Авиация СГВ
Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск Лента RSS

  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Модератор форума: Sokol, Галина, ВладС, Viktor7  
Авиация СГВ » ДЕЛА МИРСКИЕ » ИСТОРИЯ » Мюнхенские договора и политические последствия для Европы
Мюнхенские договора и политические последствия для Европы
СаняДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.07.59 | Сообщение # 1
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Непогребенное прошлое опасно

Исполненное непризнанных ошибок и нераскаянных преступлений, оно смердит и отравляет живущих. Особенно наглядно это его свойство обнаруживается сейчас по случаю юбилея советско-германского Договора о ненападении, более известного как пакт Молотова—Риббентропа. Подписанное 23 августа 1939 года соглашение о разделе Восточной Европы стало одним из спусковых крючков Второй мировой войны, а его секретные статьи предусмат­ривали передел Восточной Европы. Этот скелет советская власть упорно держала в потайном шкафу почти до самой своей кончины. И ныне о нем продолжают спорить российские историки и политики. Но и в европейских странах уроки пакта толкуют различно. Особенно острую боль вызывают воспоминания о нем в Польше, для которой пакт — прелюдия к германско-советскому вторжению, завершившемуся ликвидацией польского государства. Совет Европы предпринимает усилия для соединения «разделенной Европы» общей памятью о жертвах тоталитарных режимов.



Союзники и друзья. Советские и германские офицеры в Польше. Сентябрь, 1939 г.


Qui quaerit, reperit
 
ФадланДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.08.09 | Сообщение # 2
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Я тут на досуге штудирую книгу Валентина Рунова "Удар по Украине". Нашел подтверждение его словам относительно "львовского эпизода", то есть оккупации немцами Львова в 39 году на несколько дней с последующим уходом и вхождением в город частей Красной Армии. Правда, боюсь, что трактовка этого события В. Руновым Нестору не понравится!

Василий Иванович
 
NestorДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.08.19 | Сообщение # 3
Группа: Эксперт
Сообщений: 23295
Статус: Отсутствует
Quote (Геннадий_)
Как и Бреста.

И еще штук шесть городков - местечек. Еще раз адресую к мемуарам Гальдера, исчерпывающе доказывающим, что никакого тайного сговора Риббентропа с Молотовым не было и быть не могло. За исключением общих комплиментарных дипломатических словечек, которые серьезно никого ни к чему не обязывали.


Будьте здоровы!

Сообщение отредактировал Nestor - Суббота, 02 Июня 2012, 17.19.52
 
ФадланДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.08.29 | Сообщение # 4
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Нестор, с возвращением! Мы Вас заждались! Внесите свежую струю в "дух теннесийской печати"! (Помните такой рассказ Марка Твена?)
Итак, я встречаю Вас "хлебом - солью" в виде цитаты из книги В. Рунова "Удар по Украине" (М.. изд. Вече, 2011 г.). Цитрую:
"Южнее 5-й армии по плану штаба Киевского Особого военного округа должна была обороняться 6-я армия. Она была развернута в 1938 году из Винницкой группы войск, в сентябре того же года участвовала в освободительном походе советских войск в Западную Украину. В результате этого похода войска 6-й армии подошли к городу Львову, который к тому времени уже был занят германскими войсками. Тогда советские дипломаты вынуждены были напомнить германскому правительству о секретном договоре раздела Польши и потребовали отвода немецких войск от Львова на 50 километров восточнее. Гитлеровское руководство было вынуждено выполнитьэти требования и покинуть город." (стр.67 - 68)
Не знаю как Вам, но мне изложенное представляется вполне логичным.


Василий Иванович
 
NestorДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.08.39 | Сообщение # 5
Группа: Эксперт
Сообщений: 23295
Статус: Отсутствует
Quote (Фадлан)
Не знаю как Вам, но мне изложенное представляется вполне логичным.

Возьмем мемуары участников. Там эпизод со Львовым и другими городами и местечками описывается существенно иначе. Точнее, сначала добавляется одна важная "деталь": непосредственные военные столкновения с немцами, усугубленные участием третьей стороны - поляков - неясно, на чьей стороне, нашей или немецкой. Затем переговоры наших и немецких командиров. Затем то, о чем пишет Рунов. С добавлением этой "детали" предпослание существования секретных протоколов становится просто вообще лишним. Если бы они были (предположим, мы имеем фальшивку, но реально они были с неким иным, неизвестным нам содержанием), там обозначались бы рубежи, на которых должны были остановиться наши и немецкие войска и категорически запрещались бы военные стычки. Чего в действительности не было. Точнее было, но в порядке тех самых редких исключений, которые укрепляют общее правило.
Судите сами. Немецкие войска движутся по Польше в направлении СССР, а начальник генштаба гадает: так поступит Сталин или не так. А как вообще должен поступать, и не знает. Была бы секретная договоренность, никаких гаданий бы не было. Были бы сомнения насчет некоторых второстепенных моментов, недостаточно четко прописанных в секретных договоренностях, и только.


Будьте здоровы!
 
ФадланДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.08.49 | Сообщение # 6
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Нестор, а если предположить, что о существовании совершенно секретных приложений к Пакту в Германии, как и у нас, в СССР, знал "узкий круг ограниченных людей"? Просто авторы тех или иных мемуаров не были допущены к секретам такой важности?
Немецкие генералы в пылу военной кампании проявили излишнюю прыть, малость зарвались, а после наших демаршей на соответствующем уровне им указали "настоящие рубежи", на которых они должны были остановиться? Логично? На мой взгляд - вполне! :)


Василий Иванович
 
ФадланДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.22.00 | Сообщение # 7
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
В конкретном плане предлагаю такое название этой темы: "Мюнхенский сговор и его политические последствия для Европы".

Василий Иванович
 
СаняДата: Суббота, 02 Июня 2012, 20.55.09 | Сообщение # 8
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Мюнхенский сговор


С весны 1938 г. гитлеровцы открыли кампанию неслыханного шантажа и провокаций против Чехословакии, требуя передачи Германии исконных чешских земель. В правительственных сферах западных стран были глубоко равнодушны к судьбе славянской страны. Посол Чехословакии в Лондоне рассказывал в то время: «Однажды во время разговора с несколькими крупными деятелями, когда я показал им карту Чехословакии, у меня создалось впечатление, что они видят ее впервые. Действительно, задумчиво посмотрев на карту, они сказали: «О! Это любопытно! Какая забавная форма! Можно подумать, что перед тобой большая сосиска!». В Берлине Геринг внушал французскому послу: «Видите, на этой карте контуры Чехословакии? Разве это не вызов здравому смыслу? Это аппендикс — рудиментарный орган Европы. Его необходимо будет удалить». Правящие круги Запада «оглашались с гитлеровцами, они решили предать Чехословакию в интересах развязывания войны между Германией и СССР. В этих условиях Чехословакию могла спасти только помощь с Востока. Но чешская буржуазия шла на неслыханное национальное предательство: президент Бенеш 16 декабря 1937 г. заверил германского посланника в Праге, что договор о взаимопомощи с СССР является «продуктом минувшей эпохи, но его нельзя так просто выбросить в корзину».

Между тем Советское правительство в этот критический для Чехословакии период твердо заявило о своей готовности прийти к ней на помощь. С марта 1938 г. об этом неоднократно доводилось до сведения Праги, а также Парижа. А английское и французское правительства настойчиво рекомендовали Чехословакии капитулировать. Вся международная реакция не хотела войны в защиту Чехословакии, в которой неизбежно принял бы участие Советский Союз. По словам доверенного советника Н. Чемберлена, Г. Вильсона, «прибыль от этого получил бы только большевизм. Этому следует помешать. Необходимо признать право немцев на экспансию на Юго-Восток». Американский посол в Париже В. Буллит запугивал: в случае «всеобщего пожара» Россия возродится «подобно фениксу из нашего пепла» для того, чтобы осуществить «мировую революцию». Даладье объяснял германскому поверенному в делах: «По окончании войны, независимо от того, кто окажется победителем, а кто побежденным, неизбежно начнется революция во Франции, а также в Германии и Италии». Иными словами, правители капиталистического мира понимали, что война в защиту Чехословакии приведет к краху фашизм, неизбежному росту демократических сил. Франкисты в Испании с глубочайшей тревогой следили за событиями, связанными с Чехословакией: они понимали, что если возникнет антигитлеровский фронт, поражение Франко неизбежно.

Высшее командование германских вооруженных сил представило Гитлеру оценку военных возможностей Германии: война против Чехословакии продлится не менее трех месяцев. Ожидать, что конфликт останется локализованным, нельзя. Только к 1943 г. Германия сможет с разумными шансами на успех вести войну против западных держав. Некоторые генералы были даже готовы пойти на решительные меры: арестовать нацистских главарей и создать военное правительство. На Нюрнбергском процессе Кейтелю был задан вопрос: «Напала бы Германия на Чехословакию в 1938 году, если бы западные державы поддержали Прагу?»

Ответ гласил: «Конечно, нет. Мы не были достаточно сильны с военной точки зрения. Целью Мюнхена (т. е. достижения соглашения в Мюнхене) было вытеснить Россию из Европы, выиграть время и завершить вооружение Германии».

29 — 30 сентября 1938 г. в Мюнхене состоялось совещание глав правительств Англии, Франции, Германии и Италии, созванное при активной поддержке США. Представители Чехословакии и СССР были устранены от участия в совещании. На нем была решена судьба Чехословакии. Германии в десятидневный срок передавалась Судетская область, в ближайшее время некоторые районы были захвачены панской Польшей и хортистской Венгрией. От Чехословакии отторгались области площадью в 41 тыс. кв. км с населением в 4,9 млн. человек, оставшаяся часть Чехословакии составляла страну с территорией в 99 тыс. кв. км и населением около 10 млн человек. На захваченных у Чехословакии землях находилась большая часть тяжелой и горнодобывающей промышленности Чехословакии. Там остались и обширные, дорогостоящие укрепления, созданные для защиты от Германии. Нацисты торжествовали новую победу. Одновременно в Мюнхене 30 сентября была подписана англогерманская декларация: стороны заявляли, что отныне они никогда не будут воевать друг с другом. 6 декабря 1938 г. аналогичное по духу соглашение подписала с Гитлером Франция. Эти документы по существу явились пактами о ненападении между Англией и Францией, с одной стороны, Германией — с другой. Подводя итоги, ярый мюнхенец, британский посол в Берлине Гендерсон писал министру иностранных дел Великобритании Галифаксу: «Сохранив мир, мы сохранили Гитлера и его режим».

My WebPage


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 02 Июня 2012, 21.24.52 | Сообщение # 9
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Краткий курс для любознательных :

Враг врага есть друг. В международной политике это уравнение верно – так было сто лет назад, так продолжает оставаться и сейчас. Версальский договор 1919 года запретил побежденной Германии разрабатывать и испытывать такие современные виды вооружений как самолеты, танки и отравляющие газы. Одновременно страны-победители в первой мировой войне направили войска в бывшую Российскую империю для того, чтобы решить исход ожесточенной гражданской войны между большевиками и традиционалистами. Несмотря на эту помощь (на самом деле это была агрессия против бывшего союзника), победу одержала Красная Армия под руководством Троцкого.

В этот период демократическая, но отягощенная военными долгами Веймарская Республика, а также диктаторский, отсталый Советский Союз были париями мировой политики.

Первые планы совместной работы

Руководство рейхсвера и даже политически реакционные немецкие националисты, несмотря на наличие других планов достижения идеального состояния, потребовали «осуществить на государственно-политическом уровне совместную работу Веймарской Республики и Советской России для создания фронта против Польши, для оказания давления на Запад по вопросу о разоружении, а также для того, чтобы создать новые условия «для образования союзов», - отмечает боннский историк Клаус Хильдебранд (Klaus Hildebrand).

Первые контакты были осуществлены уже 1921 году – с немецкой стороны это были частные лица, которые имели хорошие личные связи в берлинских кругах. Однако без согласия правительств обеих стран любое сотрудничество было бы основано на шатком фундаменте. Поэтому немецкие дипломаты использовали первую полученную ими возможность для того, чтобы заключить рамочное соглашение с Советским Союзом.

Руководитель восточного отдела в берлинском внешнеполитическом ведомстве Аго фон Мальтцан (Ago von Maltzan) уже с начала 1922 года разработал вместе с советским экспертом по Германии Карлом Радеком основные положения соглашения – при поддержке рейхсканцлера Йозефа Вирта (Joseph Wirth), но против воли министра иностранных дел Вальтера Ратенау (Walter Rathenau) и рейхспрезидента Фридриха Эберта (Friedrich Ebert).

Тайная дипломатия принесла свои плоды к началу международной конференции в Генуе, которая проходила с 10 апреля по 22 мая 1922 года и в работе которой приняли участия делегации всех стран, принимавших участие в Первой мировой войне. В идиллическом отеле на берегу моря, в котором были размещены члены делегаций, прошел слух о том, что между западными державами и Советским Союзом готовится заключение договора, ущемляющего интересы Германии.

«Частные фирмы намерены заключить соглашения»

Так и не удалось выяснить, кто распространял эти слухи – в любом случае «под давлением всех этих сообщений Ратенау уступил нажиму со стороны Мальтцана и дал указание возобновить прерванные переговоры с русскими», - отмечает берлинский специалист Генрих Винклер (Heinrich August Winkler), излагая историю подготовки «Рапалльского договора».

Либеральный немецкий министр и его советский коллега Георгий Чичерин, предпочитавший носить сшитые в Берлине костюмы, официально договорились о взаимном отказе от всех претензий, существовавших в ходе Первой мировой войны. Но по-настоящему важной была другая статья, которая умышленно была сформулирована достаточно туманно. Этот короткий договор состоял всего из 536 слов, а его 5-я статья не содержала на первый взгляд ничего подозрительного: «Германское правительство объявляет о своей готовности оказать возможную поддержку сообщенным ему в последнее время планируемым частными фирмами соглашений и облегчать проведение их в жизнь».

При этом имелось в виду тайное сотрудничество в военной области. Здесь оба партнера по договору оптимально подходили друг другу: в распоряжении Германии были эксперты и опыт, накопленный во время войны, однако она не могла из-за контроля со стороны союзников заниматься дальнейшей разработкой вооружений и обучением кадров. В отличие от этого Советскому Союзу не хватало всего, зато у него было в избытке неконтролируемого, бесконечного пространства.

Спустя несколько лет после Рапалло были образованы школа летчиков в Липецке, танковая школа в Казани, а также школа применения боевых отравляющих газов в Саратове. Все они были скрыты под вывеской «частных предприятий». Кроме того, фирма Junkers из города Дессау открыла в Филях под Москвой завод по производству цельнометаллических самолетов, а совместное германо-советское акционерное общество начало строить установки для производства отравляющих газов. В министерстве рейхсвера координацию этой работы осуществлял полковник Курт фон Шлейхер (Kurt von Schleicher).

Конспиративные адреса в Липецке, Казани и Саратове

Помимо взаимной поддержки в разработке вооружений и подготовке кадров существовал и еще один очень важный взаимный интерес у рейхсвера и Советского Союза. Командующий сухопутными войсками, главный солдат и военно-политический теоретик Ганс фон Сект (Hans von Seeckt) еще в 1922 году сформулировал это весьма недвусмысленно: «Существование Польши недопустимо, это несовместимо с жизненными интересами Германии. Она должна исчезнуть, и она исчезнет в силу внутренних слабостей, и этому будет также содействовать Россия – с нашей помощью. Польша для России еще более невыносима, чем для нас».

Сект, тяжело переживавший поражение 1918 года, дал политической верхушке в Берлине совершенно четкую установку: «Восстановление протяженной границы между Германией и Россией является условием обоюдного усиления. Россия и Германия в границах 1914 года должны быть основой взаимопонимания между обеими сторонами».

Однако приход к власти НСДАП 30 января 1933 года, казалось, привел к пересмотру этой концепции. Резко антикоммунистическая позиция Гитлера привела к тому, что к осени 1933 года все военное сотрудничество между Германией и Советским Союзом было прекращено. Поскольку новое руководство Германии не чувствовало себя связанным положениями Версальского договора, отозванные немецкие офицеры, получившие опыт в Липецке, Казани и Саратове, смогли создать новые предприятия прежде всего в окрестностях Берлина.

Пока конфронтация между национал-социалистической диктатурой и режимом КПСС проходила на вербальном уровне, это не особенно беспокоило немецких офицеров. Но когда гитлеровская Германия с применением значительных сил вмешалась в гражданскую войну в Испании, а сталинский Советский Союз снабдил боевыми самолетами интернациональные бригады, неожиданно прошедшие вместе подготовку в Липецке летчики в этом конфликте оказались по разные стороны линии фронта.

Война чужими руками в Испании


Вначале истребитель-моноплан Поликарпов И-16 намного превосходил все немецкие самолеты, в том числе это относилось и к сравнительно новым бипланам Heinkel He-51 и Arado Ar-68. Только когда глава люфтваффе Германии Герман Геринг весной 1937 года направил в Испанию новейшие машины Messerschmitt Bf-109, ситуация в этом отношении изменилась. Противоречивший международному праву немецкий экспедиционный корпус «Легион Кондор» весной 1939 года внес решающий вклад в победу реакционного путчиста Франсиско Франко над левым правительством Народного фронта Второй Испанской Республики. Так завершилась первая, еще только очень небольшая германо-советская война.

Военная конфронтация пришла на смену предыдущему сотрудничеству, однако принципиальная политическая цель – уничтожение Польши – продолжала оставаться в том виде, как ее полтора десятилетия до этого сформулировал Ганс фон Сект. Гитлер никогда не относился серьезно к договору о ненападении, заключенному с Польшей в январе 1934 года.

С октября 1938 года нацистская Германия стала постепенно усиливать давление на своего восточного соседа. Однако обнародованные в марте 1939 года гарантии Великобритании и Франции в отношении Польши остановили диктатора, хотя он издал следующий внутренний приказ: «Польша должна быть так разгромлена, чтобы ее в ближайшие десятилетия не надо было больше принимать в расчет как политический фактор».

Но для того, чтобы решиться начать войну на востоке, Гитлеру было необходимо либо молчаливое согласие западных держав, которое он бы никогда не получил, либо договоренность с Советским Союзом. В середине июня 1939 года поверенный в делах советского посольства в Берлине Георгий Астахов впервые предложил обсудить вопрос о заключении пакта о ненападении между двумя странами. Внешнеполитическое ведомство Германии согласилось на это, и параллельно с переговорами о заключении германо-советского экономического договора стали обсуждаться также и политические вопросы.

«В случае территориально-политического переустройства»

К удивлению почти всего мира Советский Союз и Германия утром 24 августа 1939 года объявили о том, что они заключили пакт о ненападении, однако подписанный накануне поздно вечером секретный дополнительный протокол не был опубликовал. В нем, в частности, было сказано: «В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Писса, Нарева, Висла и Сана».

Следующее положение только казалось туманным: «Вопрос, является ли в обоюдных интересах желательным сохранение независимого Польского государства и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития». На самом деле речь шла о четвертом разделе Польши. О его цене Гитлер и Сталин смогли договориться – в тот момент это еще было возможно.

Оригинал публикации: Wie Hitler und Stalin Osteuropa aufteilten


Qui quaerit, reperit
 
ФадланДата: Суббота, 02 Июня 2012, 22.13.12 | Сообщение # 10
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Саня, спасибо! Мое видение предвоенной ситуации: поворотным моментом к скатыванию Европы во Вторую мировую Войну было именно Мюнхенское соглашение. Не было бы Мюнхена, не было бы и всего остального! В том числе и Пакта Молотов - Риббентроп! Конечно, историю нельзя переписывать в сослагательном наклонении, но проследить, где в причинно - следственной цепочке событий начался разлом можно. По моему, и не только моему убеждению, такой разлом произошел в Мюнхене.
А уж дальше начинается политика, когда каждый думает о себе. Оглядываясь, не подставляют ли тебе ножку, чтобы потом поплясать на твоих костях!


Василий Иванович
 
ГеннадийДата: Понедельник, 04 Июня 2012, 00.52.55 | Сообщение # 11
Группа: Модератор
Сообщений: 25139
Статус: Отсутствует
Quote (Фадлан)
Пакта Молотов - Риббентроп!

А разве обнаружены документы о (некоем) существовании последнего?


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
СаняДата: Понедельник, 04 Июня 2012, 22.33.07 | Сообщение # 12
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Геннадий_,
Обнаружены,причем и немцами в своем архиве и нашими в своем.Давайте не будем оспаривать уже их существование,как бы ни горька порой история,но правде надо смотреть в глаза.


Qui quaerit, reperit
 
ФадланДата: Вторник, 05 Июня 2012, 06.02.19 | Сообщение # 13
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Геннадий, еще в средневековье астрономы открыли некие закономерности, по которым движутся планеты. Открыли на основе визуальных наблюдений.
Так и в политике: можно отрицать все, можно считать, что, условно -" земля плоская", но, к примеру, добровольный уход немцев из Лемберга, то бишь Львова, ничем иным кроме наличия договоренностей между СССР и Германией относительно раздела Польши не объяснить! Иначе тогда придется либо отрицать сам факт того, что произошло и действительно имело место, либо - как вариант, носителей такой трактовки надо вести в церковь в рубище на предмет того, чтобы они раскаялись в греховных мыслях...


Василий Иванович
 
ФадланДата: Вторник, 05 Июня 2012, 08.32.22 | Сообщение # 14
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Геннадий, среди моих друзей есть такой Алексей Борисович Подцероб (информацию о нем можно без проблем найти через поиск на Яндексе). Его отец, Борис Федорович Подцероб работал помощником у В. М. Молотова в бытность того министром иностранных дел. При смене хозяина министерского кабинета на Смоленке Б. Ф. Подцероб, оформляя передачу дел, хранившихся с личном сейфе В.М. Молотова, расписался в соответствующей описи за наличие в сейфе КОПИИ СЕКРЕТНЫХ ПРИЛОЖЕНИЙ к Договору о ненападении, заключенному между СССР и Германией (тот самый договор, который получил обиходное название Пакта Молотов - Риббентроп).
В личном сейфе министра иностранных дел хранилась, естественно, копия. Оригинальный текст держался за "семью замками" в так наз. "Особой папке ЦК КПСС". Не уверен, но думаю, что многие документы особой важности из той папки к настоящему дню рассекречены.


Василий Иванович
 
VasilichДата: Вторник, 05 Июня 2012, 11.25.49 | Сообщение # 15
Группа: Старейшина
Сообщений: 2653
Статус: Отсутствует
Quote (Фадлан)
добровольный уход немцев из Лемберга, то бишь Львова

Ну, не только из Лемберга, из Бреста, после совместного парада они тоже ушли добровольно.

Генерал Гудериан так описывает события в своих мемуарах:

В качестве вестника приближения русских прибыл молодой русский офицер на бронеавтомобиле, сообщивший нам о подходе их танковой бригады. Затем мы получили известие о демаркационной линии, установленной министерством иностранных дел, которая, проходя по Бугу, оставляла за русскими крепость Брест; такое решение министерства мы считали невыгодным. Затем было установлено, что район восточнее демаркационной линии должен быть оставлен нами к 22 сентября. Этот срок был настолько коротким, что мы даже не могли эвакуировать наших раненых и подобрать поврежденные танки. По-видимому, к переговорам об установлении демаркационной линии и о прекращении военных действий вообще не был привлечен ни один военный.
В день передачи Бреста русским в город прибыл комбриг Кривошеин, танкист, владевший французским языком; поэтому я смог легко с ним объясниться. Все вопросы, оставшиеся неразрешенными в положениях министерства иностранных дел, были удовлетворительно для обеих сторон разрешены непосредственно с русскими.Мы смогли забрать все, кроме захваченных у поляков запасов, которые оставались русским, поскольку их невозможно было эвакуировать за столь короткое время. Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией смены флагов в присутствии комбрига Кривошеина.
Гудериан. Воспоминания солдата






http://ru.wikipedia.org/wiki....Бресте_ (1939)


Сегодня - это первый день из тех, что у вас остались,,,
Бжег 1980-85гг.



Сообщение отредактировал Vasilich - Вторник, 05 Июня 2012, 11.27.04
 
ФадланДата: Вторник, 05 Июня 2012, 11.34.48 | Сообщение # 16
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Так об чем речь?!!!

Василий Иванович
 
ФадланДата: Вторник, 05 Июня 2012, 22.30.38 | Сообщение # 17
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Вниманию коллег, особливо Геннадия и Нестора:
В связи с темой Ближнего Востока решил уточнить имя и отчество отца Вероники Хильчевской, владелицы газеты "Совершенно секретно". Выяснил, а заодно откопал очень интересный материал к этой нашей теме насчет Мюнхена и Пакта Молотов - Риббентроп.
Даю адрес: www.rg.ru/2009/08/09pakt.html
А, может, умельцы даже разместят его на этой теме?


Василий Иванович
 
СаняДата: Вторник, 05 Июня 2012, 22.42.03 | Сообщение # 18
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует

Последний поезд перед войной

Канун трагедии Второй мировой в фундаментальном расследовании академика Чубарьяна


1.

Вечером 21 июня 1941 года западную границу Советского Союза пересек очередной товарный состав для "дружественной Германии". Это было последнее свидетельство "дружбы", которая почти два года связывала фашистскую Германию и сталинский СССР. Ее официальным началом послужил пакт о ненападении, подписанный 23 августа 1939 года министрами иностранных дел Молотовым и Риббентропом, а неофициальным концом стал заурядный станционный журнал с отметками о прохождении поездов, превратившийся в строго пронумерованную архивную "единицу хранения". Поезд пересек границу на р. Буг в два часа ночи. Через час началась Великая Отечественная война.

Ни в пакте Молотова-Риббентропа, ни в приложенных к нему секретных протоколах о "дружбе" речи не шло. Она возникла месяц спустя, когда победители стали устанавливать первые пограничные столбы, ведь отныне им предстояло быть соседями. Новый договор, теперь уже сентябрьский, так и назывался: Германо-советский договор о дружбе и границе между СССР и Германией. Интересно, что и он сопровождался двумя секретными приложениями - одно запрещало польскую агитацию на "новых территориях", другое продолжало дележ сфер влияния, теперь уже детально, по крохам. Но еще интереснее другое: если инициатива пакта о ненападении исходила от Германии, то инициатива "дружбы" - от Москвы.

"Советские лидеры, - пишет академик А.О. Чубарьян в только что вышедшей книге "Канун трагедии" (изд-во "Наука", М., 2008), - включили в название договора слова "о дружбе", что явно выходило за рамки прежнего договора о ненападении и договоренностей о разделе сфер интересов и не диктовалось ни международной обстановкой, ни германскими требованиями. Сталин спустя месяц после подписания договора с Германией о ненападении явно переступил грань чисто дипломатических отношений, употребив термин "дружба" в отношении режима, вызывавшего осуждение всей мировой общественности. Эта линия соответствовала и переменам в идеологической линии Коминтерна, которые обозначились в те недели"

Академик Чубарьян давно отстаивает исследовательскую методологию, которую он называет "многофакторной", - не избегать ни одного факта прошлого, учитывать интересы всех участников исторического процесса, не примешивать к выводам свои человеческие эмоции (историк тоже живой человек), короче, "объектизировать" историографию до возможного максимума. Положение директора Института всеобщей истории РАН и руководителя Ассоциации институтов истории стран СНГ дает ему возможность с успехом пропагандировать такой ключ к пониманию исторических событий и эпох, убеждая коллег из академического сообщества всеми возможными способами, от рецензий до дискуссий. Но, конечно, лучший путь для демонстрации преимуществ такой "многофакторной истории" - это личный труд, к тому же "завещанный от бога". Темой самого смутного периода ХХ века - подзаголовок книги "Сталин и международный кризис. Сентябрь 1939 - июнь 1941" точно обозначает предмет исследования - он "заболел" почти двадцать лет назад, когда мир со смешанными чувствами отмечал 50-летие злополучного пакта, так повлиявшего на судьбы миллионов людей, продолжая гадать и спорить, какую роль в предвоенных землетрясениях могли сыграть секретные протоколы, мифические или реальные. Александр Оганович уже тогда почувствовал: да, протоколы существовали, только на них и могла зиждиться "дружба" двух режимов-антиподов, которая закончилась мировым побоищем. И точно, их русские подлинники вдруг были "обнаружены" в архивах Полит бюро ЦК КПСС.

"Произошло довольно редкое в политической практике явление - оценку историческим договорам давал высший законодательный орган страны - Съезд народных депутатов. Протоколы были объявлены недействительными и осуждались как "акты, противоречащие нормам международного права и морали". На этой основе начался принципиально новый этап в отечественной историографии советской внешней политики 1939-1941 гг.".

Здесь не к месту подробный разбор этого "нового этапа", скажем коротко: вдруг появилось множество "сердитых" книг, и поток их из года в год растет. Одни наотмашь разоблачают Сталина и его режим. Другие тем более рьяно их реабилитируют. Полемизируют историки - это можно только приветствовать, да вот печаль: их ученые труды на книжных полках все больше теснят творения публицистического характера, авторы которых вообще "не нуждаются в архивах".

Вот почему так нужна была книга истинно научная и в то же время доступная для массового чтения, поставившая ножку циркуля так, чтобы в поле нашего зрения попали не произвольно избранные факты истории, а вся их совокупность, к тому же спокойная, сосредоточенная на идее расследования, а не приговора. "Пять лет назад я почувствовал, что готов взяться за такой труд, - сказал мне академик Чубарьян. - И вот он перед вами. До юбилея остался год, важно было успеть к началу профессиональных дискуссий, до того, как начнется большой шум".

Это, как понимает читатель, уже интервью.

2.

- Сталин тщательно взвесил все преимущества привилегированных отношений с Германией и сделал свой выбор. Но союз этот очень быстро истощился. Уже в марте 1940 года Сталин в беседе с генералом Петровым сказал: "Учтите: договор с Германией хотя мы и подписали, но фашистская Германия остается нашим злейшим врагом". Итак, эйфорический период - от силы семь месяцев? Сколько в реальности длился этот союз?

- На этот счет ведутся постоянные споры. Хотя начало периода датируется 23 августа 1939 года, поворот на самом деле наметился раньше, еще весной. В Москве пришли к выводу, что переговоры с вероятными союзниками, Англией и Францией, не дают большого эффекта. До этого на Сталина психологически очень сильно подействовал сентябрь 1938 года, Мюнхенский сговор руководителей Англии, Франции и Италии с Гитлером, которые фактически отдали ему на растерзание целое государство Восточной Европы, Чехословакию. Вдруг со всей ясностью он увидел, что с Гитлером у них существуют не просто контакты и договоренности, но завязываются уже и прямые соглашения. Главным следствием Мюнхена было то, что Советский Союз оказался в изоляции. Система коллективной безопасности в Европе, которую он предлагал выстроить, чтобы прийти на помощь в первую очередь именно Чехословакии, над которой уже сгущались тучи, просто умерла. Оживлять ее было не с кем.

- А Сталина в Мюнхен не пробовали позвать?

- Нет, такая идея никому не пришла в голову, там он точно был бы не ко двору. Сталин всегда испытывал недоверие к Англии, а ее участие в Мюнхене и фактически бесперспективные переговоры о системе коллективной безопасности, думаю, подтолкнули его к мысли самому переориентироваться на Германию, начать переговоры с ней. Причем такое желание возникло с обеих сторон. Два знаковых факта. В Москве - это смена руководителя наркомата иностранных дел: англофил Литвинов был отставлен, его сменил Молотов, который не был сторонником ни той ни другой линии, но всегда выражал мнение Сталина, поэтому было ясно, что он будет действовать в другом направлении. А второе знаковое событие произошло на приеме в Берлине, где Гитлер впервые подошел к советскому послу и начал беседу с ним. В концептуальном плане еще в начале 39-го, на XVIII съезде партии, официально прозвучали еще осторожные, но уже вполне ясные слова о том, что возможны контакты с Германией. 23 августа явилось, таким образом, реализацией того поворота, который наметился еще весной. Приняв решение подписать с Германией пакт о ненападении, Сталин получил от Гитлера все то, что он не мог получить от Англии и Франции. И даже с избытком: большая часть Восточной Европпы признавалась сферой советского влияния. Тогда как от Англии и Франции мы никак не могли добиться их согласия уговорить своего союзника, Польшу, в случае конфликта с Германией пропустить через ее территорию наши войска. Чувствуете разницу?

- Но теперь-то мы знаем, что у Гитлера в голове всегда сидела мысль: все, что даю, потом заберу назад. Как же Сталин мог не прочесть его тайные помыслы?

- А в то время Гитлер панически боялся войны на два фронта, понимая, что в случае нападения на Польшу Англия и Франция могут выполнить свои союзнические обязательства перед ней. Только союз с коммунистической Россией мог избавить его от этого страха. Так что еще вопрос, кто в ком больше нуждался, Сталин в Гитлере или наоборот. При этом в Германии с самого начала не сомневались в том, что большевики, Советский Союз - это главный противник, и союз с ним может быть только тактическим, временным.

- Выходит, Сталин "купился" на территории?

- Территории, влияние, выход из изоляции, вхождение в мировую политику... тут было много соблазнов. Но выделим главное. Мне кажется, главный недостаток кремлевской политики состоял в том, что не было стратегического видения перспектив на один, два, три года вперед. Тем не менее, подписав договор, Сталин и советское руководство уже в сентябре 39-го года вели себя довольно умело. Гитлер настаивал, чтобы мы вошли в Польшу до того, как он возьмет Варшаву, тогда Москва выглядела бы как воюющий союзник Германии. А Сталин тянул и тянул, чем сильно раздражал немецкого фюрера.

- Но ведь так и случилось: немецкие войска взяли Варшаву 8 октября, а мы вступили на ее территорию 17 сентября, когда еще и "медовый месяц" не закончился.

- Да, но польская армия была уже разгромлена, исход войны предрешен, немецкие войска подходили к "границе интересов", определенной в пакте Молотова-Риббентропа. Москва решилась на польский поход только после серьезных политических дискуссий с Германией. Гитлер требовал, чтобы в советско-германском коммюнике было написано о наших совместных действиях против Польши, мы же с такой трактовкой не согласились. Началось противостояние, затяжка сроков, все это выглядело как стремление СССР дистанцироваться от союзника, развязавшего войну. В конце концов Сталин собственноручно написал проект коммюнике, в котором говорилось, что СССР руководствуется целью защитить население восточных территорий Польши - западных украинцев и западных белорусов. Естественно, сразу возник вопрос, который Риббентроп задал по телефону: а от кого их защищать? Ведь подтекст был вполне ясный: от Германии. Больше того, как только наши войска пересекли границу, правительство заявило о нейтралитете СССР. Такую линию в двусторонних отношениях взяла Москва и, как я уже говорил, довольно умело ее проводила. Какой уж тут "медовый месяц"?

3.

- Западная Украина и Западная Белоруссия, которые после "войны с белополяками", по Рижскому договору 1921 года, отошли к Польше, это разве были исконно польские земли?

- Конечно, нет.

- Значит, какая-то историческая справедливость в том, что они были возвращены России, тут все-таки просматривалась?

- В том-то и дело. Вообще Сталин считал, что он возвращает России исконные российские территории. Это касалось и восточных областей Польши, и Прибалтики. В свое время и Финляндия была частью России. Отсюда убеждение Сталина, что он возвращается к старым петровским временам. А если называть вещи своими именами, то идея расширения зоны социализма - таким эвфемизмом заменили "мировую революцию" - совмещалась с идеей русского мессианизма. И нельзя не признать, что территории, которые на протяжении многих столетий принадлежали России, были возвращены ей фактически без единого выстрела.

Вы спросили, собирался ли Гитлер вернуть эти территории потом, когда перестанет нуждаться в союзе со Сталиным. Мы знаем ответ истории: он их вернул. Но есть другой вопрос, которым не может не задаваться любой историк: а понимали ли в Москве, особенно в первые месяцы сотрудничества с фашистским государством, что это временный союз, или нет? Что все равно стратегически придется когда-нибудь столкнуться с Германией? Поскольку документального ответа на этот вопрос нет, приходится делать предположительный вывод. Мне кажется, что такое ощущение в Кремле все-таки было. И что это ощущение связывалось с идеей создания некоего пояса против возможной германской агрессии. Не оправдывая Сталина идеологически, я все же за то, чтобы учитывались и проблемы безопасности, которые реально стояли перед страной. В восприятии Кремля все это было как бы в одном комплексе: и стремление расширить зону социализма в сфере советских интересов, и надежда создать барьер против союзника, который завтра может оказаться врагом. Сплетаясь, эти факторы превращались в некий фактор мировой политики, где мы начинали играть активную роль. Это при том, что стратегической ясности, что дальше, у Сталина все-таки не было, да еще появилась уверенность в том, что он переиграл Гитлера.

4.

- Все это сильно напоминает тушение пожара огнеметами. Но можно ли было выстроить доверительные отношения с Германией только на таком рискованном методе?

- Мы говорили о "периоде эйфории", это весь 39-й и начало 40-го года, вплоть до марта. Вот именно на этой стадии Сталин, ради доверительных отношений с новым союзником, одновременно перешел другую грань - преступил меру того, что могло укладываться в логику заключенного пакта. Отмечу в этой связи три фактора. Гитлер не требовал от Москвы разрыва отношений с Англией и Францией, и такого разрыва не произошло. Но Сталин с самого начала очень дозировал отношения с этими странами. Конечно, приходилось учитывать антисоветские настроения, которые царили в Париже и Лондоне, но когда Москве было предложено заключить торговый договор с Англией, Сталин, опасаясь негативной реакции Гитлера, на это не пошел. А ведь с точки зрения и дипломатии, и политики Москва, подписывая договор с Германией, должна была оставить какие-то противовесы, которыми могла бы его сдерживать. Одним из противовесов должно было стать продолжение контактов, а еще лучше - активной линии в отношении Англии и Франции. Второй момент, который вызывает крайнее сожаление: официальное решение руководства запретить в СССР критику фашизма. Людей, которые не умели или не желали маскировать свои убеждения, стали преследовать. В историографии дошло уже до полного абсурда: запрещалась критика Германии даже средних веков. И наконец, третий момент, в котором Сталин явно переусердствовал, касается Коминтерна. Георгию Димитрову было отдано распоряжение, чтобы все коммунистические партии прекратили в своих странах критику фашизма. С этого фактически и начался развал коммунистического движения в мире.

Еще один факт: в ноябре 1940 Гитлер предлагал Москве присоединиться к антикоминтерновскому пакту. Идея состояла в том, чтобы направить СССР на Средний Восток, на захват английских колоний, вплоть до Индии, тем самым устраняя нас с европейской сцены. Пока Сталин думал, что переигрывает Гитлера, предложение было отвергнуто, но, когда понял, что сам попал в ловушку, это уже самый конец 40-го года, Москва выразила готовность обсудить вопрос. Вот в этом контексте и в Москве даже возникла идея ликвидации Коминтерна. В самом деле, как можно присоединиться к антикоминтерновскому пакту, сохраняя Коминтерн в Москве? Нонсенс. Начали зондировать почву, давать сигналы в Берлин, разработали план ликвидации Коминтерна. Исторически очень интересный парадокс: сначала готовы были распустить Коминтерн ради нового компромисса и нового передела сфер влияния с Гитлером, а через два года сделали это в угоду противникам Германии - Соединенным Штатам Америки, Англии и Франции, чтобы продемонстрировать им отход от классовой политики.

- И как в этой связи вам видится личность Сталина?

- Прагматик с диктаторскими наклонностями, для которого идеология была только средством политики, но не целью. Да, заботился о величии и безопасности государства, но почти не придавал значения тому, что сегодня мы называем принципами морали и права. Впрочем, такой была общая практика того времени. Когда стало ясно, что конфликта с Германией не избежать, Сталин просто перевернул пластинку. Прекратились преследования за критику фашизма. Стали опять печататься статьи об агрессивной политике Германии. Появились карикатуры на "фельдфебеля с усиками". Разрешили к прокату фильм "Александр Невский", который до этого был запрещен. Сталин позвонил Эренбургу и поздравил его с книгой "Падение Парижа". Стали печатать Фейхтвангера... Все, как до пакта, который, впрочем, формально еще оставался в силе.

5.

- Когда и почему произошел этот перелом?

- В Москве искренне надеялись, что "странная война" Германии с Францией и Англией будет долгой: хотя армии и не сражались, они все-таки стояли друг против друга. Все это прекрасно согласовывалось с доктриной использования межимпериалистических противоречий: пусть они там дерутся, а мы за это время сможем обеспечить свою безопасность. Но в подходящий момент Гитлер ударил так, что Франция капитулировала за несколько недель. Известны свидетельства очевидцев: Сталин был ошеломлен. Он понял, что разгром Франции создает совершенно новую ситуацию для Гитлера и на восточном направлении, фактически развязывает ему руки. Враждебность к нашей стране со стороны Германии резко возросла.

- В это время Сталин и почувствовал себя в ловушке?

- Для меня как для историка ясно, что финальная дата наступила в ноябре 1940 года. Официальный визит Молотова в Берлин по приглашению немецкой стороны закончился полным провалом: нарком вернулся с пустыми руками. Да и поехал он туда, прямо скажем, весьма налегке, без стратегического плана, который мог бы заинтересовать руководство Германии. Кроме готовности распустить Коминтерн и вступить в Тройственный пакт Москва больше ничего не могла предложить своему союзнику, но все это его уже не очень волновало. Вышло, что Молотов приехал в Берлин только с просьбами, их было три, и на все три фюрер жестко, цинично ответил: нет.

Все стало ясно. Думаю, что после возвращения Молотова из Берлина в Москве и было принято решение - хотя не все согласны со мной, потому что оно не было оформлено как решение Полит бюро, - начать активную подготовку к войне. Я видел все документы Политбюро, начиная с ноября-декабря 40-го года вплоть до июня 41-го. Практически каждое заседание рассматривало новые виды вооружений, решало кадровые вопросы для вооруженных сил. В больших военных играх, которые проводились в конце 40-го года, уже участвовали командармы - Жуков, Тимошенко и другие, чьи имена скоро узнает вся страна.

- И не осталось уже никаких козырей на руках у Сталина, чтобы продолжать свою игру с Гитлером?

- Только одна, последняя возможность, которую английский посол в Москве Криппс определил как "экономическое умиротворение Германии". Хотя она добралась уже и до европейских ресурсов, тем не менее продолжала остро нуждаться в нашей нефти, металлах, лесе, продовольствии. А мы так же остро нуждались в промышленном оборудовании и образцах военной техники, перечень которых был согласован в двустороннем порядке. Но дисбаланс в экономических отношениях нарастал со скоростью снежного кома. Уже было ясно, что Гитлер просто водит нас за нос: требуя аккуратных поставок от СССР, сама Германия свои главные поставки перенесла сначала на 40-й, потом на 41-й, в конце концов на 42-й год.

- Получили ли мы, например, обещанные самолеты?

- Только считаные экземпляры, и те устаревших образцов, да еще после изнурительных споров.

- А крейсер "Лютцов"?

- Да зачем он нам был нужен? Старая посудина. Но и ее мы не получили.

- Так что же получили? Хотя бы какие-то станки, трубы?

- Получали промышленное оборудование, но в основном по линии рейхсверка, по договорам о поставках, например для Липецкого трубного завода, заключенным еще в 20-х годах, после Рапалло.

- Вам не известно, был ли готов к отправке следующий состав, который ушел бы из Бреста 22 июня?

- К сожалению, в архивах на этот счет сведений нет, станционный журнал Бреста оборвался на записи 21 июня. Одно могу сказать как историк: идея экономического умиротворения Германии оставалась последней надеждой сталинского руководства избежать войны. Политические задачи, которые Германия ставила перед собой, были уже выполнены, исчерпаны, и в Москве это хорошо понимали. Она уже шла на Балканы, захватила практически всю Европу, поэтому экономический фактор приобретал для нее все большую роль. В проектах, которые обсуждались, очень часто фигурировала, например, Украина, которая могла бы стать для Германии житницей и огородом.

- Кажется, существовала даже идея предложить ее Германии в качестве протектората-кормильца, лишь бы остановить поход Гитлера на Восток?

- Ну слово протекторат иногда даже употреблялось, но документов, которые подтверждали бы готовность пойти на такой крайний шаг, я своими глазами не видел, так что это только версия, не более. Только клюнул бы Гитлер на такой хлеб-соль? Все, что недобрал с помощью соглашений, он уже приготовился взять силой. В этом смысле наш поезд уже ушел.

http://www.rg.ru/2008/10/01/pakt-chubarian.html


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 05 Июня 2012, 22.55.32 | Сообщение # 19
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
На суд истории - или историю на суд?

Советско-германский договор 1939 года: ложь и правда


Семьдесят лет назад, 23 августа 1939 года, мир ошеломила новость из Москвы: коммунистический СССР и фашистская Германия, которые, казалось, шли к неминуемому столкновению друг с другом, внезапно подписали Договор о ненападении.

В Европе, уже ощущавшей приближение войны, вдруг резко изменилась расстановка политических и военных сил. И хотя мы знаем, как сложилась история дальше, отпечаток этих событий сказывается на ней и сегодня. В июле 2009 года Парламентская ассамблея ОБСЕ приняла резолюцию, в которой сталинизм и нацизм осуждаются как режимы, равно ответственные за развязывание Второй мировой войны, как идеологии, несущие угрозу геноцида и преступлений против человечности. Предложено на всем европейском пространстве учредить День памяти жертв сталинизма и нацизма, привязав его к юбилейным датам пакта Молотова-Риббентропа. Этой рекомендации уже последовали парламенты Эстонии и Латвии. Кто следующий?

Вот почему надо пристально вглядеться в этот действительно роковой день истории и все то, что к нему привело, что за ним последовало. Наш собеседник - заведующий Центром истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, профессор МГИМО, доктор исторических наук М. Ю. МЯГКОВ.

Российская газета : Начнем с тезиса о равной ответственности двух идеологий за самую большую трагедию в истории человечества, которая в общей сложности унесла около 60 миллионов человеческих жизней. Вы разделяете такой взгляд на историю Второй мировой войны?

Михаил Мягков : Нет. Мне всегда хочется спросить у людей, которые ставят на одну плоскость сталинский и гитлеровский режимы: а какие общества строились в Советском Союзе и в Германии, какими теориями вдохновлялись тут и там? Как бы ни критично относиться к прожитой нами истории, главное из нее все-таки не вычеркнуть: советское общество строилось на интернациональных основах, на идеях справедливости и социального равенства, способных возвышать человека и его страну. Не в этом ли, кстати сказать, и был источник той силы, которая сломила фашизм? Ведь он-то нес с собой совсем другой проект будущего - процветание "тысячелетнего" германского рейха прямо связывалось с идеей мирового господства германской "арийской" нации, порабощением других стран и народов.

Для полноты сравнения необходимо провести параллель между двумя мировыми войнами. Истоки Второй мировой войны во многом объяснялись итогами Первой мировой. Тогда мир разделился на дер жавы-победительницы и державы ущемленные, потерявшие значительную часть своих национальных территорий и населения. На Парижскую мирную конференцию, которая заново кроила карту европейских границ, Советскую Россию не пригласили вообще, а Германии были продиктованы условия столь унизительные, что они-то и спровоцировали бурный рост реваншистских устремлений. На этой волне и родилась расовая нацистская теория, которая вскружила немецкие головы - да с какой скоростью! Книга "
"Майн кампф", в которой Гитлер изложил планы возрождения Германии путем завоевания нового жизненного пространства для "арийской" расы, была написана в 1925 году, а уже в 1933 году победившая нацистская партия перенесла ее идеи в мировую политику. Фашизм поделил людей на две категории, одна из которых должна уничтожить другую: "арии" станут господами мира, а "недочеловекам", прежде всего евреям, цыганам и славянам, места на земле не останется. Вот тот новый, дополнительный момент в предыстории Второй мировой войны, которого в Первой мировой просто не было. Поэтому ставить на одну доску главных противников в этой войне лишь на том основании, что накануне решающей схватки они, руководствуясь каждый своими стратегическими соображениями, подписали временное перемирие, это, конечно, грубейшая фальсификация истории.

РГ : Но вы позабыли сказать, что и большевистская Россия в первые годы советской власти изрядно напугала мир своим лозунгом "перманентной революции", фактически - идеей ее экспорта.

Мягков : Нет, не забыл, хотя ваше напоминание уместно. Да, в Советской России в годы Гражданской войны и даже некоторое время после ее окончания боролись два политических вектора. Первый я бы так и назвал - наркоминделовский, поскольку он исходил от Наркомата иностранных дел и связывался в первую очередь с именами его руководителей: Чичерина, Литвинова, Молотова. Этот вектор был нацелен на выживание государства в неблагоприятном для него мировом окружении, на обеспечение национальной безопасности. А второй вектор постоянно убывал и в конце концов полностью выветрился из наших голов: думать-то приходилось о безопасности страны, а не о мировой революции. Ведь несколько десятилетий СССР жил в положении осажденной крепости. В приграничных государствах рядом с Советской Россией существовали почти сплошь авторитарные режимы, готовые подыгрывать всем ее могущественным недругам.

C Германией вплоть до 1933 года мы поддерживали достаточно нормальные отношения: были заключены долгосрочные торговые соглашения, германские военные специалисты имели школы на территории Советского Союза - была танковая школа, авиационная школа. Германия получала от нас нужные ей товары, продовольствие, Советский Союз - новые технологии, знания, лицензии. Но с приходом Гитлера отношения резко сворачиваются. Поскольку фашизм однозначно олицетворялся с войной, у нас взяла верх антифашистская пропаганда. И все это - на фоне сполохов мирового пожара, которые пошли уже чередой: захват Маньчжурии Японией, Эфиопии - Италией, гражданская война в Испании, где мы поддерживаем республиканцев, а Германия - путчистов, аншлюс Австрии...

Наконец, мы подходим к ключевому моменту предвоенной истории - Мюнхенскому сговору фашистской диктатуры с европейскими демократиями, жертвой которого стала Чехословакия. Именно Мюнхен, а не пакт Молотова-Риббентропа, которого просто не было бы, не будь Мюнхена годом раньше, и стал той точкой отсчета, после которого Вторая мировая война сделалась уже неизбежной.

РГ : С таким определением - "сговор" - на Западе и сейчас не соглашаются. Максимальная оценка - что это был предел "политики умиротворения" Гитлера, цель которой сводилась к тому, чтобы он оставил в покое добрую старую Европу. Но был ли это предел? Разве случайно следующей жертвой стала Польша, хотя даже современные польские политики как бы не видят никакой связи между 29-30 сентября 1938 года и 23 августа 1939 года?

Мягков : Человеконенавистническая теория, как и людоед, не может насытиться одной жертвой, она лишь распаляет аппетит. Не только в Москве, во всех европейских столицах читали и помнили, что писал Гитлер в "Майн кампф". Он писал, что извечное движение Германии на запад и юго-запад Европы прекращается, мы поворачиваем свой меч на восток. Именно там, в России и прилегающих к ней государствах, лежит новое жизненное пространство для германской "арийской" нации. Поскольку эти исходные постулаты фашизма были прекрасно известны и все четче проступали во внешней политике Германии, нет сомнения в том, что все попытки лидеров европейских демократических государств умиротворить фюрера осуществлялись с осознанным намерением толкнуть его орды на восток.

Но еще нужно было сломать систему коллективной безопасности в Европе, которую благодаря настойчивому наркоминделовскому вектору в советской внешней политике все-таки удалось создать. В 1935 году мы заключили договоры о взаимопомощи с Францией и Чехословакией, в которых была и военная составляющая. В них был включен пункт о том, что СССР может прийти на помощь Чехо словакии только в том случае, если и Франция придет ей на помощь.

РГ : А если бы не пришла, как, собственно, и случилось?

Мягков : Вот именно: своей подписью под Мюнхенским соглашением премьер Франции Даладье разом зачеркнул ее обязательство перед Чехословакией, заодно лишив силы и советское обязательство тоже. Кстати сказать, некоторые историки на Западе и ныне утверждают, что, мол, с нашей стороны это была всего лишь дымовая завеса. Советский Союз якобы не был готов помочь Чехословакии и рад был остаться в стороне. Давайте посмотрим, как на самом деле обстояло дело. На наших границах были сосредоточены около ста дивизий, готовых прийти на помощь Чехословакии. Для этого требовалось согласие Польши, Румынии и Венгрии пропустить советские войска через свою территорию, но согласия на это они так и не дали. По Мюнхенскому соглашению к Германии отошло около одной пятой территории Чехословакии, новая граница рейха упиралась фактически в предместье Праги. Тут уместно привести свидетельство советского посла в Лондоне о встрече со своим коллегой, послом Чехословакии.

И. МАЙСКИЙ:

"30 сентября [1939 года] .

Вчера я не спал почти до 4 час[ов] утра и сидел у радио. В 2 часа 45 мин[ут] наконец было сообщено, что соглашение в Мюнхене достигнуто и европейский мир обеспечен. Но что за соглашение! И что за мир!

...Утром встал с тяжелой головой, и первое, что пришло на ум, это - надо же немедленно съездить к Масарику.

...По всей высокой фигуре Масарика точно прошел какой-то ток. Лед мгновенно исчез. Неподвижность дрогнула. Он как-то смешно качнулся и неожиданно упал мне на грудь с горькими рыданиями. Я был ошеломлен и немного растерян. Целуя меня, сквозь слезы, Масарик бормотал:

- Они продали меня в рабство немцам, как негров когда-то продавали в рабство в Америке!" ("Дневник дипломата", М., "Наука", 2008).

Не зря рыдал Масарик: через полгода уже вся Чехия была оккупирована, а Словакия стала марионеточным государством. Вместе с заводами "Шкода" немцы захватили в этой стране столько вооружения, сколько на тот период имела вся Великобритания. И сразу же были выдвинуты новые претензии, теперь уже на польский Данциг. Вот истинная цена мюнхенского предательства: политика умиротворения Гитлера потерпела полный провал. "Полтора века назад за такой мир Чемберлена засадили бы в Тауэр, а Даладье казнили бы на гильотине" - так оценил "Мюнхенский мир" посол США в Испании К. Бауэрс.

РГ : Да, но вместе с ней разве не потерпела крах и политика сдерживания агрессора, которую вы называете "наркоминделовским вектором советской дипломатии"? Другими словами, хотя Гитлер и помнил завет канцлера Бисмарка никогда не воевать на два фронта, вплоть до большой войны он смело играл с огнем на обоих направлениях - как западном, так и восточном. И неизменно выигрывал. Что же можно было этому противопоставить, кроме пресловутого советско-германского пакта о ненападении, которым два смертельных врага временно замирились только в надежде переиграть друг друга?

Мягков : Конечно, были и другие карты в резерве. Стоит пожалеть, например, о том, что мы не искали так активно, как само время требовало, взаимопонимания с Польшей. Но на это были объективные причины: польское руководство незыблемо стояло на антисоветских позициях, ориентируясь целиком и полностью на Великобританию и Францию. Поэтому возможности нашей дипломатии были ограничены.

РГ : Ну и что же мы могли сделать?

Мягков : Из недавно опубликованных донесений нашей разведки теперь известно, что она знала о немецких планах нападения на Польшу и даже знала довольно точную дату этого нападения - "в конце августа". Уж таким-то аргументом, казалось бы, и на непреклонных поляков можно было воздействовать, чтобы все-таки склонить их к сотрудничеству с Москвой. Пригласить, например, на переговоры военных миссий Великобритании, Франции и Советского Союза, которые шли в Москве с 12 по 22 августа, тем более что исход этих переговоров в решающей степени зависел как раз от Польши.

РГ : А их туда звали?

Мягков : В том-то и дело, что не звали, а они и не рвались. Было изначально договорено, что давление на поляков будут оказывать Франция и Великобритания, в том числе и от нашего имени. Хотя дальновиднее было бы сразу оговорить наше право действовать и напрямую, вплоть до того, что послать свою делегацию в Варшаву, попробовать ее убедить в преимуществе коллективных действий против агрессора.

РГ : Попытка пересмотреть первопричины, а вместе с ними также итоги Второй мировой войны далеко не нова. Все это длится уже добрых полвека. Два важных компонента этой фальсификации - замолчать аморальную сделку в Мюнхене, зато советско-германский Договор о ненападении и секретный протокол к нему представить как сговор двух диктаторов, которых хоть местами меняй, сумма не изменится. Скажите, кто был инициатором этого пакта, Сталин или Гитлер?

Мягков : Разумеется, Гитлер в духе своей "дипломатии на два фронта". На новогоднем приеме 1939 года он проявил неожиданное внимание к советскому послу Мерикалову, завел с ним беседу. Поступали и т.н. подметные письма в советское посольство, в которых говорилось о том, что Германия может предложить Советскому Союзу что угодно, - хотите войны, будет война, хотите мира, будет мир. Вот эти письма, эти беседы дипломатов наводили на мысль о том, что Германия ищет сближения с Советским Союзом, стремясь после нападения на Польшу обезопасить себя от войны на два фронта. Нам приходилось выбирать - либо-либо. Либо ждать, когда германские войска выйдут на ближние рубежи к Советскому Союзу, захватят огромные территории, на которых проживают этнические белорусы, этнические украинцы, те самые территории, которые до Первой мировой войны были в составе царской России, и в конце концов столкнемся с вермахтом лоб в лоб. Либо договориться с Германией, отстрочить войну, получить передышку, закончить перевооружение страны. Известный британский историк Джеффри Робертс признает, что вплоть до конца июля Москва все еще готова была отдать приоритет сотрудничеству с Англией и Францией, если бы они пошли на заключение военных конвенций. На наш взгляд, такая возможность сохранялась даже до середины августа. Но ход переговоров трех военных миссий окончательно убедил советское руководство в том, что Лондон и Париж все еще не отказались от мысли таскать каштаны из огня чужими руками.

Разве не показательно, что руководители французской и английской делегаций генерал Думенк и адмирал Дракс отправились в Москву морским путем и плыли, ехали до нее... целых две недели? У главы советской миссии маршала Ворошилова имелись четкие инструкции, записанные под диктовку Сталина: свести переговоры к принципиальному вопросу - о пропуске советских войск через территорию Польши и через территорию Румынии, так как без этого любая оборона от германской агрессии была обречена на провал. А инструкции генералу Думенку и адмиралу Драксу сводились только к зондажу позиций Советского Союза, к сбору информации о его боеспособности. Именно так расценивали их участие в переговорах военные аналитики того времени. За всем этим стояло, конечно, желание оставить СССР в своей орбите влияния. Начальник Генштаба РККА маршал Шапошников доложил на заседании: Советский Союз готов выставить против Германии 137 дивизий. Если бы соответствующие обязательства взяли на себя также Франция и Великобритания, была бы достигнута договоренность о коридоре для советских войск, вряд ли Германия посмела бы открыть военные действия в Польше. Но только за день до окончания переговоров Париж поставил генерала Думенка в известность о готовности заключить военную конвенцию с СССР. Адмирал Дракс аналогичных полномочий из Лондона так и не дождался. На все запросы Англии и Франции о пропуске советских войск поляки отвечали отказом. Польское руководство просто не понимало реалий времени, не отдавало себе отчета в том, к какой катастрофе оно ведет страну. За эти ошибки поляки заплатили шестью миллионами жизней. И в конце концов освобождала Польшу Красная армия, именно благодаря ей поляки получили свободу от жестокой нацистской диктатуры и оккупационного режима.

РГ : Итак, 23 августа флажок упал - в Москву прилетел Риббентроп. Из договора о ненападении секрета сделать было нельзя, но зачем понадобился еще и секретный протокол к нему?

Мягков : А вы прочитайте внимательно этот секретный протокол. Я читал его сотни раз, и всякий раз испытываю недоумение: что тут было секретить? Этим пактом и протоколом были поставлены пределы германского продвижения на восток, причем примерно до той самой "линии Керзона", которая еще в 1919 году на Парижской мирной конференции предлагалась Польше в качестве ее восточной границы. Она не приняла этой границы и добилась от Советской России, измученной Гражданской войной, уступок западноукраинских и западнобелорусских земель. Теперь "линия Керзона" стала советско-германской границей, зато отторгнутые от Украины и Белоруссии земли вернулись им. Сталин понимал, что все это не надолго, что новые пограничные столбы не остановят гитлеровский "дранг нах Остен". Так и случилось, меньше чем через два года. Но прошло еще, и стало ясно, что блицкриг на восток терпит крах.

http://www.rg.ru/2009/08/20/pakt-molotov.html


Qui quaerit, reperit
 
ФадланДата: Вторник, 05 Июня 2012, 23.00.52 | Сообщение # 20
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Саня, приношу извинения. Даю уточненный адрес:
www.rg.ru/2009/08/20/pakt.html


Василий Иванович
 
СаняДата: Вторник, 05 Июня 2012, 23.09.43 | Сообщение # 21
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Фадлан,
Статья по ссылке:

Пактовая ситуация

70 лет назад при помощи дипломатии Москва смогла на два года оттянуть начало Великой Отечественной войны


23 августа исполняется 70 лет с момента подписания пакта Молотова - Риббентропа.

Последние несколько месяцев в Европе этот документ особо активно цитируют те эксперты и политики, которые стремятся поставить равенство между фашизмом и сталинизмом. И все же для чего в действительности Советский Союз подписал этот акт? И как в Москве готовились к 23 августа 1939 года? На эти и другие вопросы корреспонденту "РГ" ответил руководитель Центра истории российской дипломатической службы Юрий Хильчевский.

Один из стендов музея МИДа специально отведен под рассказ о пакте Молотова - Риббентропа. "Вот отрывок из записки Молотова, которую он после подписания пакта отправил Сталину. Написано от руки", - показал Хильчевский один из документов, в левом верхнем углу которого написано: "Строго секретно". "А рядом секретный дополнительный протокол, - добавил он. - У нас тут много всего очень интересного и некогда секретного".

Российская газета: Юрий Михайлович, вы, конечно же, знаете о том, что часть европейских политиков стараются приравнять фашизм к сталинизму. При этом пакт Молотова - Риббентропа используют для того, чтобы доказать, что внешняя политика Советского Союза в 39-м году ничем не отличалась от политики гитлеровской Германии. Вы согласны с такой трактовкой?

Юрий Хильчевский: Я понимаю, почему сейчас проявляется такой интерес к пакту. Это очень удобно для того, чтобы опять обвинить Советский Союз в том, что он в какой-то степени виноват в развязывании Второй мировой войны. Хотя существующие документы - и наш музей дает возможность с ними познакомиться - показывают, что накануне войны никто не строил иллюзий и не был наивным, - все знали, что Гитлер нападет на Советский Союз.

В СССР прекрасно понимали, что идеологически мы с фашистской Германией несовместимы. А значит, рано или поздно станем противниками. Все знали, что война будет. Но когда она будет, в какой день? Это был очень важный и принципиальный вопрос.

При этом, хочу подчеркнуть, говоря о пакте Молотова - Риббентропа, на Западе стараются не касаться темы Мюнхена, то есть подписанного там документа. А ведь он куда нагляднее показывает, к чему приводит политика соглашательства. Если же коротко, то моя оценка пакта Молотова - Риббентропа такова: мы выбрали из двух зол меньшее.

В тяжелых условиях, когда Советский Союз мог оказаться перед лицом объединенной атаки и западных стран, и фашистской Германии, надо было искать какие-то решения. Политика - это вообще штука довольно грязная. Когда в наш музей приходят на экскурсию молодые дипломаты или студенты МГИМО, я им говорю: "Ребята, посмотрите на весы истории". На одну чашу мы кладем так называемую "неэтичность". Конечно, заключать договор о сотрудничестве с фашистской Германией неприлично, согласен. А что же оказалось на другой чаше весов? Советский Союз благодаря пакту Молотова - Риббентропа получил почти двухлетнюю отсрочку. Сколько за это время удалось сделать. Я думаю, что на весах истории непредвзятый наблюдатель всегда придет к выводу, что, конечно, это был правильный шаг.

Теперь посмотрим шире на пакт Молотова - Риббентропа. Многие на Западе считают, что этот документ касается только чисто европейских дел. Но ведь на самом деле это касалось более широкого круга геополитических вопросов. У нас в тылу была Япония, а также Китай. Не случайно, кстати, именно к 23 августа, когда был заключен этот пакт, наши войска нанесли сильнейший удар по японским агрессорам. Это событие стало отрезвляющим не только для японцев, но и для Гитлера. Он понял, что у нас есть сила.

Во-вторых, немцы почувствовали, что Япония - союзник не очень надежный. А японцы со своей стороны поняли, что, подписав пакт с Москвой, Гитлер их подвел. Они считали, что этот документ - предательство интересов Японии. И официальный Токио где-то был прав. Не случайно японцы по примеру Гитлера затем тоже с нами заключили пакт о ненападении. Он был формальным, но тем не менее.

РГ: Как в Москве принималось решение о подписании пакта Молотова - Риббентропа?

Хильчевский: Из тех, кто принимал непосредственное участие в подготовке текста пакта Молотова - Риббентропа, в живых остался один человек. Речь идет о помощнике Молотова Владимире Ивановиче Ерофееве - отце знаменитых литераторов Ерофеевых. Он мне когда-то рассказывал, как это было. Все решалось молниеносно. Сталин, взвесив все "за" и "против", сказал Молотову: "Давай подпишем". Риббентроп ведь дважды прилетал к нам. Сначала не очень получалось. И все же договорились. Потом еще уточняли секретные соглашения.

Я читал воспоминания Фалина, он пишет, что не раз начиная с 1968 года пытались опубликовать все эти секретные предложения и протоколы. Несколько раз нарывались на прямой отказ и Громыко, и Брежнева. Было сказано, что несвоевременно. Тем не менее во время перестройки мы эти протоколы все же увидели. Но сличить их подлинность с немецким текстом не получилось.

РГ: У вас тут действительно много уникальных документов собрано. Но ведь музей находится в здании МИДа. Как к вам можно попасть, так сказать, с улицы?

Хильчевский: У нас закрытый музей. Пропускная система. Тем не менее попасть в него может практически любой. За 10 лет существования музея мы приняли около 12 тысяч посетителей. Это прежде всего иностранные гости, которые приезжают в МИД. Дипкорпус, работающий в Москве. Все послы, аккредитованные в Москве, побывали у нас со своими сотрудниками. Слушатели дипакадемии, ветераны.

Остальным необходимо написать заявку на мое имя, на имя центра, с просьбой принять группу порядка 20-30 человек. Обязательно найдем удобное время. Я помню у нас были и читатели "Российской газеты". Приходите еще.

В прошлом году у нас в музее был и президент России. Минут сорок провел. Ему понравилось. Затем прислал свою фотографию со словами благодарности и пожеланиями успехов.

http://www.rg.ru/2009/08/20/pakt.html


Qui quaerit, reperit
 
ФадланДата: Среда, 06 Июня 2012, 07.27.38 | Сообщение # 22
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
У меня появилась шальная мысль: коль скоро мы все так яростно спорим по поводу этого пакта, почему бы Вашему покорному слуге не зайти "на огонек" к Ю.М. Хильчевскому и не попробовать договориться, чтобы он дал в копиях фотодокументы, имеющиеся насчет Пакта в Музее дипломатии МИДа?
Как вам такое предложение?
Правда, реализовать его на практике смогу не ранее октября - ноября, когда закрою дачный сезон.


Василий Иванович
 
ГеннадийДата: Среда, 06 Июня 2012, 10.46.38 | Сообщение # 23
Группа: Модератор
Сообщений: 25139
Статус: Отсутствует
Quote (Саня)
Тем не менее во время перестройки мы эти протоколы все же увидели. Но сличить их подлинность с немецким текстом не получилось.

Красноречивое умолчание! Почему "не удалось"?


С уважением,
Геннадий
Буду благодарен за информацию о побегах советских военнопленных
Suche alles über Fluchtversuche von russischen Kriegsgefangenen.
 
ФадланДата: Среда, 06 Июня 2012, 12.18.05 | Сообщение # 24
Группа: Модератор
Сообщений: 13075
Статус: Отсутствует
Геннадий, СЛИЧАЛИ! Даже проводили экспертизу на предмет сличения текстов, набранных на пишущих машинках с русским и немецким шрифтами. Ведь и сам Договор о ненападении, и секретные приложения были изначально сделаны на русском и немецком языках в двух комплектах, предназначенных для советской и германской сторон.

Василий Иванович
 
СаняДата: Суббота, 29 Сентября 2012, 08.19.36 | Сообщение # 25
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
29 сентября 1938 г. 74 года назад

Составлено Мюнхенское соглашение 1938 года, которое также известно как «Мюнхенский сговор»


Мюнхенский сговор – соглашение, составленное в Мюнхене 29 сентября 1938 года и подписанное на следующий день премьер-министрами Великобритании – Невиллом Чемберленом, Франции – Эдуаром Даладье, Италии – Бенито Муссолини и рейхсканцлером Германии Адольфом Гитлером. В результате данного соглашения этими западными странами было санкционировано начало захвата Чехословакии фашистской Германией. А точнее, оно предусматривало передачу Германии Судетской области Чехословакии (со всеми сооружениями и укреплениями, фабриками, заводами, запасами сырья, путями сообщения…), а также удовлетворение за счет Чехословакии территориальных притязаний Венгрии и Польши.

Чехословацкие представители не были допущены к обсуждению данного соглашения. СССР также было отказано в участии во встрече. Чемберлен и Даладье приняли условия Гитлера и совместно оказали давление на чехословацкое правительство. В результате, президент Бенеш без согласия Национального собрания принял к исполнению мюнхенский диктат. Навязанное Чехословакии силой, в нарушение норм международного права и законов станы, отторжение Судетской области стало только началом процесса расчленения страны. Уже в марте 1939 года германские войска заняли Прагу, завершив поглощение Чехословакии. Мюнхенское соглашение стало одним из наиболее ярких проявлений «политики умиротворения» Гитлера, проводимой накануне Второй мировой войны правительствами Великобритании и Франции, с целью добиться сговора с нацистской Германией за счет стран Центральной и Юго-Восточной Европы, отвратить гитлеровскую агрессию от Англии и Франции, направив ее на Восток, против Советского Союза.

Но данные действия привели к тому, что Гитлер использовал эти страны для усиления Германии, которая уже в следующем году оккупировала всю территории Европы, и развязала войну. И именно Мюнхенское соглашение стало важной вехой в подготовке Второй мировой войны. Уже в послевоенные годы Чехословакия, поддержанная СССР и другими социалистическими странами, поставила вопрос о признании противоправного Мюнхенского сговора недействительным. Согласно договору между ЧССР и ФРГ, заключенному в 1973 году, его участники считают Мюнхенское соглашение, «… имея в виду свои взаимные отношения в соответствии с настоящим договором, ничтожным».

© Calend.ru


Qui quaerit, reperit
 
ПЕТРОВИЧДата: Среда, 13 Марта 2013, 01.54.34 | Сообщение # 26
Группа: Старейшина
Сообщений: 2142
Статус: Отсутствует
Секретные протоколы... А были ли они?

Здравствуйте коллеги! При подготовке предыдущей темы посвященной Мюнхенскому сговору и пакту Молотова-Риббентропа столкнулся с достаточно интересной вещью. Оказывается уже достаточно давно высказываются вполне закономерные сомнения в подлинности секретных протоколов подписанных Молотовым и Риббентропом. Делюсь с вами.



Секретный дополнительный протокол к Пакту Молотова-Риббентропа


Пакт Молотова-Риббентропа — это Договор о ненападении между Советским Союзом и Германией от 23 августа 1939 года [1]. Сам по себе договор этот ничего особенного не содержит, но в дремучем лесу вашингтонском в конце сороковых годов появился вдруг некий «Секретный дополнительный протокол» к этому договору, опубликованный в американском сборникеNazi-Soviet Relations 1939–1941. Washington, 1948 (Нацистско-советские отношения 1939—1941 годов. Вашингтон, 1948). Публикация эта не имела источников, но США — это нецивилизованная страна, опубликовать там можно что угодно: дело не в источниках и не в истине, а всего лишь в долларах или политике. Названная публикация — это единственный на сегодняшний день слепой источник «Секретного дополнительного протокола», нагло сляпанного американскими обалдуями, вероятно, из спецслужб. Все прочее, даже со ссылками на архивы, представляет собой ложь. Скажем, по приведенной выше ссылке на странице «Википедии» вы можете найти следующий фальшивый адрес архивного хранения якобы подлинника: «Архив Президента РФ, Особая папка, пакет № 34». В этом архивном адресе столько же смысла, сколько и в следующем: «Архив Президента РФ, Совершенно секретно, пакет № 34».— Особая папка — это гриф документа, а не физическая папка с документами. Нет, подлинника «Секретного протокола» не существует — тем более что подпись Молотова на американской фотокопии фальшивая, слепленная самым грубым образом, что будет воочию показано ниже.

«Секретный протокол» был якобы подписан Молотовым и Риббентропом, но подпись Молотова, например, сфальсифицирована столь безобразно, столь глупо, по-американски, что заметил бы это даже ребенок, о чем немного ниже. Вот аутентичный текст «Секретного дополнительного протокола» — соответствующий американской фотокопии в указанном издании, см. по ссылке выше:
СЕКРЕТНЫЙ ДОПОЛНИТЕЛЬНЫЙ ПРОТОКОЛ

При подписании договора о ненападении между Германией и Союзом Советских Социалистических Республик нижеподписавшиеся уполномоченные обоих сторон обсудили в строго конфиденциальном порядке вопрос о раграничении сфер обоюдных интересов в Восточной Европе. Это обсуждение привело к нижеследующему результату:

1. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва), северная граница Литвы одновременно является границей сфер интересов Германии и СССР. При этом интересы Литвы по отношению Виленской области признаются обоими сторонами.

2. В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Польского Государства, граница сфер интересов Германии и СССР будет приблизительно проходить по линии рек Нарева, Вислы и Сана.

Вопрос, является ли в обоюдных интересах желательным сохранение независимого Польского Государства и каковы будут границы этого государства, может быть окончательно выяснен только в течение дальнейшего политического развития.

Во всяком случае, оба Правительства будут решать этот вопрос в порядке дружественного обоюдного согласия.

3. Касательно юго-востока Европы с советской стороны подчеркивается интерес СССР к Бессарабии. С германской стороны заявляется о ее полной политической незаинтересованности в этих областях.

4. Этот протокол будет сохраняться обоими сторонами в строгом секрете.По уполномочию Правительства СССР
В. Молотов За Правительство Германии
И. Риббентроп

Обычно при введении в оборот фальшивых документов преступники лживо утверждают, что документы прошли всяческие проверки и экспертизы, но делается это глупейшим образом и самым невежественными:

Подлинники протокола не обнаружены ни в советских, ни в зарубежных архивах. Однако графологическая, фототехническая и лексическая экспертизы копий, карт и других документов, соответствие последующих событий содержанию протокола подтверждают факт его подписания и существования.

[…]

Председатель Верховного Совета СССР М. ГОРБАЧЕВ

24.12.1989
Постановление Съезда народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 г. № 979-7 о политической и правовой оценке советско-германского договора о ненападении от 1939 года.
Цит. по: А. Кунгуров. Секретные протоколы, или Кто подделал пакт Молотова-Риббентропа, М., 2009.
См.: http://lib.rus.ec/b/183815/read

Выражение «графологическая экспертиза» звучит столь же разумно, как «алхимическая экспертиза». Увы фальсификаторам, графология — это лженаука, «характер по почерку», а судебная экспертиза почерка называется почерковедческая. Понятно, что если бы несчастный, написавший эти строки, читал акт почерковедческой экспертизы, установившей подлинность подписи хотя бы одного Молотова, то он не сделал бы столь грубой и невежественной ошибки. Это, конечно, наглая ложь: почерковедческой экспертизы не было. Как ни странно, ошибка эта распространена: даже на высших этажах прокуратуры есть следователи, которые никогда не назначали почерковедческой экспертизы и, соответственно, уверенно употребляют подзаборное это выражение — «графологическая экспертиза». Нет, Михаил Сергеевич, врать тоже уметь надо: дело это тонкое и ответственное, даже профессиональное.

«Фототехническая экспертиза» — это нечто загадочное. Единственный существующий текст «Секретного дополнительного протокола» представляет собой фотокопию машинописного текста. И что же именно устанавливала «фототехническая экспертиза»? Не напечатан ли текст на компьютерном принтере? Но это видно без всякой экспертизы, на глаз (буквы в компьютерной печати не скачут в строке и т.п.). Положим, мог возникнуть вопрос, напечатаны ли тексты подлинного Договора о ненападении между СССР и Германией и фальшивого «Секретного дополнительного протокола» на одной машинке. Но подлинник Договора о ненападении у нас почему-то отсутствует… Чем же занималась «экспертиза»?

Ну, если будет наконец возбуждено уголовное дело по факту преступлений нашей группы фальсификаторов, часть из которых еще здравствует, то будет и экспертиза, причем не одна. Возбуждение же дела в данном случае к сроку давности отношения не имеет: советский УК срок давности по расстрельным статьям оставляет на усмотрение суда. Так что с нетерпением ждем экспертизы в рамках уголовного дела по ст. 64 УК РСФСР «Измена Родине» и желаем доброго здравия гражданину Горбачеву М.С. — если не обвиняемому, то важному свидетелю по делу.

«Лексическая экспертиза» — это экспертиза «словесная». Не ясно, каким образом мог пройти «лексическую экспертизу» документ с грубейшими грамматическими ошибками, «лексическими», например, «обоими сторонами», причем выражение это встречается в тексте три раза. Ошибку эту заметил бы даже школьник: обеими сторонами. Едва ли найдется у нас хоть один документ высшей государственной власти со столь грубой грамматической ошибкой. Есть и другие ошибки, например «раграничении», с приписанной сверху чернилами буквой «З». Это, конечно, тоже абсурд: иного документа с исправленной грамматической ошибкой наверняка нет.

К грубейшим грамматическим ошибкам следует отнести также нестойкость орфографии, что свойственно малограмотным людям: «Прибалтийских государств» и два раза «Польского Государства». Кроме того, ни первое написание с большой буквы, «Прибалтийских», ни второе, «Государства», не соответствует нормам русского языка. Попробуйте найти хоть один грамотный текст на русском языке, где написано бы было даже, например, «Европейские государства» вместо обычного европейские государства, не говоря уж о слове «Государство». Кстати, в английском тексте этого протокола, опубликованном в интернете, присутствует указанная нестойкость орфографии: «Baltic States» против «Polish state» [2]. Это американский душок: имя United States(Соединенные Штаты) нужно, безусловно, записывать с заглавных букв, но вообще словоstate (государство) пишется, конечно, со строчной буквы. Иначе говоря, имя United States пишется с заглавных букв только потому, что оно собственное. Имя же Balticstates не является собственным. Американцы все имена и их производные пишут с заглавной буквы, например Russians (русские), но у нас это возможно только в том случае, если это имя собственное, предметное, например Русское государство, т.е., переводя на американский лад, определенное в смысле артикля. Во множественном же числе определенный артикль обычно не используется, скажем сочетание американские штаты в русском языке нужно писать со строчных букв. Это будет соответствовать американскому неопределенному артиклю, т.е. наименованию не предметному, общему, как в сочетании прибалтийские государства. Определенность же в данном сочетании, заглавная буква, возникла бы, например, в договоре трех прибалтийских государств с Россией. Еще пример, в советских международных договорах можно, наверно, встретить слово Правительство с заглавной буквы, обозначающее субъект договора, но в советских газетах устойчивое сочетание «партия и правительство» всегда записывалось со строчных букв. Допустимо, впрочем, и в газетах употребление слов Правительство СССР — в более или менее официальном тексте. Разница здесь приблизительно такая же, повторю, как между английским неопределенным и определенным артиклями.

Итого в тексте протокола пять грамматических ошибок на одной странице. Ну, и какой несчастный производил «лексическую экспертизу»? Эта полуграмотная мазня не выдержала бы критики даже школьного учителя русского языка.

Еще одна грубейшая ошибка фальсификаторов состоит в том, что в делопроизводстве гриф документа, секретный, не может быть вынесен в его заголовок: «Секретный дополнительный протокол». К тому же суть документа должна быть отражена в названии: дополнительный протокол к чему? Сляпал это предельно невежественный человек, не имевший совсем никакого понятия о делопроизводстве. И принять эту чушь всерьез могли только личности, столь же отсталые в умственном отношении, как и фальсификатор,— наш поклон Михаилу Сергеевичу. Ни единую экспертизу данный документ пройти не мог, это исключено.

Есть в документе и грубейшая фактическая ошибка — отнесение Финляндии к прибалтийским государствам: «В случае территориально-политического переустройства областей, входящих в состав Прибалтийских государств (Финляндия, Эстония, Латвия, Литва)…»— Ни единый человек в СССР, даже не русский, эту чушь написать просто не мог, да и найдутся ли у нас важнейшие государственные документы с фактическими ошибками? Для русских Финляндия не является прибалтийским государством — как не является им ни Польша, ни Германия, ни Дания, ни Швеция. Опять невежественная американская мазня. «Какой народ не знает даже географии?»— «Зато мы бизнес хорошо ведем…»

«Секретный дополнительный протокол» сляпал, разумеется, американец: из всех народов мира только американцы не имеют вообще никакого понятия о юрисдикции, что воочию показал, например, процесс Бута. Совершенно ни к чему было оформлять юридически то, что юридической силы не имеет и иметь не может.

http://avia.mirtesen.ru/blog....9206867

Дневник Гальдера в 1945 г. был захвачен американцами и ими же впервые издан. В СССР трехтомник «Военных дневников» выпущен в 1968–1971 гг.

В дневниках мы не видим даже намека на существование неких предвоенных секретных договоренностей о разделе Польши. Наоборот, приводимые им сведения полностью опровергают версию о существовании «секретного протокола» от 23 августа 1939 г.."

Полностью с книгой можно ознакомиться по этому адресу

http://lib.rus.ec/b/183815/read

Жду ваших отзывов и пожеланий.

С уважением

Троян Дмитрий
Прикрепления: 6362546.jpg(31.9 Kb)


Петрович
Хойна 1957-1960гг., Ключево 1960-1961гг., Колобжег 1962гг., Жагань 1962-1963гг.
В 1963 году замена в Берёзу - Картузскую, .
 
СаняДата: Пятница, 23 Августа 2013, 08.08.32 | Сообщение # 27
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
23 августа 1939 г. 74 года назад
Подписан пакт Молотова-Риббентропа


Пакт Молотова-Риббентропа – укоренившееся в общественно-политической и исторической литературе название Советско-германского договора о ненападении от 23 августа 1939 года, особенно его секретного приложения, подписанного Молотовым и Риббентропом от имени своих правительств и государств. Существование секретного протокола долгое время отрицалось советской стороной, и только в конце 1980-х годов этот факт был признан и стал достоянием мировой общественности. Ко времени подписания пакта Германия аннексировала Судеты, включила Чехию и Моравию в состав рейха как Протекторат Богемия и Моравия. Обеспечению международной безопасности и борьбе с германской агрессией должны были служить московские переговоры между СССР, Англией и Францией, которые завершились принятием проекта соглашения о взаимопомощи 2 августа 1939 года, но проект так и не стал реальным соглашением. Решение прекратить переговоры с Англией и Францией и заключить с Германией договор о ненападении было принято Сталиным и Молотовым. Обе стороны имели разные цели, заключая этот договор. Гитлер лихорадочно готовил нападение на Польшу и считал, что этот договор исключит для Германии угрозу войны на два фронта в Европе, поскольку Сталин, по его расчетам, заинтересован в захвате территорий бывшей Российской империи и будет стремиться получить такую возможность благодаря договору с Германией. Сталин рассматривал договор как шанс избежать вооруженного конфликта и возможность готовиться к военным действиям, которые неминуемо должны будут наступить. По договору, подписанному 23 августа 1939 года, стороны обязались все споры и конфликты между собой «разрешать исключительно мирным путем в порядке дружеского обмена мнениями». Во второй статье договора говорилось, что «в случае, если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны третьей державы, другая договаривающаяся сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу». Другими словами, СССР не будет помогать возможным жертвам агрессии фашистского рейха. Договор имел «секретный дополнительный протокол» о разграничении «сфер влияния» в Восточной и Юго-Восточной Европе. Предусматривалось, что в случае войны Германии с Польшей немецкие войска могут продвинуться до так называемой «линии Керзона», остальная часть Польши, а также Финляндия, Эстония, Латвия и Бессарабия признавались «сферой влияния» СССР. Судьба Польши будет решена «в порядке дружественного обоюдного согласия». Договор был ратифицирован Верховным Советом СССР через неделю после его подписания, причем от депутатов было скрыто наличие «секретного дополнительного протокола». На другой день после ратификации договора, 1 сентября 1939 года, Германия напала на Польшу. СССР должен был в соответствии с договоренностями также ввести свои войска в Польшу, однако Молотов попросил небольшой отсрочки, заявив послу Германии в СССР В. Шуленбургу, что вследствие того, что Польша разваливается на куски, Советский Союз должен прийти на помощь украинцам и белорусам, которым «угрожает» Германия, что позволяло Советскому Союзу не выглядеть агрессором. С момента нападения фашистской Германии на СССР 22 июня 1941 года договор утратил всякую силу.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Среда, 21 Октября 2015, 18.37.01 | Сообщение # 28
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Яценюк: передача Украине польского Львова – преступление, как и сам пакт Молотова-Риббентроп

Многие польские СМИ, в том числе издание Kresy.pl, растиражировали заявление Арсения Яценюка, сделанное им в присутствии польского премьера Евы Копач на мемориальном кладбище в Быковне, где захоронены останки польских военных, расстрелянных большевиками во время сталинских репрессий



В своей речи Яценюк заявил о преступной сути пакта Молотова-Риббентропа, который «был направлен не только против Польши, но и против Украины».

Он отметил, что Быковня «является местом трагедии поляков и украинцев», поэтому «Польша и Украина должны показать всему миру единство в условиях российской агрессии».

«В этом святом месте, мы должны поклясться, что будем продолжать бороться за свободу и независимость демократического мира», – цитирует премьера ПолитНавигатор.

По его словам, «в цивилизованном мире нет места для империализма и тоталитаризма, и те, кто следуют этому пути, должны закончить трибуналом в Гааге».

Яценюк подчеркнул, что единство двух стран – «это ось нашего общего европейского будущего».

Речь он закончил словами: «Да здравствует Украина! Да здравствует Польша!».

«ПолитНавигатор» напоминает, что в результате подписания в 1939 г упомянутого выше Пакта Западная Украина вышла из-под власти Польши и объединилась с Центральной Украиной. Впервые о расстреле польских офицеров было упомянуто в статье «Убийства ГПУ также и в Киеве», опубликованной газетой «Berliner Börsen-Zeitung» в сентябре 1941 г.

Ссылка


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Среда, 21 Октября 2015, 18.42.48 | Сообщение # 29
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата Саня ()
Яценюк: передача Украине польского Львова – преступление, как и сам пакт Молотова-Риббентроп


Президент Польши: «Украина должна добровольно вернуть польские земли»



"Президент Польши Анджей Дуда призвал поляков быть готовыми к борьбе за возвращение бывших польских земель - Галиции, Волыни и Полесья (в настоящее время Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская, Волынская и Ровенская области-прим.)" - передает ведущая авторской программы "Дело для репортера" польского государственного телеканала TVP1 Эльжбета Яворович (Elżbieta Jaworowicz).

"Я призываю всех граждан Польской республики быть готовыми к борьбе за возвращение бывших польских земель, где наши соотечественники продолжают подвергаться гонениям и унижениям со стороны уже нового украинского руководства.

Если современная Украина осуждает действия СССР, - а она их осуждает, то это государство должно добровольно вернуть земли Польши, принадлежащие ей до 1939 года. Мы уже проводим определенную работу по возвращению Полесья, Галиции и Волыни и нам необходима поддержка всего населения польской республики. Каждый житель страны должен быть готовым к праведной борьбе за возвращение польских территорий, на которых проживает огромное число этнических поляков, которым требуется наша защита" - заключил Анджей Дуда, выступая в польском сейме.

"Президент Польши абсолютно прав говоря о том, что Украина должна добровольно вернуть польские земли, захваченные Советским Союзом в 1939 году. Сегодняшняя украинская власть в Киеве всячески противопостовляет себя Советскому Союзу, утверждая что Украина сама пострадала от действий Советов. Однако, в тоже время, Киев никак не желает возвращать то, что приобрел в результате "советской оккупации" и это не только польские земли. Но, как говорится, их желание никого не интересует, когда идет речь о воссоединении польских земель" - констатирует Эльжбета Яворович.



Ссылка


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Среда, 21 Октября 2015, 18.49.40 | Сообщение # 30
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Галиция готовься! Твои польские хозяева возвращаются!

Лёд тронулся господа присяжные заседатели! Польша начинает кампанию по возврату своих земель в Западной Украине. Да здравствует ассоциация Украины и ЕС!

Украинцы так до сих пор и не поняли, что за всё в этой жизни надо платить.

За убийства других людей собственной смертью. За принципиальную лживость – своей обманутостью. За жадность – собственной нищетой. Тем более надо платить за глупость. Как гласит народная мудрость, дураков и на алтаре бьют.

На днях глава учредительного комитета польской организации «Реституция Кресов» Конрад Ренкас заявил, что уже сейчас их юристами подготовлено 600 дел о передаче украинских земель гражданам Польши. Первые два дела в скором времени будут поданы в киевский и луцкий суды. Помимо уже готовых дел, есть еще около 1,2 тысяч обращений польских граждан с требованием вернуть себе земли, отданные Украине по итогам Второй мировой войны.

На сегодня представители организации проводят встречи с жителями Польши в самых разных городах страны, чтобы разъяснить тем их права.

А почему был запущен сей славный процесс восстановления Польшей когда-то попранной справедливости? А потому, что подписание официальным Киевом соглашения об ассоциации Украины и ЕС дало полякам возможность официально претендовать на свою собственность, находящуюся на территории Западной Украины.

«Реституция Кресов» уверяет, что даже если украинские суды на данные запросы ответят отказом, то суды Страсбурга и США наверняка удовлетворят ходатайства поляков.

По предварительным подсчётам организации, на западноукраинские земли могут претендовать около 100 000 поляков.

С чем я и поздравляю наших славных галицаев. Идиотам слава!

P.S. А в это время, ведущая авторской программы "Дело для репортера" польского государственного телеканала TVP1 Элизабет Яворович (Elżbieta Jaworowicz) сообщила о том, что «президент Польши Анджей Дуда призвал поляков быть готовыми к борьбе за возвращение бывших польских земель – Галиции, Волыни и Полесья (в настоящее время Львовская, Тернопольская, Ивано-Франковская, Волынская и Ровненская области)».

А вот что заявил Анджей Дуда, выступая в польском сейме:

«Я призываю всех граждан Польской республики быть готовыми к борьбе за возвращение бывших польских земель, где наши соотечественники продолжают подвергаться гонениям и унижениям со стороны уже нового украинского руководства.

Если современная Украина осуждает действия СССР, – а она их осуждает, то это государство должно добровольно вернуть земли Польши, принадлежащие ей до 1939 года. Мы уже проводим определенную работу по возвращению Полесья, Галиции и Волыни и нам необходима поддержка всего населения польской республики.

Каждый житель страны должен быть готовым к праведной борьбе за возвращение польских территорий, на которых проживает огромное число этнических поляков, которым требуется наша защита».

Ссылка


Qui quaerit, reperit
 
Авиация СГВ » ДЕЛА МИРСКИЕ » ИСТОРИЯ » Мюнхенские договора и политические последствия для Европы
  • Страница 1 из 2
  • 1
  • 2
  • »
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2019
Хостинг от uCoz
Счетчик PR-CY.Rank Яндекс.Метрика