Авиация СГВ
Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск Лента RSS

  • Страница 1 из 4
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Модератор форума: Sokol, Галина, ВладС, Viktor7  
Авиация СГВ » ДЕЛА МИРСКИЕ » ИСТОРИЯ » Военные тайны
Военные тайны
СаняДата: Воскресенье, 18 Марта 2012, 12.27.24 | Сообщение # 1
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Борьба великого князя с Тверью и Литвой. Начало войны с Мамаем


Великий князь, готовясь к решительной борьбе с Ордой и Тверью, старался утвердить порядок внутри отечества.

Негодование князя вызвало своевольство новгородцев: многие из них, именуясь охотниками, составляли тогда целые полки, и без всякого сношения с правительством ездили на добычу в места отдаленные. Так они (в 1364 г.) ходили по реке Оби до самого моря с молодым вождем Александром Обакуновичем и сражались не только с иноплеменными сибирскими народами, но и со своими двинянами.

Александр и другие смельчаки отправились вниз по Волге на 150 лодках; умертвили в Нижнем великое число татар, армян, хивинцев, бухарцев; взяли их имение, жен, детей; вошли в Каму, ограбили многие селения в Волжской Булгарии и возвратились в отчизну, хвалясь успехом и добычей. Узнав о том, великий князь объявил свой гнев новгородцам, велел захватить их чиновника в Вологде, ехавшего из Двинской области, и сказать им, что они поступают как разбойники, и что купцы иноземные находятся в России под защитой великого князя.

В 1365 году Русь постигла моровая язва, а затем пожар, какого еще не бывало и который слывет в летописях великим пожаром Всесвятским, ибо начался церковью Всех Святых. Город разделялся тогда на Кремль, Посад, Загородье и Заречье: в два часа или менее огонь, развеваемый бурей, истребил постройки. Многие бояре и купцы не спасли ничего из своего имения. Видя, что деревянные укрепления ненадежны, великий князь в общем совете с братом, Владимиром Андреевичем, и с боярами решился построить каменный кремль, и заложил его весной 1367 года. Надлежало не упуская времени принимать меры безопасности.

В летописном рассказе о борьбе за владимирский стол неоднократно указывается, что в военных походах Дмитрия Иоанновича сопровождали «все бояре». Московское боярство являлось опорой политики великого князя, направленной на объединение русских земель под его верховной властью. В княжение Дмитрия Иоанновича окончательно сформировался тот круг боярских родов, на которые в дальнейшем опиралась власть великих князей Московских по объединению великорусских земель. В исторической традиции сохранилась память об особо тесных, дружеских отношениях, соединяющих Дмитрия Иоанновича и его бояр. «Если Иоанн Калита и Симеон, — говорит Карамзин, — готовили свободу от Орды умом, то теперь великий князь готовил меч».

В Тверской земле в это время происходила распря за удел умершего в 1364 году дорогобужского князя Семена Константиновича.

Опираясь на поддержку Орды и московских князей, занимающих владимирский великокняжеский стол, тверской великий князь Василий Михайлович Кашинский в 1360 году, когда Москва потеряла Владимир, а Орда была раздираема внутренними мятежами знати, вынужден был пойти на соглашение со своими противниками — сыновьями Александра Михайловича Тверского. Старший из них, Всеволод, в 1348-1349 годах уже занимал стол великого княжения тверского, однако в начале 60-х годов XIV века на первый план выдвигается следующий по возрасту Александрович — Михаил. Именно он в 1362 году ездил в Аитву заключать мир с Ольгердом, нарушенный в 1361 году, когда «Аитва волости Тферьскыи имали». Именно на Михаила хотел было организовать поход тверской великий князь Василий Кашинский, но, собрав уже войско, так и не решился выступить. К осени 1365 года Михаил Александрович уже сидел на тверском великокняжеском столе. Его дядя Василий Михайлович должен был удалиться в свой Кашин. Конец 1365 — начало 1366 года ознаменовались вспышкой моровой эпидемии в Твери, которая унесла жизни многих местных князей, а их владения сделала выморочными. В итоге к весне 1366 года князь Михаил стал обладателем не только Тверского великого княжения, но и всего удела своего отца, а также половины клинских волостей, отчинный владелец которых — князь Семен Константинович — отказал их перед своей смертью Михаилу. В руках Михаила Александровича оказалась таким образом сконцентрирована большая часть территории всего Тверского княжества.

Вмешавшись в спор между тверскими князьями, Дмитрий Иоаннович выслал войско на помощь князю Василию Михайловичу, боровшемуся со своим племянником, святым Михаилом Александровичем, правившим в удельном городе Микулине. Этот шаг имел важные политические последствия. Михаил Александрович являлся главным соперником Дмитрия Донского за великое княжение. Михаил Александрович, внук святого Михаила Ярославича, казненного в Орде в 1318 году, вынужден был на время покинуть свои владения, обратился за помощью в Аитву и вернулся в Тверь осенью 1367 года с литовским войском. Его тверские противники и Дмитрий Иоаннович были вынуждены заключить с ним мир. Из-за Тверского княжества возникла перспектива серьезного и опасного для Москвы конфликта с Литовским великим княжеством.

В 1367 году Дмитрий Иоаннович стремился стать посредником в разрешении различных споров между немцами и псковичами, но его посол, напрасно просидев в Юрьеве (Дерпте) несколько месяцев и ничего не добившись, вернулся в Москву.

Смуты в Орде создали благоприятные условия для экспансии Аитвы на юг и восток В начале 60-х годов XIV века под власть великого князя Ольгерда перешел главный центр Черниговской земли — Брянск, тогда же литовская власть окончательно утвердилась в Киеве, где на княжение был посажен Владимир (Василий) Ольгердович, даже в далекой Подолии утвердились племянники Ольгерда — Кориатовичи. Великое княжество Литовское стало самым крупным и могущественным государством на территории Восточной Европы. Ольгерд стремился подчинить своему влиянию и те русские земли, которые не входили в состав его государства. К этой цели вело заключение брачных связей. Ольгерд вторым браком был женат на святой Иулиании Александровне, сестре Михаила Александровича Тверского. На дочери литовского великого князя Агриппине был женат городецкий князь Борис Константинович, на другой дочери — один из наиболее влиятельных черниговских князей — Иван Новосильский. Вырисовывалась перспектива объединения русских земель под властью литовских князей-язычников. Обращение князя Михаила Александровича за помощью давало Ольгерду весомый повод для вмешательства в политическую жизнь Северо-Восточной Руси.

Московский великий князь и митрополит Алексий не испугались конфликта с сильным и опасным противником. Уже в 1368 году в Москве стали готовиться к большой войне с Ольгердом. Были заключены скрепленные присягой соглашения с великим князем Смоленским Святославом Ивановичем и черниговскими князьями о совместном выступлении против Ольгерда. Уже в начале 1368 года двоюродный брат Дмитрия Иоанновича, серпуховский князь Владимир Андреевич занял город Ржев. Однако задуманный план осуществить не удалось. Война началась вступлением московских войск во владения Михаила Тверского и его бегством в Литву. Между тем союзники не поддержали Дмитрия Ивановича, напротив, «смоленская сила» участвовала в военных действиях на литовской стороне.

В 1368 году Михаил Александрович поехал в Москву на суд митрополита Алексея по поводу своей тяжбы с дорогобужским князем Еремеем Константиновичем. Там его схватили и бросили в темницу, но вскоре выпустили, опасаясь приехавших в ту пору из Орды троих татарских князей. Михаил тут же обратился за помощью к Ольгерду.

Осенью 1368 года Ольгерд скрытно собрал большое войско и в конце ноября неожиданно напал на Московское княжество. Дмитрий Иоаннович не успел собрать войско и сел в осаду в кремле. В течение трех дней литовские отряды разорили и опустошили окрестности города. После того как Дмитрий Иоаннович Донской вынужден был уступить Ольгерду Градок, литовцы ушли, отягощенные огромной добычей и пленными, но так не смогли взять кремль.

Это не заставило князя Дмитрия Иоанновича прекратить борьбу. В 1370 году его воеводы ходили походом к Брянску, выгнали из его владений князя Ивана Новосильского, зятя Ольгерда, а в сентябре 1370 года сам Дмитрий Иоаннович предпринял поход в Тверскую землю, и князю Михаилу Александровичу пришлось снова уехать в Аитву. Ответом на эти действия стал второй поход Ольгерда на Москву поздней осенью — зимой 1370 года: 6 декабря войска Ольгерда подошли к Москве и восемь дней стояли под стенами кремля. Однако в городе Перемышле на реке Протве, недалеко от Москвы, где «затворился» Дмитрий Иоаннович, собрались русские отряды во главе с Владимиром Андреевичем, к которым присоединились союзники из Рязани и Пронска. По инициативе Ольгерда было заключено перемирие, и он увел свое войско. Все это свидетельствовало о том, что стремление Литвы подчинить своему влиянию княжества Северо-Восточной Руси сталкивалось со все более серьезными трудностями.

К этому времени положение осложнилось вмешательством Орды в борьбу между Москвой и Тверью. В итоге смут, охвативших Ордынское государство, к концу 60-х годов XIV века оно распалось на три части: восточную, так называемую Кок-Орду с центром в городе Сыгнаке на Сырдарье, центральную — земли Среднего и Нижнего Поволжья, где находилась ордынская столица Сарай, и западную — между Волгой и Днепром, правителем которой был могущественный эмир Мамай, державший на престоле своих ставленников — потомков Чингисхана. Ордынская знать, правившая в землях Поволжья, не обладала большой военной силой, ее земли постоянно пытались захватить то Мамай, то правители Кок-Орды. С Кок-Ордой у русских князей никаких связей не было, некоторые князья (в их числе Дмитрий Константинович) в первой половине 60-х годов еще признавали власть сарайских ханов, но в дальнейшем перестали с ними считаться. В 60-х годах Дмитрий Иоаннович сидел на великом княжении, располагая ярлыком ставленника Мамая хана Абуллаха. Осенью 1370 года «из Литвы» к Мамаю направился тверской князь Михаил Александрович хлопотать о получении ярлыка на владимирское великое княжение. Этот шаг, предпринятый при поддержке литовского великого князя Ольгерда, существенно менял характер конфликта между Москвой и Тверью. Теперь речь шла о попытке утвердить связанного с Литвой тверского князя в качестве первого среди князей Северо-Восточной Руси. Мамай, не заинтересованный в усилении Москвы, выдал ему такой ярлык, но население великого княжества не приняло Михаила Александровича, была сделана попытка его задержать. Правителю Твери вновь пришлось бежать в Литву. Его претензии на великое княжение должен был поддержать второй поход Ольгерда на Москву, но эта цель не была достигнута.

Ольгерд перестал поддерживать князя Михаила Александровича и стал искать соглашения с Москвой. В июне 1371 года Москву посетили литовские послы. При участии митрополита Алексия было заключено соглашение о браке князя Владимира Андреевича с дочерью Ольгерда Еленой. В январе-феврале 1372 года брак был заключен. Возможно, таким образом Ольгерд рассчитывал привлечь Владимира Андреевича на свою сторону, но внести разлад в отношения между двоюродными братьями ему не удалось. Уже в 60-х годах XIV века советники Дмитрия Иоанновича прилагали усилия, чтобы заинтересовать удельного князя в поддержке старшего брата; на территории великого княжения владимирского появились земли, принадлежащие боярам и слугам Владимира Андреевича. Заботился об укреплении отношений между братьями митрополит Алексий. По его «челобитью» Дмитрий Иоаннович передал двоюродному брату Лужу и Боровск. Позднее, во время совместной борьбы против Михаила Тверского, он передал Владимиру Андреевичу, потомку по матери галичских князей, Галич и Дмитров. «Розмирье» между братьями произошло лишь в самом конце правления Дмитрия Иоанновича.

Князь Михаил Александрович продолжал искать поддержки в Орде и в апреле 1371 года вернулся в Тверь с ярлыком на Владимирское великое княжение. Однако его жители снова не приняли тверского князя, и тогда Михаилу Александровичу пришлось силой захватывать земли Владимирского великого княжества. В этих условиях московским политикам в начале лета 1371 года удалось заключить с Великим Новгородом договор о союзе, направленном против Твери и ее возможного союзника Аитвы. Постоянная поддержка Михаила Александровича со стороны Мамая встревожила Москву. В июне 1371 года Дмитрий Иоаннович с большими дарами отправился к Мамаю, до Оки его провожал митрополит Алексий. В Орде, обязавшись выплатить большой «выход», Дмитрий Иоаннович добился ярлыка на великое княжение от нового хана Мухаммед-Булака. В отсутствие великого князя войска Михаила Александровича несколько раз вторгались на территорию Владимирского великого княжества, и некоторые земли (например, Бежецкий Верх) ему удалось захватить. Опасаясь нападения тверских войск, Великий Новгород заключил соглашение с правителем Твери как с великим князем и обязался принять его наместников, «если вынесуть тобе из Орды княжение великое».

Осенью 1371 года Дмитрий Иоаннович вернулся из Орды с великокняжеским ярлыком. Всем пришлось выплачивать тяжелую дань, но и в этих условиях население Владимирского великого княжества не стало переходить на сторону Михаила Тверского, что политически предрешило исход борьбы, несмотря на то что на стороне правителя Твери снова выступила Аитва. Весной 1372 года на помощь Михаилу Александровичу пришла литовская рать во главе с братом Ольгерда князем Кейстутом. Войска тверского князя взяли Дмитров, а войска Кейстута разорили округу Переяславля-Залесского. Литовско-тверское войско также заняло Торжок, где Михаил Александрович посадил своих наместников. 31 мая 1372 года при попытке новгородцев выгнать их из Торжка правитель Твери нанес новгородцам страшное поражение. Для закрепления достигнутых успехов Ольгерд вместе с тверским князем в третий раз выступил в поход на Москву. В июле 1372 года на Оке у города Любутска литовско-тверское войско встретил Дмитрий Иоаннович со своим войском. На его стороне выступили рязанские князья и «великий князь Роман» — старший среди черниговских князей. Ольгерд не решился на сражение, и стороны заключили перемирие. В грамоте о перемирии как союзники Дмитрия Иоанновича указаны рязанские князья и «великий князь Роман». По одному из условий перемирия Михаил Тверской обязывался вернуть имущество, захваченное им на территории великого княжения, а Дмитрий Иоаннович получал право выслать тверских наместников. В случае новых нападений правителя Твери на земли владимирского великого княжения литовские князья Ольгерд и Кейстут обязывались не вмешиваться в отношения между московским и тверским правителями.

Заключенное в 1372 году соглашение положило конец попыткам литовских князей вмешаться в политическую жизнь княжеств Северо-Восточной Руси, чтобы подчинить их своей власти и влиянию. В упорной борьбе Дмитрий Иоаннович не только остановил литовское наступление, но и вырвал из-под литовского влияния княжества Черниговской земли, расположенные в верховьях Оки. Тем самым для русских земель этого региона была обеспечена возможность самостоятельного развития. Утратив поддержку Литвы, Михаил Александрович был вынужден искать мира с Москвой и Великим Новгородом. По соглашению, заключенному в январе 1374 года, правитель Твери свел своих наместников с территории великого княжения и обязался вернуть Великому Новгороду имущество и пленных, захваченных при взятии Торжка. Руководящая роль Москвы в политической жизни Северо-Восточной Руси упрочилась, и ее глава, Дмитрий Иоаннович, выступил в последующие годы как объединитель русских княжеств в их борьбе с Ордой. Напряжение в отношениях Орды Мамая с русскими княжествами стало нарастать с 1373 года, когда ордынские войска напали на Рязанскую землю и Дмитрий Иоаннович, «собрав всю силу княжения великого», стоял на Оке, ожидая набега ордынцев. Военное напряжение нарастало и в следующем году, русский летописец кратко отметил: «А князю великому Дмитрию Московскому бышеть розмирие с татары и с Мамаем». В конце ноября 1374 года в Переяславле собрался съезд князей. По предположению ряда исследователей, здесь было принято общее решение о борьбе с Ордой Мамая. По инициативе великого князя московского была прекращена выплата тяжелого «выхода». Началась война. В 1375 году войска Мамая разорили южные районы Нижегородского княжества.
Новым обострением отношений между Дмитрием Иоанновичем и Ордой попытался воспользоваться Михаил Тверской, чтобы захватить великокняжеский стол. В Москве тогда внезапно открылась измена. В Тверь к князю Михаилу Александровичу перебежали два знатных и влиятельных лица. Один из них, Иван Вельяминов, был смертельно обижен на великого князя Дмитрия, лишившего его наследственной должности тысяцкого. Молодой аристократ, очевидно, пользовался поддержкой части бояр и зажиточных горожан, недовольных усилением великокняжеской власти и разрывом с Ордой. Другой перебежчик, некий Никомат, представлял могущественную корпорацию гостей-сурожан, державших под своим контролем торговлю с Югом — крымским Сурожем и Кафой.

Михаил Тверской послал Ивана Вельяминова и Никомата к Мамаю хлопотать о ярлыке на великое княжение Владимирское. Сам же обратился за помощью к родственнику, Ольгерду Аитовскому. События развивались неудержимо. 13 июля 1375 года с желанным ярлыком в Тверь вернулся Никомат. Михаил Александрович тут же разорвал мир с Москвой и направил своих наместников в великокняжеские города.

Подстроенная Мамаем интрига подействовала. Распался, не успев и возникнуть, смертельно опасный для Орды союз. Теперь уже Москва оказалась перед лицом грозных недругов — Михаила Тверского, Ольгерда Аитовского и Мамая.

Великий князь Дмитрий Иоаннович не стал, однако, ждать, когда враги объединят свои силы. Не теряя ни дня, он ударил по самому уязвимому звену враждебного союза — по Твери. На нее двинулось войско, собранное для намечавшейся войны с Мамаем. Было оно беспримерным на Руси. С Дмитрием Московским в поход шли полки и дружины не менее двадцати русских княжеств и земель! В начавшемся в конце июля походе на Тверь вместе с московской ратью приняли участие войска почти всех князей Северо-Восточной Руси: нижегородские князья Борис, Дмитрий Ноготь, Дмитрий Константинович и Семен Дмитриевич, черниговские союзники Дмитрия Иоанновича и даже «великий князь смоленский» фигурировал как союзник великого князя московского. Это свидетельствует о том, что к 1375 году Смоленск разорвал отношения с Литвой и перешел на московскую сторону. Под стенами Твери к союзникам присоединилось также новгородское войско. Осада города продолжалась почти месяц, за это время была занята вся Тверская земля. Надежды на помощь от Литвы или от Орды Мамая не оправдались. Михаил Александрович был вынужден согласиться на мир, продиктованный Дмитрием Иоанновичем. Мирный договор был заключен «по благословению» митрополита Алексия. Тверской князь признал себя «братом молодшим» правителя Москвы, отказался от притязаний на Владимирское великое княжение, обязался вступить в союз с Дмитрием Иоанновичем и участвовать в походах вместе с ним. Кроме того, тверской князь обязался разорвать союз с Литвой и в случае войны между Литвой и Москвой участвовать в ней на московской стороне. В договор также вошло условие, предусматривающее, что правитель Твери должен был участвовать в военных действиях против ордынцев и решать все вопросы отношений с ними лишь «по думе» с великим князем московским. Все это означало полное поражение Михаила Александровича в борьбе за господство в Северо-Восточной Руси. Орда и Литва, на которые он рассчитывал, оказались неспособными повлиять на ход событий. Таким образом, в 1375 году не только окончательно упрочилась политическая гегемония Москвы в Северо-Восточной Руси, но и русские земли, объединившись, впервые выступили как единое политическое целое под главенством Дмитрия Иоанновича.

Победа Дмитрия оказалась столь стремительной, что помешать ей не успели ни Ольгерд, ни Мамай. Первый смог лишь повоевать смоленские волости. Отряды же второго совершили набеги на окраинные Нижегородское и Новосильское княжества.

Однако у московской победы был горький привкус: удар объединенной русской рати пришелся не по Мамаю, а по единокровной и единоверной Твери. Война 1375 года вновь оттолкнула друг от друга Москву и Литву. Углубился разрыв между Великой Русью и Русью Малой. Опасность грозила и церковному единству русских земель. Ольгерд, опасаясь духовного влияния Москвы на своих православных подданных, все настоятельнее требовал от Константинопольского патриарха создать в Литве особую, отдельную от Московской митрополию, угрожая в противном случае обратиться к Папе Римскому. Многомудрый патриарх Филофей вынужден был уступить. В декабре 1375 года Вселенский собор постановил образовать митрополию Киевскую и Литовскую во главе с митрополитом Киприа- ном, что вызвало несогласие Москвы.

( Продолжение следует)


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Воскресенье, 18 Марта 2012, 12.27.48 | Сообщение # 2
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Ответом на присоединение смоленских князей к Дмитрию Иоанновичу стал поход литовцев на Смоленскую землю, а ответом на присоединение к московскому правителю черниговских князей стал набег войск Мамая на черниговские княжества, расположенные на верхней Оке. Так стало намечаться сближение Орды Мамая и Литвы, недовольных усилением Москвы и объединением под ее политическим руководством русских земель. В 1376 году князь Владимир Андреевич вел войну с великим княжеством Литовским, а Дмитрий Иоаннович вновь стоял с войсками на Оке, охраняя себя и своих союзников от набегов ордынцев.

Тем временем осложнились отношения с Литвой. В 1377 году, после смерти Ольгерда, литовский великокняжеский стол занял один из двенадцати его младших сыновей от второго брака — Ягайло (в крещении Владислав), женатый на польской королеве Ядвиге. И это вызывало враждебную реакцию его старших братьев, родившихся от первого брака. Очевидно, к этому времени в Москве уже располагали сведениями о заключении союза между Мамаем и Ягайло, и поход был реакцией Москвы на это событие.

В начале 1377 года великий князь послал Дмитрия Михайловича Волынского с ратью на город Булгар. Вместе с Волынским в походе приняли участие нижегородские полки во главе с сыновьями Дмитрия Нижегородского Василием и Иваном. Одним из булгар- ских князей, как уже говорилось, с 1370 года был ставленник Мамая. В случае войны с Дмитрием Мамай мог использовать его для организации похода на восточные земли Руси. Поэтому нападение в 1377 году на Булгарию, оторванную от основных владений Мамая, преследовало стратегическую цель: обезопасить Нижегородское и соседние с ним княжества от возможного флангового удара в случае решительного столкновения с Ордой. 16 марта 1377 года русская рать подошла к Булгару. Из города выступило монголо-татарское войско для встречи в открытом бою. Несмотря на то что в его составе были боевые верблюды, необычный вид которых пугал коней русских ратников, несмотря на военную новинку — огонь из крепостных пушек («изъ града громъ пущаху»), полки Дмитрия Волынского и нижегородских князей успешно атаковали защитников города, которые, потеряв 70 человек убитыми, бежали в крепость. Булгарские князья Асан и Мухаммед Султан (Махмат Солтан) запросили мира. Русские князья согласились. В результате переговоров монголо-татары уплатили пять тысяч рублей контрибуции и вынуждены были принять у себя русских чиновников — даругу и таможенника. Военные действия между Москвой и Ордой развернулись первоначально у границ Нижегородского княжества.

По-видимому, именно от булгар летом 1377 года было получено на Руси тревожное сообщение о том, что на правобережье нижней Волги появилась пришедшая из заволжских степей новая орда хана Араб-шаха (Арапши), и что этот Араб-шах намеревается напасть на Нижний Новгород. На защиту Нижнего поспешил сам великий князь Дмитрий «въ силе тяжце». Но, поскольку новых известий об Араб-шахе не поступало, он вернулся в Москву, оставив местным князьям «рать Володимерьскую, Переяславьскую, Юриевьскую, Муромьскую, Ярославьскую». Эти полки вместе с нижегородскими под командованием участника похода на Булгар князя Ивана Дмитриевича и князя Семена Михайловича не спеша двинулись к юго-восточным рубежам Нижегородского княжества. Новые известия об Араб-шахе говорили о том, что он задержался где-то далеко у Волчьих вод, и ратники повели себя беспечно: оружия к бою не готовили, бражничали, упиваясь медом и пивом, отнятым у местного населения, а князья и бояре развлекались охотой. О лагере русского войска у реки Пары, правого притока Пьяны, узнали в Мамаевой Орде.

Большие силы Мамая, проведенные мордовскими князьями тайными тропами, в воскресный день 2 августа 1377 года внезапно ударили с тыла на оплошавшую русскую рать. Не ожидавшие нападения с этой стороны князья и воеводы вместе со своими полками обратились в бегство. Монголо-татары перебили множество бояр и простых воинов, был убит князь Семен Михайлович. Большое число русских утонуло при переправе через Пьяну, в том числе князь Иван Дмитриевич. Победа мамаевых темников была полной, и они тут же решили воспользоваться ею. Оставив на поле боя, вероятно, под небольшой охраной, захваченных пленных и имущество, они быстро («изгоном») двинулись к Нижнему Новгороду. 5 августа они были под его стенами. В распоряжении князя Дмитрия Константиновича не оказалось достаточных военных сил, и он бежал в Суздаль. Горожане тоже покинули город, последовав примеру князя. Нижний Новгород стал легкой добычей монголо-татар. В течение двух дней они хозяйничали в нем, грабили и убивали оставшихся жителей, а перед уходом подожгли город. Был разграблен и подожжен Спасо-Преображенский собор в кремле, где сгорели летописи и ценные книги. Уходя, монголо-татары повоевали нижегородскую сельскую округу, людей предали смерти, а оставшихся в живых женщин и детей увели с собой в рабство.

Через несколько дней на восточных границах Нижегородского княжества появился давно ожидаемый Араб-шах. Его набег ограничился разграблением нижегородских земель по правому берегу реки Суры. Осмелевшие мордовские князья осенью 1377 года вновь повоевали нижегородскую округу («уезд») и довершили разгром сел, уцелевших от ордынского августовского нападения. Правда, на сей раз городецкий князь Борис Константинович сумел настичь противника у реки Пьяны и разбить его. Однако положение Нижегородского княжества оставалось трудным.

Зимой 1377-1378 годов великий князь вновь прислал на помощь в Нижний Новгород свою рать под командованием боярина Федора Андреевича Свибла. Вместе с Борисом Городецким и сыном Дмитрия Нижегородского Семеном эта рать совершила нападение на примкнувших к Мамаю мордовских князей и учинила в их землях жестокую расправу. Это были ответные действия Москвы и Нижнего Новгорода главным образом на походы Мамаевой Орды в августе 1377 года. В результате этой успешной совместной акции укрепился и московско-нижегородский союз. Поддержка Москвы обеспечивала Нижегородскому княжеству стабильность не только внешнеполитическую, но и внутриполитическую. И если такая поддержка ослабевала, Нижегородское княжество вступало в полосу потрясений.

А удары Орды становились все сильнее. В июле 1378 года татары вновь обрушились на Нижегородское княжество и дотла спалили его стольный град.

По словам летописи, Мамай, собравший «воя многы», послал их во главе с Бегичем «на князя великаго Дмитрея Ивановича и на всю землю Русскую».Суть замыслов ордынского темника в русской летописи раскрыта верно: Орде действительно в то время противостояла вся Русская земля, сплотившаяся вокруг наиболее могущественного князя Северо-Восточной Руси Дмитрия Иоанновича Московского, и, чтобы привести русских князей в свою волю, Мамаю необходимо было воевать с ними всеми и прежде всего с их главой — великим князем Дмитрием. Источники не сообщают о каких-либо военных действиях Бегича до решительного столкновения с русскими полками. Идя с юга, монголо-татары не нападали ни на лежащие близ их пути верховские княжества, ни на рязанские земли. Основным объектом удара была, по-видимому, Москва, и Бегич не распылял своих сил.

Известия о выступлении Бегича были получены в Москве своевременно. Сконцентрировав значительные силы, Дмитрий решил не допускать монголо-татар на территорию Московского княжества и «поиде противу въ силе тяжце» за Оку. Противники встретились у реки Вожи, недалеко от столицы Рязанского княжества — Переяславля. Русские войска заняли позиции на левом берегу реки Вожи. Для Бегича появление полков Дмитрия в рязанских пределах было, по-видимому, неожиданным. Некоторое время он стоял у реки, не решаясь перейти ее, а когда «не по мнозехъ же днехъ» монголо-татарская конница форсировала Вожу, то оказалась в ловушке. Как свидетельствует летопись, «удари на нихъ с одину сторону Тимофеи околничии, а с другую сторону князь Данилеи Проньскы, а князь великии удари въ лице». Из этого краткого описания делается очевидным, что полки Бегича попали в «мешок»: искусно расставленные силы русских нанесли им сначала удары по флангам, а затем довершили сражение лобовой атакой. «Въ томъ часе» 11 августа 1378 года, как говорит летопись, монголо-татары обратились в бегство. Многие из них были перебиты, гонимые русскими полками, многие утонули в Воже.

В Вожском сражении погибло пять монголо-татарских князей, что свидетельствует как о значительной величине войска Бегича, так и о масштабах нанесенного ему поражения. Разгром был настолько сильным, уцелевшие от разгрома монголо-татары были так напуганы происшедшим, что уходили от русских всю ночь с 11 на 12 августа, бросив свой прежний лагерь и все имевшееся там имущество, хотя русские начали их преследовать только через сутки после сражения. С большими трофеями Дмитрий вернулся в Москву.

Русские рати были распущены «съ многою корыстию». Некоторые данные позволяют судить о составе этих ратей. Так, среди убитых на реке Воже русских военачальников летопись называет Дмитрия Монастырева, белозерского вотчинника. В Вожском сражении участвовал князь Даниил Пронский со своим полком. А известие о движении Бегича было послано в Москву, скорее всего, Олегом Рязанским или при его содействии. Во всяком случае этот князь явно был причастен к победе на Воже. Когда к Мамаю прибежали остатки войск Бегича, он «разгневася зело и възъяри- ся злобою», собрал новую рать и осенью 1378 года «вборзе безъ вести изгономъ» напал на Рязанское княжество. Не ожидавший этого Олег бросил па произвол судьбы свою столицу и укрылся где-то за Окой. Некоторые летописи сообщают даже, что он из вражеских «рукъ убежа истрелянъ». Новая Рязань была захвачена монголо-татарами, которые сначала разграбили и подожгли город, а затем опустошили его волости. Это нападение Мамая на Рязанское княжество можно объяснить только тем, что Олег, не участвуя прямо в сражении против Бегича, скрытно помогал Дмитрию Московскому.

Кровопролитные столкновения 1377-1378 годов между Русью и Ордой несколько ослабили их силы. Для московского правительства было ясно, что его основным противником стал Мамай. Именно он нанес крупное поражение объединенной русской рати на реке Пьяне, а после того, как сам потерпел жестокое поражение на реке Воже, постарался частично реабилитироваться, захватив Рязань. Последнее говорило о том, что Мамай вынашивает планы реванша и в удобное для себя время может приступить к их реализации. Мамай же прекрасно понимал, что для восстановления ордынской власти над русским «улусом» ему придется действовать против единого военно-политического союза русских княжеств и земель, возглавляемого великим князем Дмитрием. И та, и другая стороны нуждались в укреплении своих сил, в передышке. На протяжении 1379 года Мамай не предпринимал никаких военных действий против Руси. Наоборот, скрывая истинные намерения, в конце лета 1379 года он даже пропустил через свои владения ехавшего в Константинополь для поставления в русские митрополиты московского кандидата Михаила-Митяя. Дмитрий же, стремясь укрепить свой авторитет в заокских княжествах (возможно, поколебленный разорением Мамаем Рязани в 1378 году) и воспользовавшись благоприятной для себя ситуацией в Литовском государстве, в начале декабря 1379 года послал свои полки под командованием князей Владимира Андреевича, Андрея Полоцкого и Дмитрия Волынского в поход на Брянское княжество.

Андрей (Вигунд) Ольгердович (1325-1399) — удельный князь полоцкий, грубчевский, служилый князь псковский, четвертый сын великого князя литовского Ольгерда и его первой жены Марии Ярославны Витебской, старший брат Владислава Ягайло (†1430).

Дмитрий-Боброк Волынский, выходец из Волыни, не был своим среди московских бояр. Но в Москве он быстро выдвинулся на военном поприше. С его именем связаны многие выдающиеся победы: в 1371 году он наголову разгромил рязанского князя Олега, в 1376-м обложил данью город Булгар. Дмитрий Иоаннович женил Боброка на своей родной сестре Анне. Им были взяты города Трубчевск и Стародуб Северский, захвачены многие волости и села. Войска, до той поры никогда не ходившие столь далеко на юго-запад от границ Северо-Восточной Руси, вернулись назад с богатой добычей. Но основным результатом похода было то, что на сторону Москвы встал родной брат Андрея Полоцкого князь Дмитрий Ольгердович. Вместе со своей семьей и двором он приехал служить к великому князю Дмитрию, который дал ему в управление Переяславль.

Москва укрепила свое влияние в православных литовских княжествах, обеспечила стратегически важный юго-западный фланг будущей военной кампании. Андрей и Дмитрий Ольгердовичи со своими дружинами оказались большим подспорьем в войне с Мамаем. Они составляли одну из самых боеспособных сил великокняжеской рати на Куликовом поле.

Москва охотно принимала к себе на службу выходцев из разных земель, с Востока и Запада. В том числе и из самой Орды. Оттуда в годы «великой замятии» (ханских переворотов в Орде) на Русь устремился поток эмигрантов.

Они переходили на службу великому князю московскому или митрополиту. Пришельцы обычно принимали крещение и вливались в состав русской знати в качестве ее полноправных членов.
К лету 1380 года русские княжества во главе с Москвой оказались в сложном положении — против них выступил Мамай. Фактический правитель Орды тщательно готовился к походу, его войско было усилено наемными отрядами с Северного Кавказа (осетины, черкесы) и из итальянских колоний в Крыму и в Азаке (современный Азов). Авторитет Мамая в степи усиливал заключенный союз с Аитвой. В мае 1380 года в Давыдишках литовский великий князь Ягайло с братьями заключил мирное соглашение со своим воинственным западным соседом — Тевтонским орденом — и получил возможность двинуть войска на восток. К союзникам присоединился рязанский князь Олег (Иаков) Иванович, желавший таким образом обезопасить свои владения от ордынцев. Князь Олег Иванович при посредстве рязанского боярина Епифана Кореева заключил с литовским князем Ягайло договор, о котором московский князь не знал. Одновременно он поддерживал отношения с Дмитрием Иоанновичем и сообщил ему в письме важные сведения о Мамае, определившие весь стратегический расчет похода. Оказалось, что у Москвы не один явный враг, а два. Второй — Ягайло — пробирается по своим землям с запада и вот-вот вольет свои войска в полчища Мамая. В ожидании прихода литовского войска Орда Мамая вместе с ханом Тюляком готовилась к сражению.

Положение Московского княжества осложнялось еще тем, что к этому времени скончался молитвенный ходатай за Москву митрополит Алексий. После его кончины в русской Церкви начались нестроения. Весной 1379 года великий князь предпринял попытку возвести на Московскую кафедру Михаила-Митяя, известного нам по Коломне. Решением архиерейского собора его кандидатура была отклонена. Московские бояре также выразили свое несогласие по этому поводу, а Преподобный Сергий сомневался в достоинствах Митяя и даже предсказал, что Митяю не видать ни митрополии, ни Царьграда. Особенно сильно выступал против него святой епископ Суздальский и Нижегородский Дионисий, который без разрешения Дмитрия Иоанновича сам уехал к патриарху. Тогда Митяй по совету великого князя выехал в Византию для поставления себя в митрополиты, но не доехал до Константинополя, умер по дороге в августе 1379 года. Новый патриарх Нил, избранный в июне 1380 года, поставил в митрополиты архимандрита Пимена из числа свиты Митяя. Причем московские бояре обманули патриарха Нила: не желая ехать из Константинополя без какого-либо результата, они, предъявив подложные документы, заявили, что Пимен является именно тем кандидатом на митрополию, о котором в грамоте просил великий князь. Царь и патриарх долго расспрашивали Пимена и тех, кто был с ним. После расспросов собор епископов решил поставить Пимена в митрополиты. При этом греки говорили: «Правду ли говорят русские или неправду, но мы поступили по истине». Когда через семь месяцев Пимен приехал в Москву, то великий князь не принял Пимена, так как он поставлен был без согласия князя. Таким образом, перед Куликовской битвой в Москве не было святителя Владимирского и всея Руси.

А в это время с юга на север из Мамаевой Орды на Русь спешил Иоанн Вельяминов. Его схватили в Серпухове. Что заставило эмигранта, объявленного государственным изменником, вернуться на родину, на верную смерть? Мы вряд ли когда-нибудь об этом узнаем. Известно лишь, что он был взят хитростью. Вероятно, его заманили в ловушку, пообещав простить прежние прегрешения, возвратить конфискованные владения и высокий служебный статус. Он вполне мог поверить таким посулам. Ведь отец его тоже уезжал в Орду от гнева Иоанна Красного, а затем помирился с князем и в конце концов вернул себе должность тысяцкого. Иоанн Вельяминов был предан позорной казни как изменник. Утром 30 августа 1379 года при стечении множества горожан «убиен бысть Иоанн Васильев, сын тысяцкого; мечем потят бысть на Кучкове поле у града у Москвы повелением князя великого Дмитрия Иоанновича».

Публичная казнь в Москве поразила москвичей, не привыкших к такого рода зрелищам. У многих горькая судьба знатного осужденного вызывала сочувствие: «И бе множества народа стояще, и мнози прослезиша о нем, и опечалишася о благородстве его и о величествии его». Тысяцкие Вельяминовы так срослись с московским торгово-ремесленным миром, что даже явная измена одного из них не могла заглушить добрых чувств к представителю рода, олицетворяющего права и вольности горожан.

Знать также должна была увидеть в расправе над Иоанном покушение на свои привилегии, прежде всего, на право переходить на службу к другому князю. Боярская вольница уходила в прошлое. На смену шли иные времена, иные порядки. Дворяне, служившие по своей воле, постепенно превращались в подданных единовластного государя. Шаг за шагом создавалась жесткая иерархическая структура общества, построенная на подчинении и дисциплине. К этому вела вся логика событий, одним из которых была казнь Иоанна Вельяминова. Сын тысяцкого лишь воспользовался своим правом перехода на службу к другому князю — Михаилу Тверскому. Но из этого «возгореся огнь», вспыхнула война, возникла смута на Руси, которой и воспользовался Мамай...

Вскоре после отъезда Митяя из Москвы новым духовником Дмитрия Иоанновича становится Федор Симоновский, игумен общежительного монастыря, племянник и ближайший ученик Сергия Радонежского.

В знак особого благоволения князь разрешил новому духовному наставнику основать монашескую обитель. В 1379 году всего в четверти версты к северо-востоку от Старого Симонова монастыря была заложена церковь Успения Богородицы. Вокруг нее образовалось монашеское общежитие. Землю под новый монастырь пожаловала, вероятно, семья гостей-сурожан Ховриных. Иждивением Григория Ховры и его жены Агриппины воздвигался и монастырский храм. Его возводили сразу в камне. Случай редкий в то время, говоривший о большом значении, которое придавалось строительству. Об этом же свидетельствует и посвящение храма Богородице, главной заступнице Русской земли. Однако никто из стоявших у истоков Новой Симоновой обители — ни Феодор, ни Преподобный Сергий, ни Дмитрий Иоаннович — так и не увидел собор завершенным. Он был освящен лишь в 1405 году, через четверть века после начала строительства. Два монастыря на Симонове, старый и новый, существовали рядом, в тесной духовной связи больше века. В XVI столетии старая Симонова обитель была упразднена, а ее собор обращен в приходскую церковь.

В том же 1379 году повелением Дмитрия Иоанновича Сергий Радонежский ставит в далеком лесном безмолвии на речке Дубенке, «на Стромыни», деревянный храм Успения Богородицы и устраивает здесь монашескую обитель. Церковь была украшена иконами, снабжена богослужебными книгами. Освящение ее состоялось 1 декабря. Игуменом монастыря стал Леонтий, старец Троицкого монастыря. Напомним, что, по мнению некоторых историков, возведение храма на Дубенке было исполнением обета, данного великим князем перед Сергием Радонежским накануне сражения на Воже. Монастырь находился под покровительством великого князя. Вокруг него выросло богатое торговое село Стромынь, через которое пролегла дорога к другой обители, основанной Сергием, — Киржачской, и далее на Владимир и Суздаль. Путь этот стал впоследствии зваться Стромынкой. Память о нем доныне сохраняется в названии московской улицы в Сокольниках, являвшейся некогда частью древней дороги. Есть Стромынка и в Суздале.

Монастырь же на Стромыни перестал существовать еще в старину. Год 1379-й стал временем всплеска церковного строительства в Московском княжестве. Впервые после пятилетнего перерыва летописи сообщают о возведении новых храмов, основании монастырей. Это верный признак духовного подъема, который переживала Москва накануне грозных событий. В том году великий князь повелел заложить большую каменную церковь в Коломне. Это был богатый, быстро растущий город с обширным торгово-ремесленным посадом и речной пристанью. В те годы, когда Московское княжество платило дань Орде, треть всей суммы поставляла Коломна. Она являлась московской твердыней на южных рубежах княжества, и в войне с Мамаем ей отводилась особая, чрезвычайно важная роль. Свое стратегическое значение Коломна уже продемонстрировала годом ранее, когда стала местом сосредоточения русских ратей перед битвой на Воже. Город близ слияния Москвы-реки с Окой бурно развивался и как духовный центр. С 1353 года Коломна являлась местом пребывания епископов Коломенских. Глава епархии — владыка Герасим пользовался уважением великого князя и проявлял себя его верным сподвижником. Дмитрия Иоанновича связывали с Коломной самые светлые личные воспоминания. Здесь в Воскресенском храме, как мы знаем, он венчался с княжной Евдокией Нижегородской. Церковь эта уже в те времена была каменной.

Из белого камня начали возводить и новый городской собор. Так же как и заложенные в тот год храмы Симоновского и Стромынского монастырей, он был посвящен празднику Успения Богородицы.

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Воскресенье, 18 Марта 2012, 13.18.24 | Сообщение # 3
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Ордынское войско


Как и у большинства кочевников, войско Золотой Орды строилось по десятеричному принципу. Низшим подразделением был десяток (арбан), десять десятков составляли сотню, (джагун), десять сотен сводились в тысячу (минган), десять тысяч составляли тумэн (тумен), десять тумэнов — «знамя» (туг). Самостоятельно действующей войсковой единицей, армией, считалось соединение из двух тумэнов.

Войско делилось на три части: центр (кэль), правое крыло (барунгар) и левое крыло (джунгар). Хан имел собственное войсковое соединение — десятитысячный корпус личной гвардии (кэшиг). Гвардейцы (кэ-шигтен) набирались прежде всего из детей знати, из самых сильных, храбрых, умелых воинов, победителей военно-спортивных соревнований.

Экипировка высшего военачальника армии Золотой Орды отличалась исключительным богатством отделки и передовым защитным снаряжением. Поверх длиннорукавной кольчуги на нем был надет доспех из украшенных золотой росписью пластин, с пластинчатыми оплечьями и золочеными наплечниками в виде человеческих лиц. Доспех усилен продольными фигурными пластинами на животе. Руки ниже локтей защищены створчатыми наручами-базубандами с латными перчатками. Обращает на себя внимание шлем с золочеными накладками, с высоким навершием, с козырьком, через который проходит подвижный вызолоченный наносник-стрелка. Бармица кольчужная, однако, она усилена золочеными же наушами. Щит небольшой, круглый, расписной. В левой руке военачальник держит золоченый шестопер, который к концу XIV века однозначно символизировал высокий ранг его обладателя. К поясу прикреплен меч. Мечи в Золотой Орде применялись чаще всего именно знатью. Конь облачен в полный конский доспех из металлических полос, часто применявшихся в Золотой Орде, его голова защищена типично ордынским позолоченным оголовьем, а к шее подвешен науз.

Чингисханом была установлена жестокая дисциплина. Серьезные наказания (обычно смертная казнь) следовали за такие проступки, как бегство с поля боя, причем за бегство одного казнили весь его десяток, за бегство десятка — всю сотню. Так же карались нарушения дисциплины - преждевременный захват добычи (до окончания боя), сон на посту и т. п. Мелкие нарушения наказывались штрафами.

Марко Поло, побывавший в Орде в середине XIII века, так описывает организацию ордынского войска: «...Командир отдавал приказ только десяти подчиненным... Никто не мог отдать приказ более чем десяти подчиненным. В свою очередь каждый отвечал только перед непосредственным командиром; таким образом, удавалось поддерживать порядок и необычайную дисциплину, поскольку воины были верны своим командирам».

Стратегическое искусство ордынцев включало прежде всего прекрасную разведку. В качестве агентурной сети в ней обычно использовались купцы из нейтральных стран или страны будущего противника. Разведка занималась сбором сведений, вербовкой агентов во властных структурах, распространением ложных и панических слухов, интригами для возбуждения внутриполитической борьбы и выведения из игры сил, способных оказать наиболее серьезное сопротивление и т. п.

Начиная войну, ордынцы собирали как можно больше сведений о своих врагах. Разведчики и шпионы снабжали хана информацией обо всех слабых местах в обороне противника и в особенности о противоречиях в его стане, которые захватчики могли бы использовать в своих целях. Хана осведомляли также о дорогах, погодных условиях, пастбищах и т. п. Для разведки боем посылалась военная экспедиция в один-два тумена для определения военного, политического и экономического потенциала противника.

Первыми в соприкосновение с противником входили подвижные дозоры, двигавшиеся далеко перед основными силами. Подобные дозоры действовали на флангах и в тылу. Источники о Куликовской битве упоминают схватку ордынских и русских сторожевых полков накануне сражения. Собранная дозорами информация позволяла ордынским военачальникам постоянно быть в курсе расположения и численности противника, предусматривать возможные места стоянок и т. д. Традиционным стратегическим преимуществом кочевников была скорость передвижения войсковых масс. Каждый воин имел не менее двух лошадей. Главным правилом ордынцев было: «На марше врозь, в атаке вместе». Они почти всегда вступали на территорию противника несколькими колоннами, двигавшимися на заметном удалении друг от друга, но между ними поддерживалась постоянная связь. В результате разрозненные отряды можно было очень быстро собрать.

Движение колонн хорошо координировалось. Так, в 1238 году разные части войска хана Бату точно собрались в одном месте и разгромили самое крупное русское войско великого князя владимирского Юрия на реке Сити.

После того как вражеская армия вступала в контакт с основными силами войска, ордынская армия перестраивалась в боевой порядок. Стандартным было построение в пять рядов, каждая сотня отделялась от соседней интервалами. Два передних ряда составляли конники, вооруженные пиками, булавами и мечами; возможно, их кони были прикрыты броней. В остальных трех рядах стояла легкая конница, не имевшая доспехов или снабженная легкими доспехами и вооруженная дротиками и луками. В начале сражения легкая конница выдвигалась через промежутки между передовыми рядами, обстреливая противника из луков и забрасывая его дротиками. Одновременно легкая конница правого и левого крыла начинала охват противника, стремясь зайти ему в тыл. Сражение открывалось атакой лучников.

Основным и излюбленным оружием воинов-кочевников — татар и половцев — оставался лук, которым все они владели с малых лет. Благодаря его искусному применению исход боя подчас решался еще до начала рукопашной схватки. На вооружении ордынцев были луки разной мощности и разных конструкций. Сила натяжения тетивы в 60-80 килограммов сообщала им большую дальнобойность и огромную убойную мощь. Темп стрельбы опытного воина достигал 10-20 выстрелов в минуту! Чаще всего применялись луки двух типов — большие, «китайские», до 1,4 метра длиной, и более компактные, «среднеазиатские», длиной около 90 сантиметров. Первый имел преимущество в дальнобойности, вторым удобнее было пользоваться на скаку. Стрелы имели оперение. Их наконечники были либо широкими, листовидными, либо узкими, гранеными, пробивающими практически любые доспехи. Древки стрел обычно красились в красный цвет, чтобы легче было корректировать стрельбу. В XIV веке в Орде освоили и более мощное, чем лук, метательное оружие — арбалет.

Говоря о тактике татар, Плано Карпини отмечал: «Они неохотно вступают в бой, но ранят и убивают людей и лошадей стрелами, а когда люди и лошади ослаблены стрелами, тогда они вступают с ними в бой». Для этого решающего удара по утомленному противнику у ордынского воинства было все необходимое. Тяжелая конница, состоящая, как правило, из племенной знати, была вооружена длинными трех-четырехметровыми копьями с наконечниками разных видов, чаще всего узкими, бронебойными. Страшный таран этих всадников обычно вносил перелом в течение схватки. Если же первый удар в копья тяжелой конницы не достигал решающего результата, в ход шло оружие ближнего боя. И здесь выбор был велик: короткие двухметровые копья, иногда с крюками для стаскивания противника с седла; прямые мечи-палаши — оружие знатных татар; более распространенные кривые сабли; булавы в виде насаженного на рукоять железного шара с шипами; шестоперы-дубинки с тяжелым металлическим оперением; боевые топоры; кистени; разного рода ножи и кинжалы. Каждый всадник имел веревочный аркан.

При всем том татарский воин сам был неплохо защищен. Его защитное вооружение отличалось достаточной прочностью и одновременно относительной легкостью. Оно было прекрасно приспособлено именно для маневренного боя, в котором тяжелые, сковывающие движения доспехи, подобные латам западноевропейских рыцарей, становились лишь обузой для воина. Для защиты головы предназначались железные или медные шлемы разных конструкций. Лицо, затылок и шею воина предохраняли кольчужные сетки-бармицы. Знатные татары иногда имели шлемы с защитными масками-личинами. Простые же воины вместо шлема часто довольствовались легкой простеганной кожаной или бумазейной шапкой с усилением из кольчуги или металлических полос.

Марко Поло писал, что каждый воин имел 60 стрел: половина — с маленькими легкими наконечниками для массированной настильной стрельбы издали, половина — с крупными для прицельной стрельбы с близкого расстояния, причем точность ее была такой, что стрелы поражали лица и руки воинов противника и даже перерезали тетивы их луков. Настильная стрельба в основном применялась при фронтальной атаке и ложном отступлении. Но наиболее эффективным был массированный и одновременно прицельный огонь. Именно этим отличались атаки ордынских лучников.

Для прицельного массированного обстрела применялось специальное построение. Заключалось оно в том, что лучники поотрядно выстраивались цепью в круг и начинали атаку, «вращаясь» перед фронтом противника по часовой стрелке так, что мишень всегда была слева от стрелка, то есть в самой удобной позиции. В зависимости от длины фронта стрелок успевал сделать два-три выстрела, после чего «хоровод» уводил его из зоны стрельбы и он мог подготовиться к очередной серии выстрелов, не подвергаясь опасности. Противник же оставался практически неподвижной мишенью, а тучи летящих стрел с тяжелыми крупными наконечниками, пущенные с 20-40 метров, точно попадали в самые уязвимые места. Таким образом, атаки монгольских лучников уже на первой стадии боя выполняли не только задачу изматывания противника и расстройства его рядов, но порой и задачу полного разгрома врага, ибо противник обращался в бегство зачастую сразу после этой стадии. В любом случае после атаки лучников задачи тяжеловооруженных копейщиков на втором этапе боя и рукопашной схватки на третьем значительно упрощались. Со временем противники Золотой Орды нашли способы борьбы против атаки конных лучников: препятствовали этому способу боя авангардные подвижные соединения. Такую задачу решал в Куликовской битве передовой полк войск Дмитрия (Донского).

Когда происходило столкновение основных сил, ордынцы применяли два основных принципа. Первый заключался в членении войска на отдельные части, которые вводились в бой постепенно и которыми маневрировали полководцы, всегда находившиеся позади поля боя, в основном на высоте. Вторым принципом была асимметричность удара — концентрация сил на одном направлении. Такой тактический маневр почти успешно применил Мамай в Куликовской битве.

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
леваДата: Понедельник, 19 Марта 2012, 12.09.51 | Сообщение # 4
Группа: Старейшина
Сообщений: 1079
Статус: Отсутствует
Quote (Саня)
экспансии Аитвы

Что за государство АИТВА? , может пора давать нобеля за такое "открытие"? В тексте упомянуто много раз, на опечатку не похоже.


виктор леонтьев
Шпротава 1979-1984
 
СаняДата: Четверг, 22 Марта 2012, 14.01.37 | Сообщение # 5
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Неизвестная отечественная война 1918-22 годов




Из отечественной истории практически вычеркнуты боевые действия войск иностранных государств на нашей земле в 1918-1922 годах. Напротив, всячески будируется миф о братоубийственной гражданской войне, которую якобы развязали большевики. За количество вложенных технических, людских и финансовых средств военный министр Великобритании Черчилль называл деникинскую армию «моя армия». «Было бы ошибочно думать, — писал он в книге «Мировой кризис», что в течение всего этого года (1919 – Б.С.) мы сражались на фронтах за дело враждебных большевикам русских. Напротив того, русские белогвардейцы сражались за наше дело»!

Борис Соколов

Из отечественной истории практически вычеркнуты боевые действия войск иностранных государств на нашей земле в 1918-1922 годах. Напротив, всячески будируется миф о братоубийственной гражданской войне, которую якобы развязали большевики.

События, развернувшиеся на территории России в первые годы после Октябрьской революции, остаются для нас интересными, актуальными и… малоизвестными. На огромных территориях шла война с линиями фронтов, танками, орудиями и боевыми кораблями, а за линиями фронтов действовали целые партизанские армии, группы подпольщиков! Кто был в это время в сердце государства, кто его отстоял и собрал – известно. А кто был с другой стороны?

Гражданской была та великая война или все-таки какой-то другой? Единственный способ разобраться (если мы этого хотим) – изучать историю спокойно и последовательно, переосмысливая известные и учитывая вновь открывшиеся факты.

Вернёмся в те далёкие годы... Свой известный лозунг «Превратим войну империалистическую в войну гражданскую» Ленин выдвинул в августе 1914 года, обращаясь к трудящимся и социалистам ВСЕХ воюющих государств, подразумевая их ОДНОВРЕМЕННОЕ выступление против империалистов — организаторов войны (Ленин В.И. Полн. собр. соч., 5 изд., т. 26, C.32, 180, 362).

Но после победы Октябрьской революции первым декретом советской власти был Декрет о мире, юнкера и казаки, выступившие против большевиков, после пленения были отпущены на свободу. И собственно гражданская война, война граждан, была в России очень короткой, приняв своеобразный очаговый, "эшелонный" характер. Продолжалась она с ноября 1917 по март 1918 года и закончилась практически полным разгромом «очагов белой борьбы».

Ленин в марте 1918 года имел все основания писать: «Мы в несколько недель, свергнув буржуазию, победили ее открытое сопротивление в гражданской войне. Мы прошли победным триумфальным шествием большевизма из конца в конец громадной страны» (Ленин В.И. Главная задача наших дней. Полн. собр. соч., 5 изд., т. 36, C.79.).

Однако затем в период с февраля по июль 1918 года с разных сторон на территорию России вступили более 1 миллиона иностранных солдат – оккупантов!

Это масштабнейшее вторжение войск многих государств на суше, на море и в воздухе почему-то закрепилось в истории под мягким, почти нежным наименованием «ИНТЕРВЕНЦИЯ», в то время как на самом деле началась самая настоящая захватническая война!

На русском севере с лета 1918 до осени 1919 года воевали англичане, американцы, канадцы, французы, итальянцы, сербы численностью около 24 тыс. человек на конец 1918 года. От Финляндии и Прибалтики через Белоруссию, Украину вплоть до Ростова на Дону с февраля по ноябрь 1918 года боевые действия вели немцы и австро–венгры (около 1 млн. чел.). Сразу после их ухода и до конца весны 1919 года на Украине и в Крыму войну продолжили французские и греческие войска, численностью около 40 тыс. человек.

Грузию, Армению и Азербайджан оккупировали с зимы до осени 1918 года немцы и турки численностью более 30 тыс. человек, затем, до июля 1920 года, их сменили английские войска примерно такой же численности. Крупные города Поволжья, Урала и Сибири захватил летом 1918 года 30-тысячный чехословацкий легион, входивший в состав французской армии.

На Дальнем Востоке с лета 1918 до конца 1919 года вели активные боевые действия японцы, американцы, те же чехословаки, англичане, французы, итальянцы, всего более 100 тыс. человек на конец 1918 года. Причем японские войска эвакуировались лишь в конце 1922 года!*

За период с 1918 по 1920 гг. только британский королевский военно-морской флот использовал для проведения морских операций против Советской России 238 кораблей и судов всех типов!*

Именно иностранные государства прямым военным вмешательством, не говоря о разнообразном косвенном, уничтожили на большей части территории России признанную народом де-факто советскую власть, надломив тем самым естественный ход российской истории. На оккупиованных территориях чужеземцы насаждали авторитарные военные режимы, осуществляли политические репрессии, беззастенчиво грабили! Поставив правительство большевиков в условия полной блокады, заставили его проводить строительство нового общества по жесткой, военной схеме. Началась совсем другая война, к которой в гораздо большей степени подходит термин «Отечественная»!

С кем воевали сибирские мужики, украинские крестьяне…? Друг с другом? Или все-таки первые — в основном с чехословаками, японцами, американцами, британцами и т.д., а вторые — с немцами, австрийцами, венграми и т.д.?

В секретной ноте №25, утвержденной Верховным военным советом Антанты 2 мая 1918 года, подписанной Клемансо, Фошем, Петэном, Ллойд Джорджем и другими тогдашними лидерами западного мира, о чехословацких легионерах, растянувшихся эшелонами от Волги до Владивостока указывалось, что «…они могли бы… при необходимости содействовать акции союзников в Сибири».

Американские исследователи Д.Дэвис и Ю.Трани в работе «Первая холодная война», основываясь на многочисленных документах, показывают, что нападение чехословацких легионеров на советскую власть в качестве авангарда интервентов Антанты одобрил сам президент США Вудро Вильсон!

Восточный фронт Советской России появился именно «благодаря» легионерам, которые воевали там в первой линии с июня по декабрь 1918 года. Известным, но не популярным ныне историческим фактом является то, что приближение частей чехословацкого легиона к Екатеринбургу стало непосредственным поводом к расстрелу бывшего царя и его семьи. В 1919 году чехословацкий легион служил костяком иностранной оккупационной армии на Транссибирской железной дороге и выполнял карательные и противопартизанские «миссии».

Мало популяризованы события так называемой «эвакуации» чехословацких легионеров с востока России зимой 1919/1920 года: «Захватив русские вагоны, чехи безжалостно выкидывали из них русских людей, выдавали красным тех самых офицеров, которые ими же были втянуты в гражданскую войну…; …благодаря чешскому хозяйничанью на дороге артельщики не могли развозить денег, …прервалось сообщение с фронтом, были отняты все транспортные средства у русских военных частей…; распродажа привозимого в чешских эшелонах имущества в Харбине достаточно ярко рисует, каким интересам отдавалось предпочтение, когда отнимались паровозы от поездов с ранеными, больными, женщинами и детьми».

Об этих и о многих других «делах» вооруженных иностранцев в России пишет управляющий делами колчаковского правительства Г.К. Гинс в своих объемистых воспоминаниях «Сибирь, союзники и Колчак». Так не пора ли призвать их потомков к покаянию?

В 1919-1920 годах с Советской Россией в числе многих прочих воевали и польские войска, оснащенные Францией, Англией и США. Они топтали своими сапогами Киев, Минск, Вильно… 12 тысячная польская дивизия в составе войск интервентов убивала русских даже в Сибири! «Десятки тысяч красноармейцев, которые оказались в Польше... пропали или погибли», напомнил Дмитрий Медведев, выступая в ходе пресс-конференции в Варшаве в конце 2010 года. Не пора ли польским официальным лицам покаяться за эти злодеяния?

А можно ли считать по преимуществу принудительно мобилизованные и экипированные за иностранный счет войска Колчака, Миллера, Юденича, Деникина «русской армией»? Тыл Колчака обеспечивала весь 1919 год почти 200 тысячная иностранная армия, состоявшая из японцев, чехословаков, американцев, поляков, англичан, канадцев, австралийцев, французов, итальянцев, сербов, румын! Она контролировала Транссибирскую железную дорогу и воевала со 100 тысячной армией красных партизан.

На Кольском полуострове и Северной Двине воевали не столько принудительно мобилизованные русские Северной армии генерала Миллера, сколько английские волонтеры генерала Айронсайда со своими кораблями, самолетами, бронепоездами и танками, а так же помогавшие им американцы, французы и прочие.

Небольшая армия Юденича была сформирована и экипирована стараниями английских генералов Гофа и Марша. Вместе с ней на красный Петроград наступала оснащенная теми же англичанами эстонская армия, а с моря на Балтике их поддерживал английский флот. На юге России при армии Деникина с Советской Россией воевала двухтысячная британская военная миссия – штабисты, инструкторы, летчики, танкисты, артиллеристы. За количество вложенных технических, людских и финансовых средств военный министр Великобритании Черчилль называл деникинскую армию «моя армия».

«Было бы ошибочно думать, — писал он в книге «Мировой кризис», что в течение всего этого года (1919 – Б.С.) мы сражались на фронтах за дело враждебных большевикам русских. Напротив того, русские белогвардейцы сражались за наше дело»!

Широкий иностранный «след» тех трагических для России событий ярко выписан у Шолохова в «Тихом Доне». Читая, мы видим, как старый казак на Дону убегает от немецких оккупантов, пытающихся отобрать у него бричку вместе с лошадьми, как Григорий Мелехов пьет и по душам гутарит с английским танкистом, как английский линкор «Император Индии» «стервенит» красных из главного калибра под Новороссийском, как Григорий идет с красными на польский фронт!

Так что же это была за война? Гражданская или неизвестная Отечественная?

Обращаться к почти столетнему прошлому нас заставляет политическая и военная атмосфера, окружающая современную Россию. Положим рядом (или откроем в Интернете) карты Российской империи, Советской России в кольце фронтов 1918-1919 гг., СССР и РФ. Достаточно взглянуть на эти 4 карты, чтобы грустно призадуматься – ситуация-то повторяется. Прибалтика вновь отделена от России, входит в агрессивный военный блок НАТО, немецкие, английские и американские самолеты и корабли бороздят балтийское пространство. Продвигается НАТО на восток в Причерноморье, прощупывает Среднюю Азию. Руководство Польши опять, занимая недружественную России позицию, принимает у себя американских ракетчиков, как в 1920 году принимало американских летчиков. Имеется свежий опыт Югославии, которую, в отличие от Советской России западным державам в несколько приемов удалось расчленить полностью. Почти десятилетнее пребывание западных интервентов XXI века в Афганистане и Ираке также говорит о том, что они «присутствуют» там не только для борьбы с террористами…

Не осознав схожести процессов и, не сделав соответствующих выводов, мы, в условиях экономической нестабильности, ослабления государства и армии рискуем тоже получить новую интервенцию! А кто-то видимо будет подобно Бунину в «Окаянных днях» радостно ждать и встречать оккупантов.

*данные о численности иностранных войск приведены на основе книг А. Дерябина «Гражданская война в России 1917 – 1922. Войска интервентов» и «Гражданская война в России 1917 – 1922. Национальные армии».

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Пятница, 04 Мая 2012, 16.24.10 | Сообщение # 6
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
БУРЯ МГЛОЮ НЕБО КРОЕТ, ИЛИ КЛИМАТИЧЕСКОЕ ОРУЖИЕ


Свои игры с погодой американские спецы начали очень давно...
Наше климатическое оружие ржавеет на полигонах. Разрушительность этого оружия по своей мощности в тысячи раз превосходит атомное.

"Прошло более двух лет после удара гигантских волн о побережье Индонезии, Таиланда, Сомали, Шри-Ланки и острова Суматра (декабрь 2004 г.). Цунами унесло жизни более 400 тыс. человек. После этого разгула стихии несколько сдвинулась земная ось. Ученые продолжают спорить, было ли это цунами или же все это – испытания некоего тайного сверхоружия?

Управляемый плазмоид

– Проанализировав ситуацию с участием специалистов по секретному геофизическому оружию, – рассказал «Аргументам неделi» независимый военный эксперт, к. э. н. Юрий Бобылов, – мы пришли к неожиданным выводам. Все то, что произошло в декабре 2004 г. в Индийском океане, – это итоги локальных испытаний радиофизического и географического сверхоружия США по программе HAARP (программа активного высокочастотного исследования авроральной области). У нас программу для краткости называют ХАРП.

Независимый военный эксперт Бобылов (более 16 лет работы в секретных оборонных НИИ и КБ бывшего СССР) уверен, что никакого цунами в Индийском океане не было. Отличительной особенностью нового оружия является использование околоземной среды в качестве составного элемента и объекта разрушающего воздействия.
ХАРП позволяет блокировать радиосвязь, выводить из строя бортовую электронную аппаратуру самолетов, ракет, космических спутников, вызывать аварии в электрических сетях, на нефте­ и газопроводах, а также негативно воздействовать на психическое состояние людей. Об этом военный эксперт Бобылов пишет в своей книге «Генетическая бомба. Тайные сценарии биотерроризма».

– В своей книге, – продолжает Юрий Александрович, – я рассматриваю крайне пессимистический сценарий разворачивающейся тайной радиофизической и биологической войны, в итоге которой население Земли к 2025 г. может сократиться до 1–1,5 млрд. человек.

Но что же такое этот самый ХАРП? Вернемся в начало прошлого века. В 1905 г. гениальный австрийский ученый Николай Тесла изобрел метод передачи электроэнергии через естественную среду на практически любое расстояние. Потом, уже другими учеными, он неоднократно дорабатывался, и в итоге был получен так называемый «луч смерти». Точнее говоря, принципиально новая система передачи электроэнергии, с возможностью сфокусировать ее в любой точке земного шара. Суть разработанной военной технологии заключается в следующем: выше озонового слоя находится ионосфера, газовый слой, обогащенный электрическими частицами, которые называются ионами. Эта ионосфера может разогреваться мощными антеннами ХАРП, после чего могут создаваться искусственные ионные облака, по форме близкие к оптическим линзам. Эти линзы могут использоваться для отражения низкочастотных волн и для образования энергетических «лучей смерти», фокусируемых в заданной географической точке.

На Аляске по программе ХАРП в 1995 г. была построена специальная станция. На площади в 15 га возведено 48 антенн высотой 24 м каждая.
С их помощью сконцентрированным пучком волн и разогревается участок ионосферы.

В результате образуется плазмоид. А с помощью управляемого плазмоида можно влиять на погоду – вызывать тропические ливни, будить ураганы, землетрясения, поднимать цунами.

Энергетический контур

Американцы в начале 2003 г. открыто объявили об испытаниях некой «пушки» на Аляске. Именно с этим обстоятельством многие эксперты связывают последовавшие потом природные катаклизмы в Южной и Центральной Европе, России, Индийском океане. Разработчики проекта ХАРП предупреждали: в результате проводимого эксперимента возможен побочный эффект изза того, что необъятное количество энергии с гигантской мощностью будет выброшено во внешние сферы Земли.
Высокочастотные излучатели, построенные по программе ХАРП, уже существуют в трех местах планеты: в Норвегии (городок Тромсе), на Аляске (военная база Гакхона) и в Гренландии. После введения в строй гренландского излучателя геофизическое оружие создало своего рода замкнутый энергетический контур.

– Учитывая рост военной угрозы со стороны США, – продолжает свой рассказ Юрий Бобылов, – Государственная Дума РФ в 2002 г. предпринимала попытку сделать анализ ситуации с привлечением экспертов из РАН и Минобороны России. Но представитель Президента РФ в Госдуме Александр Котенков потребовал снять вопрос, чтобы не вызывать панику у российского населения. Вопрос сняли.

Очень странные цунами

В 2002 г. первый заместитель командующего Космическими войсками России, генерал Владимир Поповкин в своем письме в ГД указал, что «при неаккуратном обращении с верхним слоем атмосферы могут быть катастрофические последствия планетарного характера».
Его поддержал специалист по активным воздействиям в атмосфере Федеральной службы по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды Валерий Стасенко: «Возмущения в ионосфере и магнитосфере влияют на климат. Воздействуя на них искусственно с помощью мощных установок, можно изменять погоду, в том числе глобально».
Итогом прений стало письмо в ООН с требованием создать международную комиссию по расследованию экспериментов, проводимых с ионосферой и магнитосферой Земли.

Руководитель японского Центра по изучению штормов Хироко Тино в декабрьских событиях 2004 г. в Индийском океане видит много странного. Дело в том, что катастрофа произошла ровно через один год и один час после землетрясения в Иране 26 декабря 2003 г., унесшего жизни 41 тыс. человек. Это был своего рода знак. Потом стихия пришла в Европу: десятки ураганов, штормов и дождей принес с собой циклон «Эрвин», прокатившийся 7–10 января 2005 г. от Дублина до Петербурга. Позже стихийные бедствия пришли в США: наводнения в штате Юта, небывалые снегопады в Колорадо. Причины этого – земные толчки, вызвавшие цунами, изменили наклон земной оси и ускорили вращение планеты на три микросекунды. Тино, как и Юрий Бобылов, склонна предполагать, что все последствия в виде стихийных бедствий – результат деятельности ХАРП.

«Шпинат» против партизан

Свои игры с погодой американские спецы начали очень давно. Вскоре после окончания Второй мировой войны в США стали проводиться исследования по изучению процессов в атмосфере под влиянием внешних воздействий: "Skyfire" (образование молний), "Prime Argus" (вызов землетрясений), "Stormfury" (управление ураганами и цунами). О результатах этой работы нигде ничего не сообщалось. Однако известно, что в 1961 г. именно в США был проведен эксперимент по забрасыванию в верхние слои атмосферы более 350 тыс. двухсантиметровых медных игл, которые резко изменили тепловой баланс атмосферы. В результате произошло землетрясение на Аляске, а часть побережья Чили свалилась в Тихий океан.

Во время войны во Вьетнаме (1965–1973 гг.) американцы использовали рассеивание йодистого серебра в дождевых облаках. Операция проходила под кодовым названием «Проект Шпинат» (Project Popeye). За пять лет было израсходовано 12 млн. фунтов на «засев» облаков для искусственного стимулирования проливных дождей для уничтожения посевов противника. Была размыта и так называемая тропа Хо Ши Мина. По этому пути южновьетнамские партизаны снабжались оружием и снаряжением. Во время операции «Шпинат» уровень осадков в пораженной зоне увеличился на треть: климатическое оружие успешно сработало!

Именно США начали первыми пытаться тушить ураганы (в середине 60х гг.). В 1962–1983 гг. в рамках проекта «Яростная буря» в США проводились эксперименты по управлению ураганами. Толчком к этому послужили полученные учеными данные о том, что один ураган содержит в себе столько же энергии, сколько вырабатывают все электростанции мира, вместе взятые. Один из успешных экспериментов был проведен в 1969 г. у берегов Гаити. Местные жители видели огромное белое облако, из которого расходились огромные кольца. Метеорологи осыпали тайфун йодистым серебром и сумели отвернуть его от Гаити. В последние годы проводятся исследования иного рода: в море выливаются десятки тысяч галлонов растительного масла. Ученые предположили, что ураганы набирают силу из-за тепла, образующегося на поверхности моря. Если покрыть поверхность моря обширной масляной пленкой, сила урагана из-за охлаждения воды уменьшится. Значит, таким способом можно изменить направление урагана. К 1977 г. американцы ежегодно тратили 2,8 млн. долларов на исследования по изменению погоды.

Отчасти в качестве ответа на проект «Шпинат» ООН в 1977 г. приняла резолюцию, которая запрещала любое использование технологий изменения окружающей среды во враждебных целях. Это привело к возникновению соответствующего договора, ратифицированного США в 1978 г. (имеется в виду Конвенция о запрещении военного или иного враждебного использования средств воздействия на природную окружающую среду).

США считают, что СССР не остался в стороне от экс­периментов с погодой: «У русских есть собственная система «управления погодой», она называется «Дя­тел», – писали в 80-х гг. многие американские газеты. – Она связана с излучением низкочастотных волн, способных вызвать возмущения в атмосфере и изменить направление струйных воздушных течений.
К примеру, продолжительная засуха в Калифорнии в 80-х годах была вызвана тем, что потоки влажного воздуха были заблокированы на много недель».

Откуда прилетел «Дятел»

Действительно, в СССР с климатом тоже экспериментировали. В Ин­ституте тепловых процессов (ныне – Исследовательский центр имени Келдыша) в 70-е годы пытались влиять на атмосферу Земли через магнитосферу. Из Приполярья с одной из подлодок планировался запуск ракеты с источником плазмы мощностью до полутора мегаватт (но пуск не состоялся). «Погодные» опыты проводил и 40-й институт Военно-морского флота: на брошенном полигоне под Выборгом ржавеют установки по моделированию влияния электромагнитного импульса на радиоволны.

Тайфуны нас больше не интересуют?

Исследованиями тайфунов СССР совместно с Кубой и Вьетнамом начали заниматься в начале 80-х годов. И велись они вокруг самой загадочной части – «глаза» тайфуна. Были задействованы серийные самолеты Ил­-18 и Ан­-12, переоборудованные под метеорологические лаборатории. В этих лабораториях были установлены электронно­-вычислительные машины для получения информации в реальном масштабе времени. Ученые искали те «болевые» точки тайфуна, действуя на которые можно было бы уменьшать или увеличивать его мощность, разрушать или изменять траекторию с помощью особых реагентов, которые могут вызвать или, наоборот, предотвратить немедленные осадки. Ученые еще тогда выяснили, что, рассеивая с самолета эти вещества в «глаз» тайфуна, его тыловую или переднюю части, можно, создавая разность давлений и температуры, заставить ходить его «по кругу» или стоять на месте. Проблема состояла лишь в том, что нужно было ежесекундно учитывать множество постоянно меняющихся факторов. И было необходимо иметь огромное количество реагентов.

Одновременно на Кубе и во Вьетнаме была создана сеть радиолокационных станций, получены любопытные данные, в том числе по структуре тайфуна, что дало возможность приступить к моделированию различных методов воздействия. Велись теоретические работы, связанные с изучением возможности влияния на циклоны умеренных широт и на погоду в данном регионе.

Но в начале 90-х гг. работы по активным воздействиям на погоду в России практически перестали финансироваться и были свернуты. Так что сегодня нам похвастаться особо нечем. «Глаз» тайфуна нас больше не интересует.

Тайные работы продолжаются

Итак, в 1977 г. в рамках ООН была заключена Конвенция о запрете «экологической войны». (Конвенция о запрещении военного или иного враждебного использования средств воздействия на природную окружающую среду – искусственного стимулирования землетрясений, растапливания полярных льдов и изменения климата.) Но, как считают эксперты, тайные работы по созданию «абсолютного» оружия массового поражения (ОМП) продолжаются.

Вот и недавно группа американских исследователей, работающих над проектом ХАРП, провела опыт по созданию искусственного северного сияния. Точнее, по его модификации, поскольку реальное северное сияние было использовано в качестве экрана, на котором исследователи рисовали свои картинки. Воспользовавшись генератором высокочастотного радиоизлучения мощностью 1 МВт и набором радиоантенн, размещенных на достаточно большой площади, ученые устроили на небе небольшое световое шоу.

Несмотря на то что механизм создания рукотворного сияния пока не вполне ясен даже самим исследователям, участ­ники проекта полагают, что рано или поздно разрабатываемую ими технологию можно будет применять для освещения городов в ночное время и, разумеется, для демонстрации рекламы. Или еще для чего-то, более значительного.

А между тем США…

Армия США в открытую начинает осваивать плазменное оружие. Новая мобильная «плазменная пушка MIRAGE» будет выводить из строя системы связи и навигации противника в радиусе десятков километров. Прибор способен изменять состояние ионосферы – верхнего слоя земной атмосферы, который используется как «отражатель» для передачи радиосигналов на большие расстояния. Плазмоид, сгенерированный в специальной микроволновой печи, будет выводиться ракетой на высоту 60–100 км и нарушать естественное распределение заряженных частиц. По мнению военных специалистов, таким способом можно избавиться сразу от нескольких проблем.

Во­первых, «лишняя» плазма будет создавать барьер для вражеских радаров, которые в обычных условиях благодаря ионосфере могут видеть летательные аппараты изза горизонта. Во-­вторых, «плазменный щит» будет предотвращать контакт со спутниками, сигнал которых проходит сквозь атмосферу. Это создаст сложности с ориентацией на местности, если для нее применяются GPS-приемники. Конструкция представляет собой небольшой фургон, который легко доставить к месту военных действий.

Что же всех нас ждет дальше? В России свернуты программы по активным воздействиям на погоду. Мы вяло отреагировали на новость, что оказались в своеобразном энергетическом контуре между Норвегией, Гренландией и Аляской. Выработка сигналов сверхнизкой частоты – это сегодня главная задача программы ХАРП. В 1995 г. объект насчитывал 48 антенн и передатчики мощностью 960 киловатт. Сегодня на объекте «колосятся» уже 180 антенн, а мощность излучаемой энергии доходит до 3,6 мегаватт. Этого достаточно и для создания противоракетного щита, и для «успокоителя» торнадо.

Трактор с дояркой в небе

В нашей стране частота загадочных природных явлений за последние 15 лет возросла в два раза. Даже в Сибирь пришли ураганные ветры, тропические ливни и смерчи – явление, которое раньше считалось абсолютно невозможным в нашем климате, не говоря уже о зимних оттепелях и заморозках в июле. В июле 1994 г. в селе Кочки в Новосибирской области смерч поднял в воздух трактор с трактористом и дояркой. 29 мая 2002 г. в Кемеровской области смерч разрушил село Калиновка. Два человека погибли, 20 были ранены. До этого подобных природных явлений ни в Новосибирской, ни в Кемеровской областях не наблюдалось. Огромный, с голубиное яйцо град выпал в этом, 2006 г. в населенном местечке Гагино на Нижегородчине. 400 домов начисто лишились крыши. И вообще – только за июнь 2006 г. на Россию налетело 13 смерчей и ураганов. Они прошлись по Азову, Челябинску, Нижнему Новгороду (задели 68 населенных пунктов области), потом переместились в Башкирию и Дагестан. Разрушения были огромные."

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Воскресенье, 10 Июня 2012, 23.45.33 | Сообщение # 7
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Нестор Махно - полководец от Бога


Чем выделялся Нестор Махно среди политических деятелей периода Гражданской войны? Мог ли он присоединиться к Белому движению? Каковы главные победы и ошибки анархо-коммуниста?

Гость программы - Александр Владленович Шубин, руководитель Центра истории России, Украины и Белоруссии Института всеобщей истории Российской академии наук, доктор исторических наук.

Ведущий - Армен Гаспарян.


Гаспарян: Тема нашей программы - Нестор Махно. У нас в гостях доктор исторических наук, руководитель Центра истории России, Украины и Белоруссии Института всеобщей истории РАН Александр Шубин. Александр Владленович, я рад вас снова приветствовать в нашей студии.

Шубин: Здравствуйте.

Гаспарян: Я сразу начну с главного. Как получилось, что Махно вдруг стал сегодня одним из символов Гражданской войны для очень многих людей? Ведь раньше казалось, был Деникин и Врангель - яркие фигуры. Почему вдруг теперь на первое место выкатился Махно?

Шубин: Теперь я как раз не вижу, чтобы именно он выкатился на первое место, у него своя давно отведенная ему ниша. Все зависит от того, как мы относимся на самом деле к народу, потому что и Деникин, и Врангель реализовывали элитарный проект. И если говорить вообще о российской революции и о Гражданской войне, то тут основная противоположность - это стихия, которая идет снизу и какая-то организующая воля сверху. И, конечно, организующая воля - это прежде всего Ленин. Деникин, Врангель немножко под ногами путаются с Колчаком вместе, пытаясь тоже сделать какую-то диктатуру, но более элитарную, менее народную. А главный, конечно, противник коммунистического проекта, но в то же время противник, с которым можно договориться, с которым можно сделать какой-то синтез, идет снизу - это повстанческие командиры.

Гаспарян: Так называемые зеленые.

Шубин: Зеленые - это как раз неверное наименование, его лучше пусть носит партия "зеленых". Зелеными называли дезертиров и некоторые отряды в Причерноморье. Лучше их называть повстанчество.

И, конечно, Махно, безусловно, самая яркая фигура. Во-первых, он держался практически всю Гражданскую войну в то время, как остальные движения в большинстве своем были достаточно скоротечными.

Во-вторых, конечно, это человек с идеологией. Для людей стихии довольно большая редкость, чтобы была какая-то сформированная идеология. А у Махно это было. И потом, он совершенно гениальный, конечно, командир и, можно сказать, полководец партизанской войны. У него потом, как говорится, в академиях учились на этом опыте, разбирали те операции, когда мы не смогли Махно уловить. Поэтому это яркая фигура.

Гаспарян: Вы упомянули, что Махно был противником коммунизма, то есть тогда большевизма.

Шубин: Большевизма. Он был коммунист, анархо-коммунист.

Гаспарян: Именно поэтому в Советском Союзе предпочитали это не вспоминать.

Шубин: То, что он был анархист, мы все знали, конечно, и в серьезных книгах все это было, были работы в литературе. Кстати, советская литература писала много правды, если ты умеешь внимательно читать между строк.

Гаспарян: Просто вы знаете современную тенденцию: все, что было написано в Советском Союзе, - все неправда, все придумано ГлавПУРом и все это надо сжечь и уничтожить.

Шубин: Советская историография, конечно, во многом клеветала на Махно, это, безусловно, таковы правила идеологической борьбы, она была идеологизирована. Но то, что он был анархист-коммунист, это можно было прочесть, были его биографии.

Кстати, в 1927 году книга Кубанина о махновском движении, она хоть и немного устарела сейчас, есть просто более новые работы, но там очень много и архивного материала было использовано, такая очень серьезная для своего времени книга.

Гаспарян: В чем были основные идеологические противоречия между анархо-коммунистами и большевиками?

Шубин: Об этом, кстати, нам очень четко поведал Ленин в "Государстве и революции" - в чем разница между анархизмом и коммунизмом в понимании Ленина, то есть большевизмом или марксизмом. В политике эти советы - пожалуйста, самоуправляйтесь - это Ленин особенно сначала всем предлагал, но мы, писал Ленин, экономические централисты. То есть этот базис должен работать по единому плану, как единая фабрика.

А анархисты и, кстати, другие близкие к ним течения социализма, народничество, например, были за самоуправление. То есть все должно решаться на местах, как-то согласовываться по горизонтали. Мы бы сейчас сказали "сетевые структуры", а не такая жесткая вертикаль. А в ходе Гражданской войны и позднейшей советской истории выяснилось, что эта демократия оказывается в кавычках, потому что если у вас жестко организованы, так сказать, основы жизни, то понятно, что и демократия отомрет сама собой.

В этом отношении анархисты оказались достаточно реалистичны в своей критике, они говорили, что ленинский коммунизм окажется казарменным, так же, как раньше Бакунин писал, что марксистский коммунизм окажется казарменным, элитарным, что бюрократия все захватит.

Гаспарян: И тоже в некотором роде оказались правы…



Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Понедельник, 11 Июня 2012, 10.10.29 | Сообщение # 8
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Приказ - расстрелять! ("Мурманский вестник", Мурманск)


Бойцы - от рядового до командира - знали, что в тылу их семьям создаются комфортные, по меркам того времени, условия: родственники получали продовольствие, почту, необходимые вещи, деньги

В Заполярье партизанские отряды базировались на незанятой противником территории, но в непосредственной близости от него. А потому места их дислокации могли в любой момент подвергнуться нападению врага как с суши, так и с воздуха. И даже с моря. В походы партизаны уходили на занятую противником территорию - в основном финскую. Там надеяться на помощь населения не было смысла. Рассчитывали только на свои силы.

За Родину, за Сталина!

300-500 километров по тылам врага надо было проходить быстро, хоронясь днем и опасаясь засад вечером. Тащить на себе приходилось по 45-50 килограммов. А потому бойцы, направляясь в тыл противника, обрекали себя на запланированный голод. За время действий двух мурманских отрядов партизаны прошли по тылам врага более 5000 км.

В боевых условиях с очень разными людьми, среди которых было немало бывших зэков, требовалась неустанная работа командиров, партийных организаций отрядов, партбюро боевых групп, политруков, коммунистов, комсомольцев по поддержанию у партизан крепкого воинского духа, патриотического настроя, дисциплины… И надо признать, эта работа велась довольно эффективно. Приведем один эпизод из деятельности парторганизации отряда «Советский Мурман».

Отчет командира отряда Сергея Куроедова на партсобрании 17 июня 1943 года был посвящен годовщине боевой деятельности «Советского Мурмана». Сергей Демьянович отметил самоотверженность действий лучших бойцов, рассказал, кто и как из них проявил себя в походах, боях, засадах, в повседневной отрядной жизни. Он проинформировал, кто из партизан был награжден и кто погиб за Родину, кто не оправдал доверия товарищей, смалодушничал в походах, проявил неуверенность и слабость духа в боевых операциях. В эти моменты стояла такая тишина, что слышно было, как шуршат листья на ветру…

- Не забыть, как упоминавшиеся в докладе командира нерадивые бойцы боялись поднять головы, поглядеть в глаза товарищей, - вспоминал Виктор Васильев, комиссар отряда. - И как у них же загорались глаза, когда их товарищам объявлялись благодарности, вручались партбилеты, награды. Такие примеры для проштрафившихся партизан были красноречивее всяких слов и назиданий. Многие их тех, кого критиковали на собраниях, подходили ко мне, к другим политработникам и клялись, что никогда более не поддадутся панике, не смалодушничают, не струсят…

…Здесь же, на партсобрании, обсуждались задачи очередного похода на территорию Финляндии и расписывались действия каждой из боевых групп. И, конечно же, давалась информация об успехах Красной армии, воинов Карельского фронта, действиях 14-й армии и так далее. На собраниях и накануне похода зачитывались приказы Главного штаба партизанского движения и штаба партизан Карельского фронта. Это также создавало боевой настрой, стремление успешно завершить рейд. Такую же цель преследовали обсуждения статей из газет «Правда», «Известия» «Красная звезда», «Полярная правда», военных изданий Карельского фронта… В обсуждении участвовали едва ли не все, и каждый выступавший заканчивал речь приблизительно так: «Клянусь служить Родине верой и правдой!», «Служу трудовому народу», «За партию, Родину и товарища Сталина!»…

Но не только собрания, чтение приказов командования, обсуждение газетных статей настраивали партизан на боевые подвиги, бесстрашие, самоотверженность. Бойцы - от рядового до командира - знали, что в тылу их семьям создаются комфортные, по меркам того времени, условия: родственники получали продовольствие, почту, необходимые вещи, деньги. Зная об этом, партизаны легче переносили тяготы бытия, морозы, голод, перепады климата...

Вот только один пример такого рода - фрагмент из распоряжения начальника штаба партизанского движения Карельского фронта генерал-майора С. Вершинина: «Начальнику финансового отдела воинской части № 00126. Прошу высылку пособия партизану Цветкову А.К. направлять по новому адресу: Чкаловская область, п/о Еленовское, колхоз «Красная кавалерия» - Цветковой Александре Васильевне». Даже о таких, казалось бы, мелочах заботились… И об этом знали бойцы партизанских отрядов, а потому душа у них не тревожилась за семьи, родных, близких - были уверены: в тылу у их родственников полный порядок. В бой можно идти с легкой душой.

Крал, разлагал дисциплину

Не все бойцы и не всегда проявляли идейность и целеустремленность. Попадались в отрядах - в семье не без урода - партизаны, которые не прочь были поживиться за счет товарищей, спрятаться за их спины в бою, притвориться больными, чтобы избежать тягот и опасностей похода в тыл врага. Но таким «орлам» редко удавалось «раствориться в массе»: их разоблачали и товарищи, и политруки, и комсомольцы. Наказание настигало неминуемо… Приводим текст одного приказа по партизанскому отряду «Большевик Заполярья» от 7.09.42 года:

«Проведенным расследованием фактов хищения продуктов личного состава отряда установлено, что неоднократно похищались продукты бойцом отряда Борисовым Б. В. Последний признался, будучи уличенным на месте преступления 6.09.42 года, в произведенной им краже из рюкзаков бойца Сычева и начальника штаба Семенова 800 граммов колбасы, 300 - сахара, пачки пюре и 6 сухарей.

Ранее Борисов неоднократно похищал продукты своих товарищей, вносил этим в отряде атмосферу недоверия к товарищам и разлагал походную дисциплину.

5.09.42 года им были украдены из разведгруппы мясные консервы и бульоны. Совершены другие мелкие кражи.

Борисов за период боевого похода грубо нарушал данную им присягу на верность Родине - спал на посту.

Считая вышеперечисленное тягчайшим преступлением перед Родиной, приказываю:

- За нарушение данной Родине клятвы, за мародерство и внесение в отряд разложения Борисова Бориса Васильевича - Расстрелять.

Командир отряда «Большевик Заполярья» Смирнов (подпись)»

И таких приказов за 27 месяцев боевых действий мурманских партизан было несколько.

Показательно, что подобные случаи еще больше сплачивали бойцов, укрепляли их веру в победу. При всех тяготах войны в Заполярье, в походах по тылам противника, невзирая на раны и гангрены, смерти и суровые наказания, - никто из бойцов не сбежал, не спрятался, не сдался в плен, не изменил Родине…

Это - результат работы командиров, членов ВКП(б), поддержка товарищей по оружию коммунистами и комсомольцами, которые доминировали в составе отрядов. Партийцы не только разрабатывали темы политзанятий, которые дважды в неделю посещали бойцы отрядов, но и личными поступками доказывали, как надо вести себя в бою, как верой и правдой служить Родине, как, не жалея сил и здоровья, сражаться с врагом и побеждать. А потому никогда духа упадничества, трусости, разложения в партизанских рядах не было.

Чтобы не было стыдно

Одним из способов воспитания у партизан высокого морального духа, мужества и стойкости была присяга. Давая ее прилюдно - перед строем, каждый боец понимал, что дает клятву на верность Родине, родным и близким, товарищам, командирам. Нарушить ее было святотатством. Кавалер двух орденов Отечественной войны, партизан отряда «Большевик Заполярья» Николай Ефимовский вспоминал: «Присяга для нас была действием священным: каждый, кто ее давал, очень волновался и переживал - это считалось клятвой Родине и товарищам, семьям и самым дорогим людям. И не выполнить данной клятвы - позор на века».

Не менее действенным средством, укрепляющим дух бойцов стала характеристика, которую давали партизанам командиры, политруки, парторги и которую зачитывали на собраниях или перед строем. Что-то приукрасить там было невозможно - партизаны тут же могли вмешаться, высказаться и исправить неточности в ней...

Вот одна из них - на бойца Василия Скачкова: «За время нахождения в партизанском отряде участвовал в 5 боевых операциях в тылу врага на территории Финляндии. По слабому физическому развитию - к длительным переходам не пригоден. Дисциплинирован, морально устойчив и политически грамотный боец-партизан. Политрук Кузнецов».

А вот о Михаиле Коняеве: «С июля 1942 года находится в отряде. Участвовал в 9 боевых операциях в тылу врага на территории Финляндии. Сжег склад с зерном и лично уничтожил 3-х солдат противника. По тылам врага - пешком и на лыжах - прошел более 2130 км. Показал себя смелым, выносливым, морально устойчивым и политически грамотным бойцом-партизаном...»

В характеристиках, помимо краткого описания моральных и боевых качеств партизан, ходатайствовали о снятии с отдельных бойцов судимости или называли причины представления лучших к наградам. Какое это имело значение - легко понять из воспоминаний самих партизан:

- Мне очень хотелось заслужить лестную характеристику от командира, - вспоминал Матвей Мошников. - Старался воевать так, чтобы не было за меня никому стыдно. И когда мне дали хорошую характеристику, представляя к медали «Партизан Отечественной войны», прыгал от радости и гордости… за себя. И за товарищей по оружию.

Как писал в одном из писем друзьям Сергей Куроедов: «Нам, командирам, нельзя было расслабляться ни на минуту - мы всегда были на виду, с нас брали пример, равнялись на нас. А потому - в атаку мы первыми шли, брали языка - наравне с другими, не страшились напора врага, не отсиживались за спинами рядовых… Хотя, как и другие, испытывали страх, боялись нелепой смерти, стремились выжить. Но показывать это было нельзя: наше поведение - пример другим…»
За отвагу, мужество, бесстрашие в боях с немецко-фашистскими захватчиками и их прихвостнями награждены орденами и медалями 133 партизана отрядов «Большевик Заполярья» и «Советский Мурман». Из них награждены дважды 20 человек. Эти цифры красноречивее всяких слов…

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 15 Сентября 2012, 15.01.20 | Сообщение # 9
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Невозвращенцы 1812 года


В записках участника наполеоновских войн артиллерийского офицера А.М. Барановича «Русские солдаты во Франции в 1813-14 гг.» есть рассказ о русском солдате, пожелавшем остаться на житье во Франции:


Полковника Засядко денщик, довольно смышленый, вздумал из-под ведомства военного освободиться и жить по-французски, пользоваться свободою, убеждая себя, что в настоящее время он не находится в России, под грозою, а в свободной земле, Франции... ...и, пришед к полковнику, сказал: «Отпустите меня! Я вам долее не слуга!» – «Как? Ты денщик: должен служить, как тебя воинский устав обязует!» – «Нет, г. полковник, теперь мы не в России, а в вольной земле, Франции, следовательно, должны ею (свободой) пользоваться, а не принужденностью!»


Полковник доложил о вольнодумце генералу. Тот назначил судную комиссию, которая «обвинила его в дерзком посягательстве сделаться свободным французом и в подговоре своих товарищей к сему в противность воинских законов, и потому мнением своим положила: его, денщика, прогнать через 500 человек один раз шпицрутенами, что было исполнено в виду французов, дивившихся нашей дисциплинарии. И этим улучшилась субординация».


Хоть автор записок и утверждает, что этот случай «небывалый в войске и в летописях истории русских войск», в другом месте он же сообщает, что по возвращении из похода русская армия недосчиталась сорока тысяч нижних чинов, «о возвратe которых Государь Александр и просил короля Людовика XVIII», однако король просьбу императора исполнить не мог «за утайкою французами беглецов, и потому ни один не возвратился».


40 тысяч невозвращенцев из армии победителей, и не дворян, а мужиков! И это несмотря на зверскую «дисциплинарию», которую в порядке вещей считали доблестные освободители России от французского ига. Мотив солдата был самый что ни на есть политический: он желал «пользоваться свободой», какую нашел лишь на чужбине.


Об этом же с возмущением писал жене в 1814 году граф Ростопчин:


Суди сама, до какого падения дошла наша армия, если старик унтер-офицер и простой солдат остаются во Франции, а из конно-гвардейскаго полка в одну ночь дезертировало 60 человек с оружием в руках и лошадьми. Они уходят к фермерам, которые не только хорошо платят им, но еще отдают за них своих дочерей.


Сам удалившийся от дел Ф. В. Ростопчин с 1814 года почти до конца жизни жил в Париже.

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
АндрашДата: Суббота, 15 Сентября 2012, 23.43.42 | Сообщение # 10
Группа: Старейшина
Сообщений: 5239
Статус: Отсутствует
Quote (лева)
Что за государство АИТВА? ,

:p


Андрей Блащенко


 
СаняДата: Четверг, 20 Сентября 2012, 00.55.34 | Сообщение # 11
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Загадки тумана


Иногда туман преподносит загадки, которые ставят в тупик исследователей и учёных. Существует немало версий, призванных объяснить подобные происшествия

Такое природное явление появляется, когда воздух переполнен водяными парами. Водяные капельки такие маленькие и лёгкие, что не падают, а парят в воздухе. Туман - это то же облако, только находится оно на уровне нашей земли. Казалось бы, всё здесь просто, но иногда туман преподносит загадки, которые ставят в тупик исследователей и учёных.

Пропавший полк

Скоро пройдёт сто лет с тех пор, как во время Первой мировой войны на территории Турции бесследно исчезло целое воинское подразделение. В начале августа 1915 года четвёртый батальон Норфолкского полка под командованием капитана Монтгомери и пятый - под командованием полковника сэра Хорэйса Бошема высадились в бухте Сувла в составе десантной группы. Через несколько дней Сэндрингэмскую добровольческую роту этого батальона послали в атаку на небольшую «высотку 60». Группа из 267 человек под командованием полковника Бошема и капитана Бека выдвинулась в направлении неприятеля. По дороге солдаты вошли в облако тумана, а когда он рассеялся — никого на месте не оказалось, сослуживцы не смогли обнаружить даже тел норфолкцев. «Они углубились в туман и перестали быть видны и слышны. Никто из них не вернулся». Позже были найдены тела 180 человек, удалось идентифицировать только трупы двух рядовых. Тела были разбросаны на площади примерно квадратной мили. Эта находка объясняла судьбу части Норфолкского полка. Остальных британское правительство до сих пор считает пропавшими без вести.

Куда же подевалась ещё почти сотня солдат, если их тела так и не нашли? Несмотря на все обстоятельства того времени, исчезновение это было весьма странным. Даже военный до мозга костей человек — командующий Средиземноморскими экспедиционными силами генерал-лейтенант Йен Гамильтон — заметил нечто мистическое в факте пропажи целого подразделения на поле боя средь бела дня. А когда британцы рассекретили документы комиссии, расследовавшей этот инцидент, таинственности только прибавилось. В отчёте комиссии не раз упоминался странный туман, резко опустившийся на местность августовским днём. Это уже само по себе необычно, к тому же туман был так ярок, что слепил артиллеристов. «По какой-то причуде природы Сувла Бэй и Плэйн были окутаны странным туманом 21 августа, днём, - вспоминал один из артиллерийских наблюдателей. - Это было плохо для нас, так как мы надеялись, что стрелки врага будут ослеплены солнцем, склоняющимся к закату, а нам турецкие окопы будут ясно видны в его вечерних лучах с исключительной чёткостью. Получилось же, что мы с трудом могли различить порядки врага в этот день, в то время как западные цели были особо хорошо видны на ярком свету». Историки предполагают, что турки просто перебили англичан и до сих пор опасаются признаваться в этом на государственном уровне. Но если всё действительно было так, то остаются вопросы: что же за странный туман опустился на поле боя и почему исчезли солдаты?

Воины из прошлого

В летописях XVII века описывается удивительная история. В 1621 году у ворот царского дворца в Коломенском неожиданно появился небольшой отряд татарских всадников. Их окружили стрельцы, охранявшие ворота, и немедленно взяли в плен. Всадники рассказали, что они - воины хана Девлет-Гирея, войска которого пытались захватить Москву в 1571 году, но были разбиты. Надеясь уйти от преследования, конный отряд спустился в Голосов овраг, окутанный густым туманом. Татары провели там, как им казалось, несколько минут, а вынырнули лишь через 50 лет. Один из пленных говорил, что туман был необычный, отсвечивающий зеленоватым цветом, но в страхе перед погоней на это никто не обратил внимания. Царь Михаил Фёдорович приказал учинить дознание, которое показало: татары, скорее всего, говорили правду. Даже их оружие и экипировка уже не соответствовали вооружению того времени, а больше походили на устаревшие образцы середины XVI столетия. Мистические истории продолжались и дальше.

В XIX веке в документах Полицейского управления Московской губернии отмечались многочисленные случаи загадочного исчезновения жителей соседних сёл. Одно из таких происшествий было описано в июле 1832 года в газете «Московские ведомости». Двое крестьян, Архип Кузьмин и Иван Бочкарев, возвращаясь ночью домой из соседней деревни, решили сократить дорогу и пройти Голосовым оврагом. На дне долины клубился густой туман, в котором неожиданно возник какой-то «коридор, залитый бледным светом». Мужики вошли в него и встретили заросших шерстью людей, которые знаками попытались указать им обратную дорогу. Через несколько минут крестьяне вышли из тумана и продолжили путь. Когда они пришли в родную деревню, оказалось, что прошло уже два десятилетия. Жены и дети, постаревшие на 20 лет, с трудом их узнали. В дело вмешалась полиция. По настоянию следователей в овраге провели эксперимент, в ходе которого один из путешественников во времени снова растворился в тумане и назад уже не вернулся.

Багровый туман

Информация об этом странном явлении, наблюдавшемся тихим майским вечером 1964 года над Байкалом, долгие годы надёжно хранилась в секретных архивах советских спецслужб. Заступившей на дежурство смене зенитно-ракетного дивизиона, расположенного в 30 километрах западнее города Улан-Удэ, вечер 17 мая 1964 года не предвещал ничего плохого. Обычные армейские будни с периодическим прохождением контроля да выверенными докладами операторов радарных установок.

Примерно в 21 час по местному времени экипаж одного из зенитно-ракетных комплексов (ЗРК) доложил на командный пункт дивизиона о том, что над озером Байкал зафиксировано надвигающееся багровое зарево. В своём следующем сообщении, переданном через десять минут, старший офицер экипажа уведомил, что видит горящую тайгу на восточном байкальском берегу. В это время военнослужащие уже всех комплексов дивизиона имели возможность наблюдать, как пурпурная, переливавшаяся матовыми бликами пелена захватывает всё новые участки вечернего неба, довольно быстро перемещаясь в восточном направлении.

В 21 час 20 минут в радиоэфире появились сильные помехи, и вскоре связь между подразделениями дивизиона можно было осуществлять только по обычному проводному телефону. Первым «это» увидел старший сержант Николай Рахматуллин, о чём немедленно сообщил командиру. Около 22 часов кровавый туман, превратился в интенсивные огненные сполохи, охватившие и небо, и тайгу. В это время от командира дивизиона поступила команда всем офицерам и солдатам – надеть индивидуальные средства защиты и приступить к измерениям радиационного фона и химического состава воздуха на территории, где размещалась часть. По воспоминаниям очевидцев, внезапное чувство страха и подавленности охватило военнослужащих.

У многих из них начали болеть голова, суставы и живот. У некоторых открылась диарея. Лишь только в половине четвертого утра туман рассеялся, и одновременно с этим экипажи ЗРК почувствовали облегчение.

Одно из самых безобидных проявлений багрового тумана было зафиксировано в августе 2001 г. Тогда никто из очевидцев не пострадал, но ужас, вызванный появлением багрового марева, долго не проходил.

Вот как это случилось: группа туристов отправилась на реку Елица Московской области. Молодые люди планировали посидеть у костра, попеть песни под гитару - в общем, отдохнуть так, чтобы приятные воспоминания остались у них надолго. На деле же всё получилось совершенно иначе: в самый разгар вечера, когда на землю только начали опускаться сумерки, словно ниоткуда появились багровые клубы тумана. Туман выглядел как снежный ком - он покрывал не всё видимое пространство, а лишь часть и двигался так, будто его намеренно подталкивает чья-то невидимая рука. Позже все очевидцы хором рассказывали одно и то же. Ужас словно пригвоздил их к земле, они не могли двинуть ни рукой, ни ногой.

Создавалось впечатление, что багровая дымка подсвечена изнутри мрачным сиянием, а из её глубин за молодыми людьми наблюдает чей-то внимательный взгляд. Никто не мог произнести ни слова, пока багровые клубы не приблизились практически вплотную к костру. В этот момент клубы тумана, словно обжегшись огнем, отпрянули назад и растаяли так же внезапно, как и появились.

В наши дни появился целый ряд довольно оригинальных гипотез. В частности, сотрудник Сибирского отделения РАН Василий Андреевич Кропочев полагает, что огненный туман есть следствие мощных геомагнитных выбросов из недр планеты, которые возникают в результате подвижек тектонических плит.

Призрачные танки

Прошло почти 70 лет со времени крупнейшего танкового сражения второй мировой войны — битвы на Курской дуге. Но в Курской области ходят упорные разговоры о том, что её до сих пор можно наблюдать воочию: некоторые жители близлежащих сел утверждают, что они время от времени видят странные призрачные танковые баталии на Прохоровском поле, под Понырями и в других местах. По рассказам местных жителей, образы сражений на Курской дуге появляются при определённых условиях. Как правило, это происходит ранним утром в отдельных точках наблюдения. Часто - в туман. Ощущение при этом такое, как будто видел настоящий танковый бой. «Задние танки едва просматривались из-за утреннего тумана, зато на переднем четко видны были кресты»,- рассказывает очевидец. На снимках, сделанных с помощью специальной аппаратуры на берегу реки Хопер, в тумане видны палатки, фигуры в касках. Ничего подобного во время съемок там не было. И воронежские специалисты по аномальным явлениям объясняют феномен тем, что на пленке, возможно, запечатлена визуальная информация многолетней давности, которую сохранило энергетическое «поле памяти», вырывающееся из зоны разлома. Дело в том, что в годы Великой Отечественной войны в этих местах проходила линия обороны, в которой участвовал чехословацкий полк. И солдаты в касках, проявившиеся на снимках, их обмундирование - всё соответствует тому времени.

Может быть, туман обладает памятью? Объяснений этому пока нет. Но, как считают современные учёные, «туманные воины» не имеют к мистике никакого отношения. И со временем этому явлению обязательно найдется конкретное материалистическое разъяснение.

Существует немало версий, призванных объяснить подобные происшествия. Есть мнение, что на земле существуют, или периодически возникают, аномальные зоны, представляющие собой «ворота» в иные пространственные и временные измерения. Комиссия по необъяснимым явлениям собрала в своём архиве немало рассказов о таких зонах. Любопытно то, что во многих упоминается либо багровый, либо просто – «странный» туман. Безусловно, что все эти истории могут быть заблуждением или просто розыгрышем. Но если допустить, что хотя бы часть из них соответствует истине, то какие выводы можно сделать?

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 05 Февраля 2013, 09.41.56 | Сообщение # 12
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Елей к юбилею

Борис Соколов, 04.02.2013

Нынешний юбилей Сталинградской победы еще раз продемонстрировал двойственность позиции властей по отношению к этому великому историческому событию. Юбилею предшествовало нелепое решение Волгоградской городской думы о том, что шесть дней в году, в том числе в годовщину капитуляции армии Паулюса, город будут называть Сталинградом. Непонятно, правда, можно ли будет в эти дни называть город также и Волгоградом или в поездах и самолетах придется объявлять о прибытии в Сталинград, то есть в другую эпоху. А как быть со званием города-героя? Ведь 8 мая 1965 года это звание было присвоено именно Волгограду, и словосочетание "город-герой Сталинград" - это произвольная конструкция волгоградских депутатов. Отметим пока, что федеральные телеканалы инициативу Волгоградской думы проигнорировали и 2 февраля по-прежнему называли город Волгоградом. Выступая на торжествах, президент Путин назвал Сталинград символом единства россиян, но ни словом не обмолвился о проблеме переименования.

В действительности сегодня само слово "Сталинград" не объединяет, а раскалывает нацию. Согласно опросам, не менее 40% населения России к Сталину относятся позитивно, и для них переименование Волгограда в Сталинград будет воспринято как реабилитация Сталина. В то же время россияне, являющиеся противниками тоталитарного прошлого и авторитарного настоящего, воспринимают попытки вернуть имя Сталина на карту России как глумление над памятью миллионов его жертв.

Тем не менее в российской власти сильны настроения в пользу Сталинграда. Идею переименования Волгограда в Сталинград на постоянной, а не временной основе поддержал вице-премьер Дмитрий Рогозин, а спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко выступила за проведение по этому поводу городского референдума, причем ясно дала понять, что сама она за Сталинград. Идею референдума поддержали глава ЦИКа Владимир Чуров и лидер единоросов в Думе Владимир Васильев. Положительный исход такого референдума при нынешних настроениях жителей весьма вероятен. Однако последнее слово все-таки остается за президентом, а он не спешит обнародовать свою позицию. На мой взгляд, подобные вопросы надо решать не на референдумах, а решением федеральных органов власти о ликвидации тоталитарного наследия на карте нашей страны. И тогда не только Волгоград никогда не превратится в Сталинград, но и Ленинградская область наконец станет Петербургской, а Свердловская – Екатеринбургской.

Попытка сделать Великую Отечественную войну и ее центральное событие – Сталинградскую битву - основой новой российской идентичности, о чем уже много лет мечтают власти, неизбежно приводит к доминированию в этой идентичности советской и имперско-сталинской составляющей. Путину и его окружению очень хотелось бы, отделив от Сталина его преступления (и прежде всего – отстрел номенклатуры), оставить светлый образ победоносного военного вождя и строителя империи. Ее Путин и путинцы желали бы воссоздать - если не в прежнем виде, то хотя бы как зону преимущественного российского влияния на постсоветском пространстве и в Восточной Европе. Но история – штука упрямая, и в ней отделить преступления от побед никак не получается.

Если же посмотреть новые документальные фильмы, которые федеральные телеканалы сняли к Сталинградскому юбилею, легко заметить, что в них преобладает советский взгляд на великую битву. Речь идет о картинах "Сталинград. Противостояние" (НТВ), "Сталинградская битва" ("Россия-1") и "Город в огне" (Первый канал). Немцы представлены здесь только преступниками, а наши бойцы – только героями и жертвами. Лишь в фильме НТВ есть намек на более широкий взгляд на трагедию. Здесь цитируются письма лютеранского пастора и военврача Курта Ройбера и показаны его рисунки (знаменитая "Сталинградская мадонна" стала впоследствии эмблемой медицинской службы бундесвера). В своих письмах из Сталинграда он пытался оценить происходящее с общечеловеческих, христианских позиций. В конце сообщается, что в январе 1944 года Ройбер умер в лагере для пленных в Елабуге. Тут, казалось бы, и надо поговорить о том, почему из более чем 90 тысяч сталинградских пленных уцелело лишь 5-6 тысяч. Но наши документалисты к такому разговору явно не готовы. Им не хочется признавать, что немцам и их союзникам в советских лагерях бывало еще хуже, чем советским пленным – в немецких. К середине 1943 года в СССР умерло более двух третей пленных. И это при том, что пленных стран Оси в Советском Союзе тогда было на порядок меньше, чем пленных красноармейцев в Германии и на оккупированных ею территориях. Ситуация улучшилась лишь в середине 1944 года, когда в СССР, как и в Германии, паек для пленных был существенно увеличен.

В России обычно Сталинградскую победу представляют как победу добра над злом. Но в действительности под Сталинградом сражались друг против друга два зла. По сравнению с нацистским злом советское было меньшим, но только потому, что оно сражалось в союзе с западными демократиями. Последние как раз и могут претендовать на роль некоего относительного добра, хотя и за ними числится немало грехов, начиная с "политики умиротворения" и "странной войны" и кончая ялтинско-потсдамским разделом Европы со Сталиным. После Сталинграда Красная Армия несла народам СССР и Европы не только освобождение от нацистского рабства, но и новый коммунистический гнет. Неслучайно в романе Василия Гроссмана "Жизнь и судьба" победа под Сталинградом оборачивается торжеством Сталина, который теперь может осуществить свои далеко идущие планы, и страданиями главных героев, на которых обрушиваются новые гонения.

В фильмах стараются поменьше показывать Сталина и побольше говорить о характеристиках вооружения и боевой техники. А ведь мы до сих пор толком не знаем, как планировалось сталинградское контрнаступление, поскольку большинство документов Ставки и Генштаба до сих пор недоступны исследователям. И ни в одном фильме не сочли нужным сказать доброе слово о западных союзниках, будто не было ни ленд-лиза, ни боев в Северной Африке.

Есть в новых фильмах и постыдные ляпы. В фильме Первого канала на полном серьезе утверждается, что 6-я немецкая армия в 1939 году взяла Париж. Сценарист картины и его консультанты, конечно, могли не знать, что, во-первых, Париж никто не брал, поскольку французское правительство объявило его открытым городом, а во-вторых, вступила во французскую столицу не 6-я, а 18-я армия. Но вот что произошло это событие не в 1939, а в 1940 году, знать должен даже школьник.

Среди других ошибок можно отметить утверждение, будто при штурме Сталинграда использовались гигантские 600-миллиметровые мортиры "Карл", которые в это время благополучно пребывали под Ленинградом, где, правда, так и не были применены. Также издевательством выглядит утверждение, будто в 1942 году советские штурмовики Ил-2 не только наводили ужас на наземные войска неприятеля, но и успешно сражались с немецкими истребителями. Как раз тогда наши штурмовики, лишенные бортстрелка, становились легкой добычей "мессеров". Потери уменьшились, да и то не очень сильно, лишь после того как в конце 1942 года был разработан двухместный Ил-2.

Не соответствует и кочующее из фильма в фильм утверждение, будто Паулюс подписал общую безоговорочную капитуляцию 6-й армии. На самом деле общая капитуляция 6-й армии так и не была подписана. Паулюс отказался отдавать приказ о капитуляции, мотивируя это тем, что не имеет связи с северной группой генерал-полковника Карла Штрекера, а командование южной группой передал командиру 71-й дивизии генерал-майору Фрицу Роске, который и подписал капитуляции южной группировки 31 января. А капитуляцию северной группировки подписал Штрекер 2 февраля.

Историк Алексей Исаев в фильме Первого канала утверждает, что, поскольку Гитлер распорядился о переброске под Сталинград полнокровной 6-й танковой дивизии, то если бы советское контрнаступление началось на пару дней позже, оно могло бы закончиться неудачей. Но 6–я танковая дивизия прибыла в группу армий "Дон" и впервые вступила в бой 4 декабря. Даже если бы советское контрнаступление началось не 19-го, а 21 ноября, как бы ему могла помешать 6-я дивизия?

На все лады повторяются и легенды о "доме Павлова": будто бы героический сержант Яков Павлов с четырьмя бойцами выбил оттуда немцев, а потом этот дом стал чуть ли не ключевым пунктом в обороне советских войск, а немцы его неоднократно и безуспешно штурмовали. В действительности до прихода разведчиков Павлова дом никем не был занят. И немцы дом не штурмовали, а только обстреливали, и все трое убитых защитников дома Павлова погибли от снарядов, а не от пуль. В фильме Первого канала о боях в доме Павлова рассказывают двое, смахивающие на самозванцев, поскольку в официальном списке защитников их фамилий нет. Сомнения вызывает и утверждение, будто немцы в ближнем бою на сталинградских улицах и в домах уступали красноармейцам и этих боев старались избегать. На самом деле все было с точностью до наоборот. С началом уличных боев в Сталинграде потери 6-й немецкой армии уменьшились более чем вдвое, поскольку в условиях более сложного уличного боя лучше обученные солдаты вермахта имели дополнительное преимущество перед красноармейцами.

Раньше говорили, что победа была одержана благодаря руководящей роли партии и превосходству социалистических идей над капиталистическими. Теперь, во всяком случае, в фильме Первого канала, утверждается, что победа под Сталинградом была одержана во много благодаря православию. Приводятся примеры разного рода знамений, выступают уцелевшие жители, вспоминающие, как православная вера помогла им выжить. В общем, создается превратное впечатление, будто в атеистическом государстве в Бога верили почти все. Поминается и старец архимандрит Кирилл, которого молва принимала за знаменитого сержанта Якова Павлова. Как сообщается в фильме, историки установили, что в миру Кирилл был лейтенантом Павловым и действительно сражался в Сталинграде, но к сержанту Павлову никакого отношения не имеет. Странно, правда, почему нужно было привлекать историков, а не спросить об этом благополучно здравствующего старца? Или архимандрит Кирилл до сих пор пребывает в убеждении, что он и есть воскресший Яков Федотович Павлов, мирно скончавшийся в 1981 году? Кстати сказать, во всех фильмах признается, что командовал гарнизоном дома не сержант Павлов, а лейтенант Иван Афанасьев, никак за это не отмеченный. Может быть, для восстановления справедливости стоило бы посмертно присвоить Афанасьеву звание Героя России.

Я, пожалуй, во многом соглашусь с Путиным, заявившим в Волгограде: "Мужество и героизм защитников были беспрецедентными, беспримерными, но и жертвы были колоссальными с обеих сторон. Наверное, это единственный пример за всю Отечественную войну, когда, несмотря на то, что и с нашей стороны были ужасные потери, у противника этих потерь было еще больше". Более реалистичный подход главы государства к проблеме советских военных потерь, равно как и упоминание о немецких жертвах, стоит только приветствовать. Из путинских слов следует, что во всех остальных сражениях Великой Отечественной войны советские потери убитыми превышали потери немцев и их союзников. И это действительно так. По моим подсчетам, соотношение убитых между Красной Армией и вермахтом за всю войну составляло примерно 10:1. В 1941-1942 годах оно достигало 15-20:1, а в последний год войны опустилось до 5-7:1 (впрочем, в отдельных битвах, например, в сражении у Балатона, возвращалось к показателям 1942 года). Относительно же Сталинградской битвы путинское утверждение верно только применительно к периоду окружения 6-й армии и только по отношению к ней и окружавшим ее советским войскам. Если же брать, например, сражения с деблокирующей группировкой Манштейна в декабре 1942 года, то там советские потери многократно превышали немецкие. В фильмах утверждается, что с момента начала наступления на Сталинград 17 июля и до начала советского контрнаступления 19 ноября немецкие войска потеряли 700 тысяч человек. В действительности потери немецких 6-й и 4-й танковой армий со второй декады июля и по вторую декаду ноября 1942 года составили лишь 107 906 убитых, раненых и пропавших без вести, что почти в 7 раз меньше традиционной советской цифры. Между тем, по официальным и заниженным как минимум вдвое данным сборника "Гриф секретности снят", потери советских войск в ходе Сталинградской оборонительной операции составили 643 842 человека, то есть были в 6 раз больше немецких.

http://grani.ru/opinion/sokolov/m.211233.html


Qui quaerit, reperit
 
ШайтанДата: Вторник, 05 Февраля 2013, 13.24.55 | Сообщение # 13
Группа: Модератор
Сообщений: 2197
Статус: Отсутствует
Ребята- Казанцы. Кто скажет, где находилось в Казани старая психбольница (годы- военные и после). Может она сохранилась и до наших дней.
Ищут могилу ГСС летчика, подполковника Щирова С.С., замучанного лагерями с подачи Берия и кончившего с жизнью в Казанской психушке в 1956г.
 
Рашид56Дата: Вторник, 05 Февраля 2013, 16.15.11 | Сообщение # 14
Группа: Модератор
Сообщений: 14994
Статус: Отсутствует
Цитата (Шайтан)
Кто скажет, где находилось в Казани старая психбольница (годы- военные и после). Может она сохранилась и до наших дней.
Ищут могилу ГСС летчика, подполковника Щирова С.С., замучанного лагерями с подачи Берия и кончившего с жизнью в Казанской психушке в 1956г.


Приветствую, Петр! Вот кое-что нарыл через Инет:

Казанская психиатрическая больница специализированного типа с интенсивным наблюдением
420045, Республика Татарстан,
г. Казань, ул. Николая Ершова,
д. 49ж (Больница существует и сегодня, она такая же тюремная, как и тогда.)

В годы войны и после военные годы она называлась " Казанская специальная психбольница"

Параллельно с невменяемыми там "лечили" и нормальных людей , которых взяли по ст.58-10
("В первые послевоенные годы на Казанскую психиатрическую больницу была возложена обязанность лечения некоторых больных, находившихся в исправительно-трудовых учреждениях. "

Имеется такой список : "УМЕРШИЕ В КАЗАНСКОЙ СПЕЦИАЛИЗИРОВАННОЙ ПСИХБОЛЬНИЦЕ С 1940 по 1970 год" и там есть сведения о ЩИРОВЕ С.С.

1771 .ЩИРОВ СЕРГЕЙ СЕРЕЕВИЧ, г.р. 1916, м.р. Украина, С.АКИМОВКА АКИМОВСКОГО Р-НА ЗАПОРОЖСКОЙ ОБЛ., умер 7.4.56, дело в МВД 20890

Возможно хоронили умерших на Арском кладбище...и на Архангельском кладбищах, возможно в неустановленных (неизвестных ныне) местах, но памятное место находится привходе на Архангельское кладбище Казани.

"Старые могильщики рассказывают, что умерших в спецпсихбольнице привозили на кладбище завернутыми в ветошь и сваливали в укромных в ту пору местах, где чаще всего сбрасывали мусор, и закапывали в наспех вырытых ямах, не имеющих ничего общего с могилами."



Рашид Сиразиев
Хойна - ОБАТО 1974 -76
 
Рашид56Дата: Вторник, 05 Февраля 2013, 16.22.07 | Сообщение # 15
Группа: Модератор
Сообщений: 14994
Статус: Отсутствует
Шайтан, Петр, как я понял, данные о реперессированных хранятся в Архиве МВД и УФСБ Республики Татарстан.


Министерство Внутренних Дел по РТ

Почтовый код
420111

Адрес
Казань, ул. Дзержинского, 19

Телефон
+7 (843) 291-34-44

Сайт
http://mvd.tatar.ru


Рашид Сиразиев
Хойна - ОБАТО 1974 -76
 
СаняДата: Вторник, 05 Февраля 2013, 16.23.49 | Сообщение # 16
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
ЩИРОВ СЕРГЕЙ СЕРГЕЕВИЧ




В мае 2000 г. Военное издательство выпустило краткий биографический словарь "Кавалеры ордена Славы трех степеней". Он как бы служил продолжением двухтомника "Герои Советского Союза", поэтому вполне логично, что в конце тома был помещен перечень фамилий Героев Советского Союза, которые по каким-либо причинам не вошли в двухтомник. Помещена там и краткая биография С.С.Щирова. Это, по существу, первая информация, открыто рассказавшая стране о ее растерзанном сыне.

"Щиров Сергей Сергеевич. Род.6.02.1916 г. в с.Акимовка Запорожской области в семье крестьянина. Русский. Член КПСС с 1942 г. С 1927 г. жил в г.Севастополь. Окончил 5 классов и школу ФЗУ при объединении "Крымэнерго", Мелитопольский аэроклуб. В Кр.Армии с 1932 . Окончил Качинскую авиационную школу летчиков. На фронтах Великой Отечественной войны с июня 1941 г. Инструктор по технике пилотирования 87-го ИАП капитан Щиров к ноябрю 1942 г. совершил 258 боевых вылетов, в 38 воздушных боях сбил лично 14 и в группе 3 самолета противника. Звание Героя Советского Союза присвоено 13.12.42 г. После войны продолжал службу в ВВС. В ноябре 1949 г. незаконно осужден. 26.12.50 г. лишен звания Героя Советского Союза. В 1954 г. реабилитирован. Указом ПВС СССР от 14.04.89 г. в связи с прекращением уголовного дела за отсутствием состава преступления отменен Указ ПВС СССР от 21.12.50 г. в части лишения Щирова звания Героя Советского Союза. Награжден двумя орденами Ленина, орденами Красного Знамени, Кутузова 3 ст., Александра Невского, Отечественной войны 1 ст., Красной звезды, медалями, а также иностранным орденом. Умер 7.04.1956 г.".

Краткая биография, конечно, не может дать полного представления о человеке. Эта же краткая биография ставит больше вопросов, чем объясняет поступки летчика Щирова. Попробуем рассказать об этом человеке.

Сергей Сергеевич Щиров в боях Отечественной войны с первых ее часов. Вот запись из его дневника:

"22 июня - налет фашистской авиации. Уничтожены истребители, погибли друзья. Наши летчики взлететь не успели…

Не имея радиоустановок на самолетах, истребителях, при недостаточной налаженности оповещения постов ВНОС на командные пункты, мы, поднявшись в воздух, были предоставлены самим себе, действовали по собственной инициативе… Немцы имели большое преимущество…

Несмотря на потери, мы все-таки привили немецким летчикам любовь к полетам на высоте и под прикрытием своих истребителей…"

О первом сбитом им немецком самолете Щиров пишет сдержанно, анализируя происшедшее. Не щадит и себя, если в бою совершил ошибку: "Теперь я понял, что залог победы в быстрой, маневренной, тактической хитрости и прицельном огне с малых дистанций… Увлекся погоней за "юнкерсом" - не заметил, что на хвосте у меня противник. В нашем деле главное - осмотрительность и еще раз осмотрительность. Золотая заповедь истребителя: перед атакой оглянись. А когда мой самолет загорелся, я спасся на парашюте, но получил сильные ожоги".

Из письма ветеранов, однополчан С.С.Щирова:

"…Поступил в Качинскую авиационную школу, окончил ее накануне нападения фашистов на нашу Родину. Когда началась война, С.С.Щиров был направлен в 87-й ИАП и начала войну… В декабре 1941 г. младший лейтенант Щиров уже командует звеном, в августе 1942 г. он - зам.командира эскадрильи, капитан, а в декабре - майор, командир эскадрильи. О том, как воевал наш товарищ, лучше всего говорит такой факт: 13 декабря 1942 г. Президиум Верховного Совета СССР присваивает ему высокое звание Героя Советского Союза. В марте 1945 г. он - командир полка в 236-й истребительной авиационной дивизии. Сергей Сергеевич Щиров достойно закончил войну. Его взяли в Управление ВВС Советской Армии, где он передавал свой боевой опыт молодым летчикам, выполнял задания командования честно и добросовестно, как это делал и во время войны…"

Пожалуй, в этом отрывке из письма однополчан С.С.Щирова, направленном в Комиссию Политбюро ЦК КПСС по реабилитации осужденных в годы культа личности, нет объяснения только одной боевой награде С.С.Щирова - иностранному ордену.

Вот как объяснил он в 1948 г. корреспонденту "Красной звезды" А.Голикову: "Это уже в сорок четвертом, когда освободили Белград. Обучал летать на наших самолетах югославских летчиков, а потом водил их в бой…"

Награда эта - югославский орден "Партизанская звезда", № 1179.

Еще одно напоминание о Югославии сохранилось в виде дарственной надписи на наручных часах, которые тоже попали в опись при аресте: "С.С.Щирову от своего боевого друга М.Липовщяк. Югославия. 1944-45".

Звезда Героя Советского Союза идет за № 587, а два ордена Ленина следуют почти один за другим: №№ 9596 и 9598…

Что же произошло в 1949 г.? Почему он был арестован?

Все началось в 1944 г., когда С.С.Щиров женился и был счастлив с молодой женой. Но он был боевой летчик и редко наведывался в Москву.

Остальное он узнал от жены: "…остановилась черная машина. Вышел человек в военной форме… пригласил нас прокатиться… Нас привели в комнату… А потом вошел…Лаврентий Павлович Берия…"

Пока С.С.Щиров воевал, Берия сделал своей любовницей его жену, причем, и после окончания войны, после перевода С.С.Щирова в Управление ВВС, Берия эту связь не прервал.

Вот рассказ самого С.С.Щирова: "Женился я на Соне в сорок четвертом году, когда на пару недель отозвали в Москву с фронта. Влюбился в нее с первого взгляда. Затем уехал снова воевать. После войны служил в Армении, командовал полком. Соня жила со мной, и мы были счастливы. Потом меня направили в Главный штаб ВВС. Все было хорошо. Но вскоре Соня стала куда-то исчезать из дома. Раз не пришла ночевать. Я стал расспрашивать, схватил пистолет. Она заплакала и созналась, что изменяет мне, что ее принуждает к сожительству член Политбюро Берия. Он ее заметил еще в сорок четвертом, когда мы были в Большом театре. Соню взяли прямо на улице и увезли к нему в особняк.

Сказала, что теперь ходит к нему ради меня. Когда первый раз привезли ее к Берии, он пригрозил: не согласишься, я твоего героя в порошок сотру, стоит мне пошевелить пальцем, и он отправится на Колыму лес валить.

Тогда я еще верил в справедливость. Написал о том, что случилось с моей женой в свою партийную организацию. На другой день меня уволили из ВВС и отправили в ташкентский аэроклуб. А мой начальник и фронтовой друг сказал: "Уезжай сегодня же, тебя, дурака, спасаем!"

Но это была не самая большая глупость, которую я совершил. Подумал, что если предать широкой огласке то, что произошло с моей семьей, справедливость восторжествует. Решил и сделал…"

7 апреля 1949 г.- с этой даты началось личное дело № 038061, которое, наверняка, открывал "Протокол личного обыска…задержанного нарушителя государственной границы Щирова Сергея Сергеевича, 1916 г.р.".

Дело в том, что Щиров решил имитировать попытку перехода государственной границы. Цель у него была одна: будет суд, где он выступит и все расскажет о Л.Берии… Но были допросы, во время которых при каждом упоминании этого имени его жестоко избивали.

Суда С.С.Щиров так и не дождался, ему зачитали то, что счел нужным написать следователь: "Постановление. Москва. 1949 год, октября 25 дня. Я, старший следователь по особо важным делам МГБ СССР майор Левшин, рассмотрев материалы дела № 2508 по обвинению С.С.Щирова, НАШЕЛ: Щиров арестован 7 апреля 1949 г. за попытку измены Родине. Следствием установлено, что Щиров решил совершить побег за границу. На основании изложенного, ПОСТАНОВИЛ: Щирова, как изменника Родины, направить в особый лагерь".

Этим особым лагерем стал "Речлаг" в Воркуте… В том личном деле № 038061 (Воркутинский архив Минюста) хранится "Выписка из Протокола Особого Совещания МГБ СССР от 12 ноября 1959 г.:

Щирова С.С. за измену Родине заключить в ИТЛ сроком на 25 лет, считая срок с 7 апреля 1949 г."

На обратной стороне этого документа запись: "С Постановлением ОСО ознакомился 30 ноября 1949 г. Щиров".

Личное дело з\к Щирова закончено 5 марта 1954 г., но эти пять лет стремительно вели боевого летчика к трагической развязке.

В лагере это был непокорный, отчаянный заключенный и, одновременно, чуткий товарищ по отношению к своим соратникам по несчастью. Это отмечали все, кто общался в тюремные и лагерные годы с С.С.Щировым.

Документы личного дела пестрят распоряжениями о направлениях в карцер или в штрафной барак то за неповиновение, то "пытался не выполнить требования надзорсостава и грубил", то "за грубое поведение с зам.прокурора лагеря (в ШИЗО на 2 месяца)", а по воспоминаниям бывших лагерников это "надежный товарищ".

14 сентября 1951 г. в закрытом судебном заседании в Воркуте С.С.Щиров и четверо его солагерников были обвинены в создании "Повстанческой антисовестской организации "Всероссийский народно-трудовой союз". С.С.Щиров вновь был приговорен к лишению свободы (СВОБОДЫ!) с содержанием в ИТЛ на 25 лет. Теперь срок отбытия новых 25 лет лишения свободы начали отсчитывать с 28 апреля 1951 г.

30 октября 1951 г. Щиров был отправлен из Воркуты в Инту, в Минеральный ИТЛ, откуда после ареста Берии, в августе 1953 г. Щиров был срочно этапирован в Москву, где следователи разбирались в законности получения Щировым такого большого срока. После московских допросов Щирова снова вернули в Инту.

Но вскоре, в феврале 1954 г. из Прокуратуры СССР начальнику Минерального ИТЛ МВД СССР пришло письмо: "Прошу объявить заключенному Щирову С.С., 1916 г.р. о том, что его жалоба прокурору проверена. По протесту Генерального Прокурора СССР Военная Коллегия Верховного Суда СССР 17 февраля 1954 г. изменила приговор Военного трибунала войск МГБ Коми АССР от 14 сентября 1951 г. и Постановление ОСО при МГБ СССР от 12 ноября 1949 г., снизив Щирову С.С. срок наказания по обеим делам до 5 лет лишения свободы с освобождением его из-под стражи и снятием с него судимости в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 марта 1953 г. "Об амнистии".

Гос.советник юстиции 3-го класса Терехов".

5 марта 1954 г. Сергей Сергеевич Щиров был освобожден. Это был уже сломленный человек, с растерзанной психикой. Человек, всю войну прошедший с боями, смотревший не раз смерти в лицо и выходивший победителем в бою за жизнь, в лагере Щиров был бессилен отыскать для самого себя форму защиты от постоянно преследовавшего его вопроса "Почему?". Многие его солагерники терзались вопросом "За что?", но на такой вопрос у него ответ был, а вот на вопрос "Почему?" ответа не находилось.

Этот вопрос держал его в постоянном напряжении, в постоянном бунте, в затравленности. Один эпизод может много сказать об отчаянии, постигшем этого мужественного человека.

Т.И.Лещенка-Сухомлина, бывшая узница "Воркутлага", рассказала мне, что однажды, когда их вели из театра, где она работала, в зону, один заключенный прокричал им: "Я - Герой Советского Союза! Летчик! Пока я воевал, с моей женой спал Берия! Поэтому я здесь!…" А мы, говорила Татьяна Ивановна, шли молча, не смея поднять глаз и посмотреть на этого затравленного человека.

7 апреля 1956 г. Сергей Сергеевич Щиров скончался в Казани в психиатрической больнице.

Ему, реабилитированному в 1954 г. (а не в 1953, как гласит справка из книги "Кавалеры орденов Славы трех степеней"), лишь 14.04.89 "в связи с прекращением уголовного дела за отсутствием состава преступления" вернули звание Героя Советского Союза. Оказывается (читая вышеназванную справку), еще 35 лет летчик Щиров числился по уголовному делу…

Указ о возвращении Щирову звания Героя был подписан М.С.Горбачевым, но так и не был нигде опубликован до 2000 г. Таково стыдливое покаяние Власти перед боевым летчиком, защитником Родины.

А ведь где-то в следственных делах должны сохраниться рукописи С.С.Щирова "Воспоминания о Югославии" (отпечатана на машинке на 13 листах) и "Боевой путь Щирова" (отпечатана на машинке на 10 листах).

А ведь где-то в следственных делах хранятся 66 изъятых при аресте фотографий…

А ведь где-то находится дневник С.С.Щирова, который он вел всю войну…

Значит, где-то в следственных делах спрятана нерассказанная еще жизнь боевого летчика, Героя Советского Союза Сергея Сергеевича Щирова, проведшего в особых лагерях МВД СССР на территории Коми АССР пять трагических лет.

Анатолий Попов, ветеран труда


Qui quaerit, reperit
 
ШайтанДата: Вторник, 05 Февраля 2013, 21.07.49 | Сообщение # 17
Группа: Модератор
Сообщений: 2197
Статус: Отсутствует
Спасибо ребята! Обменяюсь инфой с историком.
А это в обмен от моих друзей по форуму и в жизни.
http://forums.airbase.ru/2013....75.html


Сообщение отредактировал Шайтан - Вторник, 05 Февраля 2013, 21.16.02
 
ПЕТРОВИЧДата: Понедельник, 11 Марта 2013, 01.29.28 | Сообщение # 18
Группа: Старейшина
Сообщений: 2142
Статус: Отсутствует
10 марта 1974 года младший лейтенант Хиро Онода сдался филиппинским властям - через 28 лет после окончания войны
(Читал об этом и раньше, но -о-о....., все же !!!!!)



В январе 1945 года Хиро Онода (1922 года рождения) прибыл на филиппинский остров Лубанг, получив от командира, генерал-лейтенанта Ёко Сидзуо, приказ «Самоубийство категорически запрещается! Держись 3-5 лет. Я обязательно приду за тобой. Продолжай борьбу, пока еще жив хотя бы один солдат, даже если придется питаться плодами пальм. Повторяю, самоубийство строго запрещено!».

После разгрома японцев американцами Онода бежал в горы вместе с тремя своими подчиненными и начал партизанскую войну. Несмотря на то, что он получал информацию о состоянии дел в мире, он на протяжении десятилетий отказывался верить, что война закончена. Считая, что он обязан выполнять приказ, данный ему в 1945 году, он нападал на филиппинских военных, полицейских и крестьян. Жертвами нападений и перестрелок стали 30 человек, еще 100 было ранено; двое подчиненных Оноды погибли, один сдался в 1950 году.

Только после того, как Есими Танигути, бывший майор и непосредственный командир Оноды, прилетел на Лубанг и обратился к Оноде с приказом сложить оружие, тот согласился сдаться. 10 марта 1974 года Онода принес отчет для Танигути и сдался филиппинским властям, имея на руках исправную винтовку Арисака тип 99, 500 патронов к ней, несколько ручных гранат и самурайский меч. При вмешательстве МИДа Японии он был помилован филиппинцами и вернулся в Японию.


http://waralbum.ru

Вот настоящий солдат!
Гвозди бы делать из этих людей!
Не было б в мире крепче гвоздей!
Для Хиро Онода Честь Офицера - не пустой звук!
Прикрепления: 3687259.jpeg(57.5 Kb)


Петрович
Хойна 1957-1960гг., Ключево 1960-1961гг., Колобжег 1962гг., Жагань 1962-1963гг.
В 1963 году замена в Берёзу - Картузскую, .


Сообщение отредактировал ПЕТРОВИЧ - Понедельник, 11 Марта 2013, 02.28.02
 
СаняДата: Понедельник, 11 Марта 2013, 11.25.43 | Сообщение # 19
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Цитата (ПЕТРОВИЧ)
Для Хиро Онода Честь Офицера - не пустой звук!

В мирное время,это обычный бандит!

Цитата (ПЕТРОВИЧ)

После разгрома японцев американцами Онода бежал в горы

К тому же и дезертир!


Qui quaerit, reperit
 
ПЕТРОВИЧДата: Понедельник, 11 Марта 2013, 14.23.56 | Сообщение # 20
Группа: Старейшина
Сообщений: 2142
Статус: Отсутствует
Саня,

Саня. ты прав. Изворотлив был, столько лет не могли поймать или уничтожить.
Фанат. Если сумасшедший - то не продержался бы столько. Верен приказу.
Он не дезертир, а продолжал бороться со стороны японской армии. Зря ты его заклеймил.

Факт исторически интересен.

А сколько наших в Афгане перебежало. До сих пор находят. Причины противоположны.


Петрович
Хойна 1957-1960гг., Ключево 1960-1961гг., Колобжег 1962гг., Жагань 1962-1963гг.
В 1963 году замена в Берёзу - Картузскую, .


Сообщение отредактировал ПЕТРОВИЧ - Понедельник, 11 Марта 2013, 14.30.22
 
СаняДата: Понедельник, 11 Марта 2013, 14.46.51 | Сообщение # 21
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
ПЕТРОВИЧ,
Петрович,он бежал в горы,по сути превратился в бандита,притом добывал себе пропитание нападая на мирное население долгие годы.
Обычный преступник,по законам любой страны.А он персонально пусть кем угодно себя считает,любым Робин Гудом,но мы можем квалифицировать его поступок и действия,как преступные,согласно закона.


Qui quaerit, reperit
 
ПЕТРОВИЧДата: Среда, 13 Марта 2013, 01.59.46 | Сообщение # 22
Группа: Старейшина
Сообщений: 2142
Статус: Отсутствует
ГРУ. Тайны военной разведки

Get Adobe Flash player


Петрович
Хойна 1957-1960гг., Ключево 1960-1961гг., Колобжег 1962гг., Жагань 1962-1963гг.
В 1963 году замена в Берёзу - Картузскую, .


Сообщение отредактировал ПЕТРОВИЧ - Среда, 13 Марта 2013, 02.03.21
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 18.36.48 | Сообщение # 23
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Марафонская битва


Годы царствования Дария I (522–486 гг. до н. э.) — период наивысшего могущества Персидской державы.


Дарий подавил мятежи в Вавилонии, Персии, Мидии, Мартиане, Эламе, Египте, Саттагидии, среди скифских племен Средней Азии, завоевал западную часть Индии.
Подчинились ему и греческие города Малой Азии, где Дарий назначал тиранов, которые должны были платить ему дань и предоставлять военные отряды. Малоазиатские греки должны были участвовать в завоевательных походах персидских царей. Но греки тяготились этой зависимостью и только ждали благоприятного случая, чтобы сбросить персидское иго. Когда в 514 году до н. э. Дарий предпринял завоевание Скифии, двинувшись туда через Фракию и Дунай, греческие отряды охраняли мост через Дунай. Уже тогда в их рядах возник план: разрушить мост и уйти в Грецию, оставив Дария в степях Скифии. Но этому помешал милетский тиран Гистией, понимавший, что гибель персов угрожала бы его собственному положению как правителя Милета. Гистией был возвышен Дарием и вызван ко двору. Вообще, следует сказать, что при Дарии находилось немало греков, среди которых он не только подбирал администраторов в провинции, но и вербовал надежную агентуру.
В 500 году до н. э. в греческих городах Малой Азии вспыхнуло восстание против персов. Его предводитель, Аристагор, искал помощи у европейских греков, но лишь Афины и Эретрия прислали несколько кораблей. Сначала успехи были на стороне восставших, но грозный царь собрал все силы для подавления мятежа. В 494 году до н. э. восстание было подавлено, греческие города вынуждены были вновь подчиниться Дарию и назначенным им тиранам.
Но Дария это не удовлетворило. Желая наказать афинян за помощь, оказанную ими восставшим, он решил завоевать и европейскую Грецию. В этом его поддерживал и поощрял бывший афинский тиран Гиппий, живший при дворе Дария.
Весной 492 года до н. э. персидское войско переправилось через Геллеспонт и при поддержке большого флота двинулось вдоль фракийского побережья. Но у мыса Афон флот был застигнут небывалой бурей. 300 кораблей погибло. А на суше пехота и конница персов понесли большие потери от фракийцев. Армия Дария вынуждена была вернуться обратно. Через два года Дарий направил в греческие города послов с требованием "земли и воды", то есть изъявления полной покорности. В городах Северной Греции, где у власти стояли сторонники Дария, это требование было исполнено (или давался уклончивый ответ). А в Спарте и Афинах царские посланцы были умерщвлены, и верх взяли сторонники вооруженного сопротивления.
Одновременно с дипломатическими мерами Дарий повел и тайную войну против Афин. Широко развернула свою деятельность заранее подготовленная агентура Дария в Афинах. Она действовала как легальными (создание проперсидской партии), так и нелегальными средствами (шпионаж, пораженческая пропаганда, подготовка вооруженного восстания к моменту подхода персидских войск).
Весной 490 года до н. э. персидский флот с посаженным на него войском под начальством Датиса и Артаферна направился прямо через Эгейское море против Эретрии и Афин. Эретрия, располагавшаяся на острове Эвбея, была взята после кратковременной осады. Затем флот направился к греческим берегам, и персы приступили к осуществлению хитро задуманной военно-разведывательной операции.
Персы высадились на берегах Аттики в районе городка Марафон, лежавшего недалеко от берега пролива между Аттикой и островом Эвбея, приблизительно в 40 километрах от Афин. Датис и Артаферн по совету Гиппия высадили лишь небольшую часть своего стотысячного отряда. Это было сделано с расчетом на то, что афиняне направят на борьбу с десантом свое войско, тем самым бросив Афины на произвол судьбы. А там в это время предполагалось восстание, подготовленное проперсидской партией и агентурой Дария, и его сторонники намеревались захватить власть в городе. На помощь восставшим должны были подойти главные силы Дария, которые оставались на кораблях неподалеку от города Фалерон и ждали лишь сигнала, по которому они должны были высадиться в Афинах.
А на Марафонском поле происходило следующее. Увидев приближающиеся афинские войска, персидские полководцы решили, что их основная задача выполнена — афинскую армию удалось выманить из города. Они дали команду своим войскам возвращаться на корабли, оставив лишь небольшой заслон. Это произошло 13 сентября 490 года до н. э., в день, вошедший в историю как дата знаменитого Марафонского сражения.
Заслон, оставленный персами, потерпел поражение, хотя победа греков не была полной, так как значительной части персов удалось благополучно сесть на корабли. Правда, начавшаяся буря разметала персидский флот, несколько судов были выброшены на берег и оказались в руках греческих воинов.
Греки праздновали победу. Они узнали о ней от гонца, пробежавшего без остановки весь путь. На рыночной площади Афин он успел прокричать "Персы разбиты и отступили. Мы победили!" — и рухнул замертво. В этих условиях сторонники Дария не решились поднять восстание.
С той поры в честь славной победы марафонская дистанция (с 1924 года ее длина равняется 42 километра 195 метров) была включена в программу Олимпийских игр и сохранилась в ней по сей день. Десятки тысяч спортсменов успешно преодолевают ее за время чуть больше двух часов. Затея Дария с захватом Афин так и осталась неосуществленной. Он развернул свой флот и отправился домой.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 18.37.35 | Сообщение # 24
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Слон Гарун Аль-Рашида

Карл Великий, сын короля франков Пипина Короткого, родился в 742 году. Отец рано стал приучать сына к государственным делам. В 761 и 762 годах он уже сопровождал отца в аквитанских походах. В 768 году, после смерти Пипина, Карл сам стал королем и получил в наследство огромные земли, полумесяцем протянувшиеся от Пиренеев до границ нынешней Чехии.
Первые годы Карл никак не оправдывал свое будущее прозвище. Он разъезжал по своим многочисленным поместьям, отдыхал, делал вклады монастырям и всецело находился под влиянием своей матери, вдовствующей королевы Бертрады.
Но в 772 году с ним что-то произошло. Он внезапно разошелся с женой Дезидератой и отправил ее в Италию к отцу, королю Дезидерию; наложил руку на наследство умершего в 771 году брата Карломана (которому принадлежало более половины нынешней Франции) и стал единоличным королем франков.
Дорога завоеваний для него оказалась открытой. С этого момента в хронике царствования Карла Великого было не более двух-трех мирных лет. Остальное время — вторжения, походы, осады.
Карл Великий был один из тех полководцев, которые понимали, что без хорошо поставленной разведки нет ни армии, ни победы. Поэтому успехам во всех его войнах он обязан малым или большим разведывательным операциям, которые им предшествовали или сопутствовали.
Был ли у Карла какой-либо далеко идущий план завоевательных войн? Трудно сказать. Каждую осень войско распускалось, а весной набиралось снова. Но разведка велась постоянно.
В 786 году агенты Карла доносят, что его союзник, баварский герцог Тассилон, вступив в сговор с врагами Карла в Южной Италии, плетет интриги и тайно договаривается о совместных действиях с кочевниками-аварами.
Занятый другими делами, Карл до поры до времени делает вид, что ему ничего не известно. Но его посланцы «обрабатывают» вассалов коварного герцога. В 787 году Карл «вспоминает» о Тассилоне и требует от него немедленной личной явки. Тассилон уклоняется. Тогда король, зная о том, что вассалы Тассилона настроены против него (Карла), окружает Баварию войсками. Большинство вассалов Тассилона сразу же принимают сторону франкского короля.
Понимая безвыходность своего положения, Тассилон является к Карлу и дает клятву верности. Однако в следующем году Карл вызывает его на Генеральный сейм. Обвиненный собственными вассалами, Тассилон признаётся, что вел непрерывные интриги против Карла, сговаривался о совместных действиях с врагами Франкского государства, не собирался выполнять свои клятвы и втайне готовился перебить всех сторонников Карла в своей стране. Франки единодушно приговорили Тассилона к смерти. Но Карл проявил милость и заменил казнь ссылкой Тассилона, его жены и детей в монастырь. Так, можно сказать, без пролития крови Карл покорил Баварию.
Но не всегда его жертвы отделывались так легко. Одним из языческих племен, враждовавших с Карлом и доставлявших ему немало неприятностей, были авары — воинственные кочевники, язычники и грабители, с которыми герцог Тассилон заключил накануне своего падения тайный союз. В своем заговоре против франков авары объединились с их врагами — лангобардами, саксами и баварами.
Нападение на франков было назначено на тот самый, 788, год, когда Тассилон подвергся осуждению. Видимо, и авары не знали об этом и, надеясь на поддержку герцога, вторглись во Франкское государство, как и было намечено.
Так началась эта страшная и беспощадная война, длившаяся семь лет. К 795 году франки разгромили аваров и "огнем и мечом" прошлись по их земле, уничтожая все и вся. Когда для крещения покоренного народа были направлены епископы и священники, то оказалось, что крестить некого — народ был истреблен, не осталось в живых ни одного обитателя. Древнерусская пословица не случайно гласила: "Погибоша аки обре", то есть "Погибли как обры (авары)".
Теперь о слоне Гаруна аль-Рашида. Легенда повествует, что однажды Карл, увидев бивень слона, возжелал увидеть и живого слона. И якобы этим объясняются последующие события. Но скорее всего слон был лишь предлогом.
В 797 году Карл направил к халифу Багдада Гарун аль-Рашиду посольство в состав которого, как всегда, входили не только дипломаты, но и разведчики (что, впрочем, тогда значило одно и то же) — доверенные лица короля Ланфрид и Зигмунд, а также еврей Исаак. Официальной целью посольства было "достать и привезти слона".
Халиф действительно отправил Карлу слона, которого Исаак в 802 году после долгих мытарств благополучно доставил в Ахен. Еще раньше халиф дал разрешение церковной миссии из Иерусалима отвезти Карлу благословение патриарха, а также различные реликвии, в том числе ключи от Иерусалима.
Чем же представители Карла так заинтересовали восточного владыку? На какой почве могли сблизиться христианский Ахен (столица Карла) и мусульманский Багдад? У них нашлись общие соперники и враги. Прежде всего, к ним относились будущие халифы испанской Кордовы, помышлявшие уничтожить багдадских Аббасидов. (А ведь именно с халифами воевал Карл, и война эта ожесточилась после 800 года.)
Еще больше Карла и Гаруна аль-Рашида объединяла политика в отношении Византии. Дело в том, что Византия и ее императоры смотрели на себя как на единственных законных наследников Рима, Цезаря и Августа. А Карл, провозглашенный 25 декабря 800 года императором, нанес смертельный удар по византийской идее «единства» империи. Не случайно в момент, когда папа Лев III, по нынешним понятиям "агент влияния" Карла, возлагал императорскую корону на Карла, тот выразил недовольство этим, желая показать, что он не собирался превращаться в соперника византийского императора, но раз уж так получилось, то виноват не он, а папа Лев III. Карл даже отправил в Константинополь особое посольство с предложениями "руки и сердца" византийской императрице Ирине. Посольство было принято благосклонно.
Великая Империя, объединяющая Восток и Запад, была накануне своего создания. Римская империя была бы восстановлена, а Карл, добившийся в это время успехов в Испании, проникший в Палестину, имевший своих агентов в главных городах Северной Африки — Карфагене и Александрии, стал бы величайшим из монархов.
Но произошло непредвиденное. Ирина была свергнута, а византийский престол занял император Никифор. Однако задуманный Карлом хитрый ход все же сыграл свою роль. Никифор, введенный Карлом в заблуждение, порвал все отношения с папой, но продолжал вести переговоры с Карлом. Еще бы — он нуждался в союзнике, ведь мусульманский халифат угрожал ему.
Началась разведывательно-дипломатическая игра, сопровождаемая военными действиями. Карл и Гарун вновь обмениваются посольствами.
Реализуя добрые отношения с Багдадом, Карл усиливает давление на Византию. Одновременно обменивается посольствами с иерусалимским патриархом, засылая в Палестину своих людей, направляя туда большие денежные суммы, возводя храмы, вмешиваясь в споры о церковной догме и пытаясь оторвать от духовного влияния Византии целые районы.
Византия, зажатая с востока и запада, не могла долго сопротивляться, и в 812 году новый византийский император Михаил I формально признал императорский титул Карла Великого.
Что касается слона, то он скончался в 810 году, причем летописи уделили этому событию больше внимания, чем смерти сына Карла Великого Пипина, короля Италийского, умершего в то же время.
Незадолго до кончины Карла Великого произошло событие, вошедшее в историю как чудо. В первых числах января 814 года с фронтона базилики, расположенной возле королевского дворца, вдруг исчезло слово «princeps» (вождь — лат.), составлявшее часть императорского титула. Это расценили как страшное предзнаменование. И действительно, 28 января 814 года ничем не болевший король внезапно умер. Его похоронили в той же базилике.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 19.13.58 | Сообщение # 25
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Разведывательные акции Инков

Инки — правильнее инка, от испанского «инка» — первоначально индейское племя, обитавшее на нынешней территории Перу в XI–XIII веках, а позже правящий слой в государстве, созданном союзом племен. Образование государства инков — Тауантинсуйу (на языке кечуа — четыре стороны света) — дело не таких уж древних времен, оно относится к 1438 году. Инки взимали дань с коренных племен, использовали труд рядовых общинников и рабов — янакона. Земля считалась принадлежащей правителю — Верховному инке, власть которого была окружена сакральным ореолом, а первый мифический правитель — Манко Капак — почитался как сын Солнца. Инки использовали ирригацию, возводили сооружения для военных, религиозных и административных целей. Удивительно, что при всей высокой культуре у них было узелковое письмо (кипу) и только зачаточная письменность. Постепенно, благодаря завоеваниям, Тауантинсуйу расширило свои владения и к XVI веку включало в себя северную часть Чили, почти всю Боливию, северную часть Аргентины, часть Перу, Колумбии, Эквадора. Его население составляло от 8 до 15 миллионов человек.
Как всякое развитое государство, империя инков не могла существовать без хорошо отлаженных спецслужб — разведки и контрразведки. При особе Верховного Инки состоял их руководитель, называвшийся "главный информатор и шпион инки". Другим ответственным лицом был государственный контролер — Токрикока — "Тот, кто видит все". Не обладая ни исполнительной, ни судебной властью, он выявлял факты нарушения правопорядка и докладывал о них. А право и обязанность арестовывать возлагались на "слугу инки, которому поручено схватить арестованного". Эти два последних лица — Токрикока и "слуга Инки" — по-видимому, и представляли контрразведку. "Главный информатор и шпион Инки" располагал разветвленной агентурной сетью, действовавшей как на территории государства инков, так и за его пределами. Данных о том, что инки обладали агентурой в правящих кругах соседних государств, нет. Обычно агенты маскировались под торговцев, разносчиков товаров, нищих. Скромные, не привлекавшие к себе особого внимания, они зорко высматривали секреты соседей.
При подготовке завоевательных войн инки проводили разведывательные операции, позволявшие оценить характер местности, богатства страны, возможную силу сопротивления. Вот что писал об одной из таких операций инка Гарсиласо де ла Вега:

"Инка Йупанки принял решение осуществить другое завоевание, а это было завоевание другой провинции, именовавшейся Чиривана, которая расположена в Андах на востоке от Чарка. Поскольку до этого времени земля была неизведанна, он направил туда шпионов, чтобы они со всем вниманием и осторожностью выследили бы все: ту землю и ее жителей, чтобы с большим знанием дел предусмотреть то, что было необходимо для похода. Шпионы ушли, как им было приказано, а вернувшись, они рассказали, что земля была отвратительной, с труднодоступными горами, болотами и трясинами, и очень мало ее было пригодно для посевов и возделывания".

После завоевания этой безлюдной страны инка Йупанки решил осуществить дело всей жизни — завоевать и присоединить к своей стране богатое королевство Чили. "И оставив в своем королевском дворе опытных министров для управления и отправления правосудия, он дошел вплоть до Атакамы, которая являлась последней провинцией, которая была заселена, и покорена, и включена в его империю в направлении к Чили, чтобы разжигать огонь завоевания с более близкого расстояния, ибо дальше имелась огромная пустыня, которую нужно было пересечь, чтобы достичь Чили…"
На разведку инка вновь отправил "бегунов и шпионов, чтобы они пересекли ту пустыню и нашли бы подходы к Чили, и отметили бы трудности дороги, дабы знать о них и предусмотреть их. Разведчиками были инки, потому что дела такой важности те короли доверяли только людям своего рода… Разведчикам в качестве проводников и гонцов дали индейцев из Атакамы и Тукми, от которых раньше получили сведения о королевстве Чили. Помощники разведчиков доставляли сообщения о том, что было обнаружено. И ушли разведчики, которые в дороге преодолели огромные трудности и много трудились из-за тех пустынь, оставляя опознавательные знаки там, где они проходили, чтобы не потерять дорогу, когда нужно будет вернуться обратно. А еще для того, чтобы те, кто следовал за ними, знали бы, где они шли".
Де ла Вега пишет дальше, что помощники разведчиков, словно муравьи, сновали туда и обратно, принося сообщения об обнаруженном и доставляя разведчикам продовольствие. Когда же от разведчиков поступили сообщения о том, что им удалось обнаружить, инка Йупанки подготовил своих воинов к походу.
Интересно, что перед походом на врага инки предупреждали его об этом. Было ли это проявлением рыцарства или в этом имелся другой, скрытый смысл? Скорее второе. Инки исходили из того, что после получения предупреждения противник либо присоединится к ним, либо начнет готовиться к обороне. А в этом случае все местные жители бросали свои жилища и спешили укрыться в столичной крепости. Этого инкам и надо было. Они прибирали к рукам всю обезлюдевшую местность и приступали к длительной осаде крепости. Им спешить было некуда, крепость рано или поздно сдавалась им на милость.
Интересно они поступали и при объявлении войны — направляли послов три-четыре раза. Естественно, что послы выполняли разделывательную задачу: проверяли, как противник готовится к обороне, выявляли его сильные и слабые места. Одновременно «дипломаты» приобретали агентуру среди местного населения. Устанавливали и степень вызревания сельскохозяйственных культур — дату нападения выбирали до их созревания, с тем чтобы противник не мог пополнить свои запасы кукурузой или картофелем.
В 1532–1536 годах испанские конкистадоры под предводительством Ф. Писарро и Д. Альмагро завоевали государство инков и разрушили его богатую культуру. Инки, покоренные испанцами, вошли в состав народности кечуа.
Империю инков постигла участь любой империи, претендующей на региональное или мировое господство, — она развалилась.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 19.35.58 | Сообщение # 26
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Борьба за испанское наследство

Во второй половине XVII века Испания, в XVI веке считавшаяся мировой державой и делившая мир с Португалией (которую потом даже поглотила), стала "больным человеком Европы". Ею правил последний представитель династии Габсбургов Карл II, "властитель слабый и лукавый". Трудно что-либо сказать о его лукавстве, но он был не просто слабым, а скорее слабоумным. Детей у него и его супруги Марии-Луизы, француженки, не было. После его смерти испанское наследство должно было оставаться «бесхозным» и перейти либо к австрийским Габсбургам, либо к французским Бурбонам, находившимся в близком родстве с бездетным королем.
Мадрид кишел австрийскими и французскими шпионами и шпионками и превратился в центр тайной войны.
Разведка Франции проводила многолетнюю многоходовую операцию, которую можно было назвать борьбой за испанское наследство, пока еще мирной. Французским резидентом был посол Франции граф Ребенак, которого затем сменил Арнур. И хотя в сложных дипломатических играх французское правительство в поисках союзников допускало раздел испанских владений, Арнур был ярым противником раздела, считая, что все испанские владения должны перейти по наследству одному из французских принцев.
Активными агентами Парижа были французские купцы, банкиры, ювелиры, мастера, многочисленные куртизанки, которые не покинут Мадрид даже тогда, когда начнется война.
Одной из наиболее ярких французских шпионок стала Олимпия Манчини (затем графиня Суассон). Она была племянницей кардинала Мазарини и первой (по счету) фавориткой Людовика XIV. Прибыла в Мадрид в 1686 году в качестве приближенной королевы Марии-Луизы и всячески помогала королеве в ее интригах в пользу Франции. Их противники, сторонники австрийской партии, интриговали против королевы. Все «игры» велись по лучшим правилам версальского и мадридского двора. В ход пошли фальшивки — любовные письма королевы за ее подписью. То ли их обнародование так потрясло королеву, то ли по другой причине, но 11 февраля 1689 года Мария-Луиза внезапно заболела и на следующий день скончалась, как считали многие, от действия яда. Французский посол прямо обвинял австрийцев, те отвечали не менее жестко, обвиняя даже… графиню Суассон, хотя какой смысл ей был убивать свою патронессу и единомышленника.
Людовик XIV продолжал засылку своих разведчиков и разведчиц. Анжелика ле Кутелье, которая после второго замужества стала носить имя маркизы Гюдан, была одной из них. Ее прошлое было весьма сомнительным. Куртизанка, любовница многих высокопоставленных особ и первостатейная авантюристка, в совсем еще молодые годы она занялась вымогательством. Но дело раскрылось, ей грозил процесс, и пришлось срочно покинуть Францию. Гюдан обосновалась в Риме. Там она вела не менее бурную жизнь. На одном из светских приемов познакомилась с секретарем французского посольства. Любовь была горячей, секретарь полностью доверял ей, и как-то раз во время любовного свидания она выкрала у него дипломатические бумаги, представлявшие чрезвычайный интерес для правительства Испании. Испанский посол, получив их, приказал немедленно снять копии, отправил их в Мадрид, а портфель вернул Гюдан, которая положила его на место так быстро, что влюбленный секретарь ничего не заметил. Документы оказались столь важными, что испанское правительство назначило маркизе Гюдан ежегодную пенсию и разрешило поселиться в Мадриде. Что маркизе и требовалось.
Скорее всего это была не случайность, а хорошо продуманная операция французской разведки по подставе своего агента.
Маркиза Гюдан оказалась в Мадриде отнюдь не бедной беженкой. Она приобрела особняк, имевший сад, примыкавший к важному правительственному зданию, что облегчало ее шпионские функции. По указанию посла Арнура она, в сотрудничестве с другими французскими агентами, держала салон, где встречались придворные, министры, дипломаты, модные поэты и художники, великосветские куртизанки, парижские аббаты, монахи-доминиканцы из испанских монастырей. Во время непринужденных бесед за столом она выведывала нужные сведения, плела заговоры, направленные на усиление французской партии.
Во французских архивах сохранились письма, которые Гюдан регулярно с февраля по декабрь 1693 года направляла в Париж и которые содержали массу информации о придворных делах, полученной из первых рук — от министров и других крупных правительственных сановников. Специалисты-историки, исследовавшие эти письма, находят их очень ценными, добавляя, правда, что для придания им большего веса маркиза кое-что и присочинила.
Но не только сбором информации занималась маркиза Гюдан, она проводила также вербовочную работу и другие активные мероприятия. Среди них и операция по привлечению на сторону Франции гессенской баронессы Берлепш, фаворитки новой испанской королевы Анны-Марии Нейбургской. Вдовствующую баронессу характеризуют как вульгарную особу с манерами престарелой кокотки, весьма падкой на золото. Она приобрела такое влияние, что единолично принимала решение, кого допускать к королеве. Та, в свою очередь, как марионеткой управляла безвольным Карлом II. Однако и Берлепш не была самостоятельной в своих действиях. Ею управлял патер Реджинальд, ее исповедник и любовник. Гюдан сумела привлечь на свою сторону Реджинальда, через которого воздействовала на баронессу Берлепш, и та, конечно не безвозмездно, а за солидный куш, вызвалась помогать французам.
Но борьба вокруг наследства шла так упорно, что в 1698 году сторонникам австрийцев удалось выслать маркизу Гюдан из Мадрида, а затем, в 1700 году, добиться и почетного удаления баронессы Берлепш.
Однако семя было брошено. Австрийская партия проиграла. Карл II завещал свой трон Филиппу Анжуйскому, надеясь с помощью Франции сохранить целостность испанской империи.
В 1700 году, после кончины Карла, сын Людовика XIV стал королем Испании Филиппом V. Дальнейшее развитие событий привело к тому, что через год, в 1701 году, началась война между Францией — с одной стороны, и Англией, поддерживаемой Голландией, Австрией, большинством германских княжеств, Данией, Португалией и Савойей — с другой, которая вошла в историю как война за испанское наследство и длилась до 1714 года. Фактически она представляла собой борьбу основных европейских государств против французской гегемонии на континенте. Но это уже другая история.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 19.36.44 | Сообщение # 27
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Англия против Америки

16 декабря 1773 года произошли события, вошедшие в историю под названием "Бостонское чаепитие", В этот день американские колонисты, переодетые индейцами, возмущенные пошлинами, которые ввела Англия на ввоз чая, напали на английские суда в Бостонской бухте и утопили весь груз, состоявший из дешевого индийского чая. Колонии объявили бойкот английских товаров, а с 1 декабря 1774 года запретили ввоз любых товаров из Англии.
19 апреля и 17 июня 1775 года произошли первые столкновения между колонистами и английскими солдатами. Осенью американцы вторглись в канадскую провинцию Квебек, надеясь поднять поселенцев против британского владычества, но не были поддержаны местными жителями и ретировались.
4 июля 1776 года американские колонии провозгласили себя независимыми штатами. Развернулись военные действия между армией колонистов, которой командовал Джордж Вашингтон, и английскими войсками во главе с генералом лордом Хоу. Вскоре лорд убедился, что не может справиться с американскими «оборванцами», и потребовал подкреплений. Война приобретала маневренный характер и складывалась из отдельных сражений в разных районах страны.
Бои шли с переменным успехом до 1778 года, когда Франция, рассчитывая вернуть свои владения в Канаде и Индии, объявила войну Англии и заключила союз с восставшими колониями. Субсидии французской казны и помощь вооружением и войсками способствовали успехам американцев. Их положение еще больше упрочилось, когда в июне 1779 года войну Англии объявила Испания, а в декабре 1780 года — и Голландия. Война шла уже в Европе, да и самим Британским островам угрожало вторжение.
Мир между Соединенными Штатами и Англией (прелиминарный мирный договор) был подписан 30 ноября 1782 года. Все годы войны операции против Америки вели не только английские войска на полях сражений, но и английская разведка в респектабельных зданиях посольств. Как отмечает историк Р. Роуан, "в эти пять критических лет (1776–1781) британское министерство иностранных дел и британский король Георг III проявляли большой интерес к донесениям шпионов и были куда лучше осведомлены о международном положении Америки, чем сам генерал Вашингтон или американский Конгресс".
Лорд Суффолк и его помощник Уильям Иден, руководившие секретной службой, стремились возвратить то, что теряли британские генералы. Они сорили взятками направо и налево и могли найти доступ к любому секретному документу.
Представитель американских колоний в Лондоне, а до того в Берлине, Артур Ли, все время был окружен кучей шпионов. В Берлине английский дипломат Хью Эллиот с помощью своей служанки-немки подкупил других слуг отеля, где проживал Ли. Кем-то из них личный дневник Ли был украден, быстро доставлен в британскую миссию и там скопирован. На это ушло не более шести часов, после чего исчезнувший дневник был незаметным образом возвращен. Ли каким-то образом догадался об этом, в результате чего стал самым активным борцом с английскими шпионами.
Высокая эффективность британской разведки достигалась разными путями. Наиболее успешным оказался подкуп некоторых высших «лояльных» американцев, проживавших в Париже. Американское посольство во Франции, во главе которого стоял Бенджамин Франклин, выдающийся ученый и государственный деятель, стало главным источником сведений для разведки англичан.
Доверенное лицо Франклина, «кроткий» и «добрый» Эдуард Банкрофт, доктор медицины, член Королевского общества, был настолько выдающимся шпионом, что ему пожаловали пенсию в 1000 фунтов стерлингов в год. Под маской любознательности и преданности своему служебному долгу Банкрофт узнавал от Франклина все, что тому было известно. Информация немедленно передавалась в Лондон. Франклин, сам того не сознавая, выуживал у французских союзников секретные сведения для нужд Банкрофта и британской разведки. И, хотя Франклин предназначал их для Вашингтона, они часто не попадали к нему, а ложились на стол лорда Суффолка, так как Банкрофт перехватывал и задерживал депеши.
Артур Ли, борец со шпионами, сумел распознать в Банкрофте британского агента. Он не только сообщил Франклину свои подозрения, но и представил доказательства того, что Банкрофт неоднократно ездил в Лондон, где присутствовал на заседаниях Тайного совета короля. Об этом Артур Ли узнал от своего брата Уильяма Ли, который в 1773–1774 годах был одним из двух шерифов (начальников полиции) Лондона, а затем стал важным должностным лицом, олдерменом — членом городского управления Лондона, и таким образом имел возможность узнать правду о Банкрофте.
Однако Франклин не поверил Артуру Ли, так как Эдуард Банкрофт был его старинным другом и преданным учеником. В ответ на «донос» Артура Ли его самого стали третировать как подозрительного смутьяна, обвиняли в клевете.
Банкрофт продолжал свою деятельность. Более того, он легализовал поездки в Лондон; возвращаясь оттуда, передавал Вашингтону «ценные» сведения о передвижениях английских войск и флота и намерениях британского правительства. Все эти материалы представляли собой дезинформацию, составленную его английскими хозяевами; они казались очень важными, но, как правило, содержали фальшивые или настолько устаревшие данные, что их использование не могло принести Англии никакого вреда, а Америке — пользы.
Авторы фальшивок исходили из характера Франклина, человека безупречно честного и благородного, который ни на минуту не мог усомниться в честности и благородстве Банкрофта. Чтобы уверить американцев, что Банкрофт как секретный агент работает в их пользу, британский министр даже приказал арестовать его за шпионаж (правда, «доказательств» было недостаточно, и его, извинившись, отпустили). После этого американский Конгресс согласился платить доктору жалование за его «опасную» работу. Таким образом, он "сосал двух маток". Любопытно, что однажды Банкрофт написал очень резкое письмо, когда Конгресс задержал жалованье, причитавшееся ему как американскому агенту.
Соучастником Банкрофта по шпионажу был некий Поль Уэнтворт, его близкий друг и сотоварищ по интригам. Он снабжал Банкрофта "последними лондонскими новостями", безопасными для англичан, но сдабривавшими пикантными подробностями ту, порой скучную, информацию, которую Банкрофт доставлял Франклину из Лондона, и придававшими ей видимость правдивой. Заодно Уэнтворт был искусным вербовщиком и приобретал для английской разведки ценных агентов.
Одним из наиболее знаменитых английских шпионов во время войны за независимость стал американский генерал Бенедикт Арнольд. Еще в 1775 году он вместе с генералом Ричардом Монтгомери безуспешно штурмовал город Квебек. Затем, уже став английским агентом, руководил крупнейшей американской базой в Уэст-Пойнте, где находились склады, заключавшие почти все запасы американской армии.
Британская разведка разработала операцию по захвату Уэст-Пойнта: в нужный момент Бенедикт Арнольд должен был предпринять для этого необходимые действия. Американской контрразведке удалось задержать некоего майора Андре, в сапоге которого были спрятаны документы, уличающие Арнольда и написанные его рукой. По невыясненной причине «милиция» отпустила майора Андре, и он поспешил к Арнольду, чтобы предупредить его о провале. Одновременно командир воинской части, задержавшей Андре, отправил к Арнольду как к старшему начальнику курьера с сообщением об аресте Андре. Контрразведке удалось перехватить Андре; позднее он был судим и повешен. Но курьер успел доскакать до Арнольда и передать ему депешу об аресте Андре.
Несколько слов о судьбе Бенедикта Арнольда. Он родился в 1714 году и с пятнадцати лет, сбежав из дома, участвовал в стычках с французами. Когда началась война за независимость, вступил в армию в чине капитана и, очень быстро пройдя все должности, в 1778 году уже был генерал-майором. За различные проступки четырежды привлекался к суду, но каждый раз его выручал Джордж Вашингтон.
Вскоре Арнольду надоела война, и он в силу своего авантюрного характера перекинулся на сторону англичан. Точная причина и обстоятельства его измены остались неизвестными. Арнольд решил сдать Уэст-Пойнт за 20000 фунтов стерлингов. Англичане согласились уплатить эту сумму. Встреча Бенедикта Арнольда с майором Андре состоялась 21 сентября 1780 года. Но через два дня Андре был арестован. Узнав об аресте Андре, Арнольд бежал и укрылся на английском корабле со вполне подходящим названием «Вултур» ("Vulture") — "Стервятник".
После этого Арнольд получил чин бригадного генерала британской армии и 6315 фунтов стерлингов в возмещение стоимости его имущества, оставшегося в "американской зоне". Он участвовал в боях на стороне англичан, сжег Ричмонд, атаковал Нью-Лондон. С остатками потерпевших поражение британских войск прибыл в Лондон, где прожил до 1801 года и умер в одиночестве и бесчестии.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 27 Апреля 2013, 19.37.55 | Сообщение # 28
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Англия против Бонапарта

Со времени прихода Наполеона к власти Великобритания стала его злейшим врагом. Она дала у себя приют французским эмигрантам и их вождю графу д'Артуа, всем уцелевшим деятелям вандейского восстания и шуанской войны, а также заведомым заговорщикам вроде Жоржа Кадудаля. Англия поддерживала контрреволюционеров всеми своими средствами. Их заговоры устраивались на английские деньги, а английские суда перевозили их во Францию. Реставрация Бурбонов ставилась условием мира. Восстановить во Франции традиционную монархию, сократить французскую территорию до ее прежних пределов, лишив ее всех завоеваний, — таково было желание и требование "всякого английского патриота", как говорил премьер-министр Питт.
Безусловно, все операции против Бонапарта направлялись и координировались английской разведкой.
Роялисты и заговорщики постоянно поддерживали связь со своими соратниками во Франции. Это было нелегко, а без помощи английского военно-морского флота попросту невозможно.
В мае 1803 года, после расторжения Амьенского мирного договора, Англия тотчас открыла военные действия морским разбоем. 1200 французских и голландских торговых судов без объявления войны были взяты в плен и обращены в призы, доставившие Англии свыше 200 миллионов франков. В ответ на это Бонапарт велел арестовать всех английских подданных, находившихся на территории Франции, и запретил покупать или продавать какие-либо английские товары. Он принял и другие суровые меры, совершенно закрывшие продуктам британской промышленности доступ в порты Франции и ее союзников, явно начиная континентальную блокаду, хотя еще и не объявляя ее.
Позже, три года спустя, французский император бросил свой вызов "нации торгашей", ставивший Англию под «запрещение» на европейском континенте. Все виды связи были прерваны; запрещена была даже переписка между Европой и Британскими островами. Товары, заподозренные в английском происхождении, сжигались; пассажиров, заподозренных в том, что они прибыли из Англии или останавливались в каком-нибудь английском порту, немедленно арестовывали.
Сообщение между Англией и континентом все же полностью не прекратилось. Контрабанда, процветавшая в течение нескольких столетий, теперь, при попытке изолировать Англию, расцвела пышным цветом. Потомственные контрабандисты развили усиленную деятельность; они же стали опорой секретной службы, платными союзниками английского правительства. За солидное вознаграждение они тайно перевозили людей на континент через Гельголанд, Данию или Голландию, либо прямо через Ла-Манш. На доставку письма кружным путем из Лондона в Париж уходило около двух недель, маршруты и оплата такой корреспонденции менялись каждый раз. Особо срочные письма доставлялись за неделю, а иногда и быстрее.
К моменту провозглашения блокады в 1806 году действовала тайная система транспорта и связи, объем, сложность и рискованность которой превосходили все известное в истории. Связь с Англией являлась делом, подсудным военным трибуналам, выносящим беспощадные приговоры. Поскольку общение с Англией, а тем более с эмигрантами считалось уголовным преступлением, оно стало процветать как всякий рискованный, но выгодный промысел.
Неудивительно, что на объявление континентальной блокады немедленно и по-своему откликнулась группа опытных контрабандистов, готовых наплевать на любые запреты и завязать связь с британскими крейсерами, специально с этой целью маневрировавшими, днем и ночью в виду французского побережья.
В 1805 году осведомитель сообщил полицейскому префекту Ла-Манша, что сообщение с островом Джерси (английским) поддерживается постоянно, причем корреспонденция передается в железном ящике, по форме и окраске схожим с валунами острова Шоссэ. Французские контрразведчики "перевернули все камни, осмотрели все щели, но ничего не нашли", — жаловался префект.
В донесениях английской разведки того времени между тем неоднократно упоминался "железный ящик", спрятанный в камнях или в песке побережья и таивший в себе письма или мелкие посылки.
С наступлением темноты от британского корабля отваливала лодка, направлявшаяся к берегу. Чтобы отряду не приходилось долго искать железный ящик, агент роялистов располагался на скале и руководил поисками, куря трубку и высекая огнивом искры по условному коду. Лодки были специально оборудованы. Тайные гнезда для писем и пакетов были сделаны с таким расчетом, что лодку нужно было разобрать на части, чтобы что-нибудь обнаружить. Иногда документы прятали в специально приспособленных веслах.
Англичане с течением времени завели «экспресс-курьеров», которые умудрялись переправляться из Дувра прямым, хотя и тайным путем, провозя доверенные им документы в двойных подошвах своих тяжелых сапог, зашивая их в воротники своих кафтанов или держа их попросту в карманах. Это были решительные, умные и бесшабашные люди. Все данные им поручения они исполняли во имя заработка. Он был, видимо, неплох, ибо правительственные чиновники, а также дворяне и банкиры щедро платили за быстроту, с которой доставлялась почта.
Нередко агенты и курьеры, видя, что им грозит арест, избавлялись от компрометирующих документов, глотая их (документы изготовлялись на тонкой бумаге). Некая мадам Шаламе умудрилась проглотить целую пачку писем.
Десятки и сотни такого рода агентов были убиты при оказании сопротивления во время ареста или казнены после суда.
Финансируемая из Лондона агентура вела непрерывную слежку как лично за Наполеоном, так и за состоянием дел в стране, военными приготовлениями и т. д. Многие из агентов были готовы в любой момент присоединиться к тем роялистам-заговорщикам, которые, как они ждали, должны прибыть из Англии. Среди агентов были люди разных профессий и разного положения: дворяне, служащие, учителя, рыбаки, священнослужители. Одним из них был аббат Леклерк, который через свою агентуру на французском побережье был осведомлен обо всех приготовлениях Наполеона к вторжению в Англию и созданию знаменитого Булонского лагеря, о чем регулярно информировал британскую разведку. Для связи он использовал рыбаков, переправлявших "деловые письма" на английские крейсера, курсирующие в Ла-Манше. За каждую «услугу» он платил немало — 20 луидоров, то есть около 500 франков, целое состояние для рыбаков.
Министры короля Георга III щедро сыпали золотом, питая глубокую веру в действенность секретной службы, в то время как спецслужбы Франции страдали от безденежья. Поэтому тайные операции Англии против Наполеона, как правило, заканчивались успехом. У высокопоставленных деятелей бонапартистского режима можно было покупать жизненно важные сведения; поддержка нейтралов также покупалась разными способами — пособиями, подарками, «проигрышами». Франция была окружена шпионским кольцом, созданным Великобританией.
Направленная против Наполеона разведывательная программа в значительной степени проводилась британскими дипломатическими представителями в Германии: штутгартским посланником, полномочным послом в Касселе и в особенности Дрэйком, полномочным министром, аккредитованным при баварском дворе в Мюнхене. Дрэйку удалось подкупить директора баварской почты, чем он обеспечил себе доступ ко всей французской корреспонденции. Правда, Дрэйк сильно скомпрометировал себя, попытавшись воспользоваться услугами человека, оказавшегося агентом французской внешней контрразведки. Дрэйк хорошо платил ему за информацию, оказавшуюся ложной, в то время как тот выудил у английского дипломата конфиденциальные документы, которые Наполеон поспешил опубликовать.
В Гамбурге американский консул Форбс и датский представитель Кунад помогали британской секретной службе, выдавая фальшивые паспорта.
Американский консул в Дюнкерке ведал рейсами корабля "Юнгфрау Элизабет", на котором были устроены тайники для перевозки писем и пакетов.
В письме, адресованном контр-адмиралу Декре, Наполеон писал: "Английские крейсеры взяли себе за правило подходить к нейтральным судам, собирающимся зайти в наш порт; они снимают пару человек из экипажа и заменяют их своими шпионами, которые, таким образом, получают возможность оставаться во французских портах на все время пребывания там нейтральных кораблей".
Кроме того, англичан обслуживала целая армия наемных шпионов; для некоторых поручений щекотливого характера они оказывались полезнее фанатичных роялистов. Со всех сторон Континента в английскую столицу потоком лились сведения. Агенты Англии прибегали к разнообразнейшим уловкам для передачи своих донесений. Письма, направлявшиеся в адрес голландской, шведской, испанской или американской «явок», писались при помощи остроумных кодов — нотными значками, специальными терминами, заимствованными из области музыки, ботаники, часового мастерства, хозяйственного обслуживания и кулинарии.
Острова в Ла-Манше использовались английской разведкой с первых же месяцев Французской революции. С этих удобных баз вплоть до 1814 года поддерживался постоянный контакт с резидентурами в Шербуре и Сен-Мало, которые давно были созданы сотрудниками британской разведки, посещающими эти порты под предлогом организации обмена пленными.
Английские секретные службы неустанно проводили активные мероприятия через "свободную английскую прессу". Кампания английской печати возбудила сильнейший гнев в Наполеоне. Он с возрастающим раздражением смотрел на английскую печать, изо дня в день изобличавшую его захваты и комментировавшую вызовы, которые он бросал Европе. Наполеон отвечал резкой бранью и прямыми угрозами против английского народа и его правительства.
Тайные службы Англии занимались и другими проблемами. В частности, они способствовали заговору, составленному упомянутыми выше графом д'Артуа, герцогом Беррийским и принцем Конде. Заговорщики рассчитывали на поддержку опального генерала Моро, очень популярного во Франции, и генерала Пишегрю, а также вождя шуанов Кадудаля и роялистского подполья во Франции, которые должны были поднять военный мятеж в Париже. Однако французская контрразведка, с самого начала контролировавшая заговор через свою агентуру, сумела сорвать его и арестовать тех из заговорщиков, которые к этому времени оказались во Франции.
Была и еще одна линия в антинаполеоновских операциях английской разведки, направленная непосредственно против личности Наполеона Бонапарта.
Джон Барнетт, начальник английской секретной службы, направил несколько привлекательных молодых женщин к любвеобильному корсиканцу. Существует исторический анекдот, что одна из них, фанатичная роялистка, даже специально заразилась сифилисом, чтобы передать болезнь ненавистному узурпатору. Однако Бонапарт то ли был занят чем-то иным, то ли его в это время увлекла другая дама, но так или иначе усилия несчастной фанатички оказались тщетными.
Наполеон, безусловно, был в курсе того, что на него и его армию направлен интерес разведки противника, и для этого активно используются женщины. Он неоднократно упоминает об этом в своей переписке. Генералу Виньолю он писал из Милана: "Принимая во внимание поведение княгини Альбани, которое дает повод к подозрениям, и ее интриги среди французских офицеров и в иностранных государствах, надо приказать поименованной княгине Альбани выехать из района, занятого французской армией, в пятидневный срок после объявления ей сего приказа; в противном случае с нею будет поступлено как с уличенной в шпионстве".
После серии неудач Барнетту вдруг повезло. В 1798 году Наполеон, тогда еще молодой 24-летний генерал, находился со своей армией в Египте. Женам офицеров было запрещено пребывание в действующей армии. Тем не менее влюбленная в своего мужа, офицера-гасконца Фуреса, его жена Полина в мужской одежде пробралась на одно из французских судов, направляющихся в Египет.
Когда Бонапарту доложили об этом скандальном происшествии, он разъярился настолько, что приказал ее высечь и вместе с мужем отправить во Францию. Немного поостыв, велел телесного наказания не применять, но перед отправкой представить ему супружескую пару, чтобы устроить им хорошую взбучку. Однако, когда он увидел Полину Фурес, сердце его растаяло. Он не только не наказал ее, но и отменил приказ об отправке. Короче говоря, мадам Фурес вскоре стала его фавориткой и возлюбленной. Муж красавицы, человек чести, всегда находившийся в каких-нибудь походах и экспедициях, очень переживал возвышение своей супруги. Он не имел особых доказательств, хотя белокурую синеглазую Полину уже называли "нашей восточной монархиней".
Начальник штаба генерал Бертье, зная, что гасконца не удастся сделать придворным рогоносцем, решил отправить его во Францию со "срочными документами чрезвычайной важности". Фурес принял этот приказ, но тут же обратился с просьбой забрать с собой жену. В ответ ему разъяснили, что дорога длинная, опасная, в Средиземном море господствует британский флот, и офицер должен заботиться о спасении документов, а не своей жены. Огорченный, но дисциплинированный Фурес на быстроходном шлюпе «Охотник» вышел в море.
Разведка Барнетта работала неплохо. Он был в курсе дел "любовного треугольника", знал причину отправки Фуреса и организовал погоню. Быстроходный, хорошо вооруженный британский корабль «Лев» легко нагнал и захватил «Охотника». Фурес оказался в плену. Однако с ним обращались не как с пленным, а как с гостем Барнетта. Тот быстро и убедительно доказал, что документы, которые вез Фурес, не были ни «срочными», ни "чрезвычайно важными": у Барнетта были копии этих документов, купленные у писарей французского штаба. После этого оставалось только внушить Фуресу необходимость отмщения за поруганную честь. Барнетт добился желаемого. Фурес поклялся отомстить обидчику и просил отпустить его, что Барнетт с удовольствием и сделал.
Вскоре Фурес оказался в Египте. Там он убедился, что Барнетт не обманывал его. У Фуреса были все основания и возможности, чтобы убить Наполеона, но он понимал, в каком бедственном положении находится армия и как она нуждается в талантливом командующем. Он осознал и то, что враг хочет сделать его своим слепым орудием. Поручик Фурес подал прошение об отставке и, получив ее, одиноким вернулся на родину.
Полина Фурес не пропала в египетских песках. Наполеон Бонапарт умел быть благодарным. Она оказалась во Франции далеко не бедной великосветской дамой, владелицей роскошного парижского особняка. Ее салон всегда был полон умных, интересных гостей. Среди них был и Александр Чернышев, личный представитель Александра I при Наполеоне и талантливый российский разведчик. В салоне Полины Фурес он завел несколько полезных знакомств, в том числе и с высшими военными деятелями Франции. Именно Полина Фурес предупредила Чернышева о грозившей ему опасности, когда о его делах узнала контрразведка, после чего он срочно выехал в Петербург.
Английская разведка никогда не оставляла своим вниманием Наполеона Бонапарта. Даже когда он оказался в ссылке на далеком острове Святой Елены под английским надзором, за ним осуществлялся гласный и негласный контроль, и рапорты о его поведении и намерениях регулярно направлялись в Лондон.
Да и тайна смерти Наполеона до конца не раскрыта. Во всяком случае, в пробе его волос, взятой несколько лет тому назад, обнаружена изрядная доля свинца.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Воскресенье, 28 Апреля 2013, 00.05.42 | Сообщение # 29
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
Испано-американская война в джунглях и на море

В 1898 году разразилась война между США и Испанией за испанские владения в Вест-Индии и на Тихом океане. В данном случае американцы выступали в роли агрессора. Испания не желала войны и совершенно не была к ней готова.
Военные и финансовые возможности сторон были несопоставимы. У испанского правительства не хватало средств даже на закупку угля для флота. У испанского Главного штаба вообще не было плана войны против Америки. Адмирал Сервера, командовавший испанской эскадрой, находившейся на островах Зеленого Мыса, даже не имел карт Вест-Индии. Он писал в Мадрид: "Я очень сожалею, что мне приходится отправляться в море, не сговорившись заранее относительно какого-либо плана, хотя бы в общих чертах… Мы не должны обманывать себя относительно силы нашего флота. Мы не должны предаваться иллюзиям".
У испанцев существовала и еще одна проблема: еще с 1895 года на Кубе часть местных колонистов вела партизанскую войну за независимость. Вожаком кубинских повстанцев был генерал Гарсиа (Каликсто Гарсия-и-Инигес). Подобная война развернулась и на испанских Филиппинах, где ее возглавлял генерал Эмилио Агинальдо. Американцы в предстоящей войне делали ставку не только на силу своего флота, но и на поддержку со стороны повстанцев в сухопутных боях. Операции разведки или военной секретной службы были подчинены этой стратегии.
Поводом для войны послужил загадочный взрыв на американском броненосце «Мэн» во время его стоянки в порту Гаваны. 15 февраля 1898 года носовая часть броненосца взлетела в воздух. Погибло 266 членов экипажа.
Причина взрыва так и не была установлена. Две комиссии (американская и испанская), работавшие параллельно, не пришли к единому выводу — каждая сторона обвиняла другую.
Когда американский генеральный консул в Гаване Фицхью Ли и капитан броненосца «Мэн» Гарольд Сигсби давали показания перед комиссией Конгресса, каждый подчеркнул, что, по его мнению, ответственность за взрыв должны нести испанские чиновники. После этого морской атташе испанской миссии в Вашингтоне Рамон Карранса вызвал обоих на дуэль, которая, впрочем, не состоялась, так как не была разрешена. Тогда же испанскому посланнику вручили паспорта, предложили покинуть США, и он выехал в Мадрид через Канаду; Карранса был оставлен якобы для ликвидации дел миссии. В действительности же ему было поручено заняться шпионажем. Но об этом чуть позже.
За двенадцать дней до фактического объявления войны, когда она уже стала неизбежной, 13 апреля 1898 года, полковник Артур Вагнер вызвал к себе подчиненного, первого лейтенанта 9-го пехотного полка, выпускника военной академии в Уэст-Пойнте, Эндрю Саммерса Роуана, и сказал ему, что военное министерство желает вступить в контакт с вождем кубинских повстанцев генералом Гарсией.
Выбор на Роуана пал не случайно: он слыл знатоком Кубы, так как весьма искусно, пользуясь разными источниками, написал книгу "Остров Куба" (хотя сам никогда не бывал там, но этого из книги не было видно).
На Роуана возложили трудную задачу — разыскать Гарсию, установить численность повстанческих отрядов, узнать, в каких припасах они нуждаются, каков план кампании у Гарсии, каковы настроения его сообщников и намерен ли он сотрудничать с американской армией вторжения.
Миссия Роуана была исключительно опасна. Мало того что он должен был забраться в дебри тропиков — он должен был также узнать все, что возможно, о силах испанцев. Облачившись в штатское платье, он первым делом проехал в Кингстон, на Ямайке, где установил ценнейшие и тайные связи с некоторыми изгнанными кубинскими патриотами. Тридцать шесть часов отнял у него переезд с Ямайки на Кубу на рыболовном суденышке некоего Сервасио Сабио. Дозорная испанская лодка остановила Сабио, но он спрятал Роуана и умело прикинулся одиноким рыбаком, которому не повезло в ловле. Пока дело шло хорошо. И 21 апреля — в тот самый день, когда Соединенные Штаты объявили войну, — Роуан начал вторжение своей тайной высадкой в одном пункте бухты Ориенте. Здесь его ждали кубинцы-проводники. Поход в джунгли отнял шесть суток: гнилая вода, страшный зной, насекомые, многочисленные испанские патрули сильно осложнили путь. Но лейтенант Роуан, не имевший при себе никакого "послания к Гарсии", кроме устных инструкций старшего офицера, добрался до лагеря генерала Рио, получил коня и кавалерийский эскорт и отправился на свидание с Гарсией, который осаждал город Баямо.
Когда американский офицер убедил вождя инсургентов в том, что он не самозванец, Гарсия сказал ему, что его войско нуждается в артиллерии, снарядах и современных винтовках. Потребность в этом была столь велика, что Гарсиа заставил измученного американского офицера уже через шесть часов отправиться в обратный путь; теперь Роуан ехал с тремя членами штаба Гарсии, направляясь к северному побережью Кубы. Путешествие сквозь лесные дебри отняло пять суток и было весьма тяжелым; испанские дозоры шныряли повсюду, и передвигаться приходилось главным образом ночью. Наконец, они добрались до берега и разыскали припрятанную лодку, но она была так мала, что одному из кубинцев пришлось вернуться. Вместо парусов были поставлены мешки, но все же тройке удалось ускользнуть от патрульных судов и выдержать сильный шторм. Они доплыли до Нассау, два дня пробыли в карантине ввиду угрозы желтой лихорадки, а затем благодаря вмешательству американского консула с большими удобствами перебрались в Ки-Уэст.
За эту необычайно хорошо, выполненную секретную миссию Роуан был произведен в капитаны и удостоился похвалы в Вашингтоне. Но его заслуги как секретного агента были оставлены без особого внимания. (Лишь 24 года спустя, в 1922 году, он был награжден "Крестом за выдающуюся службу".)
Поход Роуана в джунгли Кубы не оказался напрасным. Когда 5 июня 1898 года оккупанты высадили десант близ Сантьяго, к ним присоединился трехтысячный отряд кубинских повстанцев. Испанцы не могли оказать должного сопротивления, и вскоре к десанту присоединились новые войска, которые, по существу, решили судьбу войны на суше.
Но в Испании готовилась к выходу в море довольно крупная эскадра. Чтобы получить достоверные сведения о силах и намерениях противника, в Испанию под именем Фернандеса дель-Кампо был направлен агент военно-морской разведки, техасец испанского происхождения, офицер, окончивший академию в Уэст-Пойнте.
Он прибыл в Мадрид в мае 1898 года, разыгрывая роль богатого мексиканца, открыто сочувствующего испанцам. Остановившись в лучшем отеле испанской столицы, он не предпринимал ничего и не показывал рекомендательных писем, но просто выражал свою неприязнь к «янки» и давал понять, что его визит в Мадрид будет непродолжительным. Члены модных клубов, военные, чиновники встречались с ним, принимали его приглашения; он устраивал им пышные угощения и проигрывал в карты со спокойствием хорошо воспитанного и богатого человека.
Его интересовал Кадикс; но он отказался от рекомендательных писем к губернатору этого порта и к адмиралу Камаре. Между тем целью его миссии было наблюдение за медленно снаряжавшимся флотом Камары. Тактика сдержанной сердечности, подкупившая Мадрид, была по достоинству оценена и сливками кадикского общества. Наконец, он встретился с губернатором; ему оставалось сделать еще один шаг — получить приглашение на обед от Камары. Чтобы отобедать у адмирала, надо было попасть на быстроходный корабль, который испанское правительство совсем недавно купило у "Северогерманского Ллойда". И он сделал этот шаг. Находясь на борту, американский шпион подслушал разговоры офицеров, жаловавшихся на дурное состояние корабля. Германская компания сбыла судно, которому следовало бы дать название "Caveat Emptor!" ("Берегись, покупатель!").

— Когда же вы отплываете, чтобы задать взбучку проклятым янки? — спросил американец.
— Увы, отплыть мы сможем только через шесть недель. Дела еще много.

Секретный агент держал себя так, что его волнение было истолковано, как знак сочувствия испанцам. Ему пришлось объяснить, почему в данном положении отсрочка была неизбежна. Его повели по кораблю, ранее принадлежавшему немцам, и он постепенно составил себе представление о степени вооруженности всего флота, о количестве боеприпасов и состоянии снабжения со складов. В дальнейшем ему удалось обследовать доки и арсенал Кадикса. Он узнал даже и то, что хотя при отплытии Камара получит запечатанный приказ, но ему поставлена вполне определенная задача: нападение на Филиппины и уничтожение крейсерской эскадры Дьюи. Это и были те самые важные сведения, за получением которых он прибыл в Испанию.
Города Америки, от Бостона до Саванны, все еще трепетали в ожидании испанского рейда и бомбардировок. Но страхи эти были необоснованны. Куба была блокирована гораздо более сильным американским флотом, крейсеры адмирала Серверы были заперты в порту Сант-Яго, а Камара начинал свой рейд, находясь на расстоянии нескольких тысяч миль от Северной Атлантики.
Говорят, американского шпиона пригласили в шлюпку испанского адмиралтейства, чтобы сделать его свидетелем отплытия испанской «армады». Дружески расположенный к нему испанский офицер показывал ему устройство новейших орудий и усовершенствованных торпедных аппаратов, поставленных на реконструированных судах. Вскоре после этого «мексиканец» неосмотрительно ослабил конспирацию и неосторожными действиями навлек на себя подозрения полиции. Он ежедневно посылал телеграфные донесения в Вашингтон — вероятно через Париж или Лондон, — и его могли поймать на этом. Обнаружив, что полицейские агенты следят за его отелем, он уложил свои вещи, отослал их на пароход, уходивший в Танжер, уплатил по счетам, вышел по черному ходу и благополучно достиг порта.
Благодаря предприимчивости этого агента американское морское министерство получило полную информацию о флоте Камары, вплоть до количества угля в бункерах каждого из его судов. Этого шпиона, после его благополучного возвращения в Вашингтон, негласным образом почтили за успешно выполненную миссию.
Что касается эскадры адмирала Камары, то надо признать, что никакой роли в войне она не сыграла. Поблуждав по Средиземному морю, Камара в конце концов возвратился в Испанию, так и не приняв участия в боевых действиях.
Теперь вспомним о деятельности храброго испанского лейтенанта Карранса, оставленного в Вашингтоне, чтобы руководить разведкой против американцев. После начала войны ему пришлось переехать в Канаду. Дом, который он снял в Монреале, и номер, который он занимал в отеле в Торонто, теперь стали главными объектами американской контрразведки.
Среди выявленных ею агентов оказался некий Джордж Даунинг, он же Генри Роллингс, натурализовавшийся в Америке англичанин. Он первый поддался денежным «чарам» Каррансы. Американский агент снял комнату в отеле в Торонто, смежную с комнатой испанца, и ему удалось подслушать разговор, сводившийся к вербовке Даунинга, бывшего писаря на американском броненосном крейсере «Бруклин». За этим шпионом следили от Торонто до самого Вашингтона. Агенты секретной службы знакомились с ним в поездах; они добыли образцы его почерка. Даунинг, теперь именовавший себя Александром Кри, явился в морское министерство вскоре по прибытии в столицу Америки, пробыл там недолгое время, затем вернулся в свой пансион и оставался в нем около часа. Выйдя оттуда, он сдал на почту письмо, которое было прочитано контрразведчиками, как только инспекторы почты были введены в курс дела. Письмо было датировано 7 мая 1898 года, адресовано Фредерику Диксону, 1248 Дорчестер-стрит, Канада, Монреаль; оно не было зашифровано, но содержало в себе сообщение о том, что управление флота "шифрованной депешей" приказало крейсеру «Чарстон» следовать из Сан-Франциско в Манилу с 500 матросами и всем необходимым для производства ремонта в эскадре командора Джорджа Дьюи. Далее указывалось, что в 3 ч 30 мин от Дьюи получена ответная депеша, которая расшифровывается.
Ввиду столь неопровержимых доказательств шпионажа был выдан ордер и последовал арест Даунинга. Бывший писарь отнесся к своему положению со всей серьезностью, какой оно заслуживало, отказывался говорить с кем бы то ни было и три дня провел в глубокой задумчивости; улучив минуту, он повесился в своей камере.
Таким образом, энергичный морской атташе Испании пока что не получил сколько-нибудь важных сведений; но денег у него еще было достаточно, и он готов был щедро вознаграждать «нейтральных» помощников. Он собирался завербовать канадцев или англичан с военным опытом, перебросить их в Соединенные Штаты под видом безрассудных авантюристов, с тем чтобы они записались добровольцами в американскую армию, а затем передавали сведения Диксону или по какому-нибудь другому «явочному» адресу. Ежедневные донесения о численности, снаряжении, подготовке и духе американских войск стоили, конечно, обещанных им наград. По прибытии с войсковыми соединениями на Кубу или Филиппины его агенты должны были бежать. Каждому из этих потенциальных дезертиров было выдано простенькое золотое кольцо с надписью по внутреннему краю: "Конфиенса Августина"; стоило лишь предъявить такое кольцо местному испанскому командиру — и радушный прием был обеспечен.
Когда и эта попытка вербовки агентов не удалась, Карранса, ненавидевший Америку, решил прибегнуть к типично американскому средству: он обратился в частное сыскное агентство. Здесь ему удалось заполучить двух молодых англичан, известных под именами Йорк и Элмхерст. Оба они сидели без работы и без денег. Представители агентства накормили их до отвала, напоили допьяна, а затем с гордостью представили испанцу. Протрезвев, они имели возможность, несколько неожиданно для себя, убедиться в том, что обязались работать в качестве шпионов. «Йорк» тотчас же поспешил доложить о случившейся беде бывшему командиру; он вообще не хотел шпионить. Агенты Каррансы, поняв, что «Йорк» отлынивает от своих новых обязанностей, стали следить за ним и даже, на всякий случай, хорошенько поколотили его. Тогда он уехал из Канады на первом же пароходе, перевозившем скот, но перед этим отдал своему приятелю железнодорожный билет для возврата в кассу, а также кольцо с условной надписью. А приятель все это сдал американскому консулу, который немедленно известил Вашингтон.
После этого контрразведка стала особенно зорко следить за молодыми англичанами-рекрутами, носящими новенькие перстни. Было отдано также распоряжение следить за всеми телеграммами, посылаемыми из Торонто и Монреаля или получаемыми там из телеграфных контор, расположенных близ военной базы или лагеря новобранцев. В Тампе пожелал записаться в армию некий «Миллер». Его заявление задержали, а тем временем секретная служба узнала, что он посылал телеграмму в Монреаль. Ответ на нее был перехвачен. Он гласил:

"Сегодня перевести денег по телеграфу не могу. Переезжайте в какое-нибудь другое место и оттуда телеграфируйте. Немедленно и подробно сообщите об акциях. По получении вышлю деньги и инструкции".
Телеграмма была подписана: "Сиддолл".

Американские агенты вскоре нашли канадского буфетчика Сиддолла, который сознался, что он «ссудил» свою фамилию за плату частным сыщикам, работающим по заданию Каррансы. «Миллера» взяли под стражу; из найденных при нем документов выяснилось, что его фамилия Меллор. Приблизительно в то же время в Тампу явился молодой «Элмхерст», которому удалось записаться в один из американских полков. Но «Йорк», которого убедили вернуться в Англию, скомпрометировал его, дав показания об их совместных похождениях в Канаде, благодаря чему будущий шпион был переведен из малярийного лагеря Тампы в более здоровые, хотя и тесные пределы форта Макферсон. Здесь он сидел до конца войны, когда его выпустили и выслали. Меллор же, никогда по-настоящему не действовавший в качестве шпиона, поплатился жизнью: он сунулся во Флориду и там умер от тифа в тюрьме.
Письмо, адресованное ему Каррансой, было перехвачено агентом Рольфом Редферном (впоследствии видным работником секретной службы, заведовавшим ее бостонским бюро). Карранса упрямо продолжал борьбу, смахивающую на единоборство. Без сомнения, некоторые из его наемников кое-что смыслили в шпионаже; все же ничего или почти ничего существенного к нему в руки не попало, ничего важного он не сумел передать через Мадрид испанскому командованию. В конце концов по настоянию канадских властей Карранса вынужден был выехать в Европу.
Потерпев поражение на суше и лишившись флота, Испания была вынуждена запросить мир. Согласно Парижскому мирному договору, подписанному 13 августа 1898 года, Испания отказалась от своих колоний в Азии и Америке — Филиппин, Гуама, Пуэрто-Рико и Кубы. Первые три стали владениями США, за что американцы выплатили Мадриду в качестве компенсации 20 миллионов долларов. Куба была провозглашена независимой республикой, однако фактически ее внешняя политика оказалась под американским контролем. В бухте Гуантанамо была создана военно-морская база США, существующая и поныне.
Получив во владение 7083 филиппинских острова, американцы в придачу бесплатно получили восстание народа, борющегося за свою независимость. Этот печальный эпилог "гуманной интервенции" мог длиться до тех пор, пока у восставших было отважное и умелое руководство. Генерал Эмилио Агинальдо был душой восстания и большим мастером партизанской тактики. В годы испано-американской войны он был союзником американцев, обещавших филиппинцам свободу. Но когда оказалось, что просто произошла смена колонизаторов, он поднял знамя национально-освободительной революции, на этот раз против американцев. Обуздать его можно было только умелыми действиями военной разведки; решающий, ловкий ход в этом направлении сделал молодой американский офицер, числившийся в полку канзасских волонтеров.
Фредерик Фанстон не получил военного образования в Уэст-Пойнте, но у него было нечто такое, чего не может дать никакая учеба: изобретательный ум, любовь к приключениям, умение командовать и… рыжие волосы. Несмотря на цвет своих волос (филиппинцы сплошь брюнеты), этот солдат сумел замаскироваться под туземца и с несколькими товарищами, также замаскированными, отправился в путь по бездорожью лесных дебрей Лусона. Он поставил себе целью совершить внезапный набег на ставку Агинальдо, расположенную в глубине острова, и захватить его в плен. Это смелое предприятие увенчалось полным успехом.
Началось обратное путешествие, полное нескончаемых опасностей. Спасаясь от преследователей, которым был знаком каждый шаг на пути отступления смельчаков, переходя вброд или переплывая реки, находясь под угрозой пуль и отравленных стрел, ядовитых змей и насекомых, Фанстон и его спутники благополучно доставили своего пленника в ставку американской армии. Пленение Эмилио Агинальдо действительно решило судьбу восстания и привело к тому, чего едва ли могли бы добиться десять генералов и сорок полков за год кровавой и дорогостоящей войны с партизанами.
Народное восстание было подавлено. В результате захватнической колониальной войны (1900–1901 гг.) Филиппины попали под полное господство США.
Только в 1946 году перед лицом мощного национально-освободительного движения США были вынуждены предоставить Филиппинам независимость.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 30 Апреля 2013, 21.43.25 | Сообщение # 30
Группа: Админ
Сообщений: 65530
Статус: Отсутствует
НЕУДАЧНОЕ ПОХИЩЕНИЕ СУНЬ ЯТСЕНА


На исходе XIX века закончилось существование императорской власти в Китае.

Императрица Цыси — вдова, мать и тетка трех китайских императоров, — родившаяся в 1835 году, успела побывать регентшей, соправительницей и правительницей страны, которая в 1890 е годы стала объектом закабаления империалистическими державами — Японией, Германией, Францией, Англией. Они поделили Китай на сферы влияния, и он все больше становился их полуколонией. Иностранцы еще с начала 70 х годов имели доступ в 26 китайских портов, где вели себя как абсолютные, никем не контролируемые хозяева.

Грабеж Китая империалистическими государствами, по существу поддерживаемый Цинской династией и императрицей Цыси, вызвал протест народных масс. Цинская династия (правила в Китае с 1644 по 1911 г.) была вдвойне ненавистна китайскому народу. С ней связывалась память о завоевании Китая маньчжурами и о невыносимом гнете, который великий народ долгие годы терпел под их игом. Выразителем интересов, направленных на национальное освобождение и борьбу с монархией, стал революционный демократ Сунь Ятсен. Он родился в 1866 году в крестьянской семье неподалеку от Гуанчжоу (Кантона). В начале 1890 х годов окончил английский медицинский институт в Гонконге и вскоре посвятил себя политической деятельности. Поселился на Гавайских островах и организовал там из китайских поселенцев революционную организацию «Синчжунхой» («Общество возрождения Китая»), поставившую целью свержение монархического строя на своей родине. Первая попытка «Синчжунхоя» организовать восстание в Гуанчжоу не удалась. Многие члены общества были арестованы и некоторые из них казнены. Сунь Ятсену удалось избежать ареста. Он эмигрировал в США, затем проживал некоторое время в Европе.

Цыси, которая фактически руководила страной, через своих приближенных и доверенных лиц внимательно следила за деятельностью Сунь Ятсена. Это была умная, хитрая и жестокая женщина. Французский историк А. Кордье писал о ней: «Она является виновницей всех государственных переворотов… вплоть до того дня, когда Цыси совершила ловкий ход, который, по выбранным ею средствам, обеспечил ей место не только среди умнейших властительниц Востока, но и среди женщин, наименее стесняющихся в средствах борьбы. По уму и совершенным ею преступлениям с нею может сравниться на всем протяжении китайской истории только императрица У хоу, жившая в VII веке н.э.».

Осенью 1896 года Цыси пришла к выводу, что Сунь Ятсен представляет угрозу не только для иностранных захватчиков, но и для ее монархии, а следовательно, для нее лично. Она отдала приказ разыскать Сунь Ятсена, где бы он ни скрывался, захватить его, доставить в Китай и… «разрезав на мелкие кусочки, зажарить с бобами».

«Санши» — «посланники кометы», а попросту говоря, агенты, обязанные контролировать законы Поднебесной империи и исполнение приказов императрицы, направились по следу Сунь Ятсена. Найти его было нелегко: он скрывался под другими именами, а кроме того, они не имели его фотографии. Но в Сан Франциско Сунь Ятсен совершил ошибку, недопустимую для конспиратора: желая способствовать расширению своих идей, он дал интервью одной местной газете, поместившей его фотографию. Так в руки сыщиков попало фото революционера. Однако доктор Сунь не собирался задерживаться в Америке. На пароходе «Маджестик» он направился в Англию, куда прибыл 23 сентября 1896 года.

В китайской дипломатической миссии в Лондоне своевременно узнали о появлении опасного визитера, и китайский посланник Гун Чаоюнь поклялся уничтожить его. Впоследствии Сунь Ятсен вспоминал: «Друзья, которые меня встречали, уведомили меня, что новый китайский посланник в Англии был маньчжур, он ненавидел китайцев и особенно новаторов, и что я должен быть осторожен».

У Гун Чаоюня был надежный советник, англичанин, сэр Сэмуэл Холидей Маккартни. Он был дипломатом в Китае, а по возвращении в Англию поступил на службу в китайскую дипломатическую миссию. Не рассчитывая на способности китайских сыщиков, он посоветовал посланнику обратиться в частное сыскное бюро Слэтера. Господин Гун принял этот совет, но все же поручил своим помощникам, Кану и Тану, следить за доктором Сунем. Один из них сыграл главную роль в первоначальном успехе операции.

В субботу, 10 октября 1896 года, Сунь Ятсен решил навестить своих друзей — доктора Кэнтли и его жену, живших по соседству с дипломатической миссией Китая. Когда он проходил мимо здания миссии, Тан, стоявший на ее пороге, заметил китайца, в котором сразу же опознал Сунь Ятсена, завел с ним разговор на родном языке и предложил зайти выпить чаю.

Доктор Сунь недолго колебался. Завести знакомство, а возможно и приобрести сторонника в миссии, — что может быть заманчивее для революционера конспиратора? Тем более что он в это время действовал под псевдонимом Чень Цайши, а его лицо, как он считал, было неизвестно его противникам. Зайдя в здание, Сунь Ятсен сразу попал в ловушку. Маккартни торжествовал, ожидая теперь возможности тайно переправить доктора Суня в Китай на первом же судне.

Но доктор Кэнтли, не дождавшийся прихода своего друга, и другие сторонники Сунь Ятсена тут же подняли тревогу. Поняв, что дело нечисто, они обратились в сыскное агентство того же Слэтера, который, получив от них больше денег, чем ему предложил Маккартни, сразу же выдал заговорщиков и указал, где следует искать пропавшего.

К тому же Сунь Ятсену удалось переправить на волю послание, в котором говорилось: «Я был похищен в воскресенье (?) в китайской дипломатической миссии и буду отправлен из Англии, на неминуемую смерть в Китай. Умоляю вас, спасите меня как можно скорее! Судно доставит меня в Китай, и я уже не смогу ни с кем поддерживать связь. Помогите!»

Кэнтли обратился не только в частное агентство, но и в Скотланд Ярд и Форин Офис. Но те не торопились принимать меры, не желая вызвать дипломатические неприятности. Тогда Кэнтли обратился в газету «Таймс», однако и она не решилась вмешиваться в китайские дела. Кэнтли направился в газету «Глоб», где нашел понимание. В погоне за сенсацией этот конкурент «Таймс» опубликовал пять колонок под кричащим заголовком: «Невероятное происшествие! В Лондоне похищен конспиратор!»

Теперь и полиция, и Форин Офис не могли больше не обращать внимания на случившееся. Доктор Кэнтли вместе с представителями министерства иностранных дел и Скотланд Ярда явились в китайскую миссию. Маккартни ничего не оставалось, как выдать пленника. Чтобы «сохранить лицо», он при этом сделал следующее заявление: «Господа, я возвращаю вам этого человека. То, что творится в этой дипломатической миссии, есть лишь посягательство на наш суверенитет и нарушает международное право неприкосновенности личности». «Крайним» в этой истории оказался мистер Тан, которого обвинили в похищении человека.

Освобожденный Сунь Ятсен продолжил свою революционную борьбу. Некоторое время он оставался в Европе, затем отправился в Японию. Там в августе 1905 года он создал политическую организацию «Тунменхой» («Союзная лига Китая»). В крупных центрах Китая были организованы нелегальные отделения лиги. В ноябре 1905 года она стала издавать газету «Миньбао» («Народное дело»), где пропагандировала опыт и методы борьбы русских революционеров и призывала китайский народ последовать примеру русских рабочих и крестьян.

События в Китае развивались. В 1911 году произошли восстания в ряде городов Юга Китая. Во многих провинциях власть была захвачена восставшими. В декабре 1911 года в Нанкине собралось Национальное собрание из представителей революционных провинций. Собрание провозгласило республику и 29 декабря избрало временным президентом Китайской республики доктора Сунь Ятсена, вернувшегося из эмиграции на родину.


Qui quaerit, reperit
 
Авиация СГВ » ДЕЛА МИРСКИЕ » ИСТОРИЯ » Военные тайны
  • Страница 1 из 4
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • »
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2019
Хостинг от uCoz
Счетчик PR-CY.Rank Яндекс.Метрика