Авиация СГВ

Главная страница сайта Регистрация Вход

Список всех тем Правила форума Поиск

Модератор форума: abadion, ВладС, Шайтан  
Форум » 4-я ВА ВГК - гарнизоны и воинские части » ОБЩИЕ ТЕМЫ АВИАЦИИ СГВ » Наша память о Польше и польском
Наша память о Польше и польском
СаняДата: Суббота, 09 Июля 2016, 13.26.35 | Сообщение # 541
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата ВладС ()
Сенат Польши припечатал ОУН

И это радует!


Qui quaerit, reperit
 
ВладСДата: Суббота, 09 Июля 2016, 15.18.10 | Сообщение # 542
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Проклятие генерала Сикорского: почему не везет Польше


Тайна смерти Сикорского (в центре) до сих пор будоражит польских историков

9 Июля 2016, 13:31 — REGNUM 10 июля 1943 года в британский порт Плимут прибыл эсминец «Ураган» со скорбным грузом на борту. Корабль доставил останки премьер-министра Польши в изгнании, генерала Владислава Сикорского, который погиб в авиакатастрофе — самолет с ним, вылетевший из Гибралтара в Лондон, упал в Средиземное море 4 июля, через 16 секунд после старта. Вместе с Сикорским в самолете находились его дочь, начальник штаба генерал Тадеуш Климецький, два депутата британского парламента и члены экипажа. Некоторые историки до сих пор считают загадочной эту аварию, полагая, что смерть генерала над Атлантикой не была случайной. Как будто какой-то рок висел над Сикорским, на что намекает и судьба эсминца, который доставил его тело в Плимут.

«Ураган» был спущен на воду 2 марта 1942 года, получив бортовой номер G-90, и 5 декабря передан в пользование польским морякам. В связи с миссией по доставке останков премьер-министра Польши в Плимут в Адмиралтействе появилась идея передать эсминец в качестве подарка для польского военно-морского флота. Первый лорд Адмиралтейства Альберт Виктор Александер направил запрос премьер-министру Уинстону Черчиллю, мотивируя это тем, что положительное решение с указанием причины станет важным эмоциональным жестом для союзников-поляков. Вопрос обсуждался в британском правительстве, его одобрили министр иностранных дел Энтони Иден и канцлер Кингсли Вуд, однако против высказался Черчилль. А уже 8 октября 1943 года «Ураган» во время сопровождения конвоя SC 143 был потоплен немецкой торпедой. В тот день погибло 178 поляков и около 20 англичан, что считается одним из крупных по числу жертв крушением во время Второй мировой войны.

Такой же трагичной была судьба самого Сикорского. Генерал являлся открытым противником маршала Пилсудского и в довоенной II Республике места ему не было. Во второй половине 1930-х годов он формально находился в распоряжении министерства военных дел, но фактически пребывал за пределами страны, проходя обучение во Франции в Ecole Supérieure de Guerre. В 1936 году он присоединяется к оппозиционному «Моржскому фронту» (названному по имени швейцарского города Морж, где собрались его участники),выступавшему против режима санации пилсудчиков. Одновременно Сикорский начинает публиковать в газете Kurier Warszawski еженедельные обзоры военно-политической ситуации, в которых предупреждает об опасности дальнейшего усиления нацистской Германии. Генерал выдвигает в противовес идею создания альянса демократических государств (с участием Польши) и СССР, направленного против Берлина. В связи с обострением международной обстановки Сикорский в 1938 году возвращается в страну. Еще до начала наступления гитлеровцев на Польшу он просил от верховного главнокомандующего Эдварда Рыдз-Смиглы назначить его на фронт, но ответа так и не получил.

30 сентября 1939 года генерал становится премьер-министром Польши в изгнании, однако вступает в конфликт с членами кабинета и президентом Владиславом Рачкевичем, которые воспринимали Советский Союз в качестве агрессора, равного нацистам. Между тем у Сикорского иная позиция. Он уже в 1940 году, понимая, что силы поляков, эвакуировавших в Великобританию, недостаточны, разрабатывает программу создания польской 300-тысячной армии, но уже в СССР. 19 августа 1940 года генерал отправил британскому правительству секретный меморандум, предложив создать польские военные подразделения на востоке. Против этого выступил Рачкевич — Сикорского чуть было не отправили в отставку, потребовав от него в любом случае отказаться от намерения вступить в переговоры со Сталиным. Концепция генерала сработала только после вторжения нацистов в СССР. Лондон и Москва уже 12 июля достигли соглашения о военном сотрудничестве, понимая, что проблемой создания широкой коалиции против III Рейха остается Польша.

Однако Сикорскому было необходимо преодолеть сопротивление тех польских политиков, которые требовали не только денонсации советским правительством пакта Молотова-Риббентропа, но и гарантий, что границы освобожденной Польши будут проходить по линии, очерченной в Рижском договоре от 1921 года. То есть, включать Западную Украину и Западную Белоруссию. Москва таких обещаний не давала. Это первое. Второе. Камнем преткновения оставалось и так называемое «Польское подпольное государство» (PPP),действующее на оккупированных территориях и готовящее восстание. Как указывает историк Кароль Сацевич, нападение Германии на Советский Союз было воспринято «конспирацией» с радостью, но по иным причинам, чем теми же британцами. Еженедельник Biuletyn Informacyjny (информационный листок РРР) в передовице от 26 июня 1941 года писал: «Господу Богу слава и благодарение! Со вздохом облегчения и радости приняла Польша новости о начале боевых действий между немцами и московитами». В других публикациях указывалось, что эта война является возможностью ослабления и «даже распада советской империи», истощением «обоих партнеров, которые потеряют возможность навязывать всему миру собственную тиранию».

Эти провинциальные представления, конечно, не могли и не устраивали страны будущей антигитлеровской коалиции, что понимал генерал Сикорский. 30 июля 1941 года в Лондоне он подписывает договор с советским послом Иваном Майским, чем открывает дорогу для создания польских военных частей на востоке. На подписании присутствовали Черчилль и Иден, но даже это не отвратило некоторых членов правительства Польши в изгнании от демарша — так, за три дня до заключения договора в отставку подал министр иностранных дел Август Залеский. Но логика страшной войны диктовала свои условия. Тем удивительным оказался «срыв» Сикорского в апреле 1943 года, когда нацисты объявили об обнаружении тел польских офицеров в Катыни. Генерал потребовал расследования Международного Красного Креста. Но на тот момент Смоленщина была под контролем Германии — представители стран антигитлеровской коалиции никак не могли принять участие в работе следственной комиссии.

26 апреля 1943 года Советский Союз разорвал дипломатические отношения с польским правительством в изгнании, хотя Сталин в переписке с Черчиллем не исключал возможности возобновления отношений. Москва сделала ставку на Союз польских патриотов во главе с Вандой Василевской и приступила к организации 1-й Варшавской польской пехотной дивизии имени Тадеуша Костюшко под командованием полковника Зыгмунта Берлинга. Сикорский делает два шага. С одной стороны, он называет Берлинга «предателем», который дезертировал из Войска Польского. С другой, дает согласие на переговоры своих представителей в Польше и командования Армии Крайовой с деятелями Польской рабочей партии. Коммунисты готовы доверить генералу пост премьер-министра после освобождения Польши Красной армией. 2 июля 1943 года в Каире во время инспекции польских подразделений Сикорский говорит о согласии на изменение восточной границы Польши и необходимости конструктивного возврата в польско-советских отношениях.

Так что же произошло после этого в Гибралтаре? Польский журналист и писатель Дариуш Балишевский в начале 2000-х годов провел собственное расследовании той самой загадочной авиакатастрофы. Он выступил со следующей версией: Сикорский был убит! Задушен, так как якобы все, кто перед похоронами — уже в Лондоне — видели генерала в гробу, отмечали, что на лице генерала не было следов травм, зато запомнили его темно-коричневый цвет, характерный для жертв удушения. 4 июля 1943 года на летном поле Гибралтара приземлилась советская делегация во главе с послом Маевским, вследствие чего поляков во главе с Сикорским скрывали в отдельном крыле дворца губернатора. Но это неправдоподобно, утверждал Балишевский. Генерал не стал бы прятаться от русских. Поэтому события могли развиваться по другому сценарию — Сикорский погиб не в авиакатастрофе поздно вечером, а был убит за несколько часов до того во дворце губернатора. Однако Майский, которому в 1966 году сделал запрос немецкий писатель Роль Хоххут, сообщал, что из Лондона он вылетел в ночь с 4 на 5 июля и, соответственно, прибыл на Гибралтар только 5 июля. И о смерти Сикорского узнал 6 июля в Каире во время завтрака в посольстве Великобритании.

В 2009 году в Кракове состоялась эксгумация тела генерала. По мнению судебных медиков, проводивших экспертизу, генерал не был задушен или отравлен, а его травмы характерны для пострадавших в транспортных происшествиях. Исключен был также взрыв самолета, в котором он летел. Институт национальной памяти Польши (IPN),тем не менее, объявил о начале расследования, чтобы исключить версию о саботаже и заговоре. 30 декабря 2013 года прокурор IPN объявил о закрытии дела. В официальном пресс-релизе говорилось, что нет разумных оснований полагать, что смерть главнокомандующего и его спутников была вызвана «преступным путем до вылета из Гибралтара». И хотя кое-кто до сих пор считает, что в Кракове лежит чужой человек, а не Сикорский, однако точка поставлена: гибель генерала признана роковой случайностью. Так бывало в истории Польши, что ей просто не везло. Может быть, дело в настойчивом желании польских игроков сделать крупную ставку в игре мировых держав. Но величавые и могучие айсберги всегда найдут способ договориться друг с другом за счет «титаников», тем более маленькой польской шлюпки. Не этот ли символизм держали в уме мудрецы из Североатлантического Альянса, назначившие на 8−9 июля дату проведения саммита НАТО в Варшаве? Кто знает…

Станислав Стремидловский

https://regnum.ru/news/polit/2155194.html


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Суббота, 09 Июля 2016, 19.13.10 | Сообщение # 543
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Усомнишься в чем угодно, когда участвуешь в организациях вооруженных восстаний и захвате власти насильственным путем.
Не так ли, друг наш Дуда? Как насчет помощи фашистам на Украине в захвате власти?

Президент Польши усомнился в жизнеспособности основополагающего акта Россия - НАТО

Президент Польши Анджей Дуда сомневается в жизнеспособности основополагающего акта Россия — НАТО. Соответствующую позицию он изложил в опубликованном в пятницу интервью газете «Речь посполита».
"Тот, кто говорит о жизнеспособности этого документа, ошибается, это противоречит фактам", — считает Дуда. «Россия нарушила положения этого документа», — утверждал он, не уточнив, о каких именно нарушениях идет речь.
Отвечая на вопрос, почему Франция и Германия постоянно ссылаются на данный документ, президент выразил мнение, что это элемент их политики. «Таким образом они пытаются реализовать собственные интересы», — сказал он.
27 мая 1997 года был подписан базовый документ, заложивший основу отношений партнерства между РФ и Североатлантическим альянсом и получивший название Основополагающий акт Россия — НАТО. В нем с полной ясностью прописано обязательство НАТО не размещать значительные боевые силы близ российских границ.
В четвертой статье акта содержится следующий тезис: «НАТО подтверждает, что в нынешних и обозримых условиях безопасности альянс будет осуществлять свою коллективную оборону и другие задачи через обеспечение необходимых совместимости, интеграции и потенциала усиления, а не путем дополнительного постоянного размещения существенных боевых сил».
Польские политики неоднократно утверждали, что отраженные в этом документе положения о неразмещении значительных военных сил в новых странах — членах альянса больше не должны применяться. Канцлер ФРГ Ангела Меркель в свою очередь, выступая в бундестаге, заявила, что Основополагающий акт Россия — НАТО и дальше будет основой для выстраивания отношений с РФ.

http://tass.ru/mezhdunarodnaya-panorama/3438732?utm_source=rnews


Qui quaerit, reperit
 
PapyshkinДата: Суббота, 09 Июля 2016, 21.55.38 | Сообщение # 544
Группа: Старейшина
Сообщений: 3265
Статус: Отсутствует
Поляки показали, что не хотят воевать из-за НАТО
Опубликовано: 9 июл. 2016 г.
На улицы Варшавы вышли манифестанты под лозунгами "Стоп НАТО" и "Вон из Польши". Они потребовали отказаться от развертывания противоракет в Восточной Европе и обвинили альянс в том, что он втягивает Польшу и остальные государства региона в потенциальный военный конфликт.



Виктор Папышкин
 
СаняДата: Воскресенье, 10 Июля 2016, 18.29.23 | Сообщение # 545
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Когда ложь становится нормой.

Поляки переврали слова Обамы

Президент США Барак Обама в рамках саммита НАТО высказал критику в адрес Польши. По его словам, в этой стране образовалась тупиковая ситуация относительно ряда законов, в связи с чем необходимо полностью изменить всю судебную систему, которая в демократических странах является основой общества.

Польская государственная телекомпания Telewizja Polska выпустила репортаж с речью Обамы. Однако слова критики не попали в эфир. Кроме того, корреспондент передал зрителям другие слова президента США. "95% встречи были посвящены вопросам НАТО. Барак Обама также похвалил Польшу за достижения в области демократии", – сказал корреспондент телеканала.

Напомним, Обама прибыл на саммит НАТО в Варшаву с целью убедить своих европейских коллег продолжить политику сдерживания в отношении Москвы. Американский лидер пытается лично укрепить антироссийские настроения в Европе, в которой все чаще звучат призывы отказаться от санкций и восстановить отношения с Россией.
http://www.dni.ru/polit/2016/7/10/341793.html


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Понедельник, 11 Июля 2016, 19.23.08 | Сообщение # 546
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Годовщина Волынской резни. Украинские наци это опора и для Польши - Погребинский

По мнению политического эксперта Михаила Погребинского, несмотря на ненависть к украинским националистам, поляки будут опираться на их поддержку в вопросе противостояния с Российской Федерацией



Польский сейм 7 июля вечером принял резолюцию, признающую 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида, совершенного Организацией украинских националистов — Украинской повстанческой армией (ОУН-УПА) против жителей II Польской Республики (1918-1945), так называемую "Волынскую резню". Ранее стало известно, что городской совет Киева в рамках декоммунизации переименовал Московский проспект в честь украинского националиста, лидера ОУН Степана Бандеры. По мнению директора Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаила Погребинского, главной причиной повышения градуса вокруг годовщины Волынской резни является доминирование польских националистов в политике государства.

"Сейчас при власти в Польше находятся правые националисты из партии "Право и справедливость". Не секрет, что для националистов всех мастей очень важно постоянно поддерживать тонус и держать линию "Есть враги, которые нас обижают или обижают, а мы являемся жертвами этих врагов". В Польше, как и в Украине, сейчас не очень хорошо обстоят дела с экономикой и "социалкой", поэтому сейчас нужно сплотить народ, сыграв на теме общего врага. Что интересно, у правящей партии Польши сейчас два врага. С одной стороны актуальный враг — это Россия, с другой — исторический враг — это украинские националисты. Но проблема заключается в том, что в деле отчаянной политической борьбы против Российской Федерации именно украинские националисты являются опорой и попутчиками для Польши. Это одновременно и ненависть, и партнерство", — считает Погребинский. По мнению эксперта, для поляков противостояние с Россией является гораздо более важным, чем историческая память и ненависть к украинским националистам. "Письмо украинских "интелектуалов" с просьбой о прощении, жест Петра Порошенко, ставшего на колено перед памятником Волынской резне, конечно, являются правильными шагами, но вряд ли что-то изменят. Тем не менее, для поляков противостояние с Россией является гораздо более важным, чем историческая память и ненависть к украинским националистам. Конечно, когда поляки будут приезжать в Киев, они будут возмущаться улице Степана Бандеры. Но, вместе с тем, это никак не повлияет на прочность союза польских националистов и украинской власти, который направлен на противостояние с Россией", — говорит он.

Вместе с тем, по словам Погребинского, важно уметь отделять понятия "ОУН-УПА" и "Степан Бандера", ведь последний не принимал участия в Волынской резне, находясь в это время в немецком концлагере. "Западно-украинские элиты, в самом примитивном смысле этого слова, сами ни черта не понимают. Для них важно то, что "москали — это враги, поляки и жиды — тоже враги". Про последних предпочитают не говорить вслух, а борьба с первыми стала частью национальной политики". Поляки называют события Волынской резни, в которой было убито больше 60-ти тысяч поляков геноцидом народа, но, на мой взгляд, более правильным был бы термин "этническая чистка". Все-таки термин "геноцид" предполагает гораздо большее количество жертв, как это было в Армении, Руанде, или, например, во время Холокоста", — подытожил Погребинский.

РИА Новости Украина: http://rian.com.ua/columnist/20160711/1013003067.html


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 12 Июля 2016, 22.25.08 | Сообщение # 547
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Когда ложь польского министра Мачеревича становится помойной нормой!

В России ответили на обвинения в организации Волынской резни

Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев назвал предательством обвинения России в организации Волынской резни. Соответствующую запись он разместил во вторник, 12 июля, на своей странице в Facebook.

Таким образом сенатор прокомментировал высказывание министра обороны Польши Антони Мачеревича о том, что действия России стали первопричиной трагедии в Волыни.

«Делая такие заявления в угоду правящей бал в Польше и в НАТО русофобской политической конъюнктуре, на самом деле министр обороны позорно предает память своих предков и по дешевке сдает историю своей страны», — заявил Косачев.

По его мнению, знающим свою историю и помнящим своих предков полякам «не может не быть мучительно стыдно за таких своих современников». «А быть может, я ошибаюсь, и полякам уже все равно, что о них будут думать, лишь бы давали побольше?» — предположил Косачев.

Накануне, 11 июля, Мачеревич в интервью местным СМИ заявил, что Россия «использовала» украинских националистов для организации геноцида поляков.

8 июля Сенат Польши принял постановление, признающее события Волынской трагедии геноцидом. В тексте документа говорится, что в «волынской резне, кроме поляков, погибли евреи, армяне, чехи, представители других национальных меньшинств, а также украинцы, которые старались помочь жертвам». Одновременно сенаторы призвали сделать 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида, совершенного украинскими националистами против поляков.

Волынская трагедия (Волынская резня) — уничтожение Украинской повстанческой армией (УПА, запрещена в России) этнического польского населения в 1943 году. По различным оценками, ее жертвами стали от 30 до 100 тысяч человек.
https://lenta.ru/news/2016/07/12/kosachevvolyn/


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Среда, 13 Июля 2016, 00.51.45 | Сообщение # 548
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Wyborcza: Польский националист не любит украинцев и восхищается Россией

Типичный польский националист хотел бы, чтобы Великая Польша была хоть немного похожа на Россию. К державной мощи Москвы он относится уважительно. Однако совершенно иначе он воспринимает другого соседа - Украину. Ее он считает искусственной «буферной страной», а приезжих оттуда - бандеровцами, претендующими на льготы, о которых поляк может лишь мечтать, пишет Gazeta Wyborcza.

Если спросить польского националиста о его отношении к Украине и украинцам, он, скорее всего, ответит, что не имеет ничего против восточных соседей и братского славянского, украинского народа, но при этом ненавидит бандеровцев и их преступную идеологию. Об украинском национальном движении, также как и о его истории, он знает немного. ОУН – УПА для него – это исключительно Волынская резня, геноцид, который совершили украинцы в отношении поляков, пишет в издании Gazeta Wyborcza преподаватель Варшавского университета, член Польско-украинского форума партнерства Аджей Шептыцкий.

Однако тема бандеризма не исчепывает вопрос. Польский националист не любит чужих. По его мнению, Польша должна быть национальной и католической, согласно лозунгу «Бог – Честь –Отечество». В глубине души он считает, что все граждане Польши – поляки или по крайней мере должны ими быть.

По мнению польского националиста, растущее число украинцев – это заметная экономическая нагрузка для Польши. Однако обычные иммигранты не самая большая проблема, ведь их работа зачастую не особо привлекательна – за нее националист не намерен с ними сражаться. Больше его беспокоит тот факт, что все увеличивающееся число украинцев использует польское государство, имея привилегии, о которых поляк может лишь мечтать. Они получают возможность обучения в польских университетах по специальным квотам, беженцы из Донбасса бесплатно получают квартиры. Поэтому националисты уверены, что пора заканчивать с привилегиями для пришельцев с востока, рассказывает автор.

«Когда польский националист смотрит на восток, то он думает не об Украине, а прежде всего – о России», – подчеркивает он. Такой подход, хоть он и сомнителен с точки зрения перспективы польских национальных интересов, можно понять, принимая во внимание исторические традиции национальной демократии. Но асимметричный подход к двум восточным соседям проявляется в мышлении националиста не только в геополитическом плане. К России, ее жителям, а особенно властям он относится с уважением. Он воспринимает эту страну как великую державу, ценит ее умение защищать собственные интересы, традиции и отбрасывать гнилые западные ценности. «Он хотел бы, чтобы Великая Польша была хоть немного похожа на Россию», –отмечает Шептыцкий.
В то же время Украиной и украинцами он пренебрегает. Украина – это ведь ненастоящее государство, а сам украинский народ – это вымысел монархии Габсбургов. Украина – это только буфер, внутренне разрываемый противоречиями между приверженцами тесного союза с Россией и теми, кто выступает за интеграцию с Европейским союзом. Российская Федерация имела полное право, как утверждает польский националист, защищать национальные интересы в своей традиционной сфере влияния, особенно по отношению к агрессивным действиям, предпринимаемым Соединенными Штатами. Это ведь они отвечают за революцию, а особенно за переворот на Украине в 2014 году, подчеркивает автор.

Польша не должна была вмешиваться в конфликт на Украине, потому что настоящей угрозой для нее является не Россия, а возрождающийся украинский фашизм и украинские территориальные претензии к Польше, рассказывает Шептыцкий.

И, наконец, последняя существующая проблема. Под красно-черным флагом на киевском Майдане гибли молодые украинцы, мечтавшие о лучшем европейском будущем. У польского националиста нет слишком больших достижений на поле сражения за отчизну. Тем более что он не любит украинцев, столь лелеемых в последние годы польскими властями от правого до левого крыла и СМИ, принадлежащими мейнстриму. «Что из того, что Украина хочет быть свободной и демократической, если украинцы все еще не извинились за Волынь?» – резюмирует автор в издании Gazeta Wyborcza.

https://russian.rt.com/inotv....-lyubit


Qui quaerit, reperit
 
ВладСДата: Среда, 13 Июля 2016, 07.42.22 | Сообщение # 549
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Захарова допустила переход властей Польши от русофобии к национальной ненависти

Официальный представитель российского МИДа Мария Захарова прокомментировала в своем Facebook высказывания министра обороны Польши Антони Мачеревича, назвавшего Россию виновником Волынской резни.

По ее словам, хотелось бы уточнить у Варшавы, озвучил ли министр обороны официальную позицию Польши или свою личную, а также «есть ли исторические события или природные явления, в которых Россия не виновата?».

«Нет ли опасения, что, молчаливо поощряя подобные шовинистические высказывания, польское руководство от бытовой русофобии незаметно скатывается к разжиганию национальной ненависти?» — подчеркнула Захарова.

11 июля Мачеревич в интервью местным СМИ заявил, что Россия «использовала» украинских националистов для организации геноцида поляков. Он добавил, что именно Россия была «настоящим врагом» Польши.

Председатель комитета Совета Федерации по международным делам Константин Косачев назвал обвинения России в организации Волынской резни предательством.

Ранее, 8 июля, польский Сенат принял постановление, признающее события Волынской трагедии геноцидом. Одновременно сенаторы призвали сделать 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида, совершенного украинскими националистами против поляков.

Волынская трагедия (Волынская резня) — уничтожение Украинской повстанческой армией (УПА, запрещена в России) этнического польского населения в 1943 году. По различным оценкам, ее жертвами стали от 30 до 100 тысяч человек.

https://lenta.ru/news/2016/07/13/zakharova/


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Среда, 13 Июля 2016, 07.47.02 | Сообщение # 550
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата ВладС ()
Захарова допустила переход властей Польши от русофобии к национальной ненависти

Если националисты приходят к власти, то такая хрень и начинается.
Мачеревич ярый нацист в правительстве Польши получается у которого жельч нацистская так и брызжет из всех дыр круглосуточно.
В связке с националистами прибалтики, это целая свора уже.
Для России нацисты всегда были и будут врагами, поэтому они и визжат на Россию по любому поводу и без повода.
Русский интернационализм покоя нацистам не дает.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Четверг, 14 Июля 2016, 09.07.01 | Сообщение # 551
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Ложь Сената и подлость Мацаревича: Волынский геноцид без убийц и спасителей



7 июля 2016 года, как раз накануне проведения в Варшаве саммита НАТО, верхняя палата польского польского парламента — Сенат принял постановление «по вопросу увековечения памяти жертв геноцида, совершенного украинскими националистами в отношении граждан II Речи Посполитой в 1939—1945 годах».

В сенатском постановлении значилось, что «на июль 2016 года приходится 73 годовщина апогея волны злодеяний, которые на Восточных кресах II Речи Посполитой совершили Организация украинских националистов (ОУН) и Украинская повстанческая армия (УПА), а также подразделения СС „Галичина“ и украинские коллаборационистские подразделения. В результате геноцида в 1939—1945 годах были убиты свыше ста тысяч граждан II Речи Посполитой. Точное их количество по сей день неизвестно, а многие из них до настоящего времени не были достойно погребены и их память не была почтена. В резне помимо поляков гибли также евреи, армяне, чехи, представители других национальных меньшинств, а также украинцы, которые пытались помочь жертвам. Этот трагический опыт должен быть возвращен исторической памяти современных поколений. Сенат Республики Польша чтит память граждан II Речи Посполитой, зверски убитых украинскими националистами. Сенат Республики Польша выражает самое высокое признание самооборонам Кресов, солдатам Армии Крайовой, Крестьянских батальонов и других организаций, боровшихся за независимость, встававших на героическую борьбу в защиту жертв. Сенат Республики Польша выражает уважение и благодарность тем украинцам, которые рискуя своей жизнью спасали поляков. Сенат Республики Польши обращается к Президенту Республики Польша с просьбой наградить всех, кто этого достоин, государственными наградами. Жертвы преступлений, совершенных в 1940-е годы украинскими националистами, до настоящего времени не были надлежащим образом увековечены, а массовые убийства не были названы — в соответствии с исторической правдой — геноцидом. Сенат Республики Польши постулирует, чтобы Сейм Республики Польши объявил день 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида, совершенного украинскими националистами в отношении граждан II Речи Посполитой».

Показательно, что в принятом польским Сенатом документе речь идет об убийстве польских граждан в «Восточных кресах» (т. е. восточных областях) II Речи Посполитой в ситуации II Мировой войны, когда польская государственность в результате германского вторжения в сентябре 1939 года была ликвидирована, а т. н. «Восточные кресы» в виде Западной Украины и Западной Белоруссии были присоединены к СССР. После начала 22 июня 1941 года нацистского вторжения в СССР территория бывших польских «Восточных кресов» была оккупирована нацистами и здесь был установлен жестокий оккупационный режим. Конкретно территория Волыни, на которой украинские националисты массово уничтожали в 1943 году польское население, административно входила в «Рейхскомиссариат Украина» — Generalbezirk Wolhynien und Podolien. Столица «Рейхскомиссариата Украина» находилась как раз на Волыни, в городе Ровно. Формально говоря, ответственность за происшедшие здесь кровавые экцессы по отношению к польскому населению на территории Волыни должны были нести германские оккупационные власти, которые были обязаны обеспечить должный правопорядок на оккупированной территории. Однако к моменту Волынской резни поляков сами оккупационные германские власти оказались причастны к кровавому террору по отношению к местному населению, который по отношению к еврейскому населению Западной Украины, например, принял характер этнического геноцида. В частности, геноциду поляков на Волыни предшествовал геноцид еврейского населения. Все эти сложные обстоятельства, рамки и канву трагического исторического события польский Сенат в своем постановлении от 7 июля 2016 года проигнорировал. Самое главное — пространство польской трагедии в документе определено в качестве «Восточных кресов Второй Речи Посполитой», а о германской оккупации с ее базовой политикой террора и геноцида против местного населения лишь невнятно намекается в одном фрагменте. А между тем, советские государственные органы, расследовавшие Волынскую резню в общей канве преступлений украинских националистов, рассматривали ее жертв в качестве «советских граждан польской национальности».

Прошло несколько дней после вызвавшего широкий политический резонанс акта польского Сената о Волынской резне, как министр обороны Польши Антоний Мацаревич заявил, что Россия дала толчок Волынской резне — этническому противостоянию украинцев и поляков в 1943—1944 годах с массовыми жертвами среди мирного населения с обеих сторон. По словам министра, Россия использовала в организации этих событий украинские националистические силы. Каким образом, министр не объяснил.

Подобное заявление польского министра вызывает совершеннейшее недоумение, поскольку министр, говоря о причастности «России» к Волынской резне поляков, очевидно подразумевает СССР. Между тем, в постановлении Сената конкретно упоминаются организации, участвовавшие в Волынской резне — это Организация украинских националистов (ОУН), Украинская повстанческая армия (УПА), а также подразделения СС «Галичина» и некие украинские коллаборационистские подразделения без указания на адрес колаборации. Очевидно, что в двух последних случаях польский документ непрямо указывает на связь украинских националистов, убивавших поляков на Волыни, с германскими оккупационными властями и германскими карательными органами, включая оккупационную полицию и такую преступную организацию, как СС. Что касается упомянутой в документе ОУН, то она была создана в 1929 году на съезде в Вене на базе организаций украинских националистов, действовавших как раз в «Восточных кресах» Речи Посполитой. Формально, организаторы и члены ОУН в подавляющей своей массе в межвоенный период были гражданами Польши, т. н. «Второй Речи Посполитой». ОУН в своей политической практике в Польше опиралась на радикальную националистическую идеологию и прямо осуществляла террористическую деятельность, направленную против Польского государства. Программные документы ОУН с самого его основания носили антипольский, антисоветский и антикоммунистический характер. Очень рано в своей подпольной и террористической деятельности в Польше руководство ОУН стало опираться на сотрудничество со спецслужбами нацистской Германии. К моменту нападения Германии на Советский Союз ОУН (Б) располагал планом строительства «Украинской державы», согласно которому планировалась насильственная ассимиляция массы поляков и истребление представителей польской интеллигенции и элиты. Принятая в начале 1943 года т. н. «военная программа» ОУН-Б предполагала уже этнические чистки польского населения. Упомянутая в постановлении польского Сената боевая организация ОУН-Б — УПА начала формироваться именно в акциях начавшегося в феврале 1943 истребления поляков на Волыни. После того, как в марте — начале апреля 1943 года в формирования УПА перешли несколько тысяч военнослужащих германской оккупационной украинской «вспомогательной полиции», краевой проводник ОУН на Волыни Дмитрий Клячковский («Клим Савур») приступил к выполнению «военной программы» ОУН. «Волынская резня» началась. К моменту ее начала поляки составляли на Волыни около 15% населения.

Подпавшие под удар украинских националистов поляки на Волыни стали сотрудничать с советскими партизанами, пришедшими в край зимой-весной 1943 года. Речь идет о крупных партизанских соединениях Героев Советского Союза Сидора Ковпака, Александра Сабурова и Алексея Федорова. В ряды этих партизанских подразделений пришло много волынских поляков, которые составляли в отдельных случаях целые национальные советские польские партизанские отряды. На Волыни советские польские партизанские отряды создавали специально присланные из Москвы партизанские руководители из числа польских коммунистов. В итоге на Волыни действовало даже одно советское польское партизанское соединение «Jeszcze Polska nie zginęła» под командованием Роберта Сатановского. Именно поляки на Волыни стали основной базой для закрепления в этом крае советских партизан.

Весьма характерный штрих — постановление польского Сената по Волынской резне умалчивает о роли советских партизан в деле спасения поляков на Волыни от истребления их украинскими националистами. Более того, исторические документы и воспоминания содержат свидетельство о том, что советские партизаны препятствовали акциям мести в отношении украинских крестьян со стороны польских националистических формирований. Очевидно, что польский Сенат со своими характерными умолчаниями в своем постановлении от 7 июля 2016 года исходит из логики и практики подпольной польской Армии Крайовой, рассматривавшей с 1943 года советских партизан и Красную Армию в качестве своих противников на территории Западной Украины, Западной Белоруссии и Виленского края Литвы. Представляется, что и скандальное заявление министра обороны Польши Антония Мацаревича в этом отношении не оригинально. Обвинения в причастности «Советов» к истребительной в отношение поляков деятельности украинских националистов на Волыни впервые появилось в листовках АК к местному польскому населению уже в 1943 году. Так, в частности, в пропагандистской листовке к местному польскому населению от польской аковской организации «Корпуса отпору Волыни» тогда писалось: «По всей территории Волыни уже несколько недель идет массовое уничтожение проживающего польского населения. Вооруженные банды украинцев, организованные Тарасом Бульбой и бандеровцами, бродят по стране, убивают и жгут польские деревни и поселения. Это не стихия, а объединенная организованная деятельность, за которой скрывается, скорее всего, советская рука. Украинцы, которые показали себя как самые верные янычары» гитлеризма, теперь становятся орудием советского империализма в его политике, для удовлетворения своих низменных инстинктов…". Аковцы в 1943 году сознательно использовали ложь, пытаясь воспрепятствовать поддержке польских крестьян на Волыни советским партизанам. Получается, что польский министр Мацаревич, спустя 73 года после событий, кривым зеркалом отразил старую пропагандистскую ложь польских националистов из Армии Крайовой, а польский Сенат в своем постановлении возвысил эту самую АК в деле защиты польского населения на Волыни, но совершенно умолчал о роли советских партизан в этом деле.

Весьма характерно и то, что польский Сенат в своем постановлении о Волынской резне умолчал о роли германских нацистов в организации и проведении геноцида местного населения (и не только польского) на оккупированных территориях Советского Союза. Ложь и двусмысленные умолчания, невнятные намеки — вот обратная сторона содержания постановления польского Сената о Волынской резне. Более того, сопутствующее ему заявление члена польского кабинета — подлость.

http://eadaily.com/ru....siteley


Qui quaerit, reperit
 
ВладСДата: Пятница, 15 Июля 2016, 12.25.49 | Сообщение # 552
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
В Польше зреет пророссийский поворот



В Киеве опасаются, что скоро окажутся в окружении стран, дружественных России

В недалеком будущем Польша может стать пророссийским государством, враждебно настроенным по отношению к Украине.

Такой «прогноз» на круглом столе в Киеве озвучил украинский пропагандист и обозреватель «Радио Свобода» Виталий Портников. По его мнению, первый шаг к «русофильскому повороту» Польши был сделан польским сенатом, рекомендовавшим Сейму признать Волынскую резню поляков геноцидом со стороны украинских националистов.

При этом киевский пропагандист назвал происходящее «исторической тенденцией», заметив, что никто ранее не думал, что Венгрия и Словакия повернутся к России. А вот теперь, дескать, в результате действия политических сил, «которые пользуются реальной поддержкой Кремля», Польша также разворачивается в сторону России.

«Даже сами польские правые политики не осознают, что Польша Ярослава Качиньского превратится в Польшу Виктора Орбана, и что не будет в Европе более приязненного, доброго, важного для РФ соседа, чем Польша», — цитирует Портникова «Политнавигатор». По словам украинского политолога, Украине надо использовать «окно возможностей, которое еще есть, поскольку мы как государство будем достаточно быстро окружены странами, связанными с РФ, со всех сторон — Польша, Белоруссия, Венгрия, Словакия».

По мнению Портникова, исторические польско-российские обиды останутся в прошлом.

Конечно, рассуждения, скажем так, несколько натянутые. Тем не менее, можно вспомнить то разочарование, которое испытал польский истеблишмент, когда НАТО фактически самоустранилось от событий Крымской весны. Таким образом, в глазах поляков Россия проявила себя как сила, с которой Североатлантическому альянсу приходится считаться. Страны Восточной Европы, как это потактичней сказать, любят прислониться к сильному государству. Итак, возможен ли «русофильский поворот» в Польше, о котором говорит Портников?

— Признание геноцида поляков со стороны бандеровцев это главным образом внутреннее дело Польши, — рассуждает политолог, член Президиума Совета при Президенте Российской Федерации по межнациональным отношениям Богдан Безпалько.

— Особенными симпатиями к России тут не пахнет. Поляки шли к этому несколько десятков лет. Ещё в советское время замалчивались многие исторические факты ради того, чтобы не расшатывать «дружбу народов». Кроме Волынской резни было много подобных инцидентов. Например, венгерскую армию, воевавшую на стороне вермахта, под Воронежем уничтожили, почти не беря пленных, потому, что именно венгры отличались особой жестокостью по отношению к мирному населению оккупированных территорий СССР. В постсоветской Польше в политической элите по поводу Волынской резни шли споры, да они, собственно, и продолжаются. Часть польской элиты считает, что факт геноцида поляков замалчивать нельзя, другая, в основном прозападно настроенная, говорит, что обострять отношения не стоит, так как и Украина и Белоруссия должны оставаться в зоне политического, культурного и экономического влияния Польши. И если бы не героизация бандеровцев на Украине, может, в Польше и до сих пор придерживались линии на замалчивание.

«СП»: — Тем не менее, в советское время как-то удалось отодвинуть русско-польские исторические обиды на второй и третий план. Что-то подобное возможно сегодня?

— Русофильские настроения для Польши нехарактерны. Скажем, разрушения памятников советским воинам не случайно много раз происходили именно в Польше. А в соседней Словакии ничего подобного не было. К памятникам советским воинам-освободителям там всегда относились бережно.

Но были периоды, когда интересы Польши и России совпадали. Можно вспомнить Северную Войну с Швецией, когда Россия и Польша некоторое время входили в одну коалицию. Сегодня наши интересы совпадают в негативном отношении к украинскому национализму. Это и вызывает резкую реакцию у части украинских политиков. Я думаю, для большего понимания между русскими и поляками стоит сделать более тесным общение историков двух стран, перевести с польского на русский и наоборот некоторые исторические исследования.

Стоит, наверно, полякам напомнить слова Романа Дмовского, который говорил о некоторых польских политиках, которые больше ненавидят Россию, чем любят Польшу. И сегодня в Польше существуют люди, которые считают «комплекс русофобии» губительным для Польши. Они напоминают полякам о том, что именно благодаря России Польша сейчас является независимым государством, да ещё владеет огромными территориями, которые прежде были германскими. Что 600 тысяч советских воинов, большая часть из которых была русскими, погибли, освобождая Польшу. Но такие люди, к сожалению, считаются маргиналами в польском обществе.

«СП»: — Однако, поляки даже из чисто практических соображений, наверно, всё более заинтересованы в дружбе с Россией. Характерно, что период воссоединения Крыма поляки, включая президента страны, высказывали недоумение и недовольство бездействием НАТО, которое до этого казалось им всесильным.

— Да, происходит некоторый момент отрезвления. До сих пор Североатлантический альянс воевал с противниками, которые были неизмеримо слабее его в военно-техническом отношении. Самый яркий пример — Югославия, на которую обрушилась мощь натовской машины. Конечно, небольшая республика не могла долго выдерживать такой борьбы. Со стороны кому-то могло показаться, что альянс всесилен. Но сейчас действительно поляки убедились, что Россия не так слаба, как представлялось, а НАТО не спешит воевать за те страны и режимы, которые обращаются к нему за поддержкой и клянутся в вечной любви и преданности. Да и в практическом смысле, благодаря введению российских контрсанкций, поляки убедились, что с нашей страной лучше поддерживать нормальные отношения. Потому что в противном случае за политику расплачивается экономика.

Польские производители несут серьёзные убытки из-за запрета экспорта в Россию своего молока и яблок. Поляки понимают, что с сильной Россией надо договариваться. А Россия как раз показывает, что она достаточно сильна, чтобы отстаивать свои интересы. Конечно, это не значит, что в обозримом будущем Польша захочет «прислониться» к России, как сейчас к США. Но отношения с нами будет строить на основе прагматизма, а не патологической русофобии, которой до сих пор подвержены некоторые польские политики, вроде нынешнего министра обороны. Будем надеяться, что здравый смысл в польском обществе возобладает. Хотя для этого необходима некоторая коррекция той исторической памяти, которую полякам ныне прививают через СМИ и школьные курсы истории.

Алексей Полубота

http://svpressa.ru/politic/article/152557/


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
PapyshkinДата: Понедельник, 18 Июля 2016, 20.22.24 | Сообщение # 553
Группа: Старейшина
Сообщений: 3265
Статус: Отсутствует
Поляки хотят «аннексировать» Львов



Известный польский журналист, пытаясь спрогнозировать предстоящие события в Евросоюзе после референдума в Великобритании, предложил полякам заселять пока ещё украинский Львов. Результаты «Brexit» очень сильно повлияют на политику стран, членов ЕС, особенно если союз развалится. Если сменится руководство Германии, то может возникнуть серьёзный конфликт с Польшей по поводу спорных границ, поэтому полякам стоит подумать о заселении Львова и создания там своего национального меньшинства, чем можно будет компенсировать территориальные потери, считает Мариуш Макс Колонко. Проживающий в США Колонко, уже предрекал выход Великобритании из ЕС несколько лет назад, поэтому можно предположить, что правительство Польши может всерьёз взять на заметку рекомендации журналиста. Поляки не забыли об исторической принадлежности земель запада Украины, времён Речи Посполитой, многие поляки считают Львов своим, о чём они не стесняются упоминать в социальных сетях, выпускается также сувенирная продукция с лозунгом « нет Польши без Львова». В прошлом году был скандал, после проведения акции «Пробег независимости», проходившей во Львове, где поляки организаторы использовали в качестве рекламы старую карту Польши, где часть нынешней Западной Украины, изображена отнюдь не в составе Украины. Состоится ли «аннексия» Львова Польшей, пока не ясно, но развал Украины вполне возможен, благодаря кровожадной политике нынешней украинской власти. Украине не удалось стать частью ЕС, но у Львова есть такой шанс, вот так «зрада» будет для Порошенко! Сергей Юрьев

Источник: http://politikus.ru/events/80755-polyaki-hotyat-anneksirovat-lvov.html
Politikus.ru


Виктор Папышкин
 
ВладСДата: Пятница, 22 Июля 2016, 12.38.44 | Сообщение # 554
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Сейм Польши принял постановление о Дне памяти жертв Волынской резни



МОСКВА, 22 июл — РИА Новости. Сейм (нижняя палата парламента) Польши принял постановление о признании 11 июля Национальным днем памяти жертв геноцида, совершенного украинскими националистами против жителей II Польской Республики в 1943-1945 годах. В ходе заседания, которое транслирует телеканал TVN24, за принятие постановления проголосовали 432 депутата, 10 воздержались.

"Это постановление указывает на убийц — лица и организации, которые были ответственны за геноцид. На украинских националистов и их преступную идеологию, теорию украинского интегрального национализма, которая наравне с фашизмом и коммунизмом была одним из несчастий XX века", — заявил перед голосованием один из авторов проекта, депутат Михал Дворчик.

По его словам, убийства допустил не украинский народ в целом, а несколько тысяч конкретных людей, действовавших в том числе в ОУН-УПА (Организации украинских националистов — Украинской повстанческой армии, запрещена в России) и дивизии СС "Галиция".

"В то же время, и об этом мы говорим в своем постановлении, на этой территории жили несколько миллионов украинцев, которые никоим образом не участвовали в этих преступлениях, а многие из них спасали жизни польским соседям", — отметил Дворчик.

В начале июля сенат (верхняя палата парламента) Польши рекомендовал сейму принять соответствующее постановление, предложенное партией "Право и справедливость".

Представители "Польской крестьянской партии" внесли в сейм аналогичный проект, однако предлагали иную формулировку — 11 июля, по их версии, должно отмечаться как День памяти жертв геноцида, совершенного ОУН-УПА на Восточных Кресах II Польской Республики. Позже этот проект был отозван, поскольку, по мнению партии, практически совпадает с документом "Права и справедливости".

"Волынская резня" — массовые убийства поляков членами ОУН-УПА во время Второй мировой войны. Жертвами тех событий считаются, по разным оценкам, от 100 до 130 тысяч человек. Польша расценивает это как геноцид и этническую чистку, на Украине считают, что эти события стали следствием войны Армии Крайовой с УПА, в которой принимало участие и мирное население региона.

http://ria.ru/world/20160722/1472587529.html#ixzz4F82ZDJhm


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Среда, 27 Июля 2016, 22.27.29 | Сообщение # 555
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
МИД РФ потребовал восстановить оскверненный в Польше памятник

Российский МИД жестко отреагировал на новый случай осквернения памятника советским солдатам, павшим в Великую Отечественную войну, в Польше. Стало известно, что на братской могиле в деревне Пшисеки неизвестные сорвали красную звезду. Сообщение об этом появилось на сайте министерства.
«Требуем от польских властей осуждения данного инцидента, поиска и наказания виновных, а также восстановления мемориального объекта в его первоначальном виде», — говорится на сайте российского МИД.
В российском министерстве иностранных дел подчеркнули, что, несмотря на заявления польских властей, что захоронения советских воинов находятся под надежной защитой, монументы регулярно подвергаются нападениям со стороны вандалов.
ТК «Звезда»


Qui quaerit, reperit
 
PenguinДата: Пятница, 29 Июля 2016, 18.09.39 | Сообщение # 556
Группа: Поиск
Сообщений: 1210
Статус: Отсутствует
Ни для кого не секрет, что мы не всегда понимаем поляков, а они, в свою очередь, не всегда понимают нас. Я размещу несколько материалов, которые некоторые разногласия в понимании действительности. Не сочтите за троллинг. Материалы не новые, может быть кто-то уже читал их, но все же... Начнем с польской стороны. Журнал "Новая Польша" 2010 год.

Славомир Поповский
ПОЛЬСКИЙ ГОНОР И РУССКАЯ ДУША
Поляков и русских разделяет все, а объединяет только географическое положение и жизнь по соседству. Из этого, однако, отнюдь не следует, что диалог между ними невозможен. Но при этом мы должны принимать друг друга такими как есть, без предубеждений — так вкратце можно сформулировать главный вывод, к которому пришли участники недавно прошедшей в Москве польско-русской конференции.
Профессор Анджей де Лазари процитировал мысль А.П.Чехова: “Пусть я этого не понимаю, но тот факт, что я чего-то не понимаю, вовсе не означает, что я это отвергаю”. Возможно, кто-нибудь возразит, что подобная программа для польско-русских отношений — это чистой воды минимализм, но это, к сожалению, неверно. Сегодня это почти максимум того, чего можно достичь после столетий существования общепринятых сформировавшихся стереотипов, мифов и предубеждений, всплывающих на поверхность в зависимости от конъюнктуры и политической ситуации.
Именно с этим мы сталкивались в последние годы — как с польской стороны, болезненно реагирующей на подлинные и кажущиеся угрозы со стороны Москвы, так и в России, где все чаще (главным образом в политических целях) вытаскивают на свет образ поляка — извечного врага всего русского.
* * *
Польские представления о России и русских формируются прежде всего под влиянием истории, особенно новейшей. Как вытекает из социологических опросов, проводившихся Центром исследования общественного мнения и Лабораторией социологических исследований в Сопоте, у каждого восьмого поляка Россия ассоциируется с коммунизмом, СССР и тоталитаризмом. Две трети опрошенных считают также, что в истории наших взаимоотношений было гораздо больше негативных моментов, нежели позитивных, а больше половины респондентов уверены, что России следует ощущать свою вину перед Польшей за историческое прошлое.
По мнению Анны Желязо из Университета им. Николая Коперника в Торуни, весьма важен тот факт, что поляки явно проводят различие между оценкой России как государства и своим мнением о русских. Их восприятие России, как утверждает А.Желязо, складывается главным образом под влиянием злободневных политических событий, а также экономических факторов. Восприятие же русских, гораздо менее подверженное актуальной конъюнктуре, характеризуется постепенным, но вполне отчетливым ростом симпатии к ним. В начале 90 х о своей симпатии к русским заявляли лишь 17% опрашиваемых поляков, а сегодня — 25%. И хотя русских в рейтинге симпатий нашего населения по-прежнему опережают американцы, французы, итальянцы и даже немцы, тем не менее перемена тенденции весьма знаменательна. Полякам нравятся в русских их дружелюбное отношение к другим людям, их гостеприимство и сердечность, а не нравятся лень, склонность к пьянству, невоспитанность, чрезмерная покорность по отношению к властям и имперские устремления.
Несколько иначе обстоит дело с политиками. В польских спорах о России, говорит Эрнест Выцишкевич из Польского института международных проблем, наш восточный сосед чаще всего фигурирует как трагическая альтернатива Западу. Если, как утверждают политики либерального толка, мы отвергнем развитой и прогрессивный Запад, то неминуемо окажемся на отсталом Востоке, то есть в сфере влияния России. Именно этим жупелом обычно пугают противников вступления Польши в ЕС. Среди польских политиков доминирует и уверенность в живучести российского империализма и экспансионизма, которые преподносятся как неизменные элементы политики Москвы и великодержавного самосознания русских, якобы всегда рассматривавших Польшу как свою сферу влияния.
В результате такого подхода, по мнению Выцишкевича, политика России и состояние польско-российских отношений оцениваются эмоционально. Тесные контак польских политиков с Россией считаются, особенно среди оппозиционных политиков, чуть ли не предательством национальных интересов. Это, в свою очередь, становится препятствием для тех, кто считает, что с Россией можно развивать экономические отношения. Однако достаточно было объявить о предстоящем визите в Польшу президента В.В.Путина, чтобы начали раздаваться восторженные высказывания о переломе в отношениях между Москвой и Варшавой, хотя в действительности речь шла лишь об их нормализации после нескольких лет более или менее скрываемой неприязни.

* * *

А как воспринимают нас русские? На этот вопрос трудно ответить однозначно. Все социологические опросы, по словам Александра Липатова, проводились в связи с очередными поездками российских руководителей в Польшу, и трудно отделаться от ощущения, что они делались “на заказ”. С одной стороны, люди в общих выражениях говорят о “духовном сближении Польши с Россией” (особенно в контексте борьбы против терроризма), но из их ответов на конкретные вопросы вытекает нечто совершенно иное. Например, большинство участвовавших в опросе считает, что главное препятствие на пути развития польско-российских отношений — наше членство в НАТО.
В то же время 42% опрошенных полагают, что в польско-российской истории было больше позитивных моментов, нежели негативных. Однако и это мнение ни о чем не свидетельствует, так как многие факты из истории Польши, весьма важные с точки зрения оценки наших взаимоотношений, в России попросту остаются неизвестными. В советских учебниках истории, подчеркивает проф. Липатов, не было ни слова о кровавой резне населения Праги (района Варшавы, расположенного на восточном берегу Вислы), учиненной войсками Суворова, о политике царизма на польских землях, о сталинских репрессиях и уничтожении компартии Польши (КПП), об Армии Крайовой, о Катыни и Варшавском восстании. Так чему же удивляться, когда на вопрос, должна ли Россия чувствовать какую-то вину по отношению к Польше и полякам, 64% опрошенных русских отвечают отрицательно. Говоря иначе: мы ожидаем от русских каких-то жестов, а они просто не знают, о чем идет речь… В результате по обе стороны накапливается лишь непонимание и раздражение.
Однако нас могут порадовать другие цифры. Из опросов следует, что 35% участвовавших в них россиян относятся к Польше с симпатией, 24% — с уважением, а 13% — с интересом. Только 2% видят в нас врагов, а для 9% мы просто безразличны. Это можно объяснить притягательной силой польской культуры и польского национального характера. “Русских, — утверждает А.В.Липатов, — всегда привлекало в поляках то, чего не хватало им самим”.

* * *

Совершенно иначе оценивает поляков российский политический класс, среди представителей которого, по данным Выцишкевича, преобладает безразличие или враждебность. Польша, подчеркивают российские политики, поворачивается к нам спиной, забывает об общих корнях и даже пытается интриговать против России. По их мнению, прозападная ориентация Польши представляет собой не естественное чаяние, но желание заменить одного спонсора и покровителя на другого, враждебного России. Посткоммунисты упрекают нас в неблагодарности за освобождение от гитлеровской оккупации и систематическое субсидирование ПНР. Националисты же нередко повторяют, что Польша — извечный враг России, подтверждением чему служит ее политика по отношению к Украине и поддержка, оказываемая чеченцам.
На страницах “Независимой газеты” стоящий в стороне от литературного “истеблишмента” писатель и философ Дмитрий Галковский пишет: “В 1922 году Феликс Эдмундович Дзержинский сказал: “Еще мальчиком я мечтал о шапке-невидимке и уничтожении всех москалей”. Сейчас историю хотят восстановить — поставить на Лубянке снесенный памятник Дзержинскому. Что же, дело хорошее. В связи с этим предлагаю некоторое развитие первоначального проекта. Давайте в шапке-невидимке и восстановим”. Другой пример, на этот раз из “Известий”. Один из авторов начинает свой текст (тема здесь несущественна) с саркастического утверждения, что поляки никогда не умели как следует воевать, зато сумели создать свой образ — образ доблестных солдат, выигравших II Мировую войну… Подобным же образом обстоит дело и на телевидении — например, на канале “Московия”, который финансирует “православный олигарх” Сергей Пугачев, обладающий немалым влиянием в Кремле. Нашумевший инцидент, когда квартира, принадлежавшая российским членам ордена францисканцев, была сдана некой женщине, которая устроила там публичный дом, был представлен таким образом, как будто владельцами этого борделя были сами монахи-францисканцы, которые еще извлекали из него финансовую выгоду. При этом авторы передачи вполне сознательно (и цинично) обращались к стереотипу поляка-католика, якобы извечно враждебного России.
Впрочем, что тут говорить о журналистах и публицистах, когда за пределы дипломатических приличий выходят иногда и политики. “Пусть поляки не пробуют поворачиваться к России спиной, а то она им может крепко врезать”, — предостерегал не так давно Дмитрий Рогозин, председатель комитета Государственной Думы РФ по международным делам, еще до того, как был назначен спецпредставителем президента РФ по проблемам Калининградской области.

* * *

Несмотря на все бремя исторических событий и различия в культурах двух стран, диалог между ними, по мнению профессора Анджея де Лазари, вполне возможен. Польский мужик договорится с русским, общий язык найдут и всяческие жулики и мошенники из обеих стран, а также “новый русский” с краковским бизнесменом, не говоря уже о профессорах. Однако даже де Лазари был вынужден признать правоту русского писателя Виктора Ерофеева, автора книги “Энциклопедия русской души”, который утверждает, что нас разделяет прежде всего различие понятийных систем. Поляк, как писал Вик. Ерофеев в 1995 г., ведет диалог на уровне картезианских логических категорий, с ясным пониманием своих интересов. Русский же, наоборот, делает упор на стихийность, на общую жизненную силу, сглаживающую и интегрирующую все противоречия. При таком подходе, по словам Ерофеева, понятие интересов сторон вообще не существует и подчинено неким иным соображениям, с трудом поддающимся строгому определению.
Следствия различий на уровне ментальности, различий мировосприятия, заходят очень далеко. Польская точка зрения, по мнению русского писателя, русскому человеку кажется неприемлемо узкой и отвратительно прагматической. И, наоборот, поляка решительно отталкивает в русском подходе к жизни отсутствие строгости, определенности, его “расплывчатость” и в то же время подозрительная “глобальность”. Так сталкиваются между собой две культуры, две цивилизации, тем более чуждые друг другу, что они вынуждены существовать по соседству.
Именно здесь, вероятно, и следует искать корни польско-русского “непонимания”, вытекающего (в значительном упрощении) из различий между традициями латинского и византийского миров. На московской конференции об этом говорила Людмила Сараскина в своем докладе о “гордой полячке”, то есть Марине Мнишек, жене двух российских царей-самозванцев. По мнению Сараскиной, в эту-то далекую эпоху Смутного времени впервые так резко проявились различия в ментальности русских и поляков. Мы говорим на похожих языках, убеждала аудиторию Сараскина, иногда используем одни и те же слова, понятия и категории, но приписываем им совершенно различные значения. Даже слово “гонор”, в польском языке означающее просто “честь, достоинство”, в русском языке приобрело неодобрительный оттенок.
Таким образом, мы оцениваем Россию, применяя собственные критерии, которые в русской политической традиции могут означать нечто совершенно иное. На это обращал внимание слушателей профессор де Лазари. “Категория “демократии”, — пишет он, — в нашей культуре тесно связана с понятием “политической свободы” и либерализмом. Мы считаем демократию положительной ценностью. В России дело обстоит иначе. Там “демократия” противопоставляется “аристократии”, и вполне законным является термин “революционные демократы”, относящийся к XIX веку. Мы же просто перенимаем это бессмысленное в нашей культуре понятие, превращая его в кальку, и говорим о нем со всей серьезностью, забывая, что в нашем миропонимании “демократия” и “революционность” несовместимы”.
Отсюда берутся десятки недоразумений, а они в свою очередь порождают новые стереотипы — причем с обеих сторон. Мы удивляемся, что российская Дума лишь весьма отдаленно напоминает парламент, и не в состоянии принять придуманную в Кремле модель “управляемой демократии”, тогда как у большинства русских, за исключением небольшой группки “зараженных Западом”, это не вызывает ни малейшего сопротивления. Для нас неприемлемым представляется чисто русское “долготерпение” — то есть терпение, с которым они готовы сносить всяческие унижения и террор властей. Для них это — экзистенциальное состояние, природа вещей, с которой следует смириться. И если уж в России дело все-таки доходило до бунта, до революции, то чаще всего это был дикий, необузданный бунт, на пограничье анархии и террора…
Поэтому мы говорим о России “варварская Азия”, а русские упрекают нас, что мы задираем нос и смотрим на них свысока. “Вот такие мы, и никогда вы нас не поймете”, — повторяют они и прячутся за свою концепцию “русской души”. Той самой “души”, которая должна выражать веру в великое, мессианское предназначение России и одновременно служить лекарством против комплексов по отношению к Западу и осознания своей цивилизационной отсталости. В результате “национальные различия” становятся чуть ли не знаменем и питательной средой для очередного поколения “настоящих патриотов”, порождая, как замечает проф. де Лазари, предубеждение против всех “чужаков”, то есть самую обычную ксенофобию.

* * *

Поляки — “чужаки” вдвойне. Во-первых, хоть они выросли из общего славянского корня, но принадлежат к “латинскому” миру (и многие русские в частных беседах не могут понять, что для нас культурно-цивилизационный фактор важнее историко-этнического). Во-вторых, нас разделяет история — та самая, недавняя, соседская.
На московской конференции об истории говорилось нечасто. Впрочем, быть может, причиной этого послужил тот факт, что еще заранее, в ходе дискуссии по Интернету, был составлен обширный и постоянно обновляемый перечень событий, повлиявших на формирование взаимных предубеждений, начиная с крещения Польши и Руси и похода Болеслава Храброго на Киевскую Русь и кончая визитом Папы Иоанна Павла II на Украину. Попытки прийти на этой почве к какому бы то ни было взаимопониманию заранее обречены на провал — хотя бы потому, что эти события по обеим сторонам служили формированию общенациональных мифов. В России — мифа враждебного поляка-католика, готового в любой ситуации действовать во вред “москалям”, а в Польше — мифа неустанно грозящей нам, варварской и имперской России.
В этом контексте стоит отметить еще одну проблему, на которую обратил внимание Анджей Менцвель в изданном в Москве под редакцией проф. А.В.Липатова сборнике статей “Поляки и русские: взаимопонимание и взаимонепонимание”. По мнению Менцвеля, источники этих мифов и предубеждений следует искать не в тайнах “русской души” или в “польском национальном характере”, но в весьма конкретном, многовековом соперничестве — имперском или колониальном, — разворачивавшемся на тех самых землях, которые не являются ни польскими, ни русскими, то есть на территориях ныне уже независимых государств: Украины, Белоруссии и Литвы.
Однако Польша уже излечилась от этой “колонизационной горячки на Востоке” (о чем свидетельствует ее скорое вступление в Евросоюз в одном ряду с Литвой), тогда как русские, несмотря на распад СССР, все еще не могут решить, какую Россию они собираются строить. Они по-прежнему не могут избавиться от мечтаний о воссоздании союза славянских государств — если не с участием Украины, то хотя бы Белоруссии. Разумеется, под эгидой Москвы. И с тем большим раздражением воспринимают они такие действия Польши, которые могли бы укрепить прозападные тенденции на Украине и в Белоруссии. С точки зрения русских, это дальнейшее продолжение векового соперничества, что и порождает необходимость укреплять миф враждебного поляка и раскручивает спираль взаимной неприязни и предубеждений.
Итак, возможен ли диалог между поляками и русскими? Да, но при условии, что мы будем полностью отдавать себе отчет не только в ограничениях, навязанных нам историей, но и учитывать различие наших цивилизационных традиций.
Организаторы конференции: Польский институт международных проблем, отдел культуры и науки польского посольства в Москве, а также Всероссийская библиотека иностранной литературы им. М.И.Рудомино.
Главные ведущие конференции: проф. А. де Лазари (русист и историк идей, редактор 4 томного энциклопедического словаря “Идеи в России”) и проф. А.В.Липатов (полонист и большой друг нашей страны).
http://novpol.org/ru/BkABi_zvi-/POLSKIJ-GONOR-I-RUSSKAYa-DUShA


Алексей Крупин
 
PenguinДата: Пятница, 29 Июля 2016, 18.15.27 | Сообщение # 557
Группа: Поиск
Сообщений: 1210
Статус: Отсутствует
Олег Неменский
Поляки и русские: народы разных времён и разных пространств

Трения между поляками и русскими, обострившиеся в последнее время, нередко вызывают недоумение. Мол, непонятно, что же эти народы не поделили. При этом их же представители с трудом могут объяснить, в чём причина этих трений. Русские, сталкиваясь с польской озлобленностью, обыкновенно ссылаются на старый образ из крыловской басни про собачку Моську, которая, «знать, сильна, что лает на слона!». Поляки же пускаются в рассуждения о «ценностной пропасти» между двумя культурами и объясняют озабоченность русским вопросом некой «российской угрозой», которая постоянно нависает над их страной. При этом ценностями русской культуры называют то, что в самой русской культуре имеет, обыкновенно, выраженно негативное восприятие. Оба объяснения слабы, так как представляют односторонний взгляд, притом ещё и оскорбительный для другой стороны. Глубинная же причина ситуации ими никак не затрагивается: они описывают не основания для конфликта, а лишь выводы из него.
Полагаю, что противоречия между русскими и поляками носят не столько конъюнктурно-политический или ценностный, сколько идентитарный характер. У нас противоречащие и даже взаимоисключающие идентичности, и в этом корень проблемы.
Вообще, идентичность всегда имеет ностальгическую природу, она структурирует нашу коллективную память, и поэтому её рассмотрение нельзя отделить от исторического самосознания, от представления о том, каким было прошлое – русское, польское или какое-либо другое. Многажды отмечалось, что каждый народ имеет свой «золотой век» в истории. И это не просто «лучшее время» на его памяти, а иногда и вовсе не лучшее. Но это эпоха, на воспоминаниях о которой основано его историческое самосознание и его идентичность. Это как бы идентитарное зеркало, глядя в которое он видит, кто он такой.
Несомненно, что для русских «золотой век» - это Киевско-Новгородская Русь, «Русь Владимира», то есть Русь X-XII вв. Основы нашего самосознания запечатлены в т.н. Киевском цикле былин и в многочисленных сказках о русских князьях и богатырях. Согласно с представленной в них картине прошлого писались и учебники русской истории, и в имперское, и в советское время. Как не раз отмечалось исследователями, в образе былинного князя Владимира Красно Солнышко сошлась память о сразу о двух великих князьях – о Владимире Святом и о правившем более чем веком позже Владимире Мономахе. Эта былинная Русь – образ идеального русского прошлого, идеального правителя, идеальных заступников Земли Русской, идеального уклада жизни.
Далее – катастрофа XIII века, т.н. «монголо-татарское нашествие» и последовавшее иго. Вся русская история в дальнейшем – это история преодоления той катастрофы и её последствий. Как сопутствующее той катастрофе событие воспринимается западная агрессия того же века, крестовые походы, которые тогда обрушились и на Русь, и на Византию (был надолго взят Константинополь, по-русски – Царьград, то есть город, в котором сидел наш царь (да и наш патриарх)). Далее продолжение той катастрофы – события XIV – XVI вв., когда турки и поляки подчинили себе почти всю православную ойкумену. Это та же ситуация: опять же двойная агрессия – с Запада и с Востока, направленная на подчинение ослабленных православных народов, ослабленной Русской земли.
Вся политика России с того времени была основана на двух констатациях: Московское государство – единственное независимое на Русской земле и единственное независимое во всём православном мире, а потому перед ним стоят две задачи: воссоединить Русскую землю и освободить единоверные народы. Такова, если угодно, главная проблематика русского исторического нарратива, такова идейная основа всей русской политики с XIV по ХХ вв. И хотя после 1917 года эта идеологическая линия была сломлена и государство стало руководствоваться иными понятиями и мотивациями, тем не менее даже в СССР власть во многом прибегала к этим же старым идеологическим формулам для обоснования и легитимации своих действий. И неудивительно – русская идентичность вынуждала с собой считаться, хотя бы в некоторой степени.
«Слово о погибели Русской земли» - это название не только гениального литературного произведения XIII века, но и почти всей дальнейшей русской культуры. Ностальгия помогает обрести чёткое самосознание ещё больше, чем зримая реальность – и ностальгия по утраченной единой Русской государственности определила всё русское самосознание, да и вообще всё то, что мы можем назвать русскостью.
Важно подчеркнуть, что идентичность, формировавшаяся на основе православной культуры, обладала значительным своеобразием по сравнению с тем, что в это же время творилось на Западе. Основы русской идентичности – это такие понятия, как «Русская земля» (каноническая территория Русской церкви, со временем осознанная как святая), «русская вера», а также «русские люди» - то есть люди русской веры, живущие на Русской земле. И благодаря тому, что в каждой деревне священник доносил до прихожан эти формулы самосознания, русская идентичность к XIV-XV векам утвердилась на Русской земле повсеместно и во всех социальных слоях. Что, опять же, очень сильно отличало русскую ситуацию от западной, и конкретно – от польской. Там, как показывают исследования, утверждение этнической идентичности в широких слоях населения происходило значительно позже, в Раннее Новое время, в XIX и даже нередко в ХХ вв. А сама идентичность становилась и развивалась другими путями.
Что же с поляками? Польский «золотой век» - это период XVI – XVII столетий, это Первая Речь Посполитая, шляхетская республика. По идее, поляки тоже могли бы ностальгировать по пястовской Польше, но, этому помешали два обстоятельства. Во-первых, её история не закончилась катастрофой, между тем именно катастрофа рождает то чувство всеобщей ностальгии по утраченному, которое и претворяет в сознании народа предшествующий ей период в «золотой век» истории. Во-вторых, более поздняя эпоха Первой Речи Посполитой была гораздо ярче и культурно значимей. И это было государство, которое занимало собою всю Западную Русь, то есть ту священную Русскую землю, возвращение которой уже в XV-XVI веках было главным нервом русской жизни, главной задачей всей политики Московского государства. Мало кто из поляков помнит, как осуществлялось подчинение русских земель, когда именно была захвачена Червонная Русь, как подчинили Подляшье и Волынь, как заключалась Люблинская уния. Но все западнорусские земли ощущаются как «свои», как пространство польской истории, политики и культуры.
Этот польский «золотой век», так же как и русский, закончился катастрофой. И хотя уже события середины XVII века можно назвать катастрофичными, всё же та катастрофа, которая окончательно закончила этот «золотой век» – это разделы Речи Посполитой в конце XVIII столетия. Вся дальнейшая польская история – это ностальгия по утраченной государственности и по утраченному с нею национальному единству, это история борьбы за восстановление Польши. Лозунг «воссоздания Польши в границах 1772 года» - важнейший для всей польской мысли с XVIII века и по ХХ.
Замечу, что польская идентичность для того времени – это идентичность в первую очередь сословная, она определялась формулой «польский народ шляхетский». Весь XIX век лучшие польские умы были увлечены вопросом, как эту польскость, а значит и эту ностальгию по утраченной Польше, внушить «простому люду», и, надо сказать, немало преуспели в этом. И всё же сословная ограниченность польскости мешала организации польского сопротивления даже ещё и в ХХ веке. Важнейшей проблемой было то, что тот «простой люд», на который рассчитывали поляки, был этнически очень разный: количественно бóльшую его часть составляли русские крестьяне, которые (в отличие, кстати, от польских) имели довольно определённые понятия о том, кто они и чем они отличаются от поляков (своей «русской верой»). Ещё Т.Костюшко писал о том, как можно и как нужно сделать «rusinów naszych» поляками по самосознанию и уже он отметил, что главным орудием для этого может быть только католическая религия, распространение католической веры.
Как мы знаем, осуществить это так и не удалось, а после Второй Мировой войны Польша была возвращена в свои пястовские границы. И в этом можно усмотреть некоторый надлом современного польского самосознания: границы соответствуют не той Польше, по которой оно ностальгирует: Польша теперь телом в Центральной Европе, но душой по-прежнему в Восточной, что определяет всю польскую восточную политику. А в Польше, кстати, почти вся политика, и даже не только внешняя, так или иначе сводится к восточной.
Так русская и польская идентичности, сформировавшиеся в современном своём виде в разные эпохи и ностальгирующие по очень разным столетиям, пересекаются территориально: вся Западная Русь (состоящая ныне из Украины и Белоруссии) – это пространство, которое привыкли считать своей национальной территорией и русские, и поляки. Главным противником в деле восстановления Русского единства всегда представали поляки. Главным противником восстановления Речи Посполитой в границах 1772 года всегда были русские.
На этом противоречии основана и принципиальная разница в восприятии исторических событий и политики в отношении друг друга.
Разделы Польши в XVIII веке – радостное событие русской истории, объединение русских земель, и трагедия для поляков. При этом поляки не понимают, почему России было так важно разделить Польшу (и вынуждены для объяснения этого придумывать некую «русскую тягу к агрессии»), а русские, со своей стороны, не понимают, почему поляки так держатся за чужое. Для русских всегда было очень важно, что во время этих разделов Россия не взяла себе «ни пяди польской земли», не пересекла польскую этнографическую границу, а лишь возвратила себе отнятые поляками русские земли. Как Екатерина Великая в честь этих разделов выдавала медали с нанесёнными на них словами «Отторгнутое возвратихъ», так и во всех русских учебниках это всегда описывалось как возвращение отнятого. Это было величайшим национально-освободительным актом, за который, по русской мысли, поляки не имеют права как-либо обижаться на русских, ведь мы вернули себе своё, освободили «подъярёмную Русь», подчёркнуто не допустив захвата ничего польского. Наоборот, от поляков ожидается покаяние за извечную агрессию.
То же и с 1939 годом. На русских произвёл огромное впечатление польский захват западнорусских земель в 1920 г., и всесторонняя общественная поддержка, которая сопровождала операцию по возвращению отторгнутых территорий в сентябре 1939 года, опять же, не имела под собой какой-либо агрессивной по отношению к Польше формы мысли: Советский Союз лишь возвращал оккупированные поляками земли и, как тогда это по-большевицки формулировалось, восстанавливал территориальную целостность украинской и белорусской наций. При этом Москва подчёркнуто не переходила этнических границ польского народа, нарочито отказываясь от агрессивности в отношении собственно польских территорий. Но для поляков это всё выглядело (тогда и сейчас) совершенно противоположным образом: в 1920 г. Польша не оккупировала западнорусские земли, а восстанавливала свои «исторические границы», а в 1939 году СССР совершил не национально-освободительную операцию, а агрессию в отношении Польши. Это то различие в восприятии, которое никогда не исчезнет: оно основано на различных структурах польской и русской идентичности.
Из этого проистекает и принципиальное различие во взгляде друг на друга, на понимание польского в русской культуре и русского в польской.
Кто такие поляки для русских? Русский «золотой век» помнит поляков в их пястовских границах. Если заглянуть в русскую средневековую литературу, то это какой-то чуждый народ на западе: выражение «сгинул меж чехом и ляхом» означало то, что человек пропал – удел обыкновенно плохих героев. Потом поляки – это чужеродные агрессоры, «паны», накинувшие ярмо на значительную часть Руси, стремящиеся захватить Москву и неволящие русскую веру. А ещё позже – побеждённый враг, наказанный самой историей за свою агрессивность, но теперь обезоруженный и потому безопасный. Примерно тогда же, в XIX веке, в связи с распространением славянофильских идей, поляки предстали ещё и как отрёкшиеся от православия Кирилла и Мефодия «предатели славянства», что дополнило и их «предательство» русского царя, то есть факт польских восстаний. Примечательно, что образ «поляков как предателей» настолько глубоко засел в русское мышление, что вновь проявился уже в 1980-90-е гг. И тогда же – новая трактовка польского народа как «вечного слуги», который, будучи не способен к самостоятельной жизни, убегает от одного хозяина к другому. В конечном счёте – «какой-то небольшой народ у наших западных границ», всё более окрашивающийся в цвета «параноидальной русофобии», снова описываемой как проявление комплекса «вечного слуги» по отношению к «бывшему господину».
И принципиально отличное польское восприятие русских. Для польского «золотого века», для эпохи Первой Речи Посполитой «русские» – это православные и униатские массы населения Восточных Кресов, отличные от поляков не только своей религией, но и социально. Восточные же русские, то есть те, которые жили за границами Польши, вообще не воспринимались как «русские». Для польского мышления «Русь» ограничивалась восточными пределами польской государственности, а дальше жили «москали», к «русским» отношения не имевшие.
Однако уже с XVI-XVII века для польских политиков было важнейшей проблемой, точнее угрозой, которая нависала над их властью над Кресами – общее русское самосознание населения в обеих частях Руси. И вся польская мысль была направлена на то, чтобы обосновать раздел Руси, чтобы уничтожить общее русское самосознание, противопоставив русских по обе стороны польской границы друг другу как разные народы. Москалей в XIX веке переименовали в «россиян», но при этом надо учитывать, что если для русской культуры Россия – это высокопарное наименование Руси, для польского языка это совсем другое слово, подчёркивающее отличие Восточной Руси от Руси польской. Далее русское население Западной Руси было переименовано в украинцев и белорусов, а сам этноним «русский» приобрёл отчётливо пейоративное значение. Так родилась польская русофобия – целая идеология, отрицающая актуальное существование русского народа, да и вообще чего-либо русского.
Национально-освободительная политика России воспринималась как агрессия, и постоянная необходимость противостоять ей создало образ России как вечно агрессивной державы. Это осмысливалось не просто как конфликт с соседом, но в общем контексте цивилизационного мышления поляков (Польша как «форпост христианства» на Востоке, Польша как светоч европейских ценностей, народ-мессия и т.д.), что приводило к осмыслению России как культурного врага. Так, польская идентичность конструировалась на основе российского антиобраза. Возникает восприятие России как «страны зла» и как идентитарного антипода поляков. Те же «русские ценности», как их формулирует польская культура, являются всего лишь перевёртышами того, что осознаётся как «польские ценности», а «российская действительность» традиционно описывается по модели, собирающей всё самое худшее, что может вообразить себе поляк. Но главное: это не русская страна, а «российская», и живут в ней некие «этнические россияне».
Поляки не помнят русского «золотого века», они не помнят русского единства и для них его просто нет. А то, что оно есть для самих русских, вынуждает их к активному отрицанию русскости. Русских нет, есть россияне, украинцы и белорусы. Русской земли нет, есть российская и польская, на которой живут украинцы и белорусы. И т.д. Так, даже в самом польском языке невозможно выразить существование русского народа. Например, как перевести на польский язык фразу «80% россиян составляют русские»? Дословный перевод невозможен. Для поляков русских просто нет. И в этом важнейшая проблема для наших взаимоотношений: с одной стороны, русские не хотят признавать каких-либо польских прав на Русскую землю (и, оговорюсь, что на мой взгляд это обоснованно: любой народ имеет право на самозащиту на своей исторической территории), а с другой стороны поляки не хотят признавать существование народа, для которого вся Русь – своя земля и своё священное пространство. Они не знают о русских, они готовы иметь дело только с россиянами, то есть с воображённым в польской культуре народом, который по своей идентичности имеет отношение только к землям на восток от границ Первой Речи Посполитой.
Надо признать, раскол Руси, начатый поляками и довершённый большевиками, действительно имеет место быть и постепенно входит в народное сознание. Владимир Путин даже предположил в одном из своих выступлений 2001 года, что в XXI веке может сложиться такой новый народ – россияне. Однако мало кто серьёзно отнёсся к такой фантастической идее: есть факт русской идентичности, и пока что трудно представить, чтобы она полностью исчезла. Как и трудно себе представить малые народы России, отказавшиеся от своей этнической идентичности в пользу новой национальной. Русских нет в польском языке и в польском самосознании, но они есть в реальности, и от этого никуда не деться.
Так, мы видим ситуацию, когда на одном геополитическом пространстве сосуществуют друг с другом два народа, сама идентичность которых запечатлела разные времена и разные «свои» пространства. Это различие восприятия можно увидеть по любым польским и русским текстам, касающимся судеб Западной Руси (для русских) и Восточных Кресов (для поляков).

* * *

Для иллюстрации сказанного я приведу в пример то, что мне попалось в руки буквально в последние дни перед нашим круглым столом. Такой случайный выбор источников оправдан тем, что для иллюстрации описанного выше можно использовать почти любые тексты русского и польского происхождения, касающиеся взаимных отношений и исторической памяти, так что критерий «что на днях под руку попало» здесь по-своему неплох. Для начала процитирую несколько мест из верноподданнических адресов дворян западнорусских губерний, написанных на имя царя Александра Второго (РГИА, ф.796, оп.205, № 440). Сборник современных, написанных разными подчерками, копий имеет тот недостаток, что в нём не указаны ни даты, ни имена подателей. Однако в данном случае это и не важно: такие прошения были столь типичны, что переписчики не считали нужным указывать конкретные данные, и сама их типичность, если угодно банальность, нам и важна. Не принципиально также, были они написаны по случаю восшествия Александра II на престол или в связи с событиями 1863-64 гг. – в любом случае именно «польский вопрос» оказывался одним из важнейших для всех дворян западнорусских губерний, что русских, что поляков. И потому почти в каждом таком адресе присутствуют своего рода краткие исторические очерки, призванные подтвердить слова автора. Они-то нам и интересны.
Вот, для начала, отрывок из обращения к царю, судя по тексту, польского дворянина Подольской губернии. К сожалению, это единственное письмо польского авторства из этой папки, однако оно достаточно выразительно и даёт возможность увидеть основные моменты польского восприятия.
«Августейший монарх! … Русь соединилась с Польшей торжественным и добровольным Люблинским договором, целыми поколениями принимала формы родственной цивилизации. Образованность и общественная жизнь её, с незапамятных времён запечатлены характером исключительно польским! Источником силы и сохранения польского элемента, независимо от последовавших политических переворотов, есть лежащая в основании его идея народного представительства и гражданской свободы! В продолжении последнего полувека политика, противная господствующему в этом отношении духу, бывала причиной непрерывного раздора, которого безвыходное положение глубоко беспокоит всякого благомыслящего гражданина. Дворянство Подольской губернии всеподданнейше просит Ваше Императорское Величество об устранении упомянутого положения Августейшею Волею Своею! Исключительное ведущее к этому средство Дворяне Подольской Губернии усматривают в восстановлении Административного единства Польши со включением в состав её Западного края, и с полным уважением прав вызванного в настоящее время на поприще общественной деятельности местного сельского населения».
Здесь примечательны несколько моментов. Во-первых, польский автор пишет о соединении «Руси с Польшей», а не «западнорусских земель». Несмотря на то, что он обращается к русскому царю, который, разумеется, никогда не признавал и не мог признавать подчинения Руси Польше, но лишь её части, для поляка «Русь» ограничивается только теми землями, на которых имело место польское господство, в русском же царе он видит внешнюю, пришлую власть иноземного монарха. Для него Россия – это не Русь, и царь российский – не русский царь, ибо Руси природна польская власть.
Во-вторых, ему не свойственно знание о том, когда конкретно подольские земли были включены в состав Польши: для него вся Русь вошла в Польшу по «Люблинскому договору» (напомню, большая часть Подолии была подчинена поляками задолго до этого события). Но здесь актуализируется миф о добровольном характере Люблинской унии, игравший и по сей день играющий важнейшую роль в польском мышлении о Кресах.
В-третьих, показательно, что историческая память автора очень короткая – события до XVI века ему представляются «незапамятными временами». И это очень точно: польская память об истории Кресов «не помнит» их допольского прошлого, игнорирует непольскую культуру этих земель. Вообще, польское понятие о Восточных Кресах часто недопонимается в русской культуре: его воспринимают как обозначение территориальных пространств, тогда как оно определяет скорее культурные пространства. Помню, как-то в одном из польских книжных магазинов я взял посмотреть альбом фотографий, называвшийся «Культура Кресов» (или как-то иначе, но примерно так) и с удивлением для себя обнаружил в нём изображения памятников только польской культуры и ничего, напоминавшего бы о непольском культурном наследии этих земель. Тогда я смог ясно осознать, что такое «Кресы» для поляков: это не вообще земли (Западной) Руси, это пространство именно польской культуры. Как очень точно сказано Анджеем Новаком во Введении к «Истории Кресов», сама эта история начинается только тогда, когда «Польша вышла на пространства православной, русской земли». Кресы – это пространство польской экспансии, а совсем не конкретные земли со всем многообразием их истории, и именно как таковые они вошли в польское самосознание, став одной из основ польской идентичности. Такое восприятие не предполагает памяти о допольской истории этих земель, не предполагает и акцентуации их непольской составляющей в более позднее время. И автор обсуждаемого текста, начиная польскую историю своей родной земли с Люблинской унии, характеризует всё, что было до польского присутствия на русских землях, как «незапамятные времена», причём даже они ему представляются уже польскими. Вся «образованность и общественная жизнь» края «с незапамятных времён» «запечатлены характером исключительно польским». То есть полностью отвергается присутствие в общественной жизни края непольской составляющей - такого как бы никогда и не было.
В-четвёртых, в процитированном тексте мы видим очень отчётливое проявление польского понимания «народа» как сословной категории. «Идея народного представительства и гражданской свободы», о которой говорит автор, является сословным требованиям восстановления республиканских прав шляхты, невозможных в системе Российской империи. При этом автора совершенно не смущает то, что почти всё население края иноэтнично и поляками не является не только по вере и культуре, но и по самосознанию. Гражданская жизнь края видится только шляхетской, а шляхта к тому времени здесь была уже почти только польской и полонизированной, на взгляд же автора – она была такой всегда. Так желаемое «народное представительство» Подолии оказывается «исключительно польским».
В-пятых, главной неурядицей, причиной всех бед края для автора предстаёт то, что Подолье включено в состав русских губерний и, тем самым, не входит в состав Царства Польского. Восстановление Польши в старых границах – главная цель его обращения к царю. То есть опять же письмо написано в ностальгии по Первой Речи Посполитой – свойстве, уже неотделимом от польской идентичности.
Теперь посмотрим письмо другого дворянина из западнорусских губерний, на этот раз из восточной Волыни.
«После Великой, Малой и Белой России Ты теперь в Чермной, или Червонной, то есть Красной. Красна была подлинно в глазах наших предков Русь Червонная красотами своей природы, удобствами и приятностями жизни, многолюдством и весёлостью жителей и богатствами земли, во всех родах обильными, давшими имя и жизнь многим городам и весям, и в числе их Житомиру, своею нескудною хлебною мерою древле славному. Любили проводить в ней время князья и княгини русские, охотно проживали в ней, но неохотно расставались с нею. Многократно посещали её Св. Ольга и Св.Владимир и их потомки славные: многие следы их сохранились доселе в именах городов и урочищ, устоявших против превратностей судьбы, в храмах, переживших веки, и в развалинах зданий, свидетельствующих об их величии и благочестии, но многие также и изглажены, не столько впрочем временем, сколько враждебною рукою соседа завистливого, хотя и единоплемённого. Здесь, здесь на сих полях, покрытых ныне хлебом, на сих долинах, верно хранящих кости и прахи ратоборцев, решались дела великие и меч дикого татарина, остановившись в груди Русского витязя, не проник в сердце Европы трепещущей».
Во-первых, мы видим, как актуализированы автором старые русские наименования западнорусских земель: он говорит о Руси Малой, о Руси Белой, и о своей Руси Червонной, объясняя её название впечатлением давних русских предков от её красот. Так изначально, уже на уровне имён, эти земли описываются на основе их допольского прошлого.
Во-вторых, мы видим несопоставимо более давнюю историческую память русского автора по сравнению с цитировавшимся выше польским. Если для того то, что было до XVI века – уже «незапамятные времена», то для этого автора наиболее памятными являются те самые X-XI века, о которых в начале доклада я сказал как о русском «золотом веке». Он говорит о св. Ольге и св. Владимире, первых русских христианских князьях, и о посещении ими его родной земли; о «многих следах» русского прошлого, которые его земля хранит до днесь.
В-третьих, очень интересен момент, касающийся собственно поляков и истории польского присутствия на этих территориях: «враждебная рука соседа завистливого, хотя и единоплемённого» обвиняется в том, что она стёрла («изгладила») многие следы русской культуры Волыни. Мы видим принципиально разные оценки польского пребывания на западнорусских землях: если польский шляхтич писал об «исключительно польском характере общественной жизни» его земли, то для русского дворянина польское присутствие запомнилось в первую очередь своей дерусификаторской враждебной деятельностью.
Ещё один примечательный момент этого письма (немножко побочный к нашей теме, однако о нём было бы странно не упомянуть) – это слова о «диком татарине». Здесь мы имеем дело с важнейшей составляющей русского исторического сознания, касающейся катастрофы XIII века: Русь, пав жертвой монголо-татарского нашествия, своим героическим сопротивлением защитила от варваров Европу. Этот момент, через который события XIII века описывались как в историографии имперского времени, так и в советский период, является важнейшим для всего конструкта европейской идентичности у русских, а потому всегда воспринимался с особой чувственностью. Здесь он использован автором для возвеличивания собственно Червонной Руси, как причастной к этому подвигу, а также, очевидно, в целях оправдания её последующего подчинения поляками. Опять же мы видим, как конструкты местной русской идентичности укоренены в истории тех столетий, которые для поляка предстают «незапамятными».
Вот ещё одно письмо из той же архивной папки. На этот раз пишет русский дворянин из г. Радомысля, что в Киевской губернии, и связано оно, очевидно, с событиями восстания 1863-64 гг. и проведением крестьянской реформы.
«Великий Государь! Не только исконные сыны России, но и усыновленные её граждане: Татары, Киргизы, Черкесы, Кабардинцы, Осетинцы, Евреи и другие Твоей необъятной Империи торжественно и нелицемерно заявили пред лицом целого света негодование к безумному и преступному посягательству врагов России и беспредельную верноподданническую преданность Тебе Великий Государь: так присуща всем сынам России несокрушимая вера в правоту её дела и великое предназначение её в судьбах человеческого рода, так искренне благоговение их к гражданским подвигам Твоим Великий Государь!
Ввиду этого священного, всеобщего одушевления сонма истинных сынов России, Твоих верноподданных, и гармонического её заявления Тебе, Мудрый Царь Освободитель, становится неестественным запоздалый отклик губерний Киевской, Подольской и Волынской, искони Русской земли, колыбели Русской веры и Русской жизни, облитой Русской кровью и пóтом, священной для Русского сердца и первым местом и многострадальными подвигами тысячелетней народной Русской жизни. Только освобождённые Тобою крестьяне, не только словом и делом, и жители праматери Русских городов Киева откликнулись к Тебе: дворянство же, купцы, мещане, однодворцы, Государственные крестьяне – весь Русский люд этого края, безмолствовали доселе.
Нам ли объяснять Тебе причины, Великий Государь, их знает вся Россия. Это, во-первых, крепостное право, во-вторых, привилегированное положение в этом крае представителей польской интеллигенции и катехизиса, живых теней Прошедшего, чуждых Века и Народа, их вскормившего.
Только с освобождением крестьян и в особенности со времени признания их собственниками, освобождается здесь Русская жизнь от чуждого паразита. Отныне свободное её проявление и развитие в этом крае, освобождаясь от чужих оков и гнёта, сокрушат преграды, отделявшие её от общего строя Русской жизни. Плоды этого переворота несомненны. …
Пробуждение Русской жизни в Радомысльском уезде заявлено действиями крестьян, адресами многих волостей и ныне заявляется желанием всего Русского населения города Радомысля и уезда – духовенства, помещиков, дворян, чиновников, купцов, мещан, однодворцев, государственных крестьян – иметь счастье выразить Тебе одушевляющие их чувства и задушевные убеждения.
Радомысльский уезд есть часть той древней Православной Руси, которая называлась страною древлянскою. Православие в здешнем Русском народе в течении всех веков оставалось и остаётся неизменным: были попытки унии, являлось латинство и полонизм – плоды насилия чуждых пришельцев и иезуитизма, но они пали, а Русский народ, как был, так и остался Православным и верным своей родной России и Своему Государю. Крестьяне нашего уезда воочию доказали эту истину…
Молим Бога, да отклонит от Нашего Отечества бранную грозу, но, ежели неисповедимым промыслом определено подвергнуть испытанию и очистительной жертве Твой верный народ, то, верь, Государь… И здесь сознание органической целости Русского народа и Православие, единое истинное хранилище завета Христианской любви и братства, воздвигнут на брань священную и на Защиту Отечества народ, поруганный клеветой и изменой Твоих клятвопреступников, Великий Государь».
В этом тексте есть целый ряд очень ценных моментов. Во-первых, примечательно осознание автором многонародности России, что ярко контрастирует с «исключительно польским» восприятием польского автора. При этом русский дворянин выделяет несколько категорий имперских подданных. С одной стороны, это «исконные сыны России», под которыми разумеются, несомненно, русские. Далее следуют «усыновленные её граждане», которых он отчасти перечисляет и которые явно соответствуют такому актуальному даже для законодательства того времени понятию, как «инородцы». Но интересно, что поляки в число этих «усыновленных граждан» не попадают и для них автор использует совсем другие понятия: «враги России», «чуждые пришельцы» и даже «чуждый паразит».
Во-вторых, именно в поляках он видит причину той печальной ситуации, которую он описывает относительно Киевской, Подольской и Волынской губерний. Точнее, на первое место он ставит крепостное право (как раз только что отменённое), а следом – «привилегированное положение в этом крае» поляков. Как своеобразие Киевской губернии можно воспринять то, что речь идёт не о господствующем положении польской шляхты, а именно о польской «интеллигенции» (новое словечко для того времени) и польского духовенства, то есть, тех, кого можно назвать интеллектуальным слоем польского общества. И вот их он описывает как «живых теней Прошедшего, чуждых Века и Народа, их вскормившего», то есть указывает на их ориентацию на прошедший период истории (очевидно, период польского господства) – то есть как раз на ту самую ностальгию по польскому «золотому веку», о которой я говорил в начале.
В-третьих, показательна опять же древность его исторической памяти: он говорит о «тысячелетней народной Русской жизни» в Киевской, Подольской и Волынской губерниях. Примечательно, что здесь же актуализируются такие важнейшие для русской идентичности понятия, как «Русская земля» и «русская вера», которые получают и дальнейшее расширение: эти губернии «искони Русская земля, колыбель Русской веры и Русской жизни, облитые Русской кровью и потом», а потому «священные для Русского сердца». Здесь же и указывается на Киев как на «праматерь Русских городов» - важнейший момент для русского самосознания на протяжении всей его истории вплоть до наших дней. Про свой родной Радомысльский уезд автор говорит, что он есть «часть той древней Православной Руси, которая называлась древлянскою» - опять же это отсыл к Руси X-XII веков, к русскому «золотому веку», без памяти о котором русское самосознание немыслимо.
В-четвёртых, вновь мы видим восприятие поляков как чуждых пришельцев, насиловавших местную русскую жизнь, совмещённое с утверждением о том, что русский народ всё же выжил, а русская вера осталась неизменной: «были попытки унии, являлось латинство и полонизм – плоды насилия чуждых пришельцев и иезуитизма, но они пали, а Русский народ, как был, так и остался Православным». В этом плане особенно интересным видится то, как в этом тексте подано событие Крестьянской реформы: словами «освобождается здесь Русская жизнь от чуждого паразита» описывается освобождение русских крестьян от крепостной зависимости от преимущественно польских господ, и так Крестьянская реформа становится ещё одним шагом к освобождению Руси от польского порабощения, «от чужих оков и гнёта».
Ещё один примечательный момент текста – демонстрация внесословности русской идентичности, что опять же сильнейшим образом разнит её от польской того времени: автор говорит о «желании всего Русского населения города Радомысля и уезда», а далее перечисляет, кого именно: «духовенства, помещиков, дворян, чиновников, купцов, мещан, однодворцев и государственных крестьян». Такое всеобщее понятие русскости, осознание русским подавляющего большинства населения этих земель, ярко контрастировало с сословной обособленностью польской идентичности, благодаря которой польские помещики могли, несмотря ни на что, продолжать говорить об «исключительно польской» общественной жизни и «народном представительстве» этих территорий.
Мы видим, что русские и польские дворяне, живя на одних землях и будучи представителями единого дворянского сословия, мыслили однако же разными понятиями и разными «картинами прошлого». Структуры их идентичностей не просто различны, но и исключают саму возможность друг друга.

* * *


Алексей Крупин
 
PenguinДата: Пятница, 29 Июля 2016, 18.16.14 | Сообщение # 558
Группа: Поиск
Сообщений: 1210
Статус: Отсутствует
Продолжение:
"Приведу в пример ещё один текст, попавший на днях мне в руки, но уже из совершенно иной эпохи – ХХ века. Это опубликованные в русской эмигрантской газете воспоминания одного русского белоэмигранта, жившего в межвоенный период в Подляшье, о событиях осени 1939 г. (Часовой, № 246 от 5 декабря 1939 г.). Этот бывший офицер служил, как пишет редакция, в Белостокском округе в лесном ведомстве. В его воспоминаниях довольно интересно описаны противоречивые чувства человека, переживающего наступление армии, с которой он воевал в Гражданскую войну и которую считает вражеской, однако русской по составу и потому по идентичности ему более близкую, нежели местная польская власть. Судя по тексту, той же осенью он смог уехать в Западную Европу, так что эти воспоминания он писал уже на чужой земле и для эмигрантской прессы, а значит мог не считаться ни с политкорректностью межвоенной Польши, ни с политкорректностью сталинского СССР.
«Наконец, наступило 17-е сентября. Как сейчас помню, у моих ворот остановился проезжавший на телеге старик-крестьянин, хорошо мне известный, бывший фейерверкер гвардейской артиллерии. Это было 7 часов вечера. "Ваше Высокородие. Чи слыхали, наши идут!" - "Какие наши, Степан Иванович?" - "Да русские войска". - "Где, кто, какие?" - "Да в Барановичах уже, столбы сбросили, паны бегут, говорят, одним махом до Варшавы дойдем. Сын приехал с поездом из Волковысска, там все уже знают". Я, несмотря на мрачные предчувствия, оцепенел. "Да Вы, Вашескородие, не печальтесь. Большевики уже не те. Шутка ли сказать, двадцать лет управляют Россией, совсем русская власть. Да и офицеры, сказывают, настоящие. Еще и Вы послужите! А нам одно спасение, совсем заели нас здесь. Земля-то ведь русская, наша..."
Я не мог дальше говорить, что-то подступило к горлу и я, махнув рукой, ушел к себе. В какие-нибудь полчаса я пережил гамму чувств: с одной стороны русские солдаты, пусть и под красными звездами, идут по своей же русской земле, с другой - пронеслись годы гражданской войны, весь тот кровавый ужас, который царил в России, казни, интернационал. Нет, сказал я себе, не переменились большевики и не спасают они край этот, а ввергнут его в еще бóльшие испытания и ужас».
… «Мы втроем остались курить. В полуверсте вдруг показался конный отряд, шедший рысью. Впереди отряда шел пеший человек. Мы насчитали примерно два десятка всадников, при двух пулеметах. Я сейчас же послал моего друга разбудить и предупредить польских офицеров. Мы вдвоем стали всматриваться. И вдруг я ясно понял: красные! Когда отряд дошел до того места, где от шоссе отходит наша тропинка, пеший человек отделился и побежал по направлению к нам: я сразу же узнал в нем одного из знакомых крестьян, который полчаса тому назад был у нас. Отряд стал медленно заворачивать к нам.
На лице крестьянина было написано счастье. Задыхаясь, он шепнул нам: "Наши, наши! Сразу сказали, что пришли освобождать и установят нашу власть. Я им  сказал, что лесничий - наш, хороший человек, русский. Что офицер, не сказывал". Через несколько мгновений отряд остановился: "Слезай!" И молодой офицер с тремя квадратами соскочил у самого крыльца.
- "Здравствуйте, гражданин лесничий. Я - старший лейтенант Н. Рабоче-Крестьянской армии. Мне надо с моим отрядом осмотреть лес. Скоро пройдут наши танки. Мы захватили Волковысск с другой стороны и сами не ожидали, что так быстро, а сейчас приходится подтягиваться и очищать леса от бандитов".
- "Здравствуйте, старший лейтенант. Моя фамилия - Х. и со мной несколько моих товарищей, которые остановились у меня по дороге из-за творящейся неурядицы. Не зайдете ли выпить пива и квасу, которого у меня хватит для всех ваших всадников".
… Когда первая бутылка квасу была осушена и ст. лейтенант тщательно расспросил меня об окрестности, отмечая что-то в своей походной книжке, я открыл вторую бутылку. - "Выпьем теперь за Россию!" - сказал я. Все встали. "За Россию и советскую власть", - поправил лейтенант. "Советскую власть здесь никто еще не знает, - сказал я, - но земли это русские и благоденствовали при старой России. Когда-нибудь все, что сейчас происходит, забудется и останется вечная Россия". "Так и мы думаем, товарищ. Но только советская власть, а не цари, возвращают эти земли русскому народу"».
В этих двух фрагментах особенно примечательна цельность и тождественность русской идентичности у таких разных по происхождению людей, как русский белый офицер (наверняка, дворянин), офицер рабоче-крестьянской советской армии и русский крестьянин, судя по переданному автором говору местный или по крайней мере с западнорусских территорий («чи слыхали», «паны бегут»). Все трое, однако же, сходятся и на понятии «Русской земли», и на констатации, что Подляшье – это часть Русской земли.
Одновременно с этим автор рассказывает о трёх польских офицерах, которых он укрыл от советских войск у себя в доме. Описывая их настроения, он постоянно выражает своё удивление неадекватностью их восприятия ситуации: например, их ожидание спасительного удара союзников (французов и англичан). «Польские гости мои были совершенно подавлены. В ту же ночь они пешком ушли по направлению к Вильне, в котором, по слухам, оставался польский гарнизон. Сдаваться немцам они не хотели, предпочитая остаться в красной полосе в случае неудачи их попытки и предполагали, что в случае наступления (во что они твердо верили) союзников, сопротивление можно организовать гораздо легче здесь. Несмотря на мои отговоры, они не сомневались, что союзный флот проник в Балтийское море…». Вряд ли эти польские офицеры, услышь они разговоры русских, могли бы понять их единодушие в плане характеристики земли, на которой они пребывали, как «русской». Это то, что в польскую идентичность просто не вписывается. И поэтому же им было трудно представить себе, почему союзники, согласно договорам, объявили войну напавшей на Польшу Германии, но не объявили войны Советскому Союзу, признавая его право на занимаемые территории. Здесь проявлялся момент, принципиально отличавший русское восприятие Западной Руси и польское восприятие Кресов: этнографическая реальность. Отношение западноевропейских держав определяло статистическое понятие о «подавляющем этническом большинстве», которое было положено ещё в основу «линии Керзона» (с которой считались как в Москве, так и в Лондоне и Париже) и которое соответствовало именно русскому восприятию этих территорий.
Осознание непольского характера Кресов – возможно, самый проблемный сюжет в развитии польской идентичности в ХХ веке. О восточных границах польского народа спорили Пилсудский и Дмовский, за них воевали после Первой Мировой войны, за них боролись доступными средствами и после Второй. Только в 1970-е гг. некоторыми представителями польской эмиграции было выражено мнение о необходимости пересмотра традиционных подходов к этой теме. И хотя основанная на тех идеях т.н. «доктрина Гедройца-Мерошевского» в современной Польше имеет почти официальный статус как основа её восточной политики, на уровне общественного мнения она до сих пор воспринята довольно слабо. К примеру, утверждение Мерошевского из его известной статьи 1974 г. – «Для русских польский империализм — вечно живая историческая тенденция» – по моим впечатлениям по сей день может вызвать крайнее неприятие у большинства поляков. И неудивительно: это утверждение не просто представляет собой оригинальный для польской традиционной мысли взгляд, но прямо противоречит всей польской идентичности.
Впрочем, на официальном уровне обе страны сейчас придерживаются чего-то подобного упомянутой доктрине, чему способствует существование независимых Украины и Белоруссии, однако на деле отношения России и Польши по прежнему определяются противостоянием в этом регионе. Можно находить политические причины этого, но все они будут косвенными от идентитарной: и русская мысль, пока существует сама русская идентичность, никогда не сможет адаптировать польские утверждения о нерусскости Западной Руси, и польская мысль вряд ли сможет осознать существование не российского, а русского народа с его исторической территорией. Согласно самой этой доктрине польская политика в отношении бывших Кресов имеет своей главной целью укрепление политической раздробленности Руси, всяческое противодействие объединительным тенденциям на её территории, ибо Западная Русь предстаёт здесь именно как Кресы – окраины польской и европейской (в польской трактовке) культуры, которые должны быть если не в Польше и ЕС, то хотя бы тесно с ними связанными. Так структурирована польская идентичность, таков был «золотой век» польской истории. Для русских же эта политика остаётся тем же самым польским империализмом, направленным на установление своего господства на западной Русской земле.
Итак, наше самосознание обусловливает совершенно разную историческую перспективу, и мы, даже сидя за круглым столом в одной комнате, по-настоящему не можем встретиться: мы народы разных времён и разных пространств.
Остаётся надеяться, что есть ещё один уровень контактов, нам вполне доступный – это личное межчеловеческое общение, когда мы контактируем друг с другом не как поляк и русский, а просто как разные люди. И вот на этом уровне, по моему впечатлению, у представителей наших народов подчас складываются прекрасные отношения, когда становится нетрудно оказаться и в одно время, и в одном месте."
Примечания
Статья была подготовлена на основе выступления автора на первой встрече польско-российского клуба «7/7», организованного Посольством Польши в РФ в Москве 17-18 декабря 2009 г.
http://www.apn.ru/publications/article22387.htm


Алексей Крупин
 
PenguinДата: Пятница, 29 Июля 2016, 18.20.08 | Сообщение # 559
Группа: Поиск
Сообщений: 1210
Статус: Отсутствует
И еще немного:

Поляки на службе Великой России
Петр Розживин
19.01.2010
Польский журналист Пётр Скверчинский, рассматривая проблематику польско-российских взаимоотношений, признавал, что поляков устроит только Россия, сжавшаяся до размеров Садового кольца. Но даже тогда, уверял он, большинство поляков будут недовольны. И если русские совершат разом коллективное самоубийство, поляков бы это несказанно обрадовало, хотя они бы всё равно не упустили повода обозвать русских «варварами» за столь странный поступок. Коллективное самоубийство на радость русофобам никто совершать не думает. Но в информационной гуще взаимных выпадов между Москвой и Варшавой не часто упоминаются этнические поляки, которые не смотрели на Россию и русских как на извечных врагов польского народа. Миф о поголовной ненависти поляков к русским поработителям активно муссировался на Западе и использовался для нагнетания националистической истерии не только в самой Польше, но и в странах Западной Европы. С недавнего времени польский МИД активно работает с представителями польской диаспоры на пространстве СНГ. Появился термин «Малая Польщизна», обозначающий приграничные с Польшей территории, населённые этническими поляками или пропольски настроенным населением. Варшава старается использовать потенциал польской диаспоры во всех республиках СНГ, включая и Россию. По данным последней переписи, в РФ проживает 95 тыс. этнических поляков. Другие цифры свидетельствуют, что всего на территории России насчитывается более 500 тыс. человек, имеющих польские корни, но в силу разных причин идентифицирующих себя с русскими, украинцами, белорусами или другими этническими группами. Естественно, Польша старается продвигать своё влияние там, где этому может посодействовать польская диаспора. Однако, к сожалению, с учётом безоглядной ориентации Варшавы на Вашингтон и Лондон, польское влияние априори подразумевает влияния антироссийское. И хотя так было не всегда (вспомним хотя бы союзнические отношения Польской Народной Республики и СССР), сейчас в пантеон польских национальных героев включаются лишь ярые русофобы, в то время как судьбы многих поляков, верой и правдой служивших России, незаслуженно замалчиваются. Наверное, не будет преувеличением сказать, что самым знаменитым поляком советского времени был Феликс Дзержинский, потомок польских дворян, который родился всего в нескольких километрах от места рождения Юзефа Пилсудского, известного ненавистника всего русского, с которым затем учился в одной гимназии. Дзержинский был сторонником территориальной целостности Российского государства и выступал категорически против подписания Брестского мира, целью которого было расчленение России странами Четверного союза, куда входили Германия, Австро-Венгрия, Турция и Болгария. С началом советско-польской войны 1920г. Дзержинский не удирает в Польшу, а остаётся в России и назначается на должность начальника охраны тыла и порядка. После войны, в 1921г. он занял пост наркома путей сообщения, где сразу принялся за наведение порядка: «На дорогах у нас в области хищений и бесхозяйственности один сплошной ужас… Хищения из вагонов, хищения в кассах, хищения на складах, хищения при подрядах, хищения при заготовках. Надо иметь крепкие нервы и волю, чтобы преодолеть это море разгула». Затем была борьба с беспризорностью, когда миллионы маленьких граждан были обеспечены кровом и бесплатным питанием и деятельность на посту глав ВЧК. Поэтому именно Дзержинского считают своим родоначальником российские спецслужбы, как до этого считали советские. Историки дают неоднозначную оценку деятельности Дзержинского в революционной России, но, абстрагировавшись от идеологических оценок, нельзя не упомянуть его искреннее служение делу, которое он считал для себя главным. Константин Рокоссовский, выдающийся советский военачальник, маршал, дважды Герой Советского Союза, тоже происходил из шляхетского рода. Но ему чужды были русофобские настроения. Напротив, уже в 1914 года, 18-летний Константин, прибавив к своему возрасту ещё два года, добровольцем вступил в 6-й эскадрон 5-го Каргопольского драгунского полка 5-й кавалерийской дивизии 12-й армии и отправился на фронты Первой мировой. В боях с немецкими захватчиками отличился мужеством и смекалкой, за что был награждён Георгиевским крестом. Потом были бои с немцами в Латвии и Литве, а после Первой мировой – битвы Гражданской войны, Великая Отечественная и служба на должности министра национальной обороны Польши. В 1950г. на жизнь Рокоссовского дважды покушались польские националисты из числа сторонников Армии Крайовой. Во время боёв с гитлеровцами на территории Польши палачи из АК вырезали взвод советских женщин – зенитчиц, служивших в армии Рокоссовского. Разведка выяснила, что убийцы пришли из соседнего села, где и скрылись после совершения преступления, пользуясь всемерной поддержкой местного населения. Узнав об этом, Рокоссовский приказал развернуть орудия в сторону польского села и накрыть его несколькими залпами. Не удивительно, что польские националисты не могли простить Рокоссовскому, что он верой и правдой служил не только Польше, но и России, ставшей его второй родиной. После возвращения в Москву Константина Рокоссовского назначают заместителем Министра обороны СССР. В 1962г. Хрущев просил Константина Рокоссовского написать «почерней и погуще» статью против Иосифа Сталина. По словам главного маршала авиации Александра Голованова, Рокоссовский ответил: «Никита Сергеевич, товарищ Сталин для меня святой!», - и на банкете не стал чокаться с Хрущевым. Константин Циолковский, основоположник современной космонавтики, тоже принадлежал к польскому дворянскому роду. В семье Циолковских не было места русофобии и дикому польскому национализму. Напротив, Циолковский поддерживал тёплые отношения со многими русскими учёными, в том числе с Дмитрием Менделеевым. Вклад Циолковского в развитие русской космонавтики тяжело переоценить. Николай Лосский, выдающийся представитель русской религиозной философии, один из основателей направления интуитивизма в философии, автор известного произведения «Характер русского народа», тоже поляк. Поляком был Николай Пржевальский, русский путешественник и натуралист, действительный член Русского географического общества. Но если о научных достижениях Пржевальского известно каждому, то о его участии добровольцем в подавлении польского восстания слышали не многие. Вообще, тема польских восстаний проходит красной нитью через всю официальную польскую историографию. И незаслуженно мало внимания уделяется при этом польским генералам и офицерам, оставшимся верными присяге, которую они давали Русскому Императору и Польскому Королю Николаю I. В 1841г. в Варшаве был торжественно открыт монумент в честь погибших польских офицеров, не нарушивших своей верноподданнической клятвы Русскому государю: графу Станиславу Потоцкому, генералам Юзефу Новицкому, Томасу Сементковскому, Станиславу Требицкому, Игнатию Блюмеру, Морису Хауке и полковнику Филиппу Мечисцевскому. По повелению Николая I надпись на монументе гласила: «Полякам, погибшим в 1830г. за верность своему Монарху». Сейчас этого памятника не существует. Он был разрушен в 1917г., потому что никак не вязался с официальной трактовкой польской истории, где «весь польский народ в едином порыве поднялся на борьбу с русскими угнетателями». Кроме того, тысячи поляков проливали свою кровь за Россию в Крымской войне 1854-1856гг. и в русско-японской войне 1904-1905гг. Во время Кавказской войны многие поляки были особо отмечены государственными наградами за личное мужество на полях сражений. Примечательна история целого польского пленённого отряда, получившего свободу из рук горцев (те подумали, что освобождённые поляки, да ещё с оружием в руках, тут же бросятся партизанить и расстреливать русских солдат). Но отряд в полном составе вернулся в строй и продолжал так преданно биться за Русь-матушку, что некоторые из бывших пленных поляков были награждены Георгиевскими крестами. Из поляков происходил светлейший граф Григорий Потёмкин (чей дед, носивший ещё фамилию Потемпковский, говорил по-польски), гетман Богдан Хмельницкий, объединивший Украину с Россией, великий русский классик Федор Достоевский, русские генералы времён русско-турецкой войны 1877-1878гг. Артур Непокойчицкий, Казимир Левицкий, Александр Казимирский, не говоря уже о многих советских партийных деятелях, ряд которых похоронены на Красной площади. На одном из Интернет-форумов я обнаружил пронзительный комментарий: «Мой друг – искренний патриот России. Всю жизнь он думал, что он русский, но недавно узнал, что его дед и отец – поляки. Теперь он очень страдает. Помогите его утешить». Что здесь можно сказать? Русский – это не национальность. Русский – состояние души. И пусть для сегодняшних русских поляков моральным ориентиром будут жизни и судьбы тех представителей польского народа, которые упомянуты в этой статье.
http://www.segodnia.ru/content/15778

И уже помимо статьи, слова поляка, которого все хорошо знают - Войцеха Ярузельского:
"— Вы, наверное, знаете мою биографию и представляете, какой была традиция моей семьи. Глубоко антирусской, более того, — антисоветской. Дед — участник январского восстания 1863 года, сослан в Сибирь. Отец — доброволец войны 1920 года. Я учился в приходской гимназии, где воспитывали в национальном, чтобы не сказать, националистическом духе. Антирусская направленность воспитания в семье и школе подкреплялась соответствующим кругом литературного чтения. На все это вскоре наложилась депортация: отец в лагере, я — в Алтайском крае. Все шло к тому, чтобы я до конца своих дней относился к России и русским, не говоря уже о Советском Союзе, исключительно враждебно. Но этого не произошло по нескольким причинам, о которых я еще скажу, а среди них одна из главных — русская культура. Особенно — русская книга. Это стало для меня открытием великой культуры, большой литературы, а через них— русской души с ее высокими гуманными устремлениями, не выхолощенными, не размытыми и в самых жестоких испытаниях."
http://forum.srpskinacionalisti.com/viewtopic.php?f=17&t=23801


Алексей Крупин

Сообщение отредактировал Penguin - Пятница, 29 Июля 2016, 18.24.24
 
PenguinДата: Среда, 03 Августа 2016, 21.44.46 | Сообщение # 560
Группа: Поиск
Сообщений: 1210
Статус: Отсутствует
Станислав Черников
Польские «Пантеры» в Варшавском восстании
5 августа 1944 года Варшава была охвачена восстанием. На улицах города пятый день гремели бои между немецкими подразделениями и бойцами Армии Крайовой. Но в концлагере Генсиувка жизнь шла своим чередом: администрация была уверена, что повстанцам не хватит сил для взятия укреплений лагеря.
Когда к Генсиувке приблизился танк «Пантера», охрана поначалу не придала этому значения. Но когда машина смяла баррикаду перед входом и выломала стальные ворота, один из часовых от испуга вывернул на себя миску горячего супа. Стало ясно, что эта «Пантера» воюет на стороне варшавских повстанцев.
http://warspot.ru/6756-polskie-pantery-v-varshavskom-vosstanii


Алексей Крупин

Сообщение отредактировал Penguin - Среда, 03 Августа 2016, 21.48.33
 
ВладСДата: Четверг, 04 Августа 2016, 12.27.40 | Сообщение # 561
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Польша может ударить по России


Президент Польши Анджей Дуда

В числе приоритетных целей - Санкт-Петербург и столичное метро

"Атлантический совет" представил очередной доклад на тему сдерживания "российской агрессии в Европе". Авторы этого документа - британский генерал отставник Ричард Ширрефф и польский экономист Мацей Олеx-Щитовский отводят Польше особое место в деле противостояния "империи зла". Пытливый ум западных аналитиков вновь возрождает идею европейского санитарного кордона против России, превращая "Речь Посполиту" в буферную зону.

Для Польши эта концепция не нова. Так, еще в 1920-1930-х годах руководство страны во главе с Пилсудским не без успеха убеждало Европу, что Польша является одним из главных препятствий на пути "большевистских орд". Прикрываясь демагогией, поляки преследовали собственные цели - под шумок присоединить часть славянских территорий бывшей Австро-Венгерской империи. Сегодня риторика официальной Варшавы не изменилась, но на этот раз амбициозные устремления подкреплены силовой поддержкой США и НАТО.

Официальные представители Белого дома и Брюсселя не раз подчеркивали, что Атлантический блок, прежде всего в лице своей главной силы - США, не собирается воевать с Россией. Градус высказываний американских представителей несколько понизился в последнее время, зато госчиновники бывших союзных прибалтийских республик и Польши воспряли и нагоняют жути за себя и "вашингтонского парня".

Такая смена акцентов не случайна. США, не желая серьезно ухудшать отношения с Россией, делают вид, что некоторым образом дистанцируются от высказываний особо рьяных своих союзников. Однако антироссийская повестка в принципе очень важна для американского истеблишмента. Во-первых, огромный и прожорливый военно-промышленных комплекс США будет загружен заказами, причем не только на производство уже существующих образцов оружия и техники, но и на новые дорогие разработки типа лазеров, ударного самолета F-35 и так далее. Количество средств налогоплательщиков, отпускаемых на эти цели, в последнее время бьет все рекорды, а обосновывать эти фантастические траты только лишь необходимостью противостоять бандитам, вооруженным "калашниковыми", уже не получается. Поэтому российский фактор пришелся очень кстати. Во-вторых, американские политики нашли новый способ действовать чужими руками.

Если во времена холодной войны конкурировать с Советским Союзом получалось посредством вовлечения в орбиту своих геополитических интересов стран третьего мира, предлагая им больше кредитов и безвозмездной помощи, то сегодня этот трюк больше не проходит, поскольку соревнование двух систем перестало быть актуальным. Теперь вашингтонские политики вместо вчерашних колоний используют своих европейских союзников.

Давняя американская политика изоляции России от внутренних морей Евразийского континента терпит поражение - отношения с Турцией вновь нормализуются, "украинский проект" по-прежнему буксует, следовательно, от Черного моря отрезать не удалось, поэтому внимание переместилось в зону Балтики. В этом регионе в качестве точек нестабильности используются бывшие союзные республики и особенно Польша, правящую элиту которой пытаются убедить в том, что страна является передним краем обороны европейской цивилизации.

В докладе, представленном Ричардом Ширреффом и Мацеем Олеx-Щитовским, Польше прямо рекомендуется действовать как можно более жестко в отношении России. Так, в случае если будет совершен акт агрессии против ближайших соседей - Румынии или стран Балтии, польскому руководству рекомендуют употребить все силы на защиту своих союзников по блоку, не дожидаясь одобрения от всех членов НАТО. Эта военная доктрина получила в докладе название "эскалация ради деэскалации". Суть в том, что Польша может и должна наносить превентивные удары по российской территории, чтобы предотвратить агрессию. Для этой цели должны служить запасы американских тактических ядерных зарядов B61, которые представляют собой корректируемые авиабомбы. Авторы доклада, правда, не уточняют, каким должен быть порядок применения этого оружия и будет ли у польской армии прямой доступ к натовским ядерным арсеналам. Очевидно, что на такую либерализацию отношений внутри альянса, даже с самыми страстными своими апологетами, США не пойдет, поскольку в этом случае риск прямого военного столкновения с Россией многократно увеличивается.

Польским военным также указано на необходимость открыто объявить о приоритетных целях на территории России, которые могут быть атакованы. В качестве примера приводятся московское метро, Санкт-Петербург, некоторые СМИ. Если у польских политиков и генералов хватит ума последовать такому совету, то это будет автоматически означать, что аналогичные цели на территории Польши станут потенциальными мишенями для десятков ракет "Калибр", находящихся на вооружении российского Балтийского флота, а также для тактических ракет "Точка-У". Полетное время будет минимальным, следовательно, никакая система ПРО не сможет помочь сбить российские ракеты.

Пока военный потенциал Польши весьма низок для действий в рамках концепции "эскалация ради деэскалации". Поэтому в докладе рекомендуется как можно быстрее и интенсивнее переформатировать польскую армию по американскому образцу и довооружиться западным оружием. Речь прежде всего идет об управляемых бомбах и крылатых ракетах, в том числе и для действий по надводным целям.

Цель таких советов - держать Калининградскую область и Балтийский флот в постоянном напряжении. Накал призывов как можно скорее применить военные меры в докладе "Атлантического совета" просто поражает. Однако этот документ не носит какого-то официального статуса и является пока только частным мнением. Впрочем, если данное мнение будет принято к сведению, для Польши это может стать самой большой внешнеполитической ошибкой в истории современных отношений с Россией.

Геннадий ОКОРОКОВ

http://www.utro.ru/articles/2016/08/04/1292582.shtml


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Четверг, 04 Августа 2016, 20.33.04 | Сообщение # 562
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата ВладС ()
Цель таких советов - держать Калининградскую область и Балтийский флот в постоянном напряжении.

Держать устанут. Балтфлот без напряжения распашет территории всей Польши и картошкой засажает.
Нынешние польские власти нацистского толка, видимо такие же слабоумные как и нацики в Киеве, поэтому их американцы и водят на прогулку на цепочке как бобиков.
Чем больше Варшава будет пытаться изображать из себя вояк , тем быстрее в Калининграде появятся ядреные боеголовки и под них искандеры.И это будет дешево и сердито.
Чего Варшава видимо и добивается своей недружественной политикой.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 06 Августа 2016, 11.54.44 | Сообщение # 563
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Варшава щеки надувает. Сами же и страдают от запретов, хотя прекрасно понимают, что любой недружественный шаг не останется никогда без ответа России. Россия, это не Украина молча глотающая все польские враждебные какашки.
В данном случае Варшава плюет на свои приграничные регионы, на приграничную торговлю и туризм.
Как говорится, нежили поляки богато и начинать нормально жить не надо было.

Польша восстановит безвизовый режим с РФ, когда "исчезнут причины в сфере безопасности"

Польша намерена восстановить местное приграничное передвижение (МПП) с российской Калининградской областью, когда исчезнут связанные с безопасностью причины его приостановки. Об этом заявил в интервью Польскому радио глава МВД республики Мариуш Блащак.
"Мы вернемся к МПП, когда исчезнут причины, связанные с безопасностью польского государства", — сказал он, подчеркнув, что пересечение границы остается возможным на основании виз.
Блащак напомнил, что действие режима МПП с РФ и Украиной было приостановлено в связи с проведением в республике саммита НАТО (8-9 июля) и Всемирных дней католической молодежи (26-31 июля). По его словам, также имеет значение «символическая реакция другой стороны».
"Когда мы приостановили МПП с Украиной, украинская сторона не сделала такой же декларации. А российская сторона сделала (приостановила действие соглашения в ответ на решение Варшавы — прим. ТАСС)", — указал он.
"Кроме этого, мы все помним те угрозы, которые были адресованы странам НАТО, когда в Варшаве (на саммите альянса) были приняты решения, что на территории Польши и стран Балтии будут размещены американские войска", — добавил польский министр.
МПП и его прекращение
С 4 июля Польша временно приостановила действие режима МПП с российской Калининградской областью и Украиной. РФ ввела в ответ аналогичные ограничения. В минувший вторник МВД Польши сообщило, что МПП с РФ республика пока восстанавливать не будет из соображений безопасности. В пресс-службе ведомства корр. ТАСС не пояснили, о каких угрозах идет речь и как долго может продолжаться сложившаяся ситуация.
Режим МПП между Калининградской областью РФ и приграничными территориями Польши начал действовать летом 2012 года в рамках двухстороннего межправительственного соглашения, которое было подписано в декабре 2011 года. Выдаваемая карточка-разрешение МПП позволяла жителям Калининградской области въезжать и пребывать в приграничной зоне Польши однократно не более 30 дней, а общий период пребывания во время действия карты не должен превысить 90 дней в период каждых шести месяцев, начиная со дня первого въезда. По условиям МПП, поляки могут находиться без виз на всей территории Калининградской области, а жители Калининградской области — на обозначенных в соглашении территориях Поморского и Варминьско-Мазурского воеводств Польши. С момента вступления в силу соглашения карточки МПП получили около 300 тысяч жителей региона и более 50 тысяч польских граждан.
ТАСС


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Суббота, 06 Августа 2016, 12.45.40 | Сообщение # 564
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Польские регионы решили опротестовать запрет на приграничное сообщение с Россией

Граничащие с Калининградской областью Варминьско-Мазурское и Поморское воеводства намерены протестовать против решения властей Польши пока не возобновлять местное приграничное передвижение с Россией.

«В данный момент готовится письмо в МИД и МВД по этому вопросу. Мы не согласны с таким решением, к сожалению, оно может иметь исключительно политический характер», – сказал глава Поморского воеводства Мечислав Струк, передает РИА «Новости».

Он также отметил, что «никто не консультировался» с главами воеводств при принятии этого решения.

Польша приняла решение пока не возобновлять режим приграничного передвижения с Калининградской областью, приостановленный в связи с проведением в июле в Польше саммита НАТО и Всемирных дней молодежи. Замглавы польского МВД Ярослав Желиньский ранее объяснил это решение вопросами безопасности и отметил, что предсказать срок восстановления движения невозможно.

Польша приостанавила приграничное передвижение с российской Калининградской областью с 4 июля. Россия также решила приостановить режим приграничного передвижения с Польшей в ответ на приостановку действия соглашения с польской стороны.

Соглашение между правительствами России и Польши о порядке местного приграничного передвижения вступило в силу в июле 2012 года. С российской стороны под действие соглашения попадает вся Калининградская область, со стороны Польши – часть территорий Варминьско-Мазурского и Поморского воеводств, равная площади Калининградской области.

http://www.vz.ru/news/2016/8/4/825213.html


Qui quaerit, reperit
 
ВладСДата: Воскресенье, 14 Августа 2016, 09.44.33 | Сообщение # 565
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Вслед за Украиной по пути в никуда

Поляки уходят в партизаны



Польша активно начала готовиться отразить вторжение «агрессивной» Российской армии и создает подобие партизанских отрядов из молодежи. Военизированные формирования в стране уже репетируют сценарии возможной войны.

Польская молодежь с начала военных действий на Украине стала активно вступать в военизированные формирования, которые уже насчитывают около 100 тыс. человек. Часть членов этих группировок будет задействована правительством страны при формировании войск территориальной обороны, сообщает «Би-би-си».

Среди молодежи в Польше набирает популярность новый вид досуга — военные игры в лесу. Тысячи молодых людей присоединяются к военизированным формированиям для защиты своей страны от возможного вторжения со стороны России. Для многих из них это становится смыслом жизни. Кроме того, в Польше появляются так называемые выживальщики — они строят подземные бункеры и запасаются продовольствием, чтобы иметь возможность пережить любые катастрофы (бандеровские схроны прим. ВладС) . Выживальщики с отрядами самообороны проводят совместные учения.

По словам завотделом евразийской интеграции и развития ШОС Института стран СНГ Владимира Евсеева, это связано с «антироссийской истерией», а также с тем, что Польша хочет быть лидером в Восточной Европе и иметь значительное влияние на Украину. «В этих завышенных амбициях Польши, которая чувствует за спиной поддержку Америки, и учитывая исторические причины, Варшава проводит подготовку партизан, что послужит поддержкой основной армии в случае военной агрессии со стороны России, которую они так сильно ждут», — сказал «Газете.Ru» эксперт. Недавно в городе Оструда состоялся съезд добровольцев, который даже посетил польский министр обороны Антоний Мацеревич. Он выразил благодарность за организацию в польских школах классов с усиленной военной подготовкой. Польские военизированные группировки обучают ведению боевых действий, репетируют возможные сценарии войны, отрабатывают навыки в группах, привлекают различных инструкторов из официальной армии.

Министерство обороны Польши оказывает поддержку этим движениям. Каждому зарегистрированному выживальщику и участнику военизированных формирований будут ежемесячно выплачивать по €125. Особо отличившимся бойцам отрядов самообороны повезло принять участие в совместных учениях Польши и НАТО «Анаконда-2016» в июне. От регулярной армии к учениям привлекались 3 тыс. единиц военной техники, 105 самолетов и вертолетов и 12 кораблей. Цель учений — отработка маневров на примере совместной оборонительной операции в условиях гибридных угроз. С осени 2016 года добровольцы будут участвовать в тренировках и учениях вместе с регулярной польской армией.

«Здесь имеет место быть опыт США, где есть национальная гвардия, которая тесно сотрудничает с армией. Министерство обороны Польши внимательно следит за тенденциями связки «армия — общество», и такие военизированные формирования способствуют ускоренной мобилизации подготовленных военных резервов в случае начала войны», — считает президент Института национальной стратегии Михаил Ремизов.

Идеология войны с Россией вторична, отметил в беседе с «Газетой.Ru» Ремизов, на первом месте — «потребность городских обывателей компенсировать пустоту и обыденность своих будней мужскими «героическими» практиками». «Личностные потребности выше, а идеология подбирается исходя из общих политических настроений страны. Часто к таким практикам тяготеют националистически настроенные слои населения», — пояснил специалист.

«Газета.Ru» ранее писала, что Польша, Литва и Украина к январю 2017 года планируют создать совместную бригаду из 4 тыс. бойцов. Международное военное соединение трех стран образуется на фоне обеспокоенности развитием военной мощи России. Необходимость направить на Россию «бдительное око» в связи с ситуацией между Москвой и Киевом, а также нарастающей военной мощью Москвы мотивировала Польшу, Литву и Украину создать совместное боевое подразделение, части которого будут размещены на территории каждой из этих стран.

Соглашение о формировании так называемой бригады LitPolUkrBrig, целью которой заявлены миротворческие операции, было подписано тремя странами в сентябре 2014 года в Варшаве. Штаб в Люблине открыли 25 января 2016 года при участии глав оборонных ведомств трех стран.

«Поляки готовятся к возможной российской агрессии. Польша — единственная сейчас страна в Европе, которая сохранила то, что называется «оборонным сознанием». Для остальной Европы такое немыслимо, потому что они не будут воевать в случае агрессии, а Польша будет», — сказал «Газете.Ru» замдиректора Института политического и военного анализа Александр Храмчихин.

Антироссийские настроения в польском обществе растут и приобретают государственный масштаб. Польша на фоне российско-украинского конфликта стала воспринимать Россию как угрозу. Поэтому Варшава требует увеличить контингент НАТО и США на территории страны и разместить его на постоянной основе, опасаясь агрессии со стороны Москвы.

http://www.gazeta.ru/army/2016/08/12/10122725.shtml


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Воскресенье, 14 Августа 2016, 21.58.26 | Сообщение # 566
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
МИД России обвинил Польшу в нарушении соглашения о захоронениях

Польская сторона нарушила соглашение о захоронениях и местах памяти жертв войн и репрессий, не сообщив России о фактах осквернения захоронений в городах Кельц и Маков, сообщается на официальном сайте Министерства иностранных дел России.
"Вопреки обязательствам, зафиксированным в статье 3 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Польша о захоронениях и местах памяти жертв войн и репрессий от 22 февраля 1994 г., польские власти не информировали российскую сторону об упомянутых варварских выходках", — говорится в тексте официального сообщения.
В ведомстве также выразили обеспокоенность тем, что данные поступки вандалов стали обыденной практикой в Польше и отметили, что подобные акты осквернения памяти советских солдат не останутся без реакции со стороны России.
В последний раз об осквернении вандалами кладбища советских солдат в Польше сообщалось 9 августа.

http://www.gazeta.ru/social....e=rnews


Qui quaerit, reperit
 
ВладСДата: Понедельник, 15 Августа 2016, 11.31.41 | Сообщение # 567
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
Не бывать Польше великой державой



В Польше продолжаются акты вандализма против советских мемориалов, посвященных жертвам Второй мировой войны. Это государственная политика. Ведь население не единодушно разделяет такие взгляды. Амбиции польского руководство на статус мирового лидера очевидны, только борьба с памятниками демонстрирует несостоятельность их претензий. Не быть Польше великой, материал не тот.

То там, то здесь по Польше проскакивают возмущения и судебные иски к властям от лица жителей городков и поселков, где осквернили мемориалы. Люди считают памятники своим наследием и не жаждут избавиться от прошлого, но голос недовольных просто забивают истероидными выкриками взбесившихся русофобов.

Только за конец июля и первую половину августа дважды осквернили кладбище в г.Кельце (Свентокшиское воеводство). Два памятника были разбиты, остальные повалены на землю. В г.Маков (Мазовецкое воеводство) уроды развели костер на клумбе перед центральной скульптурной композицией советского воинского кладбища, пострадал мемориал, пещерные поляки разукрасили его оскорбительными надписями.

Считать мелкие пакости уже никто не стремится, а ведь это всё произошло за очень короткое время.
МИД России возмущен: поляки нарушили соглашение между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Польша о захоронениях и местах памяти жертв войн и репрессий от 22 февраля 1994 года.

Дума РФ обратилась к польскому Сейму еще в декабре прошлого года с заявлением о недопустимости осквернения захоронений. Россия призвала Варшаву закончить «войну памятников».
Результата нет.

МИД сделал заявление на своем сайте: «Вынуждены обратить внимание польской стороны на то, что ее неоднократные заявления о защите в Польше на государственном уровне кладбищ солдат и офицеров Красной Армии на поверку не выдерживают критики. Нагнетаемая в этой стране атмосфера антироссийской истерии способствует тому, что вандалы не опасаются за последствия своих действий в отношении советских мемориальных объектов, включая захоронения».

Польское руководство и часть населения настолько ненавидят русских, что готовы воевать даже с умершими. Говорить о том, что это недостойно разумных существ, нелепо. Это общеизвестный факт. Взывать к совести, тоже бесполезно, там с ней плохо.

За что такая ненависть? За тройной раздел Польши царской Россией? Так она не сама с собой ее делила. В составе империи поляки жили лучше, чем на других разделенных территориях, даже сохранили свою знать, двор и прочие привилегии. За освобождение от фашистов, за передачу Силезии, за развитую промышленность, всеобщее образование и медицину?

Ненависть поляков гнездится в их иерархическом месте в семье славянских народов – никогда не были во главе. Россия самая крупная и влиятельная славянская держава, которая никогда не подчинялась Варшаве и никогда не нуждалась в ее помощи. Русская самостоятельность тому виной, она непереносима для польской спеси. Ляхов съедает зависть.

Польша готова вылизывать любые сапоги, только бы пнуть ненавистных русских. Вот поэтому и не стать им великими. Они рабы по своей природе, лишенные стратегического мышления.

Не будем вдаваться в историю: последний саммит НАТО в Варшаве. Глава оборонного ведомства ПР Мачеревич был готов на любые заявления, за гарантию унижения Москвы. Этот герой обещал миру, что «батальон поляков справиться с русской армией» одной левой.

Теперь очевидно, что справляться батальон намерен с русскими, запечатленными в камне и находящимися в полной власти «героев – поляков».

Не быть Польше великой, слишком мелочная у нее душонка*), да и хребет гнется уже по привычке.

Евгений Радугин

http://politikus.ru/article....oy.html

*) Это видели мы, советские пацаны, в Лигнице 1946 года, когда толпы только что поселившихся здесь поляков издевались над остатками немцев.


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
ВладСДата: Вторник, 16 Августа 2016, 17.34.44 | Сообщение # 568
Группа: Модератор
Сообщений: 59938
Статус: Отсутствует
В Польше требуют уничтожить памятник Неизвестному Cолдату в Люблине



ВАРШАВА, 16 авг — РИА Новости. Активисты Союза военнослужащих национальных вооруженных сил Польши требуют уничтожить памятник Неизвестному Cолдату в Люблине, сообщает издание Dziennik Wschodni http://www.dziennikwschodni.pl/ .

Памятник Неизвестному Cолдату был установлен на Литовской площади в Люблине в 1962 году. Месяц назад монумент демонтировали, поскольку на площади проходит реконструкция, и отправили в хранилище.

На площадь его решили не возвращать: против этого высказался местный воевода, к которому обратились члены Союза военных Армии Крайовой. Они выразили недовольство тем, что на памятнике упоминается Армия Людова польской Рабочей партии, действовавшая в 1944-1945 годах.

Городские власти согласились не возвращать памятник на Литовскую площадь, однако решили оставить его на территории Люблина. Местный комитет охраны памяти битв и мученичества постановил, что на площади будет установлен другой мемориал, а предыдущий перенесут на коммунальное кладбище.

Против этого высказался союз военнослужащих национальных ВС Польши.

"По мнению нашего союза, нынешний памятник "неизвестного солдата" как реликт советского порабощения и коммунистической интерпретации истории должен быть… исключен из реестра памятников, после — уничтожен специальной комиссией, а мусор от него должен быть вывезен на ближайшую свалку", — говорится в заявлении на странице союза в Facebook.

Однако в городской ратуше возможность уничтожения памятника исключили. "Это скульптура, произведение искусства, оно не должно быть уничтожено. Сейчас памятник находится в консервации, а мы ждем протокол с заседания комитета охраны памяти битв и мученичества, где принято решение о переносе на кладбище", — заявила изданию представитель мэра Люблина Беата Кшижановская.

http://ria.ru/world/20160816/1474479533.html#ixzz4HVQX2pdp


С уважением, Владимир Скрыпнюк
Легница 1946-48 Гарнизон 8 ИАБКК
 
СаняДата: Вторник, 16 Августа 2016, 17.36.53 | Сообщение # 569
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Цитата ВладС ()
члены Союза военных Армии Крайовой

На другое просто не способны эти нацики из АК.


Qui quaerit, reperit
 
СаняДата: Вторник, 16 Августа 2016, 23.44.04 | Сообщение # 570
Группа: Админ
Сообщений: 65535
Статус: Отсутствует
Посольство Польши обиделось на «Ленту.ру»

5 февраля «Лента.ру» опубликовала статью историка-полониста Дмитрия Офицерова-Бельского «Равнодушно и терпеливо», посвященную перспективам отношений Москвы и Варшавы. Как оказалось, среди читателей «Ленты.ру» есть и польские официальные лица. И им эта публикация не понравилась.

Нарекания у заместителя посла Польши в России господина Ярослава Ксёнжека вызвали два момента в статье. Во-первых, то, что автор, говоря о концлагере «Аушвиц-Биркенау», использовал устоявшееся в русской историографии наименование «Освенцим». Во-вторых, по мнению Варшавы, некорректно использовать выражение «польские концлагеря», когда речь идет о лагерях на территории Польши, в которых в 1920-1921 годах содержались пленные красноармейцы. Свое понимание использованных терминов и требование опубликовать опровержение представители Польши изложили в письме, копия которого прилагается к этой заметке.

Редакция «Ленты.ру» приняла к сведению озабоченность польской стороны, связалась с автором статьи и готовит ответ посольству.

Обещаем держать читателей в курсе развития событий.



https://lenta.ru/news/2015/02/09/polishanger/


Qui quaerit, reperit
 
Форум » 4-я ВА ВГК - гарнизоны и воинские части » ОБЩИЕ ТЕМЫ АВИАЦИИ СГВ » Наша память о Польше и польском
Поиск:


SGVAVIA © 2008-2021
Хостинг от uCoz