материалы проверки на Шадрина Ивана Егоровича, 1924 года рождения, уроженца Молотовской обл., Белоевского р-на, д. Шадрина, и найдя, что Шадрин, находясь в действующей Красной Армии, в июле 1943 г. в районе с. Крапивна сдался в плен без сопротивления и поступил на службу в немецкую армию, где был зачислен в 5-ю роту 142-го батальона, пользовался правами немецкого солдата. В боях против частей Красной Армии непосредственно не участвовал, но, работая на немцев, способствовал Германии в войне против СССР.

На основании изложенного, в соответствии с постановлением ГОКО № 9871/С от 18.III-45 г., руководствуясь директивой НКВД СССР № 215 от 23/XI-45 г.,

Постановил:

Проверку Шадрина Ивана Егоровича считать законченной.

За службу в немецких войсках и за вооруженную борьбу против Советского Союза гр-на Шадрина И.Е. перевести на положение спецпереселенца с прикреплением для работы на предприятиях Норильского комбината НКВД СССР сроком на шесть лет.

Нач. 6го отделения Норильлага НКВД Пустовойтов

Согласен: Нач. оперчекотдела НЛ НКВД

майор Даманов

Д.4870. Л.11. Подлинник.[581]

http://pmem.ru/index.php?id=57


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Четверг, 26 Сентября 2019, 22.28.28 | Сообщение # 1153
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
О власовском движении на территории Крымского полуострова

Романько Олег Валентинович — российский историк. Специалист по проблеме коллаборационизма в годы Второй мировой войны, военно-политической истории нацистской Германии и межнациональным отношениям в XX веке. Доктор исторических наук, профессор. Крымский федеральный университет им. В.И. Вернадского.



История власовского движения на территории Крыма принадлежит к числу наименее известных страниц Великой Отечественной войны. Это можно объяснить тем, что проблема коллаборационизма советских граждан долгое время не была предметом серьезного научного исследования, а работы, вышедшие за рубежом [1] или в постсоветский период [2], редко рассматривают власовское движение в региональном аспекте и не затрагивают, за редким исключением [3], территорию Крыма. Возможно, что деятельность местных власовцев на фоне упорного противоборства Красной армии и вермахта на Крымском полуострове с 1941 по 1944 г. по-прежнему оценивается как незначительная, хотя на самом деле это не совсем так. Об этом свидетельствуют материалы Государственного архива Республики Крым (ГАРК) в г. Симферополь, которые, несмотря на свою научную ценность, до сих пор мало изучены и за редким исключением не введены в научный оборот, и подтверждают недавно рассекреченные и опубликованные документы Центрального архива ФСБ России [4]. Попытаемся в настоящей статье раскрыть состав документов ГАРК и продемонстрировать их значимость для восстановления исторической картины действий оккупационных властей и власовцев на территории Крыма, привлекая в целях полноты и иные источники.

Архивные документы, согласно их происхождению, составляют два блока, представляющие противоборствующие стороны (немецкую и советскую), и сконцентрированы в трех архивных фондах [5]. Более многочислен и разнообразен блок немецкой оккупационной администрации (штаб командующего войсками вермахта в Крыму, местные комендатуры, аппарат фюрера СС и полиции и штаб пропаганды «Крым», в обязанности которого входила организация и координация всей психологической войны на полуострове). Это инструкции, указания, служебные записки оккупационных институций по формированию и использованию частей РОА, а также отчеты о результатах этих мероприятий. Как правило, это трофейные документы, которые с 1944 по 1947 г. передавались Крымской комиссии по истории Великой Отчественной войны. Немецкие материалы имеют перевод на русский язык, но зачастую он неточен из-за незнания немецкой военно-политической терминологии.

Документы советских партизан и подпольщиков – главных оппонентов власовцев в военно-пропагандистком противостоянии на территории Крыма, представляют прежде всего, приказы, отчеты, разведдонесения, переписку командования крымских «народных мстителей» со своим руководством за пределами полуострова, с подчиненными партизанскими отрядами и структурами подпольного движения, а также воспоминания партизан. Их дополняют агитационно-пропагандистские материалы (листовки, прокламации), связанные с деятельностью партизан и подпольщиков по нейтрализации влияния РОА на местное население.

Самостоятельный массив источников образуют периодические издания оккупационного периода («Azat Kirim», «Голос Крыма», «Феодосийский вестник»), в которых также есть информация о крымском власовском движении. Наибольший интерес представляет еженедельная газета «Голос Крыма» – орган Симферопольского городского управления, превратившийся со временем фактически в рупор местных власовцев. Архив располагает полным ее комплектом за 1941–1944 гг. (Первый номер газеты вышел 12 декабря 1941 г., а последний – 9 апреля 1944 г.)

Известно, что с осени 1942 г. так называемое власовское движение стало важным фактором немецкой оккупационной политики и было неразрывно связано с именем бывшего генерал-лейтенанта Красной армии А.А. Власова, который в июле 1942 г. попал в плен к немцам на Волховском фронте и согласился на сотрудничество. Немцы на том этапе рассматривали генерала как инструмент психологический войны против СССР. Одним из первых шагов в этом направлении явилась подготовка листовки с обращением Власова к командирам Красной армии и советской интеллигенции с призывом к борьбе против советской власти от 10 сентября 1942 г. [6], а чуть позже, 27 декабря, «Обращения Русского комитета к бойцам и командирам Красной армии, ко всему русскому народу и другим народам Советского Союза», которое было напечатано в Берлине. В последней листовке, получившей пропагандистское название «Смоленский манифест» (подразумевалось, что она написана именно в этом городе), провозглашалось создание нового правительства – Русского комитета и его вооруженных сил – Русской освободительной армии (РОА)[7].

Это «правительство» фактически являлось фигурой пропаганды, а его несколько членов во главе с генералом Власовым ничем не руководили и не имели для этого собственного аппарата, даже канцелярии. Не существовало в реальности и РОА (так с весны 1943 г. немецкие пропагандисты стали называть части вермахта, укомплектованные русским персоналом). Тем не менее «Смоленский манифест» имел определенный успех на оккупированных советских территориях. Поэтому германское командование приняло решение активнее использовать пленного генерала и его сторонников в пропагандистских целях, положив начало так называемой «акции Власова». В феврале 1943 г. был создан координационный центр для «изучения политических и психологических проблем Русского освободительного движения», т.е. всех сторонников Власова. Уже к марту он разросся в крупную школу по подготовке пропагандистов для «восточных» формирований вермахта, которая по месту своего расположения получила название «Дабендорф»[8].

Судя по материалам ГАРК, «Смоленский манифест» на территории оккупированного Крыма оставался практически неизвестным. О бывшем советском генерале на полуострове заговорили в связи с очередным пропагандистским шагом немцев – публикацией в газете «Голос Крыма» 18 марта 1943 г. открытого письма Власова «Почему я встал на путь борьбы с большевизмом?». Именно этот документ, в котором он рассказывал «о своей жизни и своем опыте в СССР», объяснял причины, «побудившие его начать войну против сталинского режима», принес Власову популярность в некоторых слоях населения полуострова[9].


В.И. Мальцев

Само же власовское движение здесь появилось благодаря деятельности бургомистра Ялты В.И. Мальцева, в прошлом летчика, полковника ВВС, дослужившегося до начальника Туркменского управления Гражданского воздушного флота СССР, но попавшего в 1938 г. под следствие за «вредительскую деятельность», освобожденного за недостатком улик, поплатившегося партийным билетом и занявшего в 1939 г. должность директор санатория Аэрофлота в Ялте, а после оккупации немцами Крыма перешедшего к ним на службу[10]. Примерно через месяц после обнародования открытого письма генерала Власова, в конце апреля 1943 г., Мальцев подал рапорт на имя генерал-лейтенанта Х.Гельмиха, отвечавшего в немецком генштабе за так называемые «восточные формирования». В рапорте шла речь о переводе Мальцева в распоряжение Русского комитета[11], а 4 июня газета «Голос Крыма» опубликовала его отклик (он датирован 28 мая) на письмо Власова, озаглавленный «Борьба с большевизмом – наш долг», с призывом ко всем коммунистам поддержать Власова и РОА[12]. 18 июня «Голос Крыма» сообщил об открытии на полуострове при содействии бывшего советского полковника – орденоносца первого вербовочного пункта РОА (в Евпатории). Уже 30 июня в Симферополе состоялось освящение помещения центрального вербовочного пункта РОА в Крыму, а в 18 часов – торжественный молебен. По сообщению той же газеты, «пункт был открыт для проведения систематической разъяснительной работы, консультации, записи добровольцев и оформления их в ряды РОА, так как сотни лучших людей нашей Родины уже подали заявления о вступлении в нее»[13]. В эти дни добровольцем в РОА вступил и феодосийский бургомистр И.Харченко; вскоре его примеру последовали многие другие представители местной гражданской администрации, о чем написал «Феодосийский вестник»[14].


Торжественный молебен по случаю открытия Центрального вербовочного пункта РОА в Крыму. Симферополь. 30 июня 1943 г.

Однако основным контингентом, который шел в РОА, были местные жители и военнопленные, что признают даже советские источники. Так, в стенограмме беседы начальника Крымского штаба партизанского движения (КШПД) В.С. Булатова с прибывшим из Крыма неким «т. Лукашевичем», которая имела место в г. Сочи 22 сентября 1943 г., помимо всего прочего, сказано: «…наш севастопольский командный состав сидит в тюрьме. Им предлагают служить в добровольческой армии. Они категорически отказываются. Сидят под замком. Дают им всего 15 минут прогулки»[15]. Однако были и другие случаи. Симферопольский подпольщик М.Г. Кособродов сообщал в своем донесении, что в августе 1943 г. ему пришлось общаться с новоиспеченным добровольцем РОА. Оказалось, что это бывший защитник Севастополя, который не смог больше находиться в лагере военнопленных[16]. Наконец, в отчете КШПД Крымскому обкому ВКП(б) «Военная обстановка в Крыму в июле–октябре 1943 г.» указывается, что некоторая часть жителей Симферополя и других населенных пунктов вступила в РОА, поддавшись пропаганде «о Власове – освободителе России»[17].


Новые добровольцы РОА получают униформу. Симферополь. Лето 1944 г.

Ряд публикаций весны–лета 1943 г. в газете «Голос Крыма» свидетельствует о национальной политике оккупантов: коллаборационизм не должен был оставаться в узкоэтнических границах, борьбу против большевиков следовало консолидировать. На это прямо нацеливали заголовки газетных материалов: «Плечом к плечу с РОА», «Борьба татар против большевизма», «Голос крови зовет меня» и т.п.[18] Публикации, лейтмотивом которых была общая борьба с большевизмом, появились и в крымско-татарской прессе, в частности в органе Симферопольского мусульманского комитета – газете «Azat Kirim». Так, 28 апреля 1943 г. в передовой статье говорилось: «Отныне на фронтах татары, украинцы и донско-кубанские казаки неодиноки: в их ряды включаются и русские добровольцы. Отныне наступление, начатое из областей, освобожденных благодаря германским войскам, будет всеобщим наступлением наций, которые являются братьями по оружию»[19]. По сведениям из немецких источников, сплочение коллабрационистов позволило командующему войсками вермахта в Крыму генерал-полковнику Э.Йенеке в январе 1944 г. выступить с проектом, направленным на создание на полуострове местного правительства, куда должны были войти представители трех наибольших национальных групп – русских, украинцев и крымских татар. Но претворению замысла в жизнь помешало начавшееся наступление Красной армии[20].

В результате вербовочной кампании к осени 1943 г. удалось создать несколько подразделений РОА. Но установить их численность и социальную принадлежность по отчетам и донесениям советских партизан крайне сложно, поскольку те пестрят газетными клише. Кроме того, их авторы, являясь людьми гражданскими, не были знакомы с организацией и структурой вооруженных сил и тем более германских, не знали, что коллаборационистские формирования – это, по сути, самостоятельная категория вермахта и войск СС, и поэтому не делали различий между «власовцами», «полицаями» и т.п. И, конечно, советская сторона занижала численность добровольцев. Так, в «Отчете Крымского штаба партизанского движения о боевой и политической деятельности отрядов и соединений», подготовленном во второй половине апреля 1944 г. для Крымского обкома ВКП(б), говорилось: «…в Крыму с треском провалилась кампания, проводимая немцами по вербовке в РОА. Никакие угрозы, никакие подручные Власова, выступавшие с воззваниями, не подействовали на советских людей – они в РОА не пошли… Своей освободительной армией наши люди называют Красную армию»[21].

Несколько иные сведения фигурируют в документах, направлявшихся военно-политическому руководству СССР. Так, в недавно введенном в научный оборот отчете разведывательного отдела Центрального штаба партизанского движения за период работы с мая 1943 г. по январь 1944 г. сообщалось: «В мае–декабре 1943 г. разведкой партизан установлено… В Крыму – восточных батальонов 18… к началу 1944 г. осталось до 8 батальонов изменников»[22]. (Заметим, что батальон насчитывал от 300 до 350 человек.)


Командующий ВВС РОА генерал-майор В.И. Мальцев беседует с подчиненными. Германия. Зима 1944-45 гг.

Советские же газеты, как, например, «Красный Крым» (она издавалась в г. Краснодаре и служила органом печатной пропаганды на полуостров), прямо заявляла о том, что затея немцев явно провалилась: «В Симферополе фашисты кое-как наскребли 6–7 “добровольцев”, решивших под угрозой расстрела пойти на черное дело. Не имеет успеха “вербовка” и в других городах и в сельской местности Крыма. Поэтому гитлеровцы прибегают к излюбленному методу насильственной мобилизации населения»[23].

Что касается немецких документов о численности крымской РОА, то в пропагандистских материалах, как правило, фигурировали заявления о «тысячах добровольцев», с утра до вечера толпившихся у дверей, например, симферопольского пункта, где «желающих записаться было такое огромное число, что прикомандированые к пункту не справлялись с работой. Сюда приходили и 17-летние юноши и 50-летние мужчины, требуя записать их и дать им оружие в руки, для борьбы с большевизмом. Здесь было много сцен истерики при отказе по возрасту»[24]. Однако в документах для внутреннего пользования фигурировала более реалистичная численность крымских власовцев. Например, в отчете начальника оперативного отдела штаба расквартированной в Крыму 17-й немецкой армии общее количество «русских добровольцев» из частей РОА показано как 3–3,5 тыс. человек. Этот отчет датирован 5 марта 1944 г., а набор в РОА был прекращен в феврале 1944 г. То есть, если учесть некоторое движение личного состава, эта цифра является окончательной[25].

В целом же, сопоставив немецкие данные и сведения из различных донесений партизанских разведчиков и подпольщиков своему руководству, можно утверждать, что с лета 1943 по весну 1944 г. численность крымских формирований РОА колебалась от 2 до 4 тыс. человек, что составляло менее 1 % от численности русского населения Крымского полуострова. Все они были распределены по частям крымской группировки вермахта повзводно и поротно. Ближе к зиме 1944 г. почти треть из них перешла на сторону партизан. В результате немцы отвели с передовой некоторые подразделения РОА, разоружили их, а личный состав отправили в концлагеря или за пределы Крыма – в Италию или Францию[26]. Эта информация подтверждается уже опубликованным сообщением начальника Центрального штаба партизанского движения П.К. Пономаренко членам ГКО от 11 октября 1943 г. «О переходах солдат РОА на сторону партизан и отправке неблагонадежных солдат РОА в лагеря», где говорится, что, «по данным крымских партизан, немцы начинают отправлять изменнические формирования из Крыма в Северную Францию и Италию»[27].

Деятельность крымских власовцев имела два направления: пропагандисткое и военное. О первом подробная информируют отчеты штаба пропаганды «Крым». В том, который подготовлен для отдела пропаганды верховного командования вермахта и датирован 7 июля 1943 г., его начальник обер-лейтенант Фрай сообщал, что рекомендовал своим подчиненным привлекать офицеров-власовцев «для непосредственного разъяснения обстановки и использования в качестве докладчиков на радио и в печати»[28]. Ранее, 11 июня, капитан Б.Ширяев, скорее всего следуя этой рекомендации, прочитал собравшимся в алуштинском «Доме воспитания» учителям лекцию на тему «Немецкая система образования как основа высокого жизненного уровня в государстве». Другие офицеры-пропагандисты (капитаны Л.Станиславский, Г.Барятинский, А.Таманский и др.) активно выступали со статьями в местной печати, а поручик К.Быкович даже стал главным редактором газеты «Голос Крыма»[29]. Пропагандисты РОА участвовали также в подготовке листовок и воззваний к бойцам Красной армии и крымским партизанам («Братья красноармейцы!», «К офицерам и солдатам Красной армии», «Товарищ, один вопрос…!» и т.п.), в которых предлагалось переходить на сторону немцев[30]. В конце июля 1943 г. в коллаборационистских формированиях, лагерях военнопленных и немецких дивизиях, расположенных в Крыму и имевших русский персонал, появились выпускники школы пропагандистов в Дабендорфе – офицеры-инспектора РОА, призванные «следить за физическим и моральным состоянием своих соотечественников», что было еще одной из обязанностей офицеров РОА[31].

Архивные документы свидетельствуют, что рост «власовских настроений» в Крыму не остался незамеченным советским военно-политическим руководством и соответственно крымскими партизанами. И причина здесь не столько в военной, сколько в политической угрозе со стороны власовского движения. Чтобы сорвать набор добровольцев и очернить в глазах населения саму идею власовского движения, был предпринят целый комплекс мероприятий военно-политического характера. За линией фронта этим занимались органы советской пропаганды, в оккупированном Крыму – партизаны и подпольщики. Так, в ответ на начало вербовочной кампании на полуострове Главное политуправление Красной армии в июле 1943 г. выпустило листовку «Солдаты и офицеры РОА» в количестве 300 тыс. экземпляров с тем, чтобы повлиять на добровольцев, причем не только уговорами: «Вы продались за сытную еду, за красивую форму, за легкую жизнь. Немцы перед вами всячески заискивают, стараются вам угодить, лишь бы вы дрались вместе с ними. Но вы просчитались…»[32]. Всего же за период с 15 мая по 1 октября 1943 г. редакция газеты «Красный Крым» выпустила на тему о РОА 15 наименований листовок (по 25 тыс. каждого, всего 375 тыс. экз.). Среди них такие, как «К добровольцам», «Не идите в так называемую “русскую освободительную армию”!», «К добровольцам и всем, кто обманут Гитлером!», «К «добровольцам», полицейским, старостам и всем, кто работает на немцев», «К солдатам и офицерам РОА» и т.п.[33]

Партизаны и подпольщики получили указания срывать вербовку в РОА любой ценой вплоть до применения террора, создавать атмосферу недоверия и нетерпимости по отношению к этим формированиям и тем, кто в них записался. Об этом идет речь практически во всех документах, которыми летом–осенью 1943 г. обменивались начальник КШПД В.С. Булатов и руководство подпольного обкома, командовавшего «народными мстителями на полуострове»[34].

Как это выглядело на практике, сообщают мемуаристы. По воспоминаниям феодосийского подпольщика А.Овчинникова, вопрос о «срыве вербовки в РОА» был очень важным и не снимался с повестки дня заседаний его подпольной группы вплоть до весны 1944 г. Работавшая в период войны в Симферопольской центральной библиотеке Е.Пахомова подробно рассказывает в послевоенных воспоминаниях, записанных Крымской комиссией по истории Великой Отчественной войны, о том, как вела советскую пропаганду среди добровольцев РОА[35]. Партизан из Евпатории Н.Каташук свидетельствует: «Перед группой связанных со мной товарищей я поставил задачу не допустить ни одного рабочего в так называемую “власовскую армию”»[36]. А 26 февраля 1944 г. диверсионная группа Симферопольской подпольной организации пустила под откос воинский эшелон на перегоне Альма – Симферополь. Помимо уничтоженной в нем военной техники было убито и ранено 315 солдат и офицеров из частей РОА[37]. Все эти мероприятия, конечно, оказывали воздействие на крымских власовцев. Тем не менее точку в их истории поставили не советские партизаны, а сами немцы.

Весь 1943 г. прошел под знаком ухудшения положения германских вооруженных сил на Восточном фронте, что не могло не сказаться и на ситуации с крымским власовским движением. Например, уже в январе 1944 г. в одном из отчетов штаба пропаганды «Крым» вышестоящему руководству, озаглавленном «Об откликах населения на немецкую пропаганду», отмечено некоторое ослабление энтузиазма крымчан и местных властей относительно власовцев. В отчете говорилось, что в газете «Голос Крыма» «совершенно не пишется о РОА. Нужно было что-нибудь писать о ней, даже если она используется где-то на Итальянском фронте»[38]. Как ни парадоксально, немецкие власти при этом не рекомендовали распространять власовские газеты, такие как «Доброволец», «Заря», «Боевой путь» и другие, среди рабочих трудовых лагерей, опасаясь возникновения «русских фантазий»[39]. Скорее всего, имелись в виду «фантазии» о русской национальной идее и так называемой «третьей силе», т.е. использовании РОА в качестве инструмента в борьбе и против большевиков, и против нацистов. В том же отчете указывалось, что «среди населения имеется много сторонников… “третьей силы”. Это люди, ожидающие окончательного завершения войны, которое наступит после полного поражения Германии и Советского Союза… Совершенно определенно, эти идеи косвенно или прямо направлены против немецких интересов»[40].

В данном случае немцев беспокоило прежде всего «снижение страха перед возвращением большевиков», что могло сказаться на лояльности населения к оккупационным властям и повлиять на желание совместно с ними оборонять полуостров. В конце концов подобные высказывания привели к тому, что в январе 1944 г. обер-лейтенант Фрай издал распоряжение по штабу пропаганды «Крым», в котором предписывал установить за пропагандистами РОА постоянное наблюдение, а для проведения лекций выработать унифицированные образцы докладов, которые должны были утверждаться сотрудниками штаба[41]. В результате такой политики крымское власовское движение и крымская РОА прекратили свое существование еще до полного освобождения полуострова. В феврале 1944 г. немцы закрыли симферопольский вербовочный пункт. По вспоминаниям одного из власовцев, сохранившимся в немецком архиве, «он стал привлекать к себе антибольшевистские силы с заводов и фабрик, из татарских аулов и городов Крыма»[42]. Те же, кого успели набрать до февраля 1944 г., продолжали служить в рядах вермахта еще два месяца, до весеннего наступления Красной армии, в ходе которого немецкая группировка на Крымском полуострове была полностью разгромлена[43].

Таким образом, корпус источников ГАРК по истории власовского движения на территории Крымского полуострова разнообразен по составу и содержанию. Особую ценность представляют подлинные документы немецких военно-политических органов и материалы из среды некоторых коллаборационистских формирований. Они не только убеждают, что в истории крымского власовского движения отразились многие процессы, ставшие определяющими для нацистской оккупационной и национальной политики на советских территориях, но и позволяют исследовать различные моменты истории власовского движения на территории Крыма, в том числе количественные и качественные показатели этого движения, роль пропаганды, партизанско-власовские и немецко-власовские взаимоотношения и т.п. Однако содержащиеся в них факты и характеристики требуют тщательной проверки и сопоставления с другими источниками.



[1] См., напр.: Хоффманн Й. История Власовской армии. Париж, 1990; Штеенберг С. Генерал Власов. М., 2005.

[2] См., напр.: Дробязко С.И. Под знаменами врага. Антисоветские формирования в составе германских вооруженных сил 1941–1945 гг. М., 2004; Александров К.М. Русские солдаты Вермахта. Герои или предатели: Сб. статей и материалов. М., 2005; Коняев Н.М. Генерал из трясины. Судьба и история Андрея Власова. Анатомия предательства. М., 2012; Мартынов А.В. По обе стороны правды. Власовское движение и отечественная коллаборация. М., 2014.

[3] Романько О.В. Формирования Русской освободительной армии на территории Крыма (1943–1944). К вопросу об организации и использовании // Голокост і сучаснiсть. К., 2003. № 2 (8). С. 13-14; № 3 (9). С. 6-7; Он же. Крым под пятой Гитлера. Немецкая оккупационная политика в Крыму 1941–1944 гг. М., 2011.

[4] Генерал Власов: история предательства: Сб. док.: В 2 т. Т. 2: В 2 кн. М., 2015.

[5] ГАРК. Ф. П-1 «Документальные материалы Крымского областного комитета Коммунистической партии Украины. 1936–1945 гг.» (8699 ед. хр.); Ф. П-151 «Документы Крымского штаба партизанского движения. 1941–1944 гг.» (649 ед. хр.); Ф. П-156 «Дела Крымской комиссии по истории Великой Отечественной войны. 1944–1947 гг.» (248 ед. хр.).

[6] Генерал Власов: история предательства… Т. 1. С. 134-137.

[7] Хоффманн Й. Указ. соч. С. 8.

[8] Материалы по истории Русского освободительного движения. М., 1999. Вып. 4. С. 161–178.

[9] Голос Крыма. 1943. 18 марта.

[10] Мальцев Виктор Иванович (1895–1946) – окончил Егорьевскую школу военных летчиков (1919 г.). С 1925 по 1938 г. занимал посты начальника Центрального аэродрома под Москвой, помощника начальника Управления ВВС Сибирского военного округа, начальника ВВС Сибирского военного округа, затем его начальника, начальника Туркменского управления ГВФ СССР; полковник. 11 марта 1938 г. арестован НКВД, но уже 5 сентября 1939 г. освобожден за недостатком улик и реабилитирован. Демобилизован из Красной армии и исключен из рядов ВКП(б). С марта 1942 г. по июнь 1943 г. начальник городского управления, а затем мировой судья Ялты. В 1943–1944 гг. в составе «Восточной» (русской) авиационной группы (Восточная Пруссия). С декабря 1944 г. в чине генерал-майора командующий Военно-воздушными силами Комитета освобождения народов РоссииРоссии. В апреле 1945 г. сдался в Чехии американским войскам, выдан СССР. На закрытом судебном процессе в августе 1946 г. приговорен к смертной казни через повешение. (См.: Голос Крыма. 1943. 16 июня; Александров К.М. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта А.А. Власова 1944–1945 гг. СПб., 2009. С. 598–613.)

[11] Плющов Б. Генерал Мальцев. История военно-воздушных сил Русского освободительного движения в годы Второй мировой войны (1942–1945). Сан-Франциско, 1982. С. 13.

[12] Голос Крыма. 1943. 4 июня.

[13] Там же. 18, 27, 30 июня.

[14] Феодосийский вестн. 1943. 21 июля.

[15] ГАРК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 39. Л. 47об. – 48.

[16] Там же. Л. 3–4.

[17] Там же. Ф. П-151. Оп. 1. Д. 28. Л. 58–68.

[18] Голос Крыма. 1943. 25 июня, 9, 30 июля.

[19] Azat Kirim. 1943. 28 апр.

[20] Bundesarchiv-Militärarchiv (далее – BArch). RH 20. Armeeoberkommandos. Bd. 7: AOK 16 bis AOK 17. RH 20-17/257. Bl. 108–110 rs.

[21] ГАРК. Ф. П-151. Оп. 1. Д. 28. Л. 65.

[22] Генерал Власов: история предательства… Т. 1. С. 651.

[23] Провал вербовки «добровольцев» // Красный Крым. 1943. 23 апр.

[24] BArch. MSg 149. Sammlung Vladimir Pozdnakoff (Vlasov-Bewegung). MSg 149/7. Bl. 57.

[25] Ibid. RH 20. Armeeoberkommandos. Bd. 7: AOK 16 bis 17. RH 20-17/257. Bl. 180.

[26] ГАРК. Ф. П-151. Оп. 1. Д. 28. Л. 40–41; Д. 30, Л. 28; Д. 505, Л. 151, 210 б.

[27] Генерал Власов: история предательства… Т. 1. С. 504.

[28] ГАРК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 26. Л. 24.

[29] Там же. Л. 19; Голос Крыма. 1943. Июль–авг.

[30] ГАРК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 25. Л. 65–66, 68–70, 72–73.

[31] Штрик-Штрикфельдт В.К. Против Сталина и Гитлера. М., 1993. С. 155.

[32] ГАРК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 173 а. Л. 32–32 об.

[33] Там же. Ф. П-1. Оп. 1. Д. 2185. Л. 10–10 об.

[34] Там же. Ф. П-151. Оп. 1. Д. 28. Л. 22, 23.

[35] Там же. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 57. Л. 148 об.

[36] Там же. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 40. Л. 31 об.

[37] Яковлев В.П. Преступления. Борьба. Возмездие. Симферополь, 1961. С. 167, 169.

[38] ГАРК. Ф. П-156. Оп. 1. Д. 26. Л. 33.

[39] Там же. Л. 38–39.

[40] Там же. Л. 34.

[41] Там же. Л. 25.

[42] BArch. MSg 149. Sammlung Vladimir Pozdnakoff (Vlasov-Bewegung). MSg 149/7. Bl. 58.

[43] Басов А.В. Крым в Великой Отечественной войне 1941–1945. М., 1987. С. 262–280.



Список литературы

Александров К.М. Офицерский корпус армии генерал-лейтенанта А.А. Власова 1944–1945 гг. СПб., 2009.
Басов А.В. Крым в Великой Отечественной войне 1941–1945. М., 1987.
Материалы по истории Русского освободительного движения. М., 1999. Вып. 4.
Плющов Б. Генерал Мальцев. История военно-воздушных сил Русского освободительного движения в годы Второй мировой войны (1942–1945). Сан-Франциско, 1982.
Романько О.В. Формирования Русской освободительной армии на территории Крыма (1943–1944). К вопросу об организации и использовании // Голокост і сучаснiсть. К., 2003. № 2 (8). С. 13-14; № 3 (9). С. 6-7.
Романько О.В. Крым под пятой Гитлера. Немецкая оккупационная политика в Крыму 1941–1944 гг. М., 2011.
Хоффманн Й. История Власовской армии. Париж, 1990.
Штеенберг С. Генерал Власов. М., 2005.
Штрик-Штрикфельдт В.К. Против Сталина и Гитлера. М., 1993.
Яковлев В.П. Преступления. Борьба. Возмездие. Симферополь, 1961.

http://www.world-war.ru/o-vlaso....ostrova


Qui quaerit, reperit
 
NestorДата: Четверг, 12 Декабря 2019, 05.11.41 | Сообщение # 1154
Группа: Эксперт
Сообщений: 23457
Статус: Отсутствует
Esenia. Власовцы в Нормандии

Будьте здоровы!
 
СаняДата: Пятница, 20 Декабря 2019, 07.43.43 | Сообщение # 1155
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Советский «хамелеон». Как полковник Буняченко Родину продавал



Русский коллаборационизм периода Второй мировой войны представлял собой удивительную смесь наиболее мстительных реваншистов из Белого движения и советских граждан-«хамелеонов», убежденных в том, что пришло время «принять сторону сильного».

У многих из числа последних, подобно генералу Власову, был образцовая советская биография: выходцы из рабочих и крестьянских семей, сделавшие успешную карьеру при большевиках, они с высоких трибун славили мудрость товарища Сталина. Это не помешало им без каких-либо внутренних колебаний в критический момент перебежать на сторону Гитлера.

Крестьянский сын, герой Туркестана

Классическим примером такого «хамелеона» может служить один из ближайших сподвижников Власова Сергей Буняченко.

Уроженец села Коровяковка Курской губернии, Буняченко происходил из бедной украинской семьи. Для пятнадцатилетнего Сережи Буняченко смена власти стала настоящим подарком, и в 1918 году он добровольцем поступил в 1-й повстанческий украинский полк, чтобы сражаться за мировую революцию. Порыв молодого крестьянина оценили, отправив его на курсы младшего командирского состава. После окончания Гражданской войны Буняченко стал слушателем Высшей военной школы в Киеве. В 1924 году он окончил ее и получил назначение на должность помощника командира роты.

Путь молодого командира лежал в Туркестан, где он, подобно героям фильма «Офицеры», отличился в боях с басмачами. За доблесть и мужество Сергей Буняченко был награжден именными часами и нагрудным знаком Таджикской Республики «За боевые заслуги».

Служба Буняченко в Средней Азии продолжалась до начала тридцатых годов, когда его направили на учебу в Военную академию имени Фрунзе.

Покаяние времен «большого террора»

По окончании академии он был назначен начальником штаба 78-го отдельного полка.

Здесь в биографии нашего героя происходит очень интересный эпизод. В 1937 году Буняченко решением парторганизации 26-й стрелковой дивизии исключен из ВКП (б) за «критику политики коллективизации».

На дворе «большой террор», казалось бы, тюрьмы (или даже расстрела) вольнодумцу не избежать. Однако вскоре исключение из партии заменяется на строгое предупреждение, а вслед за этим Буняченко получает новую должность: он становится начальником 1-й части штаба 26-й стрелковой дивизии.

Судя по всему, Сергей Кузьмич перед партией «разоружился» и искренне покаялся. В то время как за его сослуживцами приезжал «черный воронок», он переживал новый стремительный взлет по карьерной лестнице. В июле 1938 года Буняченко назначен помощником начальника штаба 39-го стрелкового корпуса.

В этой должности он принимает участие в боях с японцами у озера Хасан. По их итогам Сергей Кузьмич становится полковником и занимает должность помощника командира стрелковой дивизии.

Милосердный трибунал

В начале 1940 года полковник Буняченко был назначен начальником штаба 26-го стрелкового корпуса.

В марте 1942 года Буняченко был отправлен в действующую армию в качестве командира 389-й стрелковой дивизии.

В августе того же года произошел эпизод, из-за которого полковник был отдан под трибунал. Дивизия Буняченко, которая вела оборонительные бои, получила приказ о взрыве моста через Терек на участке Моздок — Червлёное. Приказ полковник выполнил, но при этом сделал это еще до того, как часть наших войск успела переправиться. Таким образом, подразделения Красной армии оказались отрезаны от основных сил. Командование сочло, что ответственность за происшедшее несет Буняченко.

Приговор трибунала был безжалостным: расстрел. Однако такой вердикт слышало немало советских командиров, которые затем благополучно дошли до Берлина. Осенью 1942 года положение на фронтах было таково, что разбрасываться командирами не приходилось. Поэтому трибунал применил дежурную формулировку: замена расстрела 10 годами исправительно-трудовых лагерей с отбытием после окончания войны и с отправкой командиром действующей части на фронт. Иди, товарищ Буняченко, искупай свой проступок кровью!
Активист-коллаборационист

До лагерей после войны в итоге дело не дошло: одни приговоренные пали в боях, другие своим героизмом заслужили не только снятие судимости, но и целую россыпь орденов.

Полковник Буняченко выбрал третий путь. В конце 1942 года, занимая пост командира 59-й стрелковой бригады, он сдался в плен разведгруппе 2-й румынской пехотной дивизии.

Бригада Буняченко перед этим вела тяжелые бои, понесла большие потери, подразделениям приходилось прорываться из окружения. Комбриг посчитал, что в этот раз его все-таки расстреляют, и решил, что пришло время спасать не Родину, а себя самого.

Держали полковника в лагерях военнопленных в Крыму и Херсоне. Как раз в Херсоне ему на глаза попалась одна из листовок генерала Власова, и в мае 1943 года он добровольно изъявил желание присоединиться к Русской освободительной армии (РОА).

Среди старшего офицерского состава таких активистов было немного, поэтому немцы немедленно перевели Буняченко в Кировоград, где с ним началась плотная работа.

Железный крест

Буняченко всеми силами доказывал немцам, что его выбор сознательный и искренний. Сначала он преподавал в офицерской школе, где готовились кадры для коллаборационистских частей, а затем стал офицером связи РОА при штабе 7-й германской армии на Западном фронте. В составе так называемых «восточных добровольческих батальонов» Буняченко отличился в боях с союзниками, за что получил Железный крест 2-го класса.

После этого Буняченко представили Власову, который назначил полковника командиром так называемой 1-й дивизии вооружённых сил Комитета освобождения народов России. В подразделение объединялись все мало-мальски боеспособные коллаборационистские части, включая убийц и мародеров из 29-й гренадёрской дивизии СС, чей командир Бронислав Каминский был к тому времени уже расстрелян.

В феврале 1945 года Буняченко был произведен в генерал-майоры, однако большой радости от этого не испытал. Война катилась к финалу, и он был совсем не таким, каким казался тогда, когда советский полковник сдавался в плен румынам.

Бегство с Одера

Дивизию Буняченко перебросили на Восточный фронт, где в начале апреля 1945 года немецкое командование предписало ей ликвидировать советский плацдарм на Одере.

Однако плацдарм «Эрленгоф», где держали оборону части 33-й армии 1-го Белорусского фронта, был отлично укреплен, и власовцы понесли тяжелые потери.

Буняченко довольно быстро понял, что немецкое командование не слишком ценит его подчиненных и готово положить их всех в попытках уничтожить советский плацдарм.

Ситуация сложилась весьма интересная: 1-я дивизия ВС КОНР от дальнейшего наступления уклонилась и самовольно отошла на вторую линию обороны, требуя боеприпасов и подкреплений.

Немцы в ответ требовали от Буняченко продолжать наступление, но делали это не очень настойчиво, опасаясь бунта, который мог ускорить и без того уже неизбежный крах.

В итоге Буняченко, уклоняясь от столкновений с немцами, повел свою дивизию в Чехословакию для соединения с остальными подразделениями РОА.

Что случилось в Праге

Начавшаяся Берлинская наступательная операция Красной армии на некоторое время оставила Буняченко и его людей в тени. Сам же генерал в этот момент думал, как спастись на этот раз. Выход ему виделся один: попытаться договориться с западными союзниками, выдав себя за жертву «сталинской тирании».

В начале мая 1945 года на территории Чехословакии, где еще сохранились значительные силы вермахта, началось восстание. Его руководители обратились за помощью к власовцам. Мнения разделились: осторожный Власов не хотел вступать в конфликт с немцами, а Буняченко полагал, что эта помощь впоследствии даст возможность скрыться в зоне ответственности англо-американских частей.

Подразделения 1-й дивизии ВС КОНР принимали весьма ограниченное участие в боях в Праге. В том числе еще и потому, что Буняченко вел переговоры с чехами о своей дальнейшей судьбе. В восстании против немцев участвовала довольно пестрая публика, и поначалу генерал получил гарантии безопасности. Но затем вмешались чешские коммунисты, имевшие серьезное влияние в руководстве восставших. Зная, кто такие власовцы, они заявили, что никаких гарантий предателям и коллаборационистам давать не будут. Хотя бы потому, что такой публики хватало и у самих чехов и после войны с ними не церемонились.

Время расплаты

Не добившись желаемого, Буняченко стал уводить свои части на запад, поближе к американцам. А ему на пятки уже наступали подразделения Красной армии, чьи разведгруппы вели охоту на высокопоставленных власовцев.

Буняченко все-таки успел добраться до американской зоны оккупации. Но командование 3-й американской армии объявило, что пропускать власовцев на свою территорию не намерено. В полдень 12 мая генерал Буняченко распустил свою дивизию, заявив, что дальше каждый будет решать свою судьбу сам. Вместе со своей штабной колонной он прибыл в штаб 3-й американской армии, надеясь найти убежище в качестве «борца со сталинизмом».

Этот номер не прошел: 15 мая 1945 года американцы передали Буняченко и офицеров его штаба командованию 25-го танкового корпуса Красной армии.

Буняченко предстал перед судом вместе с генералом Власовым и другими высокопоставленными изменниками. Военная коллегия Верховного суда СССР приговорила 12 подсудимых к смертной казни через повешение. Буняченко в этом списке значился под номером 8. Вместе со всеми он был повешен во внутреннем дворе Бутырской тюрьмы 1 августа 1946 года.

https://aif.ru/society....rodaval


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Пятница, 20 Декабря 2019, 07.52.00 | Сообщение # 1156
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Предатель родины, герой Советского Союза. История самой глупой измены



Жил-был такой офицер советских ВВС, лётчик Семён Трофимович Бычков. Великая Отечественная война застала его в возрасте 23 лет в звании младшего лейтенанта. В июле 1942-го Бычков попал под трибунал за поломку самолёта (неудачно приземлился спьяну), ему присудили пять лет пребывания в колонии, но затем отправили на фронт. Дрался Бычков так лихо (он участвовал в битве под Сталинградом), что судимость скоро (уже в октябре) сняли специальным приказом Военного совета – «за заслуги в деле борьбы с немецко-фашистскими оккупантами». Довольно быстро отчаянный Семён обрёл погоны капитана и занял должность заместителя командира 482-го истребительного авиационного полка. А 2 сентября 1943 года Бычков был удостоен звания Героя Советского Союза, награждён медалью «Золотая звезда» и орденом Ленина: за 15 немецких самолётов, лично сбитых в воздушных дуэлях. В представлении к награде было сказано: «проявил себя отличным лётчиком-истребителем, у которого отвага сочетается с большим мастерством. В бой вступает смело и решительно, проводит его в большом темпе, навязывает свою волю врагу, используя его слабые стороны. Проявил себя отличным командиром-организатором групповых воздушных боёв». Кто бы мог подумать, что всего через несколько месяцев Бычков начнёт верно служить… немцам.

Алкоголь, трибунал и обида

Получилось всё таким образом. 10 декабря 1943-го истребитель Семёна сбили огнём зениток: лётчик получил ранения и в бессознательном состоянии попал в плен к солдатам вермахта. Удивительно, но весьма скоро, уже в феврале 1944-го, капитан пошёл на сотрудничество с нацистами. Как впоследствии (после Победы) объяснял Бычков следователям на допросах в Москве, его вынудили к измене силой: очень серьёзно давили морально и физически. А ещё один бывший Герой Советского Союза, состоявший на службе в вермахте (старший лейтенант Бронислав Антилевский), якобы избил пленника, дабы склонить к предательству. Однако соседи Бычкова по лагерю Морицфельд в Польше рассказали иное: с Антилевским Семён как раз дружил и добровольно решил работать с нацистами. Причиной послужила судимость за поломку самолёта в 1942 году, поскольку капитан затаил обиду: подумаешь, выпил и истребитель угробил, это вовсе не повод под трибунал храбреца-лётчика отдавать. В общем, Бычков вступил в специальную «русскую группу» люфтваффе и сначала перегонял самолёты на Восточный фронт. В дальнейшем, заслужив доверие оккупантов, до июня 1944-го участвовал в антипартизанских операциях у Двинска, обстреливая своих соотечественников с воздуха.


Бронислав Антилевский.

Карьера на краю пропасти

После расформирования немцами эскадрильи Бычков примкнул к печально знаменитому генералу Власову, записавшись в 1-й авиационный полк Комитета освобождения народов России (КОНР), созданный нацистами в октябре 1944-го, когда полностью стало ясно, что рейху приходит конец. Бычков словно этого не понимал. Он постоянно ездил по лагерям военнопленных, выступал там с пламенными речами, горячо уговаривая советских военнослужащих переходить к гитлеровцам во власовскую «Российскую освободительную армию» (РОА). Разумеется, подавляющее большинство на призывы бывшего капитана не реагировало: одним помогла верность присяге, другим – мысль, какой же идиот примкнёт к немцам, если сейчас они отступают по всем фронтам, а Красная армия каждый день занимает новые города? Но Бычков отчего-то внезапно уверился: немцы не проиграют войну, и преисполнился оптимизма. «Смотрите, Гитлер дошёл до Москвы, сталинские войска не пали духом, и сейчас ситуация поменялась, – говорил он. – Так снова случится, будьте уверены. Дойдём до Германии, и потом погонят нас обратно. Немец совсем не дурак, лучше с ним дружить». В феврале 1945-го предатель получил от своих хозяев звание майора РОА и знак отличия 3-го класса «За заслуги», чем ужаснейше гордился. Мол, окаянные большевики не ценили такого чудесного специалиста, всего лишь до капитана дослужился за столько лет, зато немцы хвалят и награждают. Поразительно: оставалось всего 3 месяца до Победы и краха Третьего рейха, а Бычков восторгался своей карьерой в организованных гитлеровцами формированиях. Реально, он являлся самым глупым изменником из всех, кто сотрудничал с нацистами.

«Хотел убить Власова и Гитлера»

Завершилась эта глупость вполне себе логично. В конце апреля 45-го даже весьма неумный экс-герой Советского Союза наконец-то сообразил, что «Великая Германия» рушится, а его на Родине ждет как минимум расстрел, как максимум виселица. Бычков решил обмануть судьбу и специально сдался военнослужащим 12-го корпуса 3-й американской армии. Он спокойно предложил свои услуги американцам, думая, что профессионала, имеющего советские и немецкие награды, просто с руками оторвут. Ожидания предателя не оправдались – в сентябре 1945-го Семёна Бычкова, забрав из лагеря для военнопленных немцев в Шербуре (Франция), передали советской стороне. Бычков и тут считал, что вывернется. Он совершенно заврался на допросах: то утверждая, что его страшно били, мучили, и только поэтому он перешёл на службу к немцам, то заявляя, что это был секретный план, дабы втереться к нацистам в доверие и убить Власова или, по возможности, самого Гитлера. Изменнику не поверили. 24 августа 1946 года Военный трибунал Московского военного округа приговорил Бычкова к высшей мере наказания. Тот возмущённо подал прошение о помиловании, не считая свою работу на врага чем-то плохим. Не помогло. 4 ноября экс-капитана РККА расстреляли. Указом президиума Верховного Совета СССР от 21 марта 1947 года его лишили всех наград.

Судьба второго бывшего Героя Советского Союза Бронислава Антилевского, в 1943 году решившего сотрудничать с немцами, сложилась весьма похоже. Он купил поддельные документы на фамилию Березовский и попытался выехать в СССР из советской зоны оккупации Германии. 12 июня 1945 года при тщательном обыске сотрудники НКВД нашли у Антилевского в каблуке сапога медаль «Золотая звезда» и документы на настоящее имя. Свидетелей предательства в плену оказалось более чем достаточно: старший лейтенант не стал отпираться от своих преступлений. 29 ноября 1946 года он был расстрелян, а его имущество – конфисковано. Вот так печально, но закономерно закончилась история предательств обоих Героев Советского Союза, решивших сделать карьеру в армии Гитлера.

https://aif.ru/society...._izmeny


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Пятница, 20 Декабря 2019, 08.08.46 | Сообщение # 1157
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Большая ложь. Кто и как сделал генерала Власова «освободителем Праги»

Удивительные вещи в последнее время творятся в столице Чехии Праге. Вслед за демонтажом памятника маршалу Ивану Коневу, чьи войска в мае 1945 года освобождали город, прозвучала инициатива об установке монумента в честь нового героя: вождя так называемой Русской освободительной армии (РОА) генерала Андрея Власова.

Памятник ради бешенства коммунистов

Автором инициативы стал староста пражского района Ржепорье Павел Новотны. Как признает сам Новотны, идею монумента ему подсказал соратник по Гражданской демократической партии, основатель Института исследований тоталитарных режимов Павел Жачек.

«Неоднозначные власовцы вызывают эмоции прежде всего у коммунистов и путинской пятой колонны в Чехии, поскольку опровергают их пропагандистский тезис об освобождении Праги Красной армией», — пишет чешское издание Forum 24. Собственно, сам Новотны и не скрывает, что хочет позлить политических оппонентов: «Коммунисты будут в бешенстве».

Тезис о том, что Прагу в мае 1945 года спасли не советские солдаты, а коллаборационисты из РОА, стал популярен в Чехии сразу после падения в 1989 году социалистического режима. Впрочем, самих чехов вряд ли можно считать изобретателями этой концепции.

Неправда из «Архипелага...»: как Александр Солженицын сочинил миф о пражском подвиге РОА

На приоритет с полным основанием может претендовать до сих пор почитаемый в России Александр Исаевич Солженицын, который в произведении «Архипелаг ГУЛАГ» писал: «Уже при общем развале, уже без согласования с Oberkomando, Власов к концу апреля собрал свои две с половиной дивизии под Прагу. Тут узналось, что эсесовский генерал Штейнер готовится уничтожить чешскую столицу, в целом виде не отдать её. И Власов скомандовал своим дивизиям перейти на сторону восставших чехов. И всю обиду, горечь, злость, какую накопили на немцев подневольные русские груди за эти жестокие и бестолковые три года, выпустили теперь в нападении на немцев: с неожиданной стороны вышибли их из Праги. (Все ли чехи разобрались потом, [[какие]] русские спасли им город? У нас история искажена, и говорят, что Прагу спасли советские войска, хотя они бы не могли успеть)».

Надо сказать, что размышления Солженицына о власовцах не попали в вариант «Архипелага», предложенный ученикам российских школ. Вдова писателя Наталья Солженицына, готовившая вариант произведения для школьников, объяснила это так: «Власовскую армию я не включала сюда совсем. Дело в том, что в изначальном „Архипелаге“ было очень мало о Власове: то, что Александр Исаевич мог знать от своих подельников, вернее, от тех, с кем он сидел в камере, это были сведения очень лапидарные. На Западе мы получили дополнительные сведения, в том числе о Власовской армии. Люди, которые выжили, присылали свои свидетельства, кое-что было опубликовано, и он сильно увеличил этот раздел во втором издании. Я решила это полностью элиминировать, потому что наше общество не готово сегодня это обсуждать. Пусть ещё пройдут десятилетия, когда люди будут обсуждать это».

Обсуждать тем не менее надо. Поскольку писатель, как он это делал неоднократно, почерпнув сведения из неопределенных источников, запустил миф, который наносит нашей стране, как и видно из современных реалий, серьезный ущерб.

1-я пехотная дивизия

Несмотря на то, что генерал Власов, сдавшийся немцам и согласившийся с ними сотрудничать, предлагал создать большое коллаборационистское военное формирование для «освобождения России от коммунизма» еще в конце 1942 года, практическая деятельность в этом направлении началась лишь во второй половине 1944 года.

Руководство Третьего рейха, понимая всю катастрофичность своего положения, готово было на все, лишь бы увеличить численность своих быстро сокращающихся армейских формирований.

После создания в ноябре 1944 года так называемого Комитета освобождения народов России, на учебном полигоне в Мюнзингене началось формирование 1-й пехотной дивизии РОА. В новую структуру сводили остатки ранее существовавших коллаборационистских подразделений, таких, как 29-я ваффен-гренадерская дивизия СС «РОНА», 30-я ваффен-гренадерская дивизия СС, целый ряд «восточных батальонов» и так далее. Ее командиром был назначен бывший командир 59-й отдельной стрелковой бригады Красной армии Сергей Буняченко, сдавшийся врагу в декабре 1942 года под городом Орджоникидзе. В апреле 1945 года дивизия Буняченко участвовала в атаке 119-го укрепрайона советской 33-й армии в районе Фюрстенберга. Потеряв в двухдневных боях около 370 человек убитыми, дивизия отошла в тыл.

К тому моменту, когда советские войска приступали к операции по штурму Берлина, РОА фактически находилась на стадии формирования. Ее руководители, однако, уже прекрасно понимали, что Третий рейх потерпит неизбежное поражение, с коллаборационистами или без. Поэтому главной задачей командование РОА видело сдачу в плен западным союзникам, рассчитывая подать себя как «убежденных борцов против коммунизма».

Поэтому формирования коллаборационистов перешли к тактике, которую можно назвать саботажем. Не вступая в прямой конфликт с немцами, части РОА пытались уклониться от серьезных боев с Красной армией и уйти как можно дальше к территориям, которые, как предполагалось, вскоре займут англо-американские войска.

Восстание в столице Чехословакии

К началу мая 1945 года подразделения РОА, в том числе 1-я пехотная дивизия Буняченко, оказались на территории Чехословакии. Несмотря на то, что Гитлер был мертв, а Берлин переживал последние часы обороны, на территории протектората Богемии и Моравии продолжали вести бои подразделения группы армий «Центр» под командованием фельдмаршала Шернера и часть подразделений группы армий «Австрия» генерала Лотара Рендулича. Общая численность этой группировки составляла около 900 тысяч солдат и офицеров.

Жители Праги, немало натерпевшиеся за годы гитлеровской оккупации, ждать больше не могли и не хотели. Когда до города дошли новости о падении Берлина, восстание началось практически стихийно. В ночь на 5 мая 1945 года премьер-министр протектората Богемии и Моравии Рихард Бинерт по радио заявил о ликвидации протектората и начале всеобщего восстания против оккупантов. На улицах города закипели ожесточённые бои. Повстанцы захватили центральный телеграф, почтамт, электроцентраль, мосты через Влтаву, железнодорожные вокзалы со стоящими там эшелонами, в том числе немецкие бронепоезда. Им также удалось разоружить несколько небольших немецких подразделений.

Разъяренный фельдмаршал Шернер бросил против повстанцев танковые подразделения. Бои на улицах города приняли ожесточенный характер. Гитлеровцы не щадили никого и разрушали все на своем пути. Стало ясно, что без помощи извне Пражское восстание рискует обернуться кровавой катастрофой. Разные политические силы ожидали помощи с разных сторон: националисты надеялись на американцев, находившихся в 80 километрах от Праги, коммунисты — на советские войска.

Американское командование приняло решение не наступать на Прагу, оставив задачу её освобождения советским войскам: по ранее достигнутым соглашениям, столица Чехословакии находилась в зоне ответственности Красной армии.

Новости о восстании заставили советское командование спешно корректировать свои планы. 6 мая, на сутки раньше намеченного срока, главная ударная группировка 1-го Украинского фронта под командованием маршала Ивана Конева начала наступление. Оно шло в круглосуточном режиме.

Власов против Буняченко

Пражское радио передавало обращение к жителям: «Пражане, мы зовём вас в бой за Прагу, за честь и свободу народа! Стройте баррикады! Будем сражаться! Союзные армии приближаются! Надо выдержать, остаются всего лишь часы. Выстоим! Вперёд, в бой!»

Дивизия Буняченко, находившаяся неподалеку от Праги, получила предупреждение от немецкого коменданта Праги Рудольфа Туссена: в случае если бойцы РОА продолжат движение на Запад, к ним будет применена военная сила. Командование 1-й дивизии РОА столкнулось с еще одной проблемой: военнослужащие начали дезертировать. Часть из них присоединилась к отрядам советских парашютистов, действовавшим в окрестностях чешской столицы с марта 1945 года. Но таких оказалось около 300-400 человек при общей численности дивизии Буняченко в 18-20 тысяч человек.

Все то время, что 1-я дивизия РОА, де-факто оставив фронт, гуляла по немецким тылам, генерал Власов пытался урегулировать конфликт с немецким командованием. Немцы и сами не горели желанием вступать в конфликт с отчаявшимися коллаборационистами. Но на фоне начавшегося Пражского восстания поругались Буняченко и Власов. Последний, которому сегодня собираются ставить памятник, был категорическим противником вмешательства в пражские события, призывал увести дивизию подальше от зоны активных боев, чтобы сдаться американскому командованию.

Буняченко же был готов помочь повстанцам, рассчитывая, что это поможет затем договориться с американцами. Но была и еще одна причина, о которой позже вспоминали бывшие власовцы: в дивизии были сильны антинемецкие настроения, и солдаты горели желанием нанести удар по немцам. Буняченко вынужден был учитывать этот факт, дабы полностью не утратить контроль над дивизией.

Власов, поняв, что Буняченко ему не подчинится, попросту удалился и никакого участия в событиях в Праге не принимал.

Два дня боев с последующим отступлением

6 мая подразделения 1-й пехотной дивизии РОА вступили в бои с немцами в Праге. В течение двух дней боев им удалось взять под контроль ряд районов города, однако ни о каком подавлении немецкого гарнизона речи не шло. Более того, комендант Туссен предупредил Буняченко, что 8 мая чешские повстанцы будут разбиты подходящими на помощь подразделениями группы армий «Центр».

К 7 мая стало окончательно ясно, что американская армия на помощь Праге идти не собирается. Чешский национальный совет объявил, что участие власовцев в боях в городе является их личным делом и никак не согласовано с руководителями восстания.

Всерьез драться с гитлеровцами в планы Буняченко не входило. Вечером 7 мая командир дивизии РОА отдал приказ уходить из Праги на запад.

Командир 2-го полка подполковник РОА Вячеслав Артемьев в своих воспоминаниях так описывал это отступление: «Дивизия пешим маршем отходила от Праги. Снова улицы были заполнены народом. Но не радостным было его прощание с власовскими войсками. Не с восторженными криками и приветствиями, а со слезами страха и отчаяния люди провожали бойцов, обращаясь к ним с мольбой не уходить, а остаться защищать их. Женщины, плача, становились на колени, протягивали своих детей, преграждая путь уходящим полкам... Чешские офицеры из штаба восстания несколько раз догоняли уходящую дивизию на автомобилях, умоляя вернуться в Прагу».

Даже если Артемьев и сгущает краски, то это все равно мало похоже на уход из освобожденного города.

Но Буняченко все разъяснил в приказе по дивизии, выпущенном 8 мая: «Объявляю благодарность всему личному составу дивизии за доблестное выполнение солдатского долга в боях на подступах к Праге и в самой Праге, чем оказана помощь чешскому народу в борьбе против озверелого фашизма за свою независимость. Этой жертвенной борьбой солдаты и офицеры дивизии вынудили командование Германского гарнизона г. Праги подписать капитуляцию к 24:00 8.5.45 г., по которой гарнизон складывает оружие и уходит в любом направлении».

Кто с кем воевал в Праге после ухода власовцев?

Обратите внимание: власовский комдив на освобождение Праги даже не претендует. Он говорит о причастности к некоей «капитуляции».

А что же было на самом деле? 8 мая 1945 года, то есть после ухода власовцев, в Праге продолжились ожесточенные бои.

Из книги Отто Вайдингера «Товарищи до конца. Воспоминания командиров панцер-гренадерского полка „Дер Фюрер“. 1938-1945»: «8 мая 1945 года. Утром при поддержке всего имеющегося в наличии тяжелого оружия была продолжена атака на мост, и нам удалось захватить плацдарм на другом берегу реки. Офицер разведки постоянно прослушивал радиопередачи, чтобы своевременно информировать командира полка СС „Дер Фюрер“ о развитии общего положения. Радиостанция Праги несколько раз переходила из рук в руки. Чехи призывали прекратить борьбу, которую они же сами и начали. В различных местах города возникали пожары».

После 16:00 повстанцы и немецкие части в Праге заключают перемирие. Причиной стали новости о том, что в ночь с 8 на 9 мая должно произойти подписание капитуляции всех немецких частей. Суть соглашения между повстанцами и немцами заключалась в следующем: боевые действия в Праге прекращаются, и гитлеровские части беспрепятственно уходят на запад.

Из приказа командира полка СС «Дер Фюрер»: «Со стороны боевой группы „Дер Фюрер“ не будет произведено больше ни одного выстрела. Однако все оружие должно содержаться в боевой готовности. Только в том случае, если колонна будет остановлена чехами или обстреляна, следует открывать ответный огонь... Во время марша до американских позиций, само собой разумеется, необходимо соблюдать строжайшую дисциплину. Конечный пункт марша — город Пльзень. Маршрут движения будет обозначен мотоциклетным разведывательным взводом».

Насколько город был под контролем чехов, можно судить из еще одного отрывка из той же книги Отто Вайдингера: «В 20:00 командир полка СС „Дер Фюрер“ представился командующему силами вермахта в Праге генералу Туссену, который не скрывал радости по поводу прибытия подкрепления. По штаб-квартире бегали агрессивно настроенные чешские офицеры и в грубой форме требовали от некоторых отделов штаба очистить занимаемые кабинеты. Вызванное из 3-го батальона отделение под командованием штурмбаннфюрера СС Вернера быстро и без применения силы восстановило порядок, и повстанцы убрались восвояси».

С немцами покончили солдаты маршала Конева

К утру 9 мая Прага не была свободна от гитлеровских войск: группировка фельдмаршала Шернера продолжала отступление через столицу Чехословакии. Кроме того, отдельные немецкие формирования и не собирались уходить, предпочитая дать последний бой. Именно поэтому ранним утром 9 мая танки 3-й и 4-й гвардейских танковых армий 1-го Украинского фронта вступили в тяжелые бои с противником на улицах города. А в окрестностях Праги отдельные гитлеровские формирования добивали еще в течение нескольких дней.

Еще один пикантный момент — «освободители Праги» из дивизии Буняченко и «разгромленные» ими немцы двигались одним и тем же маршрутом: в Пльзень, где остановились американские части.

Подведем итоги. Командующий Русской освободительной армии генерал Власов в событиях в Праге не принимал никакого участия, более того, он был горячим противником помощи чехословацким повстанцам. Дивизия генерала Буняченко, в течение двух дней участвуя в боях в Праге, не добилась победы над гитлеровцами и покинула город, в котором продолжались тяжелые бои. Никакого освобождения Праги до подхода войск маршала Конева не было: подразделения немецкой группировки расчистили себе возможность отступления для сдачи в плен американцам и не добили повстанцев только потому, что в сложившейся ситуации в этом для них не было никакой практической пользы. Иначе Прагу ждала бы печальная участь Варшавы.

https://aif.ru/society....m_pragi


Qui quaerit, reperit
 
Авиация СГВ » ВОЕННОПЛЕННЫЕ - ШТАЛАГИ, ОФЛАГИ, КОНЦЛАГЕРЯ » ЛИТЕРАТУРА О ПЛЕНЕ И ПОСЛЕ ПЛЕНА » Красная Армия против власовцев
  • Страница 39 из 39
  • «
  • 1
  • 2
  • 37
  • 38
  • 39
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2020
Хостинг от uCoz
Счетчик PR-CY.Rank Яндекс.Метрика