Авиация СГВ
Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск Лента RSS

  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: galina, Саня, Валентин  
Авиация СГВ » МЕМОРИАЛЫ И ЗАХОРОНЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ » ЛИТЕРАТУРА О ВОЙНЕ » На главном — Бухарестском направлении (Айнутдинов С.Х.)
На главном — Бухарестском направлении (Айнутдинов С.Х.)
СаняДата: Вторник, 09 Мая 2017, 14.46.54 | Сообщение # 1
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Айнутдинов Сергей Хусаинович
В памяти и в сердце
Сайт «Милитера» («Военная литература»): militera.lib.ru и militera.org
Издание: Айнутдинов С. X. В памяти и в сердце. — Екатеринбург: ГИПП «Уральский рабочий», 2000.
Книга на сайте: http://militera.lib.ru/memo/russian/ainutdinov_sh/index.html
Книга одним файлом: http://militera.lib.ru/memo/0/one/russian/ainutdinov_sh.rar
Иллюстрации: http://militera.lib.ru/memo/russian/ainutdinov_sh/ill.html
OCR, правка: Андрей Мятишкин (amyatishkin@mail.ru)
Дополнительная обработка: Hoaxer (hoaxer@mail.ru)
[1] Так помечены страницы, номер предшествует.
Айнутдинов С. Х. В памяти и в сердце. — Екатеринбург: ГИПП «Уральский рабочий», 2000. — 432 с. — (55 лет Великой Победы) ISBN 5–85383–167–4. Тираж 700 экз.
Аннотация издательства: 375-я Уральская, Харьковско-Бухарестская дважды Краснознаменная... Уже само наименование дивизии дает некоторое представление о ней как о прославленной воинской части. А если учесть, что на многотрудном боевом пути дивизии от заснеженных полей Подмосковья до Праги (через Курскую дугу, Корсунь-Шевченковский, Яссы, затем Румынию, Венгрию, Австрию, Чехословакию) этой части ни разу не пришлось испытать горечь отступления, то как не восхищаться героизмом ее воинов! Как не рассказать о них хотя бы в кратком повествовании! И Сергей Хусаинович Айнутдинов, автор книги, по долгу живого перед памятью живых и павших однополчан решил рассказать о том, что сам видел, пережил или услышал из первых уст о боевых делах дивизии и ее воинах, главным образом о земляках-уральцах. Автор прошел всю войну с 1941 по 1945 год, в 375-й дивизии был начальником политотдела, заместителем командира дивизии по политической части.
Содержание

От издательства [5]

К читателям [7]

За нами — Москва

Рождение 375-й [10]

Крещение [18]

Старые карты [23]

Деревни, деревни [32]

Во имя грядущей [36]

Перед рассветом [40]

«Рождество Христово» [42]

Не давать передышки [49]

Каннибалы [51]

В ночь под Новый год [54]

Равнялись на коммунистов [57]

Вечная слава [61]

Комбат [63]

Степан Плотников [66]

Степан Кузькин [68]

Иван Наймушин [69]

Борьба за жизнь [76]

Письма к живым [80]

Два вершка до Волги [87]

Танки над окопом [94]

Кисет [99]

На главном направлении [101]

На огненной дуге

Первое утро на южном фасе [116]

Подземный город [125]

Перед решающими сражениями [129]

Перед бурей [130]

День первый, пятое июля [144]

День второй [164]

Ни шагу назад [173]

Облик убийцы [175]

Стальные клещи [176]

Даешь Белград [182]

Почетное наименование [188]

Вперед на запад

На Днепре [203]

На Полтаву [209]

На Кременчуг [214]

Форсирование Днепра [216]

Пылающий плацдарм [226]

Бои за Ново-Григорьевку [236]

Под Корсунь-Шевченковским [244]

В боевом взаимодействии [258]

Преследование [260]

Украинский каравай [267]

На проводе колхоз имени Ленина [270]

Рейд по тылам врага [272]

По пятам раненого зверя [273]

Разведку возглавите Вы [275]

Оборона [277]

Вечером у блиндажа [279]

За рубежом Родины

На главном Бухарестском направлении [284]

Марш [288]

Бои на рубеже Ченадол-Маре, Периам, Билед [290]

Бои в Трансильвании [294]

Санитар [301]

Последние бои на территории Венгрии [305]

Бой на западном берегу реки Грон [311]

После разгрома Будапештской группировки немцев [330]

Все дальше на запад [335]

Бои у Малых Карпат [341]

Бои в Австрии [345]

Европа ликовала [349]

Завершающие бои [353]

Кровавый след фашистов [359]

Победный май [361]

Словом и личным примером

Штрихи к партполитработе в наступательном бою [365]

Агитатор в бою [378]

Вслед за атакующими [384]

В городе Штеховце [387]

Даль памяти (вместо заключения) [392]

href=07.html>Литература [401]

Историческая справка о боевом пути 375-й Уральской стрелковой дивизии [403]

Список руководящего состава дивизии [419]

Примечания

Список иллюстраций

http://militera.lib.ru/memo/russian/ainutdinov_sh/index.html


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 09 Мая 2017, 14.49.26 | Сообщение # 2
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
На главном — Бухарестском направлении

Фашисты упорно сопротивлялись. Видя реальную угрозу окружению, гитлеровцы в районе Яссы спешно развертывали резервные силы. Войска 2-го Украинского фронта вышли на рубеж Радэуцы, Огреев, Дубоссары и готовились к решающему удару по врагу. По дорогам к Яссану, где был намечен главный удар фронта, под покровом ночи шли непрерывные потоки машин с боеприпасами, тягачи тянули мощную артиллерию, шли танки, «катюши» и колонны пехоты. Подготовка к операции проводилась настолько скрытно, что до 18 августа гитлеровцы о ней ничего не знали.

В ночь на 7 августа, сдав свой участок обороны, уральская 375-я стрелковая дивизия выступила на марш в направлении Яссы. Все воины чувствовали, что готовится что-то грандиозное. Это готовилась Ясско-Кишиневская операция.

К началу Ясско-Кишиневской операции дивизия находилась во втором эшелоне в составе 53-й армии, имея задачу после прорыва обороны противника развить успех войск первого эшелона. Артиллерия дивизии — 932-й артполк, противотанково-истребительный дивизион, артиллерия и минометы стрелковых полков под руководством командующего артиллерией дивизии полковника Николая Даниловича Азарова заняла огневые позиции непосредственно в боевых порядках пехоты первого эшелона для участия в огневом налете по позициям врага во время прорыва его переднего края обороны. [285]

Как только начался рассвет 20 августа, тысячи орудий, минометы фронта обрушили на врага свой смертельный огонь. Авиация сбрасывала бомбы и штурмовала вражеские войска. В ходе артподготовки на каждые 100 метров обороны фашистов обрушилось до 50 тонн боеприпасов. Так писали об этом газеты.

Накануне наступления Военный совет 2-го Украинского фронта издал директиву, доведенную до нас, где говорилось: «Разъяснить всему личному составу войск, что мы воюем теперь на чужой территории, от каждого солдата и офицера требуются высокая бдительность, подтянутость и организованность, решительная борьба против беспечности, ротозейства и распущенности. К румынскому гражданскому населению относиться с советским достоинством и не допускать никаких самочинных и произвольных действий»{50}.

Мы разъясняли интернациональную миссию Советской Армии по освобождению Румынии от фашистского ига, говорили о необходимости провести четкую грань между трудящимися румынского народа и фашистской верхушкой, о том, что цель советских воинов — не мстить, а, разгромив фашизм, освободить народы Европы.
* * *

Вот прорвана вражеская оборона, танки, пехота устремились в прорыв, начали преследовать врага. Это произошло благодаря тому, что командованию фронтом удалось создать на направлениях главного удара решительное превосходство сил и средств над врагом.

21 августа для развития успеха вошел в прорыв и второй эшелон фронта: общевойсковые соединения, в том числе и наша 375-я стрелковая дивизия.

Дивизия, ломая ожесточенное сопротивление врага на своем направлении, стала один за другим освобождать населенные пункты Румынии и двигаться вперед.

События разворачивались стремительно. Войска 2-го, 3-го Украинских фронтов, силы Черноморского флота Дунайской военной флотилии и авиация дальнего действия в короткий срок разгромили крупную группировку фашистов, что привело к коренному изменению военно-политической обстановки на Балканах. Советские войска к исходу 23 августа окружили и разгромили 18 немецких дивизий и 20 из 22 румынских. Гитлеровцы и фашистский режим Антонеску лишились вооруженной опоры в стране. [286]

Победоносное и стремительное наступление Советской Армии создало благоприятные условия для начала вооруженного восстания в Румынии.

Вечером 23 августа в Бухаресте под руководством Коммунистической партии Румынии произошло вооруженное антифашистское восстание, которое и свергло фашистскую диктатуру Антонеску. Новое румынское правительство заявило о выходе из войны на стороне Германии и объявило ей войну.

Не смирившись с потерей Румынии, Гитлер бросил на Бухарест свои войска, подвергнув город варварской бомбардировке и артобстрелу.

Советское командование сделало все для быстрейшего разгрома фашистских частей, находившихся на подступах к Бухаресту, и для оказания помощи повстанцам.

24 августа Командующий 2-м Украинским фронтом приказал генералу Манагарову сформировать и возглавить подвижную группу войск.

В состав подвижной группы вошли: армейский тяжелый танково-самоходный полк и 75-й стрелковый корпус генерал-майора Акименко из двух стрелковых дивизий — Уральской 375-й (командир генерал-майор Карпухин) и 233-й (командир Сидоренко). Кроме того, в группу была включена 1-я добровольческая пехотная дивизия имени Тудора Владимиреску, сформированная на территории Советского Союза из румынских военнопленных в феврале 1943 года, командовал ею полковник Николас Камбря.

Подвижная группа получила приказ: с рассветом 26 августа перейти в решительное наступление с рубежа Бырлауд, Берешти, сходу прорваться через «фокшанские ворота», овладеть Бухарестом.

375-я уральская дивизия 26 августа в соответствии с вышеуказанным приказом из района Бырлауд перешла в наступление в южном направлении. Уничтожая разрозненные группы немцев, двигалась вперед по 50–60 километров в сутки.

28 августа дивизия погрузилась на автомашины 64-го автополка в районе юго-восточнее г. Текучи и стала преследовать противника по маршруту Текучи — Фокшаны — Уранчени, чтобы овладеть Бухарестом.

Преследуя отступающего противника, дивизия, преодолевая водные преграды, инженерные заграждения и подавляя отдельные очаги сопротивления врага, подошла к фокшанскому укрепленному району, где была создана крепкая оборона. [287]

Однако темп наступления был настолько высок, что немцы не успели занять всех долговременных огневых точек, которых было до шести на километр фронта. Дивизия с ходу ворвалась в фокшанский укрепленный район, преодолев его, устремилась к Бухаресту.

Действовать дивизии пришлось без поддержки артиллерии. Но, проявляя решительность, высокое мастерство, мужество и отвагу, воины вышли победителями в единоборстве с врагом.

Так действовала рота старшего лейтенанта Малецкого. В скоротечном бою в фокшанском укрепленном районе она уничтожила два дота, подбила один танк. Действовавший в главной походной заставе взвод младшего лейтенанта Михаила Лавренкова решительной атакой захватил мост через реку и удерживал его, отбивая яростные атаки немцев до подхода главных сил. Михаил Лавренков был представлен к награждению орденом Ленина.

Так, ломая упорное сопротивление отступающих частей врага, освобождая румынские города и села, 375-я уральская дивизия вместе с 18-м танковым корпусом вышла к подступам Бухареста.

31 августа 1944 года уральская дивизия вступила в освобожденную румынскими повстанцами столицу Румынии Бухарест и прошла торжественным маршем по его улицам.

При прохождении по улицам города полков дивизии с развернутыми боевыми знаменами горожане, празднично одетые, дружелюбно встречали своих освободителей, махали красными флажками, в знак приветствия поднимали зажатый кулак и кричали «Ура!» Они забросали проходившие части дивизии цветами, машины еле двигались. Некоторые молодые румыны вскакивали на подножки машин и крепко сжимали руки бойцам. На площадях проходили митинги, люди танцевали, обнимали, целовали наших воинов. Только к вечеру части дивизии вышли на западную окраину города и заняли оборону.

Вечером 31 августа воины дивизии получили 9-ю благодарность Верховного Главнокомандующего товарища Сталина. А дивизия за отличные действия на подступах к Бухаресту получила наименование «Бухарестской». Также стал «Бухарестским» 1241-й стрелковый полк.

Перед дивизией была поставлена задача: оборонять Бухарест и нести гарнизонную службу. Неся гарнизонную службу в Бухаресте с 31 августа по 10 сентября, части дивизии привели в порядок материальную часть, готовились [288] к преследованию потерпевшего поражение на подступах к Бухаресту, но упорно сопротивляющегося, недобитого врага.

Одновременно воины 1243-го стрелкового полка охраняли интернированных фашистских генералов, офицеров, дипломатов и служащих, ранее работавших в немецких учреждениях в Бухаресте. И каждую ночь на 30–40 грузовых автомашинах их отправляли в Советский Союз.
* * *

1 сентября в Бухаресте дивизия, рожденная на Урале, отметила свое славное трехлетие. На вечер собрались ветераны дивизии. Каждый из них имел за плечами тысячи огненных километров, люди, преодолевшие мощные оборонительные рубежи врага, форсировавшие под огнем противника крупные водные преграды, с непоколебимой стойкостью отражавшие яростные атаки танков, мотопехоты фашистов под Москвой, на Курской дуге, в Корсунь-Шевченковской операции, а потом разгромившие их. На груди каждого из них сияли ордена и медали, полученные за подвиги. О каждом из них в сказке сказать да пером описать.

Поздравительное письмо бойцам и офицерам командира дивизии и начальника политотдела заканчивалось такими словами:

«Поздравляю вас, боевые товарищи, с третьей годовщиной дивизии!

Призываю весь личный состав приложить еще больше воинского умения, проявить образцы героизма и отваги в настоящем заграничном походе, высоко держите честь и достоинство воина-победителя, будьте бдительными, никогда не забывайте, что мы находимся за пределами нашей Родины.

Вечная память и слава отважным сынам Отчизны, отдавшим свою жизнь за дело Победы!

Да здравствует наша свободная Советская Родина!

Вперед на разгром врага!»

Марш

В ночь на 10 сентября, сдав оборону и гарнизонную службу в Бухаресте, дивизия выступила на марш с задачей догнать ушедшие вперед соединения 53-й армии, которые к этому времени уже преследовали врага за Карпатами. Пришлось идти форсированным маршем, чтобы выполнить поставленную перед дивизией задачу. [289]

Командир дивизии выехал в пункт, через который должны были пройти полки, чтобы посмотреть на воинов, шагающих вперед, на их лица.

Стоя на обочине дороги, в ритме марша он улавливал ритм предстоящего боя, готовность к нему дивизии. Подходя к солдатам, идя рядом, обращался к ним и спрашивал, не натерли ли ноги, в порядке ли у них оружие. Отеческий тон обращения нравился солдатам, они чувствовали в нем любовь и заботу командира о них. Но эта была любовь скрытая, глубокая.

Солдаты шли спокойно, как будто не спеша, — так идут люди, делающие дело, которое им хорошо знакомо. Шли все дальше и дальше на запад.

Проходя мимо комдива, офицеры, приложив руку к пилоткам, докладывали на ходу:

— Батальон следует по маршруту, докладывает капитан Букаев...

— Противотанковый дивизион, докладывает капитан Скоробогатов.

Командиры полков соскакивали с лошадей, подходили к комдиву с докладами и оставались с ним до конца прохождения своих частей. Громыхали повозки, звякали котелки...

Наконец проследовал, гремя колесами, артполк. Командир дивизии обогнал полк и въехал в деревню, квартирьеры копошились у дома, отведенного для генерала, а связисты тащили провода, устанавливали связь с частями.

Небо прояснилось, из-за разорванных туч выглянула луна.

Зайдя в дом, комдив спросил, с кем работает связь.

— Соедините меня с Атамановым.

За двое суток дивизия прошла 120 километров и сосредоточилась в городе Рашнори-де-Веде.

Хочется отметить хорошую работу на марше комсомольского бюро 3-го стрелкового батальона 1243-го стрелкового полка, комсорга младшего лейтенанта Шмелева, а также комсомольцев этого батальона. Шмелев два раза проводил краткие заседания бюро, на которых заслушивались отчеты о работе комсомольских организаций рот на марше.

Большую работу проделали бюро и комсорги рот по инструктированию чтецов и беседчиков взводов и отделений. Лучшими среди чтецов стали комсомольцы Махновский, Похолюк, Козуб, Куреянов. [290]

Пример выносливости на марше показала комсорг санвзвода сержант Нина Черенцова. Это была скромная, спокойная, серьезная девушка, прекрасной души человек. За время марша она ни разу не села на повозку, шла в колонне с красноармейцами, одно ее присутствие здесь благоприятно влияло на солдат. При виде ее солдатские плечи расправлялись, глаза становились светлыми. Когда солдат натирал ногу, она быстро оказывала медпомощь. Во время перехода пулеметчик Мельников стал жаловаться, что устал, не может нести пулемет. Нина взяла пулемет и понесла его. Видя это, солдаты стали посмеиваться над Мельниковым, стали говорить ему, что девушка идет вместе с ними, что она также устала, говорили ему, чтобы он взял свой пулемет, стыдили его. Тогда Мельников взял обратно свой пулемет и дошел до места.

На вопрос солдат, почему Нина не садится на повозку взвода, она отвечала: «А вот и хорошо, что я иду с мужчинами. Ведь если я сяду, то и солдаты будут проситься на повозку».

В батальоне за марш было награждено шесть человек, из них четыре комсомольца, в том числе и Нина Черенцова. Семи комсомольцам командир батальона объявил благодарность.

Бои на рубеже Ченадол-Маре, Периам, Билед

Дивизия, в Рошнари-де-Веде погрузившись в эшелоны, продолжала движение по железной дороге и, совершив 170-километровый путь, 18 сентября выгрузилась вблизи города Тимишоары, заняла исходное положение для наступления.

20 сентября 1241-й и 1245-й стрелковые полки при поддержке 932-го артполка дивизии после ожесточенного боя оседлали шоссейную дорогу Вина — Тимишоары и 21 сентября заняли город и железнодорожную станцию Винга, где истребили много фашистов и захватили большие трофеи: 7 вагонов, 42 платформы с вооружением, 2 склада с боеприпасами и 30 повозок с продовольствием.

Продолжая наступление, ломая упорное сопротивление врага, дивизия вышла на рубеж Ченадол-Маре, Периам, Песак, Шандра, Билед. Фронт наступления доходил до 60-ти километров. С выходом на указанный рубеж дивизия отрезала пути отхода немцев в Венгрию. [291]

Завязались ожесточенные бои. Противник, стянув большое количество танков, самоходной артиллерии и пехоты, перешел в яростные контратаки, пытаясь проложить себе прямой путь в Венгрию.

23 сентября под Тимишоар враг окружил наш 2-й стрелковый батальон 1245-го стрелкового полка, из окружения вырвались только 35 человек, из них 17 раненых, в том числе командир батальона капитан Гориновских, которого вынесли на руках. По рассказам бойцов, в бою особо отличился взвод ПТР младшего лейтенанта Михаила Александровича Сухачева. Взвод подбил 3 танка, одного из них со связкой гранат подбил сам Сухачев. Отлично действовал пулеметчик ефрейтор Иван Тимофеевич Пасечкин, который из своего пулемета крошил многих фашистов. Погибших хоронили у села Шандра Тимишоарского района.

В ходе очередной вражеской контратаки на позиции 1-го батальона 1243-го стрелкового полка ринулись десятки танков с белыми крестами на бортах. Взвод младшего лейтенанта Михаила Григорьевича Лавренкова вступил в неравный бой и истребил много гитлеровцев. Когда выбыл из строя первый номер противотанкового ружья, командир взвода взял ружье и несколькими выстрелами подбил танк. Второй вражеский танк пытался войти во фланг взвода, но как только он сделал разворот, Лавренков подбил и его. Несколько танков подбили артиллеристы и воины соседних подразделений.

В это время Лавренкову сообщили, что командир роты ранен. Тогда он, не теряя времени, принял на себя командование ротой и продолжал руководить отражением контратак. Контратаки на этом участке были отбиты. За этот бой Лавренков был награжден орденом Красного Знамени.

26 сентября противник сосредоточил на узком участке до 20-ти танков и бронетранспортеров, до полка пехоты и атаковал город Периам, где находился штаб дивизии и оборонялись саперный батальон, зенитно-пулеметная рота, противотанковый дивизион. Завязался ожесточенный бой, длившийся около шести часов.

Героически сражались воины. Противотанковый дивизион подбил три танка. Молодой солдат Иван Мефодьевич Луценко хорошо замаскировался и ждал удобного момента, чтобы бить наверняка. Танк шел прямо на него, но отважный воин не струсил и как только танк стал делать разворот, он метким выстрелом подбил его. Экипаж [292] танка выскочил и пытался уйти, но меткий огонь пулеметчиков, находившихся рядом с Луценко, сразил их. В этом бою проявили героизм и подбили по одному танку бронебойщики Давид Васильевич Москаленко и Петр Дмитриевич Золотовский.

Противник продолжал атаковать превосходящими силами. Несмотря на большие потери, он рвался вперед и 27 сентября потеснил наши подразделения и занял Периам.

Одновременно враг нажимал на левый фланг дивизии, предпринял ожесточенные контратаки против 1243-го стрелкового полка (командир полка подполковник Алексей Павлович Михайлов, зам. по политчасти подполковник Мухамед Ахтомьянович Ахметзянов). Противник стремился выйти во фланг дивизии и соединиться со своей группировкой, находящейся в восточной части Венгрии. Но как бы ни старался враг, ему не удалось осуществить своих замыслов. В это время было получено сообщение о награждении 1243-го стрелкового полка орденом Красного Знамени и 1245-го стрелкового полка орденом Богдана Хмельницкого. Весть о награждении полков быстро облетела все подразделения, она воодушевляла воинов на новые подвиги, на стойкость.

Пулеметный расчет старшего сержанта 1243-го стрелкового полка Ивана Сергеевича Танасейчука, отражая контратаки врага, почти полностью был выведен из строя, остался один командир расчета Танасейчук. Несмотря на ранение, он продолжал отражать атаки наседающих немецких автоматчиков.

Сержант 8-й стрелковой роты этого же полка Николай Андреевич Кошевой в районе Билед зашел в тыл пулеметной точки врага, уничтожил ее расчет и, захватив вражеский пулемет, открыл из него огонь по немцам. Этот дерзкий налет вызвал у врага замешательство, чем и воспользовались другие бойцы, чтобы нанести удар с фронта. Когда был ранен командир взвода, Кошевой принял командование взводом.

Образцы героизма показали артиллеристы первой батареи 932-го артполка. Они 27 сентября, отбивая контратаки противника, подбили три танка, четыре бронетранспортера, уничтожили две пушки противника.

Немцы сосредоточили огонь на орудии Евгения Иосифовича Гурко. Расчет укрылся в щелях. В это время появился танк врага. Наводчик комсомолец Волгунов, несмотря на сильный артогонь, побежал к своему орудию [293] и припал к панораме. Прошли секунды и прозвучал первый выстрел. Снаряд прошел немного впереди танка. Волгунов сделал поправку. В небе загудели вражеские самолеты. Они с воем и визгом падали вниз, сбрасывали бомбы.

Волгунов не видел самолетов и не слышал разрывов бомб и снарядов. Он был занят одним — остановить танк врага.

Немецкий танк заметил орудие и открыл стрельбу. Над пушкой пролетел вражеский снаряд. Недалеко разорвался второй. Осколки ударяются о щит орудия.

Раздался третий выстрел Волгунова, снаряд точно попал в боковую броню, и танк вспыхнул. Вдруг брызнула кровь, и капельки ее застыли на металле орудия. Волгунов немного присел, а потом упал.

После боя парторг дивизиона младший лейтенант Корней Фошич Незнамов пришел в батарею, поздравил личный состав с одержанной победой, организовал выпуск листка «Слава героям», в котором показал героев батареи, где одним из лучших был наводчик Волгунов. От имени батареи написали родителям Волгунова, Косерева, Циркина, Гурко и Миронова, в которых рассказывали об их героических подвигах и благодарили за воспитание сыновей-героев.

Командование дивизии представило Волгунова к званию Героя Советского Союза.

Особо ожесточенные бои разгорелись за населенный пункт Ченадол-Маре, где занимал оборону 1241-й Бухарестский стрелковый полк (командир полка подполковник Саен Маркарович Мортиросян, его заместитель по политчасти майор Владимир Иванович Рыжиков). Обстановка с каждым часом становилась все напряженнее. Противник, заняв Периам, Сарафалла, Санниколаул — Герман, перерезал пути подвоза полку боеприпасов, с трех сторон полк был прижат к реке Морош превосходящими силами врага. Задачей полка было во что бы то ни стало удержать плацдарм на правом берегу реки Морош и не дать противнику возможность соединиться со своей группой, находящейся в юго-восточной части Венгрии.

Командир дивизии генерал-майор Карпухин и я, начальник политотдела дивизии, решили в этой напряженной обстановке находиться в полку, чтобы оказать помощь командованию полка в отражении атаки противника. Пять дней и ночей велись ожесточенные бои [294] с врагом. Полк как будто врос в землю. Ни ограниченность в боеприпасах, ни ожесточенные атаки врага не могли столкнуть его с занимаемой позиции, воины выстояли.

Отбив атаки врага, 7 октября дивизия сама перешла в наступление. И, сломив сопротивление гитлеровцев, затем в упорных боях вновь заняла Периам, Сарафалла, Шандра, Билед.

За время боев на этом рубеже воины дивизии подбили и сожгли более 30 танков и бронетранспортеров, истребили много живой силы врага.

Однако и дивизия сама понесла большие потери солдат, офицеров и материальной части. Немало наших боевых товарищей навечно остались на поле боя. Погибли заместитель командира дивизии полковник Варлам Михайлович Товадзе, заместитель начальника политотдела дивизии майор Григорий Львович Железнев.

Из этих боев личный состав дивизии вышел закаленным, приобрел опыт борьбы с танками противника, так как большинство бойцов из нового пополнения до сих пор не были в крупных боях. Многие из них проявили мужество, отвагу. И здесь, на румынской земле, наши воины сражались так же мужественно и самоотверженно, как у стен родного дома. Не чувство мести вело их в бой, а стремление скорее приблизить конец войны, помочь народам балканских стран избавиться от фашистского ига.

Боевые действия советских войск по освобождению Румынии продолжались почти семь месяцев. Они начались форсированием реки Прут 27 марта и завершились 25 октября 1944 года овладением последними опорными пунктами гитлеровцев — городами Сату-Маре и Карей.

Бои в Трансильвании

Противник рвался на помощь к окруженной в районе города Дебрецен группировке. Дивизии была поставлена задача — вместе с другими соединениями 53-й армии преградить путь войскам противника, идущего на выручку к окруженной группировке. Выполняя эту задачу, дивизия с 9 по 13 октября совершила 170-километровый марш и вышла к городам Кишуйшалаш и Мезетур. Встретив крупные силы пехоты и танков врага, дивизия сходу вступила в бой. [295]

В ночь на 17 октября она вошла в тыл противника и перерезала железную и шоссейные дороги, идущие от Дебренцева на запад, ведя упорные бои в трудной болотистой местности, в ночь на 18 октября полки заняли станцию Газдагшага западнее города Балмаз-Уйворш. Для немцев это оказалось неожиданностью. Даже тогда, когда станция была уже занята нашими полками, фашистский транспорт продолжал подходить на станцию. Кроме того, попали к нам в плен офицеры, едущие на легковых машинах, связисты, идущие на восстановление телефонной линии, даже танк «тигр», который шел к своим на помощь, попал в плен «живьем».

С потерей станции Газдагшаги противник потерял главную магистраль дорог, ведущих к западу от Дебрецена. Поэтому враг пытался любой ценой вернуть ее. Он пускал крупные силы пехоты и танков на узком участке, но каждый раз, неся потери, вынужден был откатываться назад, особенно ожесточенные бои разгорелись на подступах к городу Балмаз-Уйварош, который являлся сильным опорным пунктом немцев, прикрывающим его отход из Северной Трансильвании в Венгрию.

Части дивизии, отразив контратаки врага, 18 октября ворвались в город Балмаз-Уйворош, но контратаками врага 19 октября были выбиты из города. 20–21 октября дивизия несколько раз переходила в атаку на Балмаз-Уйворош, но успеха не имела. Только 22 октября во взаимодействии с частями I гвардейской Воздушной Десантной дивизии был полностью взят город Балмаз-Уйворош. После чего приступили к очищению от фашистов левого берега реки Тиссы в направлении города Польгар и 2 ноября с упорными боями вышли на восточный берег реки Тиссы в районе Фолиаш-Польгар.

Немцы оказывали отчаянное сопротивление, и только настойчивость и стремительность атаки и дерзость воинов при выполнении задачи решили успех боя.

Приведу лишь несколько эпизодов, показывающих мужество и отвагу воинов.

На орудийный расчет 45-миллиметровой пушки сержанта Александра Васильевича Ивакина из 1241-го стрелкового полка 19 октября, когда, ведя непрерывный огонь, на большой скорости шел вражеский бронетранспортер, Ивакин подпустил его на близкое расстояние и третьим снарядом подбил его. Из машины выскочили немецкие автоматчики, расчет открыл по ним огонь осколочными снарядами и уничтожил их. [296]

24 октября противник танками и пехотой контратаковал 1245-й стрелковый полк. Завязался бой. На окоп Пантелея Садовского шел головной танк врага, за которым шли семь танков и пять бронетранспортеров. Сержант, укрывшись в окопе, ожидал удобного момента и, как только вражеский танк подошел на 15–20 метров, бросил под гусеницу противотанковую гранату. Подбитый танк встал, выскочивший из него экипаж открыл огонь по Садовскому. Отважный сержант был ранен, но продолжал отбиваться из автомата, гранатами, пока к нему на помощь не подошли товарищи.

Легко сказать — подбил танк, но ведь для этого необходимо не только сохранить самообладание и выдержку, надо выстоять в психологической дуэли, еще поразить бронированное чудовище.

После того как Садовский подбил головной танк, остальные танки и бронетранспортеры, замедлив ход, начали расчленяться. Один танк и бронетранспортер подорвались на минах, поставленных саперами. У противника началось замешательство. Воспользовавшись этим, артиллеристы 1-го дивизиона артполка открыли огонь. Наводчик Шубин подбил средний танк, следующий танк подбил наводчик Кастрич, танки и бронетранспортеры заметались из стороны в сторону и, ведя беспорядочный огонь, начали отходить. В этом бою враг потерял пять танков и три бронетранспортера.

Таким образом, сержант Садовский, подбив головной танк, заставил шедшие за ним танки и бронетранспортеры расчлениться. Так он своим героическим поступком решил исход боя.

Весть о героическом подвиге Садовского быстро облетела все части и подразделения дивизии. Этому подвигу была посвящена специальная листовка, выпущенная политотделом, в подразделениях выпускались листовки «Слава Герою», боевые листки, проводились беседы. С описанием его подвига отправили письмо родителям, сам он был награжден орденом.

Группе разведчиков 1241-го стрелкового полка во главе с лейтенантом Иваном Михайловичем Грекаловым была поставлена задача — до начала наступления проникнуть в оборону противника, обнаружить пулеметные точки и взять «языка». Да не рядового, а офицера.

Двое суток разведчики изучали расположение немцев. Пробраться к ним в тыл было почти не возможно. Единственным местом была лощина. Но ее периодически простреливал [297] пулемет, а ночью она освещалась ракетами. Словом, взять «языка» оказалось задачей невыполнимой. Надежда была только на собственный опыт, смекалку и на смелость своих подчиненных. Разведчики что-то придумали.

Поздней ночью они по заболоченному месту ползком подобрались поближе к обороне гитлеровцев. Вдруг в расположении фашистов начался переполох. Дело в том, что буквально на их глазах пулемет, время от времени обстреливавший лощину, сорвался с места и пополз в нашу сторону.

Загадочное поведение пулемета, очевидно, ошеломило врага. Немцы подняли беспорядочную стрельбу, начали пускать осветительные ракеты. Все внимание гитлеровцев было приковано к «сбежавшему» пулемету, было не до наблюдения за лощиной.

Этим и воспользовались наши разведчики. Они проникли в тыл врага. Заметив пулеметную точку, они подползли к ней и уничтожили ее расчет. Вскоре заговорил второй пулемет врага. Группа захвата, обойдя его с тыла, огнем из автомата убила пулеметчика, а лежащего с ним рядом офицера захватила в плен.

Пленный оказался командиром 8-й роты 66-го мотополка лейтенантом Паулом Калласом. Он дал ценные показания.

Как же «сбежал» пулемет?


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 09 Мая 2017, 14.49.42 | Сообщение # 3
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Когда разведчики под покровом темноты выдвинулись в лощину и залегли, разведчик Петр Соколов, прихватив с собой моток полевого телефонного кабеля, незаметно подполз к вражеской огневой точке. Выбрав удобный момент, он зацепил конец телефонного кабеля за пулемет и, разматывая его, вернулся к своим. Перед броском на врага один из разведчиков стал тянуть кабель на себя. Так пулемет и «ожил», лишив фашистов возможности обстреливать лощину.

Разведчики, захватив два пулемета и «языка», вернулись в полк без потерь. Вся группа была награждена.
* * *

Прикрывая фланг наступающей роты, отделение младшего сержанта Семена Васильевича Перкина было внезапно атаковано группой противника. Завязался бой, в ходе которого восемь гитлеровцев было истреблено, а четверым удалось скрыться. Отделение захватило семь автоматов и документы убитых. Но этот бой дорого обошелся отделению: двое были убиты и трое тяжело ранены. [298]

7-я стрелковая рота 1245-го стрелкового полка, выдвинувшись вперед остальных наступающих подразделений, была окружена танками и пехотой врага. Командир роты коммунист младший лейтенант Павел Николаевич Кулев умело организовал бой роты в окружении. Кольцо окружения все больше и больше сжималось. В нескольких местах воины вступили в рукопашный бой. Сам Кулев, руководя боем роты время от времени, вел огонь по вражеской пехоте из автомата. Гитлеровцы все ближе и ближе подходили к его командному пункту, но не стреляли по нему. Очевидно, они решили взять его живьем.

Кулев подпустил их поближе и забросал гранатами. Вражеские солдаты открыли огонь по Кулеву и ранили. Но их атаковали воины роты и истребили многих. Немцам не удалось пройти через рубеж роты Кулева.

«Части дивизии с 15 по 25 октября, отбивая контратаки врага, шли вперед и за это время подбили и сожгли девять танков, шесть бронетранспортеров, несколько автомашин с пехотой. Зенитный дивизион подбил три самолета врага «Миссер-109».{51}

Из воспоминаний ветерана дивизии полковника в отставке Г. А. Аристакесяна

Тяжелые кровопролитные бои. Наступление частей нашей дивизии на Дебрецен приостановлено. Командованию нужны уточненные сведения об обороняющемся противнике на юго-восточных подступах к городу.

На рассвете 9 октября 1944 года рядовой Мнацаканян с группой в составе четырех человек был послан в разведку в район села Моншторпайи, что в пятнадцати километрах от Дебрецена. При подходе к селу Вертеш группа внезапно была обстреляна фашистами из башни католической церкви. Завязался неравный бой, в ходе которого был смертельно ранен разведчик В. Мнацаканян. Пренебрегая опасностью и рискуя собственной жизнью, жители села Вертеш Шандор Козьма и его сын Дюля Козьма подползли по кювету к лежавшему у обочины дороги советскому солдату. Они с трудом разжали его пальцы, сжимавшие автомат. Венгерские патриоты бережно перенесли тело Мнацаканяна к своему дому и похоронили во фруктовом саду у старой яблони. [299]

А осенью 1945 года венгерские друзья перенесли прах советского воина в селение Надьлета и похоронили в братской могиле вместе с восемью другими героями. Почти четверть века не знали об обстоятельствах гибели и месте захоронения Вараздата ни старая мать, ни младший брат — Шмавон Мнацаканян, инженер-геолог, ныне проживающий в городе Ереване. В извещении, присланном матери из части в 1944 году, сообщалось: «Ваш сын Вараздат Константинович Мнацаканян погиб при выполнении боевого задания».

И только в канун празднования 25-летия освобождения Венгрии от фашизма через правление Общества венгеро-советской дружбы узнали родные Мнацаканяна об обстоятельствах его гибели и месте захоронения. С тех пор Мнацаканян-младший — частый гость венгерских друзей. На гранитном памятнике братской могилы советских воинов, воздвигнутом благодарными жителями селения Надьлета, замурована мраморная плита, доставленная из Еревана, символизируя дружбу венгерского и советского народов.
* * *

Развивая успех, полки дивизии начали преследовать противника. Чем меньше становился плацдарм немцев на восточном берегу реки Тиссы, тем ожесточеннее было сопротивление фашистов, тем жарче разгорались бои.

После многодневных боев 2 ноября дивизия штурмом овладела городом Польгар. Немцы отступили на западный берег реки Тиссы.

В бою за город Польгар особенно отличились дивизионные саперы. Скромные труженики войны — именно этими словами называют саперов. Без их труда, полного ежечасного риска, решимости и геройства, не обходится ни один род войск. Расчистить ли нашей пехоте путь перед вражеской обороной, проделать ли проходы через минные поля для танков, обезопасить ли поиски разведчиков, создать ли минные заграждения, устроить ли переправу через водный рубеж — всюду нужны заботливые руки саперов. По трудности и опасности труда сапера можно было бы сравнить с боевым вылетом летчика-истребителя.

Вот и сейчас противник, стремясь удержать город, заминировал к нему все подступы. Проделать проходы в минных полях для пехоты и танков — была поставлена задача саперам. Взвод лейтенанта Павла Павловича Супруненко за ночь на незнакомой местности снял 250 различных [300] мин, в том числе очень много комбинированных, этим самым расчистил для пехоты и танков путь к городу.

Закончив эту операцию, части дивизии, совершив стокилометровый марш вниз по течению реки Тиссы — Польгар — Кунходьеш, 4 ноября сосредоточились в районе Тиссэрофф и стали готовиться к форсированию реки Тисса. Задача была очень сложная. Противник располагал на западном берегу реки целой системой оборонительных сооружений, были отрыты сплошные траншеи в полном профиле, сооружены дзоты. Все подступы к реке и сама река простреливались артминометным и пулеметным огнем. Немцы рассчитывали на Тиссе остановить наступление Красной Армии.

Дивизия с тяжелым боем форсировала реку Тисса и в ночь на 6 ноября заняла небольшой плацдарм на западном берегу в районе населенного пункта Тисса-Бе. И сразу, несмотря на сильный огонь противника, была пушена паромная переправа, заранее подготовленная саперами на восточном берегу реки. 1243-й 1245-й стрелковые полки при поддержке 932-го артполка переправились через реку и с ходу вступили в бой, стали шаг за шагом расширять плацдарм.

На следующий день разгорелся жаркий бой за населенный пункт Тисса-Шюль.

3-му стрелковому батальону 1243-го стрелкового полка была поставлена задача занять господствующую высоту 599. Командир батальона старший лейтенант Дмитрий Кузьмич Коробков приказал лейтенанту Максиму Андреевичу Вдовченко со своей ротой зайти во фланг противника и внезапной атакой сбить немцев с высоты.

После соответствующей подготовки командир 9-й стрелковой роты Вдовиченко в полночь поднял бойцов и вывел их на исходное положение для атаки. Действуя по плану комбата, рота неожиданно для врага ударила во фланг. Противник, ошеломленный внезапным ударом и дерзостью воинов, не выдержал и начал отходить. Однако разрозненные группы гитлеровцев пытались закрепиться на вершине высоты.

С высоты ударил пулемет. Стрелки залегли. Нельзя было поднять головы. Но двое бойцов, прижимаясь к земле, поползли. Впереди — автоматчик Федор Степанович Чернюк, за ним красноармеец Парфирий Иванович Щидиков. Вскоре они вплотную подошли к пулеметной точке врага, уничтожили ее расчет и, захватив исправный [301] пулемет, открыли из него огонь по убегающим гитлеровцам. Солдаты достигли вершины высоты, Чернюк водрузил красный флаг. Алое полотнище трепетало на ветру, воодушевляя бойцов.

Бой продолжался в глубине обороны врага. Вскоре 1243-й стрелковый полк ворвался в населенный пункт Тисса-Шюль. Мы несли большие потери. Многим раненым спасли жизнь наши санитары.

Санитар

Санитар... Сколько мужества, храбрости, душевной теплоты должно быть у человека этой, на первый взгляд, будничной, незначительной профессии на войне. Но там, где гремит над полем разноголосый шум боя, где с грохотом рвутся снаряды и мины, он проползает по земле, по снегу, пренебрегая смертельной опасностью, пренебрегая своей жизнью, чтобы спасти раненого воина.

Я уже отмечал, что на западном берегу реки Тиссы особенно жаркий бой разгорелся за деревню Тисса-Шюль, в которой было около 500 дворов и почти в каждом из них находились вражеские автоматчики и пулеметчики, а паровая мельница, лесопильный завод были превращены в опорные пункты, откуда враг вел по наступающим артиллерийский, минометный и пулеметный огонь.

Санитарка второго батальона 1243-го стрелкового полка комсомолка сержант Нина Черенцова, поправляя санитарную сумку с красным крестом, короткими перебежками передвигалась в боевых порядках атакующей стрелковой роты. Вот она увидела бойца, склонившегося у пригорка. Подбежала к нему, перевязала рану. Почти у самого уха прожужжала пуля. Нина камнем упала на землю, поползла к другому раненому.

— Ну как, жив? — спросила санитарка и, опустившись рядом, стала быстро доставать из сумки индивидуальный пакет.

Раненый посмотрел на раскрасневшееся лицо девушки, на локон светло-русых волнистых волос, который свисал на загорелый лоб, промолвил:

— Сестричка, ты пригнись, слышишь, как свистят.

— Милый, потерпи, сейчас все будет хорошо, — говорила она, перевязывая раны обоих простреленных ног бойца.

Видя, с каким спокойствием работает девушка, солдат перестал стонать, только крепко стиснул зубы. [302]

Это спокойствие пришло к ней не сразу. Впервые она услышала разрывы снарядов под Ржевом. Тогда Нина прижалась к земле, закрыла глаза, хотя снаряды рвались не близко.

Комсомолка Черенцова прошла по фронтовым дорогам тысячи километров вместе со своей уральской дивизией. Она всегда была там, где кипели жаркие бои, где жизнь и смерть были рядом, оказывала медицинскую помощь на поле боя солдатам и офицерам.

Тот, кому хоть раз приходилось переносить тяжелораненых, знает, как трудно, как тяжело это делать. А эта невысокого роста девушка вытащила из-под обстрела не одну сотню тяжелораненых и спасла им жизнь в боях под Ржевом, на Курской дуге, за Днепром, под Корсунь-Шевченковским, Яссой... И не случайно Нина была награждена орденами Красного Знамени, Красной Звезды, медалью «За отвагу».

И на этот раз она бережно положила тяжелораненого на плащ-палатку, повесила его автомат себе на шею и поползла. Мины стали ложиться еще гуще. Казалось, фашисты стреляли только по ней. Один вражеский осколок ужалил Нину в плечо. Солдат заметил, как ее гимнастерка побурела от крови.

— Сестра, оставь меня, ты сама ранена, — тихо сказал солдат.

— Оставить вас? Да вы что говорите?

Никогда, как бы ни было опасно для жизни, Черенцова не оставляла раненых без помощи и из любого пекла выносила их. И сейчас она, собрав последние силы, тащила раненого дальше. Пронесла его сквозь ливень огня и сдала в медпункт. И только тогда ощутила жгучую боль своей раны. Ей оказали помощь, сделали перевязку. Это было ее пятое ранение. Пять раз Нина проливала кровь, спасая жизнь другим.

Черенцова часто бывала в траншеях. Как агитатор и комсорг санитарной роты, беседовала с солдатами. Всегда опрятна, по-девичьи изящна. Даже солдатская гимнастерка как-то необыкновенно хорошо сидела на Нине. При встречах с нею у каждого воина светлело на душе, ласковой улыбкой невольно озарялось лицо. Ее все уважали и любили, как родную сестру.

— Ты знаешь, какая наша Нина? — говорил пожилой солдат Иван Борисов прибывшему молодому бойцу Михаилу Гурьянову. — Если тебя тяжело ранит в бою, из [303] любого огня она вытащит. Нина — девушка правильная, ты на нее не пяль свои глаза.

А сколько она получала теплых, сердечных писем от бойцов и офицеров из госпиталей. Воины благодарили ее за то, что она спасла им жизни.

Однажды инструктор политотдела дивизии по информации капитан Александр Ильич Кузьмин вручил мне письмо, которое написал лейтенант Мальцев из госпиталя:

«Убедительно прошу Вас, товарищ полковник, когда будет возможность, лично передайте от меня большое спасибо сестричке Нине Черенцовой из нашего батальона. Врачи говорят, что если бы меня с поля боя вовремя не вынесли, я бы погиб.

Товарищ полковник, ведь меня под пулеметным огнем с поля боя вытащила Нина Черенцова. Всю жизнь буду благодарен этой обаятельной, мужественной девушке в солдатской шинели...»

Только я не успел передать ей эту благодарность — слишком поздно пришло письмо. В бою под деревней Тисса-Шюль, вынося с поля боя двенадцатого раненого, Нина погибла. Эта трагическая весть быстро облетела ряды наступающих. Воины передавали друг другу клятву отомстить за жизнь Нины.

Бой продолжался до вечера 8 ноября. Сопротивление врага было сломлено. Многих фашистов уничтожили воины второго батальона. Деревня Тисса-Шюль была освобождена. В центре ее была захоронена Нина Кирилловна Черенцова. Долго воины стояли у маленького холмика. Им не верилось, что нет среди них человека, который, пренебрегая смертельной опасностью, под губительным огнем врага спас жизни многим десяткам раненых воинов. За их жизни Нина Кирилловна Черенцова отдала свою. Верная дочь советского народа честно выполнила свой долг перед Родиной. Командир дивизии генерал-майор Карпухин от имени Советского правительства наградил ее посмертно вторым орденом Красной Звезды.

Свой рассказ о Нине хочется закончить стихами, которые были напечатаны в армейской газете:
Когда упал на поле
боя
И не в стихах,
а наяву —
Я вдруг увидел
над собою [304]
Живого взгляда
синеву.
Когда склонилась
надо мною
Страданья моего
сестра, —
Боль сразу стала
не такою:
Не так сильна, не так
остра.
Меня как будто
оросила
Животворящею водой,
Как будто надо мной
Россия
Склонилась русой головой.

Мне довелось быть свидетелем многих героических дел наших санитаров стрелковых рот, которые шли вместе с солдатами в бой, под разрывами вражеских снарядов, мин и градом пуль ползли на зов раненых, оказывали им помощь. Ползли туда, где каждая минута, а то и секунда могла стать для раненого роковой. Они шли на смерть ради жизни других.

Я рассказал только о Нине. Но таких скромных и отважных, как Нина, медицинских работников — врачей, фельдшеров, медсестер, санитарок да и связисток, — у нас в дивизии в 1944 году было 108 женщин. Они заслужили признательность и любовь воинов дивизии. Каждый из них с честью выполнял свой служебный долг, совершал подвиг на своем боевом посту.

Старшина медслужбы Татьяна Александровна Голубничная на фронте с 1941 года. С передовыми подразделениями 1245-го стрелкового полка форсировала Днепр, в тяжелых боях на плацдарме все время находилась в боевых порядках, оказывала медпомощь многочисленным раненым.

В боях под Звенигородом из-под огня врага вытащила 25 раненых, за что была награждена медалью «За отвагу».

Телефонистка 1243-го стрелкового полка Лидия Ивановна Остапенко обеспечивала бесперебойную связь командира полка с подразделениями. Когда однажды командный пункт был окружен немцами, она не покинула свой пост, а с автоматом отражала атакующих фашистов. Была убита пулеметной очередью из вражеского танка.

Санитарка 932-го артполка Раиса Валетова в боях постоянно находилась на огневых позициях, оказывая медпомощь раненым. Во время перевязки раненого была убита осколком вражеского снаряда. [305]

Связистка 3-го дивизиона 932-го артполка Таисья Дмитриевна Сметанкина из села Гари Свердловской области в любых условиях боя держала работающую связь с огневиками. В боях под городом Котовском, будучи ранена, не покидала свой пост до конца боя.

Санитар Петр Тючекин на фронте получил пять ранений, спас жизни сотням раненым воинам. Из пекла сражения выносил тяжелораненых с оружием. Его в санроте называли «отважный среди отважных». В боях его приняли в партию, он был награжден орденом Славы III степени.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 09 Мая 2017, 14.50.08 | Сообщение # 4
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Последние бои на территории Венгрии

Форсировав реку Тисса, отбив многочисленные контратаки врага на ее западном берегу и освободив десятки населенных пунктов, дивизия вместе с другими соединениями армии устремилась преследовать противника в северо-западном направлении. Опаленные солнцем, пропитанные пороховым дымом, сметая на своем пути фашистскую мразь, воины дивизии шли по Венгрии вперед. Сколько мужества, отваги, самопожертвования они проявляли в сражениях за Победу. Герои — звание им, воинам уральской дивизии.

4 декабря 1944 года командир первого стрелкового батальона 1243-го стрелкового полка капитан Василий Николаевич Букаев получил приказ: сдать рубеж в районе Юхасхаз и занять исходное положение для наступления в направлении населенного пункта Сючи и высоты 510.

После соответствующей подготовки батальон пошел вперед.

Для беспокойства, казалось, не было никаких оснований, наступление развивалось как нельзя лучше. Батальон успешно атаковал противника на высоте 510 и, развивая наступление, вышел к узлу дорог. Местность позволяла здесь упорно обороняться, но почему-то немцы не оказывали сопротивления.

— Что бы это значило? — задумался комбат Букаев. — По-видимому, это ловушка — противник хочет втянуть нас в огневой мешок, а затем перейти в контратаку, — размышлял комбат.

К такому выводу его привело еще и то, что высланная разведка доложила, что гитлеровцы сосредоточились близко к флангам. Дополнительно организованная разведка [306] во главе с младшим лейтенантом Семеном Ивановичем Сотниковым подтвердила это. Выходило, что втягиваясь в долину, батальон попадает в огневую ловушку, подготовленную фашистами заранее.

Поняв, что враг пошел на хитрость, капитан Букаев решил укрепить фланги и достойно ответить ему.

Так и получилось. Когда первая рота стала подходить к Сючи, противник усилил сопротивление. Одновременно с направления Дьендошпата и Сючи противник перешел в контратаку, рассчитывая ударом с двух сторон отрезать батальон и уничтожить его.

Контратака была сильной и кто знает, как могла сложиться обстановка, если бы командир батальона капитан Букаев своевременно не принял необходимых мер по укреплению своих флангов.

Бой закончился тем, что противник вытеснил первую роту от Сючи, но понес большие потери, натолкнувшись на флангах на сопротивление. Контратака была отбита.

Два дня шли ожесточенные бои у Сючи. Противник предпринимал яростные контратаки танками, пехотой. Но успеха не имел. Каждый раз контратаки были отбиты.

Этот эпизод из опыта батальона 1243-го стрелкового полка показал тактическую прозорливость командира батальона капитана Букаева, его умение понять, почувствовать нить развития боя и вовремя принять необходимые меры для отражения контратаки немцев. Василий Николаевич на фронте с 1941 года, его опыт и знание тактики противника и возможности своих сил позволили ему успешно отразить контратаку с флангов. Он награжден тремя орденами, в том числе орденом Богдана Хмельницкого.

В этих боях особо отличился орудийный расчет дважды орденоносца коммуниста сержанта Николая Яковлевича Маркина. Контратакующие танки врага совсем уже близко были от наших боевых порядков, когда орудийный расчет выкатил свое орудие на прямую наводку, наводчик младший сержант Иосиф Антонович Свидорский быстро навел орудие, и снаряды полетели на врага. Вскоре головной танк задымился, остальные танки пытались проникнуть к боевым порядкам нашей пехоты, но, встреченные сильным артогнем и огнем из противотанковых ружей, потеряв еще два танка подбитыми, повернули обратно. Один танк из ПТР подбил младший сержант Николай Прокопенко. [307]

Дивизия завязала бои за город Дьендьеш. Что из себя представлял этот город? Он являлся одним из средних городов Венгрии, расположен в 82 километрах северо-восточнее столицы Венгрии города Будапешт. С севера он примыкал к горам Карпатам. Население составляло около 220 тысяч человек, вокруг города большие насаждения винограда. Это был типичный торговый город. В городе имелись кирпичный завод, паркетная фабрика, угольные копи, каменоломни, три паровые мельницы, спиртзавод и др. Все они были приспособлены к обороне. Несколько дней продолжались бои за город. Только 18 ноября во взаимодействии с конно-механизированной группой генерала Плеева с упорными боями овладели городом и подошли к горам Матра.

Любое сражение, каждый бой, где бы они ни происходили, — это огонь, кровь, смерть, тем не менее, когда думаешь о боях в различных районах, невольно возникают в памяти картины, отличающиеся одна от другой.

На этот раз перед дивизией стояла задача вести бои в горно-лесистой местности. В горах все сложнее, чем на равнине. Трудно проделывать проходы в минных полях, преодолевать противотанковые рвы, обеспечивать надежную связь... Бой нередко распадается на отдельные очаги, и тогда требуется особое командирское искусство, чтобы не упустить нити управления.

Командир дивизии организовал занятия с офицерами по изучению местности, на которой предстояло вести бой, особенностей боя в горно-лесистой местности, применению обходных маневров. С личным составом был проведен ряд бесед об особенностях боев в горно-лесистой местности. В этих беседах особое внимание обращалось на необходимость взаимной помощи, выручки.

11 декабря первый батальон 1241-го стрелкового полка получил задачу: обойти через горы Матра населенный пункт Задьвасентякаб и атаковать врага с тыла. Задача была сложная. Она усложнялась еще и тем, что батальон должен был оторваться от своих тылов, следовательно, надо было с собой захватить запас продуктов и боеприпасов.

Командир батальона старший лейтенант Александр Александрович Урюпин прежде всего созвал командный состав, рассказал о сложности задачи, о том, что взять с собой, а что оставить на месте, обратил особое внимание на подготовку людей, на подгонку снаряжения. Перед [308] выступлением лично обошел все подразделения, проверил оружие, наличие боеприпасов, продуктов.

Заместитель командира батальона по политчасти старший лейтенант Сергей Харламович Чижиков и парторг батальона младший лейтенант Тамраз Судаев собрали коммунистов и комсомольцев, поставили перед ними задачу по обеспечению выполнения приказа.

Сначала путь батальона лежал через долину. Она дышала туманом и жила тревогой. Двигаться было легко.

Начался подъем. Припекало солнце, и пот проступал на гимнастерках. Батальон торопился. Идущий впереди сапер обнаружил мины. Сапер приступил к своей опасной работе.

Через несколько минут батальон снова тронулся в путь. Через полкилометра опять остановились: мины.

«Ловушка, — подумал Урюпин. — Не исключено, что на этой дороге нас ждут фашисты». Комбат посмотрел на карту и увидел — другой дороги нет. Только на мины. Только под пули.

Старший лейтенант Урюпин сложил карту. И тут он услышал приглушенные расстоянием и лесом звуки стрельбы в ущелье. Мысль Урюпина напряженно билась в поисках решения.

— Можно идти, товарищ комбат, — доложил сапер.

— Идти можно, но только не по этой тропе. Здесь впереди нас ждут немцы. Мы пойдем вот здесь, — жестом показал в сторону горной вершины.

Батальон пошел на вершину по крутой скале, срывая ногти и обдирая до крови колени. Но до вершины было еще далеко. Идущая впереди разведка доложила, что на высоте фашисты. Старший лейтенант Урюпин, хотя и не входило в его задачу вступать в бой на пути, решил не оставлять за собой организованного противника, а уничтожить его. Развернув батальон, он окружил высоту, отрезал все отходы противнику, после чего стремительной атакой овладел высотой, уничтожив фашистов, находившихся на высоте.

Под покровом ночи батальон спустился с гор и внезапно атаковал немцев в населенном пункте.

Появление наших воинов оказалось столь неожиданным для немцев, что вызвало полное замешательство. Воспользовавшись этим, батальон ворвался в населенный пункт там, откуда враг не ожидал. Однако опомнившись, противник предпринял ряд ожесточенных контратак, стремясь вытеснить батальон Урюпина из населенного [309] пункта на открытое место. За день было отбито семь контратак.

К вечеру Урюпин решил обмануть противника. Он, демонстрируя ложный отход, оставил для прикрытия один взвод, а сам с батальоном, совершив обходной маневр, нанес удар с северной стороны. До глубокой ночи продолжался бой. Тем самым он создал угрозу отрезать пути отхода немцам.

Отличился красноармеец Андрей Прокопьевич Сиволап. Дважды контуженный, он продолжал уничтожать вражеские огневые точки из своего ручного пулемета. Сержант Нераевский обошел дом, откуда вели огонь немцы, и забросал их гранатами.

Комсорг батальона младший лейтенант Петр Васильевич Гавриков в трудное для батальона время пошел в боевые порядки и личным примером воодушевил бойцов на отражение контратаки, лично истребил многих фашистов.

Воспользовавшись успехом батальона Урюпина, 1241-й полк атаковал населенный пункт с юго-востока и очистил Задьвасентякаб и Сурокпюшлеки.

Батальон старшего лейтенанта Александра Александровича Урюпина еще неоднократно отличался своей дерзостью, умением бить врага и в других боях на территории Венгрии и Чехословакии. Но эти победы дорого стоили для батальона, многие воины отдали свои жизни и получили ранения. В том числе в боях у деревни Мужла в Венгрии 12 января 1945 года погиб зам. командира батальона по политчасти старший лейтенант Сергей Харламович Чижиков, награжденный многими орденами. Жена Клавдия Тихоновна живет в Ростовской области, в станице Лихан. Был тяжело ранен парторг батальона младший лейтенант Тамраз Шайоглы Сулаев, азербайджанец. Ранены командир роты младший лейтенант Михаил Иванович Атаманов, комсорг батальона младший лейтенант Петр Васильевич Гавриков, прибывший после лечения из госпиталя командир роты лейтенант Николай Николаевич Пащенко, сержант Мирон Соломонович Казарновский и многие другие.
* * *

«В течение 1944 года Советская Армия разгромила и вывела из строя 136 немецко-фашистских дивизий, из них более 70 дивизий было окружено и уничтожено. Фактически летом 1944 года войну уже нельзя было выиграть, ее можно было лишь затянуть». [310]

Так пишет Курт фон Типпельскирх — генерал пехоты в отставке, верой и правдой служивший своему «фюреру» Гитлеру, который закончил войну командующим армией в Мекленбурге, где сдался в числе других видных гитлеровских генералов англичанам в плен.

После войны он написал книгу «История второй мировой войны», написал с позиций нацистского генерала, с учетом взглядов реакционных кругов США и Англии.

Он пишет, что несмотря на угрозу вторжения англоамериканских войск в Западную Европу, гитлеровское командование продолжало держать к концу 1943 года на советско-германском фронте 257 дивизий, в то время как во Франции и Италии находилось всего лишь около 75 дивизий.

Так от начала до конца Отечественной войны советско-германский фронт был главным фронтом, где решалась судьба второй мировой.


Qui quaerit, reperit
 
Авиация СГВ » МЕМОРИАЛЫ И ЗАХОРОНЕНИЯ СОВЕТСКИХ ВОИНОВ » ЛИТЕРАТУРА О ВОЙНЕ » На главном — Бухарестском направлении (Айнутдинов С.Х.)
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2019
Хостинг от uCoz
Счетчик PR-CY.Rank Яндекс.Метрика